О магах, которые все, так или иначе, с отклонениями

      "Сжигаю воздушного змея, Я на похоронах, все как обычно, Детка, я делаю, что хочу: Нарываюсь на драку, курю косяк и трубку, Откусываю кусок, а в яблоке червь, Я знал, что так будет, потому что, дорогая, паразиты всегда выживают."

             Мужчина бесцеремонно хватает ее на руки. Тут же вспоминается парень из леса, Нейв вроде, и как тот спрашивал, можно ли ее трогать. А тут берут, хватают, тащат. Этот Джон ей все больше не нравился, но рыжая смирилась с тем, что у нее всегда все идет через жопу, и поэтому молча терпит. Лишь бы хуже ситуацию не сделать. Сжать зубы и пережить. Ей уж точно не привыкать...       В итоге еще месяц или больше прошел как в тумане. Как ужастик, когда тебя преследует монстр и ты ждешь, что тебя вот-вот поймают, но к сожалению никак не сожрут. Джона ужасно расстраивало, что у Эс нет предрасположенности к манипуляции эмоциями и что нет вообще никаких предпосылок к тому, чтобы заставить других разумных слушаться.       Единственное, что держало ситуацию на плаву - безупречный щит рыжей, который, по мнению Грейва, четко говорил, что Эс точно весьма особенный ментал. Просто возможно пока не раскрытый и нужно найти ключик. И вот во время поиска этого ключика в один из дней Грейву пришла гениальная, по его мнению идея. Так как менталистике учить неодаренных детей он считал совершенно неблагодарным делом, то его обучение в общем плане сводилось к тому, что он массово тренировал терпеть круциатус и по возможности умудряться во время него что-то предпринять. Получалось у очень немногих, но Джон был уверен, что ключ к сопротивлению круцио - вовсе не низкий болевой порог, а именно что ментальный дар.       И в один из дней, когда так и не вышло ничего толкового с попытками управления эмоциями, Эс попала под раздачу. В какой-то степени, эта затея спасла ситуацию. После круцио Джон уверился, что у Эс обалдеть какой ментальный дар, просто видимо специфично выраженный. С другой же - это превратило все в еще больший кошмар. С того дня Грейв решил самолично растить из Эс ментала, способного почти полноценно контролировать свое тело под воздействием круцио. Все слилось в один большой клубок боли и апатии. Во сне ей постоянно снилась Панси, ее кривящиеся губы кастующие непростительное и то, как Эс задыхается.       Но Джона не особо волновало ее душевное состояние. Главное для него был результат, а он спустя некоторое время действительно улучшился. И это приводило его в дикий восторг.       Он был психопатом, этот Грейв. Эс пришла к этому выводу почти сразу. Но достаточно смазливым, чтобы женская аудитория, из тех кто постарше, томно вздыхала по жестокому, но красивому чудовищу. Убогая классика. При том местами вздыхали даже те, на ком Грейв походя оттачивал свое круцио, стоит заметить щекочущее по сравнению с тем, что он применял к Эс, но все же. Вот рыжей кажется одного раза от любого человека хватило бы круциатуса, даже якобы во благо, чтобы четко провести неприязненную параллель.       Оставалось только радоваться, что девушка отыгрывает амплуа мальчишки, и что из-за этого ее не смогли возвести на выдуманный пьедестал соперницы. Только этого ей бы не хватало. А так женская аудитория периодически и часто неуклюже пыталась втереться к Эс в доверие, надеясь через нее как-то оказаться поближе к предмету воздыхания. Как именно они планировали это делать рыжей было не ясно, да и не то чтобы особо интересно. Главное что навредить не пытались...       Пожалуй, единственное светлое пятно за эти месяцы и то, что заставляло Эс держаться - это как ни странно, дриада и безумный лес.       Как-то лежа с бессонницей, еще в первые дни своего статуса ученицы великого Грейва, она пялилась в потолок, а мысли ее бессвязно скакали с одной на другую. Она думала о хтони, о том, как все вообще так вышло, и много еще о чем. О лесе, о дриаде, о том, почему никто из этого леса не вышел. Почему дриада после пробуждения разрешила тому, что творилось, продолжаться. Допустим, кто-то умер еще до того, как Эс вернула хтонь в этот мир. Но кодла вышла из леса уже к утру, а значит - охота продолжалась.       