О сволочах, которые помогают ровно настолько, чтобы не навредить себе

"Ну и пусть! И пускай всё не зависит от нас. Отпусти - возможно не сейчас. Пусть наше время найдёт нас.

Там, где ты удивляешься - Всё уже было, ведь всё повторяется. Время не лечит, просто память стирается, Наглыми ветрами по спирали всё повторяется."

      Осознав, что творится что-то уж совсем выходящее за пределы ее планирования, Эс уставилась в упор на парня, стоящего напротив. Ну же, давай, командир-р, объясни-ка ей, какого черта она терпела этот пиздец несколько месяцев, чтобы когда дело наконец сдвинулось с мертвой точки и Эс готовы были принять, ее забрали хрен поймешь куда.       Кардинал вопросительно вскинул бровь, явно почувствовав ее недобрый настрой.       - Мне вернуть тебя назад? – насмешливо уточнил парень, кивая в сторону двери.       - Не плохо было бы, - в тон ему зеркалит рыжая. Она уже насмотрелась на кардинала, его поведение, дерьмовый характер, а главное - тот факт, что он был в курсе всего происходящего и не делал ровным счетам ничерта. Хотя, судя по всему, был не последним человеком здесь. Эс вздрогнула. А еще был явно связан с хтонью. За всей этой кутерьмой и суматохой она как-то даже не думала особо об этом. Почему Грин-де-Вальд, который пропагандировал смерть темным тварям, держал в приближении самую что ни на есть темную тварь?       Эс резко вскидывается и щурится. Тянется, аккуратно прощупать, понять, может, ошиблась, и тут же чувствует, как ее резко хватают за руку и сжимают так, что точно останутся синяки.       - Не стоит, юный ведающий, не стоит тянуть свои загребущие ручки к тому, что может их оторвать, - улыбается Эс этот псих во все тридцать два зуба.       - Ник! – одергивает его Нельма, и тот тут же отступает и будто бы остывает на пару градусов. Так Эс была права, и эта менталистка работает здесь на манер балансира. Рыжая мысленно хвалит себя. Ай да, Эс, ай да аналитик. Растет. Растет.       - Так вот, о чем это я, - как ни в чем не бывало продолжает темноволосый парень. - Добро пожаловать, ментал-недоучка, - он подходит ближе и неожиданно треплет рыжую по голове. У Эс дергается бровь. Куда добро пожаловать? Что за хрень? Она переводит вопросительный взгляд на Нельму, так как становится ясно, что с кардиналом у них в мыслительном процессе и взаимном понимании явно рассинхрон.       Та ободряюще улыбается.       - Ты теперь член отряда командос, поздравляю, - менталистка протягивает руку и хлопает рыжую по плечу. У Эс снова дергается правая бровь.       Какой, к чертям, отряд коммандос? Она вообще-то для окружающих недоученный ментал, который в боевых навыках ноль, и не то, чтобы навык сопротивления круцио был столь востребован без других сопутствующих.       Рыжая застывает, смотря в одну точку. Так уж вышло, что этой точкой оказывается подбородок кардинала. Тот, заметив пристальный взгляд, безразлично бросает.       - Не парься, натаскаем, - и отходит в сторону, что-то внимательно изучая на столе. «Не парься, натаскаем?». Это же сейчас шутка такая? А ее спросить не надо, хочет ли она участвовать в опасных вылазках этих безумцев? Ей прошлой одной охоты раз и на всю жизнь хватило. И хоть кардинал явно был уровнем повыше, но это же значило, что существу как он, вычислить то, кем является Эс, не составит труда.       В лоб спросить, что он за тварь? Трижды ха. Хоть это и можно было свалить на чуйку ведающего, но едва ли ей ответят.       Итак. Что она имеет? В очередной раз произошло то, что произойти не могло, и ситуация из нехорошей снова приобрела отчетливый перелив пиздеца. Ну что же, Эс не привыкать, она даже почти не расстроилась. Немножко, конечно, разозлилась, но куда без этого. Подумаешь, отряд коммандос, зато все его члены шастали уже сейчас с меткой, а это значило, что ей ее тоже скоро поставят. У всего есть свои плюсы.       Пока рыжая придумывала как себя успокоить, в комнату ввалились парень и девушка, которых Эс смутно помнила по истории с лесом. Парень точно был тот самый, что проявил неожиданный такт, когда пытался взять ее на руки. Имена Эс, к сожалению, не помнила. Новоприбывший, заметив рыжую, застыл, перевел недоуменный взгляд на Нельму, та в ответ чему-то радостно улыбнулась и кивнула. Глаза парня расширились в немом шоке. Он повернулся к кардиналу, потом к рыжей, радостно поднял руки.       - Добро пожаловать! – выдало это чудо выше Эс на две головы и плюхнулось рядом с ней на диван. Девушка была немного более сдержанной, но тоже была явно в приподнятом настроении, чем-то ужасно довольная. Эс уставилась в ответ с открытым ртом. С чего бы такая радость. Что это вообще такое было? Почему все так странно счастливы ее появлению, учитывая, что рыжую едва ли можно считать хорошей боевой единицей?       - Спасибо, - отвечает она, чтобы ответить хоть что-то и чувствует, как неожиданно краснеет от столь пристального и неожиданно позитивного внимания, к которому она совершенно не привыкла.       - Вы его засмущали, - укоризненно качает головой Нельма, но в ее словах слышится все та же улыбка. Кардинал хмыкает и, подхватив под руку рулон, похожий то ли на карту, то ли на плакат быстрым шагом направляется к двери.       - Развлекайтесь, - бросает он, прежде чем выйти.       Что это еще за развлекайтесь?..       У Эс разрыв шаблона, при том очень серьезный. Тот отряд, который представляли, как монстров во плоти, по факту оказался очень далек от этого определения. Ее едва не затискали, как самого младшего, по словам Хель (девушки которую рыжая встретила, когда очнулась выйдя из леса). Она же очень сокрушалась, что Эс - не девочка и нельзя на нее надевать платья и плести косы, потому что она, Хель, всегда хотела младшую сестренку. Рыжая от подобных рассуждений внутренне вздрагивала и думала, что у ее притворства мальчиком возникли неожиданные бонусы.       Вейн же, тоже знакомец из леса, в целом был доволен ее мужским полом, так как мальчиков натаскивать в боевке проще и нет драмы, как у девчонок. Хель в ответ на подобное изречение зарядила в того подушкой, и парень, пробормотав что-то неразборчивое о женщинах и вспыльчивом характере, ретировался, решив позвать Марка, Лису и Морея. Оставшихся членов отряда, которые по какому-то недоразумению еще не были в курсе о столь радостной новости, как появление в их команде Эс.       Оставшиеся трое тоже были… с придурью. В принципе, присущей охотникам на нежить. Это Эс еще по Дею с Деей поняла. А теперь только убедилась. Чем сильнее был охотник - тем хуже у него было с головой. Ник потом так и сказал ей в одном из первых разговоров. Что хтонь больше всего боится тех, у кого протекает крыша. А нормальные ребята долго не живут. Он не сказал прямо, но явно намекнул на прошлый отряд рыжей. И она не могла бы винить его за это высказывание. Известная фраза. Чтобы поймать маньяка - нужен другой маньяк. Чтобы грохнуть ебнутую хтонь - нужен такой же ушибленный головой об косяк. Ничего сложного.       Намек, возможно, был не только на умерший отряд. А еще и на то, что Эс единственная выжила. Значит, по мнению кардинала, она тоже была с отклонениями, потому что у нее сложилось ощущение, что в этот отряд брали только таких. Но, может, это было не так уж и плохо. Да и кем еще можно посчитать рыжую, если официально она поднимала полумертвых людей, заставляя сражаться за себя? Да даже тот факт, что она подняла кодлу трупов и не хотела их упокаивать уже о многом говорил.       Так что ответ почему же ее приняли лежал настолько на поверхности, что становилось даже смешно. Кого еще брать, как не единственного вот так вот специфично выжившего человека в отряд отчаянных и отбитых?       Лиса оказалась девочкой-метаморфом примерно возраста текущего тела Эс. При том, судя по всему, не только метаморфом, но еще и анимагом. Очень сильным, но нестабильным, или необученным. Рыжая слабо понимала в подобном. Волосы девушки меняли цвет так быстро, что зарябило в глазах, Морей доверительно сообщил, что это потому, что она очень рада Эс, за что тут же получил шутливый подзатыльник. Сделал вид, что смертельно обиделся и пообещал скормить Лису Бобу.       Бобом оказался всамделишный труп, видимо поднятый до того, как успел разложиться, и явно проклятый чем-то темным, так как до сих пор выглядел как вполне себе живой. Когда рыжая увидела это, то вот именно тогда действительно охренела. И она переживала о том, что просто думала оставить себе трупы, как питомцев. Она думала, а кто-то оставил, и его еще за это и поощрили. У некросов подобный призыв немного по другому работал. Они не знали концепцию нитей и прочего, все происходило через вспомогательные заклинания. Вен презрительно звала это костылями. Нэнс, смеясь, просила быть снисходительнее к остальным, аргументируя, что не всем же быть гениями.       Но в целом у некросов и не было цели понимать, что там и как с этими нитями и привязками. У них это все на подсознательном уровне заложено без необходимости осознавать тонкости. Они, как правило, просто поднимали нежить на площади, как боевую силу. И единственные, кого это боевая сила не пыталась грохнуть - были они сами. Так что некроманты, как правило, одиночки. Поднять нежить, которая бы следовала и подчинялась, это разовая история, ну, может, сильный некрос мог поднять парочку или даже троих, но это уже прям уровень мастера или выше. Зато Эс чуть не откинулась, подняв пятерых и в итоге упустив нити, а вот Морей, судя по слухам, уже мог поднять штук двадцать тушек и не поморщиться, отдохнуть и дальше еще штук двадцать.       Эс ради интереса решила взглянуть на нить привязки нежити к новому знакомому и обомлела. Это была не чета тем ниточкам, что она протягивала и должна была держать или контролировать. Это был канат похлеще тех, что Эс видела у сильной нежити. Вот и еще одно отличие. Некросы понятия не имели о том, что как, но мощь их колдовства в этом плане была поразительна. Может, поэтому они и не могли поднять больше трех таких привязок сразу. С первого взгляда было ясно, Эс и вполовину такую сильную нить никогда не создаст…       Последним членом нового отряда был тихий парень в длинном пальто. Марк оказался на первый взгляд самым адекватным и спокойным, хоть и жутковатым, но, как говорится, в тихом омуте черти водятся…