Даже если дриада была слишком слаба - это был вопрос чести. Она не должна была позволять твориться на своей территории подобному произволу. Либо она должна была запретить охоту и вытурить всех, пожалев за счет того, что еще дети. Либо не выпустить вообще никого. Что-то не сходилось. Эс не знала подробностей кроме того, что кодла вышла уже фактически утром... Стоп. Утром!? Какая же она глупая. Они вышли утром не потому, что долго искали амулеты, а потому что они их не нашли... Блять. Это же было очевидно. Дриада осталась в лесу одна. Ей нужно восстанавливать популяцию. Дети-одиночки не умерли. Гребанная дриада их оставила, как свое младшее поколение.       Эс тогда настолько поразила и возмутила ситуация, что она тут же, не особо размышляя, кинулась в лес. Потому что, вашу мать, гребанная хтонь начала творить полную дичь. Дриада должна была… Должна… Что именно должна, сформулировать не выходило. Посоветоваться с полумертвым детенышем видящей, который ее под угрозами леса поднял из мертвых? Ну, сомнительные претензии, особенно учитывая ситуацию с точки зрения хтони и того факта, что Эс не местная видящая.       А, кстати, вопрос, а куда делась местная видящая и какого черта допустила подобный бред на своей территории?       Рыжей жутко повезло, что всем было не особо интересно, где она бродит. Все же статус ученика подобного человека, как Джон, давал определенные преференции. Так что с прогулкой до леса особых проблем не возникло.       Эс, до этого бывшую в какой-то странной отстраненности, будто бы организм стремился так защитить психику и отключить лишние эмоции, так взбодрила ситуация с лесом, что она едва ли не подпрыгивала от негодования и нетерпения. Нет, ну, это вообще уже беспредел. Видящая залетела в лес, быстро углубляясь в чащу. Внешне ничего не изменилось, но лес явно стал спокойнее, и черной магии, отдающей безумием, поубавилось.       Эс рассчитывала, что как только войдет, ей навстречу тут же выйдет дриада, но ее будто бы стойко игнорировали, явно не желая идти на диалог. Это разозлило, и после опустошения эта злость была настолько яркой и острой, что девушка даже испугалась своей реакции и мелькнувшего восторга. Ей нравилось это. Нравилось чувствовать. Злиться. Быть взбудораженной. Это казалось гораздо лучше, чем не чувствовать вообще ничего.       Рыжая встала посреди леса и недовольно постучала по полому высохшему дереву несколько раз. Раздался приглушенный стук. Но ее снова проигнорировали. Тогда девушка приложила ладони ко рту и закричала на весь лес.       - Выходи, я тебе говорю, я не уйду, пока мы не поговорим, это глупо прятаться от видящей, которая тебя спасла, имейте совесть! – под конец рыжая уже отчаялась взывать к дриаде и понадеялась, может, на нее хоть лес среагирует. Тишина снова была ей ответом. Эс уперлась руками в ближайший ствол и с размаху, слегка не рассчитав, больно ударилась головой о дерево. Ну, нет. Тут хтонь устроила полный произвол, массово выращивая потомков из попавшихся под руку детей. И эту хтонь подняла Эс... Она этого так не оставит. Без непосредственно смерти хтонью сразу не становятся. Если делать переход гладким, то это долгий процесс, так что может рыжей удастся еще отвоевать детей назад. Что она будет делать потом, Эс как-то не думала. Тогда было главным не допустить кошмара с массовым своевольным выращиванием хтони.       Рыжая прикрыла глаза. Так, ее зов хтонь может заигнорить так же спокойно, как и крик в сердце чащи, так что тут смысла дальше пытаться нет. Как еще видящая может привлечь внимание хранительницы леса? Эс с размаху бьет кулаком по дереву так, что со сбитых костяшек капает кровь, и все еще с закрытыми глазами отпускает свою магию. Аккуратно касается магии леса. Вплетается. Опасные игры, но больше идей у нее нет. Лес не терпит такой наглости от посторонних. Дриада будет вынуждена явиться, чтобы разобраться с нарушительницей. И Эс попала. Меньше, чем через полминуты после начала, перед ней из-за деревьев возникла высокая фигура. Выглядела она уже более живой, но шрамы так и не заросли, что навевало на очень нехорошие мысли о способе умерщвления.       - Ну? – фыркает хтонь разглядывая ее.       Эс застывает напротив, обалдев от подобного вступления. "Ну?" И это все, что ты хочешь сказать мне, темная пакость, утащившая в свои владения под десяток детей?       - Не прикидывайся, - подхватывает все же Эс манеру хтони и выразительно выгибает бровь, показательно сложив руки на груди.       Женщина напротив улыбается, обнажая острые зубы.       - Какой смелый ребенок видящей, - тянет она и, очевидно пытаясь припугнуть, подходит ближе, нависая сверху. Эс фыркает. Едва ли ее после того, что с ней случилось, и нынешнего состояния нервной системы вообще можно подобным напугать. Она гордо вскидывает голову и смотрит прямо в глаза, где вьется навь, в упор.       - Напомню тебе, дитя леса, - презрительно хмыкает в ответ девушка. - Что этот, как ты выразилась, "ребенок видящей" вернул тебя с того света.       Хтонь напротив застывает на мгновение и внезапно смягчается и улыбается, хватая Эс за щеки.       - Какая серьезная леди, - сюсюкает тварь, а рыжая выпадает из мира ненадолго, так как ее мозг просто не в состоянии справиться с данной ситуацией. Она отшатывается, пугаясь вот этого сюсюканья больше, чем открытых угроз.       - Может, хочешь тоже стать моей дочерью? – хтонь протягивает руку снова и гладит Эс на этот раз по щеке, и рыжая вздрагивает. Не ошиблась. Правильно поняла куда делись дети.       Эс тут же резко вздергивает подбородок и отводит от себя когтистую лапу хтони.       - Ты же в курсе, что нарушаешь правила? Ты не можешь просто так забирать себе детей, да еще и в таких количествах при том, что у леса есть смотрящая в курсе ситуации.       Эс юлит, едва ли ее можно назвать смотрящей. А без смотрящих или если смотрящие не были в курсе, любая хтонь считала себя в своем праве утащить пару человечков, если ей так хотелось. Но тут уже не пара, и это действительно перебор.       Женщина напротив снова ей улыбается без какой-либо агрессии.       - Юная видящая, едва ли тебя можно назвать смотрящей. И дело даже не в этом. Может, ты не в курсе, но люди сами отменили здесь законы видящих. В этой стране ни осталось ни одной, кроме, пожалуй, тебя. И то, я больше, чем уверена, что никто не знает о том, кто ты, иначе это просто чудо, что ты все еще жива...       Эс замирает. В смысле, нет видящих? Нет, рыжая понимала, что ей нельзя говорить, что она видящая, что это опасно и Грин-де-Вальд их по какой-то причине не жалует. Но чтобы извести их во всей стране... Это же бред. Теперь ясно, откуда взялся этот лес, едва не ставший огромным могильником.       - Ты не знала? – женщина смотрит недоуменно и будто бы сочувственно. - Юная леди, ты же должна понимать, что видящие - это почти что хтонь, а текущая политика властей призывает хтонь истреблять...       Эс вздрагивает. О, Мерлин.       - Так что, останешься с нами? – лукаво улыбается темная тварь.       Эс цепляется за это «нами» и тут же вспоминает, зачем именно пришла сюда.       - Даже если тут нет законов, ты не можешь просто так насильно забирать детей, - предпринимает она очередную попытку.       - Насильно? – хтонь вскидывает бровь. – О, моя глупая девочка, эти дети не видели в мире людей ничего хорошего, их отправили сюда на растерзание им подобным, и ты сейчас серьезно говоришь, что я забрала их к себе насильно?       