***

      Все происходящее было ни чета тому, что было до этого. Хоть ее и приняли до странного радушно, но жить стало куда сложнее буквально сходу.       - Нам нужно понять, как тебя наиболее удачно вписать, иначе ненароком зашибем и будет у нас подруга у Боба, - пошутил Вейн, подняв ее в шесть утра жизнерадостным «в бой». В никакой бой Эс не хотелось. Ей вообще палочку в руки брать не хотелось, и она уже предвкушала, какой это станет проблемой и разочарованием. Как бы дружелюбны не были эти люди, вряд ли им нужен бесполезный в бою мелкий пацан. Эс уже предвкушала, как ее передают с рук назад Грейву, но на удивление этого не произошло.       Когда Вейн увидел реакцию палочки на рыжую, то пришел в нездоровый и пугающий восторг.       - Так ты как Марк, - выдал он не очень понятное сравнение и затем добавил. - Одаренная.       Эс так и подрывало прибавить что-то вроде «особо», но она на удивление сдержалась.       - Если магический концентратор тебя так отвергает, то значит есть что-то такое сильное, что он не выдерживает этого, - доверительно сообщает темноволосый парень. – Тебе просто нужен концентратор посильнее, они, как правило, живут дольше. У Марка штук пятьдесят палочек взорвалось, пока ему Грегорович не смог создать подходящий инструмент. Зато как мастер палочек восхищался таким богатым опытом поиска неочевидных дефектов за столь короткое время.       Эс невольно вспомнила Олливандера и то, как тот создавал палочку для нее. Где-то там готовится подходящий и достаточно прочный концентратор, который она не смогла взять с собой из-за того, что подобная палочка для потерянного ребенка была бы слишком подозрительна. А еще она в очередной вспомнила историю прошлой жизни и ту палочку, которой колдовала. И то, как Гаррик тогда сказал, что это палочка Эс Гонт или какая там была фамилия? А еще, что они с этой Гонт очень похожи. И что эта самая мисс внезапно пропала. Может ли быть, что это Эс и была, и что это была ее палочка на заказ? И в итоге она же досталась ей в следующей жизни…       Если это и было так, то было в этом что-то подозрительное. Тогда рыжая особо не думала с чего бы мастеру волшебных палочек отдавать чужой концентратор даром, даже если человек заказавший его и пропал. В тот момент Эс не понимала цену такого упроченного инструмента. А вот сейчас осознавала, потому что даже при том, что Гаррик делал ей всяческие скидки за счет помощи в поисках дефектов, итоговый вариант все равно встал во внушительный мешочек галлеонов. Надо бы подумать об этом. Могло ли на ее поступки сейчас влиять то, что она знала из той жизни? Возможно, ей стоит специально оставить заказ на еще одну палочку? И что будет, если она этого не сделает?       А может, она вообще способна оставить себе подсказки в будущее? Еще было бы что подсказывать… Или может она даже пыталась, но если она не помнит никаких подсказок, то она их не нашла, или не запомнила и не поняла, что это были они… Сложно. Лучше об этом пока не думать.       - Хей, ты там предаешься восхищению своей внезапной гениальности? – вырвал ее из размышлений Вейн. – Лучше подумай, что ты такого можешь, что концентратор тебя не выдерживает? Для этого обычно всегда есть причина. Конечно, может быть, что это не дар, а ты просто проклята, - шутливо добавляет парень, и Эс хочется слегка истерично засмеяться. Ведь если бы ее спросили, как она считает, она бы точно отдала голос за проклятье или что-то вроде того.       - Так что? – снова прерывает невеселые думы Вейн. – Есть идеи?       - Он ведающий, - летит со стороны входа в тренировочный зал, и Эс оборачивается и видит привалившегося к дверному косяку кардинала. – И по уверениям Грейва ментал, но какой-то бракованный, - хмыкает парень и отлипает от косяка, направляясь в их сторону. – И, кстати, ты ошибся, Вейн, можешь поинтересоваться у Марка, это не отдельно дар или проклятье, это частенько одновременно. Если пацана не терпят обычные палочки и стремятся его покалечить, то значит что-то не так.       Ник переводит пытливый взгляд на рыжую.       - Тебя проклинали? Может, что-то темное? Ритуалы с душой? Крестражи? Бывший обскур? Пытались подселить хтонь? Принести в жертву? – перечисляет он, будто бы пытается выяснить причину заболевшего горла, а не явно темной магической отметины.       - Не знаю, - растерянно отвечает Эс, она и подумать не могла, что есть столько возможных причин того, что она не может нормально использовать палочку. – Крестражи? – выцепляет она не очень знакомое слово, но от нее только отмахиваются.       - Понятно, в общем, может, Марк посмотрит, что скажет, но я бы отталкивался от того, что пока мы не выбьем ему заказ на специальную палочку, то лучше концентратор в руки ему не брать без крайней необходимости.       Возможно, они ожидали другой реакции на столь неприятное для магов заявление, так что оба удивленно оборачиваются в сторону облегченно выдохнувшей рыжей. Да, не самая ожидаемая реакция магика на запрет пользоваться палочкой, но Эс все равно.       - Так не любишь колдовать? – недоуменно вскидывает бровь Ник.       И вместо того, чтобы привычно соврать или увильнуть, рыжая неожиданно даже для себя выдает.       - Терпеть не могу.       Ник застывает и пару секунд просто таращится на нее, а Вейн принимается безудержно хохотать.       - Кардинал, да у тебя глаз-алмаз, я думал, хлеще, чем уже было, сложно, но магик, который терпеть не может колдовать, о, Мерлин, это действительно нечто.       Эс ждет недовольства, но Ник внезапно тоже улыбается.       - Сбагрим тебя Нельме, если что, ты только, пожалуйста, никому вне отряда не говори такого, особенно Геральту, - подмигивает кардинал и уходит.       Эс недоуменно смотрит на Вейна.       - Геллерт Грин-де-Вальд? – уточняет она.       - Ага, - кивает Вейн. - Они с кардиналом на короткой ноге, так что периодически ты его теперь точно видеть будешь. Да и метку скорее всего скоро получишь, - он с гордостью отодвигает край рубашки, демонстрируя знак даров смерти с обвивающей его змеей на тыльной стороне запястья. – Знак лучших, здесь только такие, - гордо сообщает ей парень. И Эс в который раз задумывается о том, что почему-то в этом странном месте лучший - приравнялось к сумасшедшему. И после она в этом только убедилась.