Эс застывает, смотря в одну точку. Она даже не подумала об этом. А ведь стоило бы. Замирает, пытаясь проанализировать ситуацию. Между молотом и наковальней. Признать за хтонью право и оставить детей ей, потому что так, возможно, будет действительно лучше, ведь им даже идти некуда, или стоять на своем и пытаться отвоевать право ребят быть людьми. Но быть ли ими долго? Сколько они смогут прожить в внешнем мире в текущей ситуации?       Девушка смотрит в пустоту стеклянным взглядом.       - Вижу, ты не глупая, - дриада треплет Эс по макушке. – Рея, иди сюда.       Из-за дерева выглядывает девочка, раньше учившаяся с ней, и подходит к дриаде, обнимая ее и утыкаясь высоченной хтони в живот. Та успокаивающе гладит подростка по спине.       - Рея, ты бы хотела бы пойти назад? – вкрадчиво уточняет дриада, и Эс хочется сказать, что вопрос сформулирован не честно, но с другой стороны - как еще его было формулировать.       Рея, только услышав подобное, тут же еще крепче вцепляется в дриаду и отчаянно отрицательно мотает головой. Хтонь смотрит на Эс с выражением лица «что и требовалось доказать». Рыжая все еще не уверена, что именно правильно с точки зрения морали и вообще. Но понимает, что в текущей ситуации не с точки зрения морали, а с точки зрения благополучия детей, как это не ужасно звучит, стать детьми дриады будет гораздо безопаснее, чем оставаться людьми. У нее горчит на языке. Что за отвратный мир, в котором стать хтонью для подростков - единственный способ повысить свои шансы на выживание до приемлемого. Хотя тут и хтонь, судя по всему, активно косят.       - А если за вами придут? – задает самый очевидный вопрос рыжая.       Хтонь улыбается в ответ уже кровожадно. Снова обнажая острые зубы.       - О, поверь, больше я, лес и мои потомки такой ошибки, как вера людям, не допустим… - дриада кивает в сторону деревьев. – Чувствуешь? – она явно намекает на все еще ощущаемую и давящую черную магию. – Раньше до видящих так много, где было. Не просто лес, а могильник с хозяйкой. Поверь мне, в такое место любому враждебно настроенному существу, каким бы великим тварью-магом оно не было, соваться небезопасно.       От обострившихся черт хтони Эс вздрагивает, но в тот раз так и не решается спросить, что именно произошло. Очевидно, что дриады, которые всегда были достаточно лояльны к людям, не будут вести себя подобным образом просто так. Для этого нужно что-то действительно страшное. И, учитывая, в каком состоянии Эс встретилась с хозяйкой впервые - это страшное действительно случилось...

***

             У Джона было не так много правил, которые он требовал соблюдать. Одно из них посещать выборочно уроки боевой подготовки и наблюдать. Именно поэтому она стояла на тренировочной площадке.       - Нахуй, - единственная мысль которая тогда крутилась в ее голове.       Руки Грейва обманчиво спокойно покоящиеся на предплечьях - единственное что заставляло ее стоять, и смотреть на все это. На этот тотальный пиздец, в который она сама как дура пришла под ручку с теми доброжелательными психопатами. Давно пора уяснить что среди магов нормальное поведение это отклонение. Магия это ненормально, так как человек обладающей ею может быть адекватен? Ответ чертовски прост – никак. Больше десяти лет ее тугодумному мозгу понадобилось чтобы уяснить такую казалось бы очевидную истину.       Она хотела орать и ругаться благим матом, но молчала. Просто молчала и смотрела как одного из воспитанников отдали на растерзание толпе. За то что, что? Она в который раз так до конца и не поняла причины, но происходящего это не отменяло. Они тренировали меткость темных заклинаний. Парень держал небольшую мишень. Отклонись немного в сторону, дрогни рука у него или у отправителя и был бы труп. Трупа, слава Мерлину, не вышло, но зацепило одной из гадостей парня сильно. Тот заорал и упал. Инструктор быстро убедился что тот жив и дал отмашку. Его тут же отлевитировали к медику. Никаких метаний или переживаний. Четко и быстро. Отработано...       По спине пробежались мурашки, которые не выходило контролировать. Это ужас. Просто ужас, и ей тут было явно не место, но тут блять никому было не место. Она скосила глаза на вроде как старшего смотрящего и на случайно промазавшего парня.       - Простите, - кидает тот опустив взгляд в пол.       - Бывает, - безэмоционально откликается учитель. - Лишние десять кругов всем не покалеченным.       Эс отворачивается не в силах больше смотреть на это и чувствует как на плечах сжимаются пальцы Грейва. Он специально приводил ее сюда, чтобы она видела. Только никогда не объяснял зачем. Может пытался так запугать и замотивировать... Эс не хотелось лезть в дебри сознания этого человека. Все маги ушибленные. Иногда лучше не знать, что творится в их головах...       Она достает из кармана яблоко лишь бы отвлечься хоть на что-то. Только бы сбить тот нехороший поток эмоций, которые Джону видеть точно не следовало. Откусывает щедрый кусок и видит там червя. Хочет выплюнуть, но она и так ведет себя более чем неподобающе и провоцировать еще больше не хочет. Медленно жует и проглатывает. Ловит прищуренный взгляд наставника.              Ее ждет очередная тренировка. И, кажется, Грейв был очень недоволен ее сегодняшней реакцией.

***

      Она вдохнула. Отчаянно, глубоко, так что легкие, которые наконец удалось расправить пронзило резкой болью. Она не хотела этого вдоха. Но тем не менее сделала его, как только появилась возможность. Гребанный инстинкт самосохранения. Слабость. Или же наоборот остатки разума? Вообще без разницы.       Она вдохнула. И тут же снова не могла дышать. Боль, внезапная, такая что казалось что агония от всех прошлых накладываемых круциатосов не шла ни в какое сравнение. Она даже кричать не могла. Только судорожный хрип и скрип ногтями по полу. Под ногти забивались заусенцы от необработанной толком древесины, но эта боль была даже немного приятной. Она давала понять, что Эс еще жива. Что не сжалась до одной больной и агонизирующей точки.       - Вставай, - ненавистный голос слышался как нельзя отчетливо. Человек направлявший на нее палочку присел рядом с ней и наклонился к ее уху. - Вставай ничтожество, а то сдохнешь, - шепот на грани слышимости, почти что интимно и пробирающие похлеще криков. Пробирающе на столько, что кажется, что помимо сплошной боли от круциатуса на мгновение мелькает что-то еще. Что-то непонятное и не несущее ничерта хорошего.       Но она не то что встать, она пальцем пошевелить не может. Все тело сжалось как под прессом, еще немного надави и тупо расплющит. Это был просто ад. Этот психопат ее рано или поздно добьет. Она умрет раньше чем получит метку. Нужно сваливать. Единственная мысль, которая билась в голове. Да, она трусиха. И да, ей теперь плевать. Просто все равно. Просто хватит. Просто отпустите. Пожалуйста остановитесь, она так больше не может. Правда.              Но под круцио такие мысли возникали часто. Потом обычно отпускало...       Человек с палочкой был безучастен к ее метаниям. Этот урод поднял ее за успевшие слегка отрасти волосы и посмотрел прямо в глаза. Наслаждаясь, впитывая, изучая. А она почувствовала что задыхается смотря в эти гребаные омуты. И не от романтических чувств или девичьих гормонов, которые испытывала по ее последним наблюдениям казалось вся женская половина этого дурдома. Она блять реально задыхалась от нехватки ебанного кислорода. И да, она как-то раз именно так и умерла. Ассоциативный ряд был нереально хорош и достаточно специфичен чтобы впасть в панику. Ее буквально затопило. Пробило судорогой, а глаза затуманило спасительной дымкой, так что на мгновение даже ее визави напряженно сосредоточился. Но эта падла на каком-то инстинктивном уровне чувствовала, что жертва еще не дожата, что умирать она пока не спешит и снова успокоился.       В этот раз все стало только хуже чем раньше. Ему определенно очень не понравилась ее реакция на площадке. Эта сука не отстанет, нет смысла ждать жалости. Возможно сегодня он ее наконец добьет своими экспериментами. Эс наконец поняла это достаточно отчетливо и ей просто захотелось плюнуть в рожу этому мудаку напоследок.       Сдохнуть так гордо, да? Какая в конце концов разница если ее просто перебросит дальше? Хуже? Куда уж хуже гребенная сущность из пограничья?!       Эс впилась взглядом в ответ, отстранилась от окружения, сосредоточилась просто на грани сознания и как можно отчетливее ментально послала Грейва нахуй. И будь что будет, ей уже все равно. Добьет, так добьет, у нее больше нет сил терпеть этот пиздец.       Она ждала вспышки ярости и новой боли, но явно где-то просчиталась. Зрачки человека напротив расширились как у чертового наркомана. Как будто бы она только что сделала что-то невьебенно приятное, как будто бы его главной радостью жизни было то, что мелкая сопля послала его. Эс уже просто тупо не понимала что происходит. Кто-нибудь объясните. Но объяснять было некому. А Грейв все смотрел и улыбался. Пиздец, просто пиздец. Он просто чертов психопат.       Человек напротив был на грани эйфории. Джон смотрел в глаза с полопавшимися капиллярами, на струйку крови потекшую из носа и с внезапно ясной отчетливостью понял, что его нездорово вставляет. Этот взгляд исподлобья, этот ментальный посыл нахуй. Черт, пацан был далеко не безнадежен раз смог долбануть по его щитам находясь под круцио, да еще достаточно четко донести свою мысль. Обычно мало чего можно было добиться подобными тренировками, хорошо если одного из двадцати под конец не приходилось откачивать. Учили на столько жестко только парней, девушек не трогали, хотя иногда ему казалось, что это бы поспособствовало дисциплине, как ни что другое. Но что же работать приходилось с тем, что было. Тем более Джон в этот раз был почти что гребанный благодетель.       Ведь этого ребенка тут определенно не любили. Этого ребенка тут бы сгнобили. Буквально белая ворона. Рано или поздно кто-нибудь бы додумался потренировать на парнишке свои заклинания. Не то чтобы Джон щадил сирых и убогих. Но в любом случае он считал, что любой человек заслуживает шанса. Долго этот парень, если не покажет полезность, не проживет. Просто не выживет. Да, у него вроде есть ментальный дар, но в итоге какой-то бракованный. И если бы не внезапная находка с устойчивостью к круцио, то, вероятно, Грейву пришлось бы мальчишку отправить в общие группы. А там, учитывая его репутацию единственного непонятно как выжившего, долго бы он не задержался.       Вообще, устойчивость к круциатусу - это очень полезная вещь. Потому что, если устойчив к нему, то сможешь терпеть боль от почти любых других заклинаний. А способность во время нестерпимой боли вытащить палочку и скастовать заклинание это плюс девяносто девять к проценту выживания. Так что он хотел помочь этому языкастому недоразумению, пусть и достаточно жестоко и своеобразно. Мелкий был явно не тупой. И выбрав его Джон кажется выиграл джекпот.       Парень перед ним все еще не был в отключке, мало того, продолжал пялиться на него будто бы ждал какой-то реакции, которой не последовало. Джон играючи взмахнул палочкой немного ослабляя напор, давая своеобразное поощрение и не желая чтобы все закончилось слишком быстро. Он придвинулся еще ближе.       - Ну же, давай, будь хорошим мальчиком,- о да, в ответ у этого как оказалось не такого уж и ничтожества дернулся левый глаз и он зарычал. Рык приятно прошелся по сознанию. О да, рычи, сопротивляйся, кусайся. Каждый отголосок сопротивления и противостояния от этого парнишки сейчас мог помочь ему выжить в будущем. Мог помочь ему стать чем-то помимо всеми затюканного ничтожества. Это было что-то нереальное. Что-то ужасно цепляющее и торкающее. Что-то интересное. Если после меньше месяца попыток такой результат, то это действительно в перспективе можно отточить до хорошего сопротивления. Очевидно, что сейчас это недоразумение не встанет. Но стимул можно задавать и с далеко идущей целью.       Он наклонился еще ближе буквально к самому уху.       - Я могу и надавить посильнее. Для стимула, - он слегка повысил силу и услышал хрип, снова сбавил, обморок ему точно не нужен. Парень на мгновение замер, затих, даже хрип прекратился. Они снова пересеклись глазами. Джон с нездоровым интересом ждал, что же будет делать пацан.       - С-сука, - прошипела Эс глядя прямо в глаза этому мудаку. Просто желая спровоцировать. Просто чтобы наконец добил. Возможно ментальный посыл просто не дошел, у нее едва хватало сил чтобы думать. Но этот псих в ответ улыбнулся только шире. И тогда она поняла, что подписала себе приговор, но явно не тот на который рассчитывала.       Джона торкнуло. Торкнуло на столько сильно, что будь мелкий напротив него девчонкой, то судьба этого существа была бы предрешена в тот же момент. Такой генофонд ни в коем случае нельзя было бы упускать...              Говорить под круциатусом. Ментально общаться под ним же. После буквально нескольких попыток. Это на грани гениальности в магическом плане. Отвратительно редкий дар, который нельзя проигнорировать. О да, этот паренек теперь определенно в числе его самых перспективных учеников.

***

      Пока Эс повествовала очередную часть истории, они успели снова переместиться в дом, так что рыжая сидела развалившись в кресле у камина и вертела в руках стакан дымящимся отваром от простуды. Кот же благодушно пристроился у неё на коленях, блестя глазами в полумраке.       - Ну вот, собственно, так я первый раз познакомилась вплотную с темной стороной тех самых гениальных магов, - рыжая задумчиво смотрит на поднимающийся от варева пар и ждет пока настой немного остынет.       Кот лениво и аккуратно потягивается чтобы не свалиться.       - Зато Грейв тебя явно очень ценил, - выделяет он последнее слово. - До ужаса. Твоего. Если я правильно уловил ниточку рассказа.       Эс закатывает глаза.       - Он просто психопат, которому понравилось, что я достаточно сильна магически и отбита морально, чтобы послать подобного ему.       Кот продолжает излучать сарказм.       - Ах, да, классика. «Ты мне интересна, потому что ты грубишь» - основа любых здоровых отношений.                    Эс еле сдерживается, чтобы не скинуть слишком языкастую хтонь с коленей.       - Я бы предпочла, чтобы он разочаровался и сдал меня обратно в общие группы, - цедит она.       Кот, видимо почувствовав ее намерение его спихнуть насторожился, но сам слазить пока не спешил.              - Такого не могло быть, могла и не ждать. Ты же просто магнит для всякой гадости, то нездорво одержимый магик, то леший, то уже явно с отклонениями взрослый маг. И если мотивы второго и третьего ясны, ты интересовала чисто с позиции таланта, а остальное частности, то вот что сподвигло так вести себя первого мне до сих пор не очень ясно...       Эс задумчиво слегка взбалтывает отвар в стакане, надеясь, что тот так быстрее остынет.       - Понятия не имею, - наконец отвечает она. - Знала бы, может быть давно бы уже решила вопрос с чертовыми метками.       Кот решает соскочить с мрачной темы и выдает очередную гениальную шутку.       - Вообще, я в предвкушении. Можешь продолжить рассказ? Мне ещё нужно услышать, как ты в следующий раз случайно покоришь сердце ещё одного чудовища. Может, дракона? Или, скажем, Грин-Де-Вальда? - кот на мгновение задумывается видимо пытаясь выбрать персону поколоритнее. - Жаль, что не выйдет пошутить про темного лорда из будущего, потому что о той части жизни ты уже все рассказала. Как его там звали? Воланд что-то там?       Эс передергивает.              - Да не приведи Мерлин, - открещивается она от всего сразу. Если бы она тогда только знала, что Мерлин уже давно, именно, что привел...              Видящая снова задумчиво смотрит на никак не желающее остывать лекарство и решает пока ждет рассказать еще кусочек истории.