***

      Так или иначе у всех здесь была покореженная судьба. Ну, как бы по дефолту. Какой ребенок с нормальной судьбой мог бы очутиться в подобном месте? Даже учитывая тот факт, что вербовка частично шла через Дурмстранг. Тянуть в подобные игры детей сильных и именитых волшебников, которые в случае чего могут поднять бучу, не самая умная идея. Поэтому-то на фоне прочих Эс даже чувствовала себя сносно. Ну, как-то сложно все время жалеть себя и предаваться саморефлексии, когда вокруг у всех истории не особо лучше и они при этом что-то делают, как-то пытаются и прочее. Наверное, в жизни очень многое действительно зависит от окружения и того на сколько тебе повезет попасть в правильное. И можно сказать, Эс неожиданно повезло.       Нет, Ненс и Вэн были чудесные, и рыжей с ними тоже повезло, но, кажется, в определенные моменты времени нам нужны определенные люди, которые позволяют понять определенные вещи. И вот в тот момент жизни Эс нужен был как воздух именно этот долбанутый отряд. Поняла она это уже много позже. Возможно, до конца только сейчас, сидя здесь, в теплом домике лесника-людоеда. Такие вещи всегда понимаешь не сразу, а как бы постфактум.       Кажется, рыжей всегда не хватало вот такого примера отчаянной жажды жизни в полном пиздеце, стремления сохранить себя и веру в других, желания просто быть в этом мире и радоваться тому, что ты есть. Это своего рода философия, которую постигнуть не так-то легко, но гораздо проще это сделать, если знаешь кого-то, кто ее придерживается. А этот странный отряд разношерстных подростков именно что на удивление придерживался этой специфичной идеи. О том, что главное - это жить и этой жизнью, какой бы она не была, наслаждаться. Рыжая не сразу поняла, откуда росли ноги у этого странного для подобной обстановки взгляда на мир.       И каково же было ее удивление, когда она осознала. Кардинал. Это все выпестовал во всех этих ребятах кардинал, который их же всех и собрал. По какой-то своей странной логике и выборке. Потому что можно было взять кого-то сильнее, одареннее и прочее, но он, как-то будто бы тыкая пальцем в небо, выбирал тех, кого ему хотелось, и на удивление каждый вписывался и в комплекте работа шла не хуже, чем у тех, кто в отдельности считался лучшим. Каким-то странным образом этот хамоватый и откровенно не нравившийся Эс человек оказался стержнем, благодаря которому держалась вся группа. Стержнем, благодаря которому потом держалась и Эс. Тем, из-за кого она все еще не плюнула на весь, казалось бы, безнадежный исход и не свалила, куда подальше или просто не заавадилась чтобы попасть в очередное перерождение.       Реакция отряда на плохие новости была ужасно странным зрелищем первое время. Хотя бы потому, что когда ты встречаешь проблему, ты ожидаешь соответствующей реакции. Ну, там траурного настроения, какое было в прошлом в отряде Эс перед тем, как его действительно похоронили, или хотя бы просто переживаний. Здесь же все так или иначе сводилось в шутку или местами явно безумный позитив. У Эс иногда складывалось нездоровое ощущение, что она сошла с ума и попала в дом сумасшедших.       Были, конечно, исключения из стремления радоваться всему. Например, история, произошедшая с той, кого Эс заменила...

***

      Очередное утро пребывания в отряде кардинала коммандос Грин-де-Вальда ознаменовалось личным разговором с этим самым кардиналом.       - Я заметил, что я тебе не очень нравлюсь, - кидает Ник, вытянувший рыжую на улицу спозаранку чуть ли не за шкирку, а затем затягивается маггловской сигаретой. Почему он, как маг, не курит магические Эс спрашивать не стала.       Что ты должен ответить человеку, который тебе не очень нравится, если он говорит тебе, что это заметил? Сложный вопрос. Но устраивать очередные подковерные игры желания не было от слова совсем. Да и смысла тоже.       - Да, не нравишься, - прямо отвечает рыжая и выдерживает взгляд кардинала, не отворачиваясь. Тот не пытается проникнуть в мысли и прочее, как любят делать все взрослые маги хоть сколько нибудь обладающие окклюменцией. Просто смотрит, будто изучая.       - Потому что я сволочь? – проницательно уточняет он.       - Вроде того, - хмыкает рыжая, не совсем понимая, к чему ведется этот разговор. Мелькает мысль, что вот сейчас этот странный кардинал передумает и вернет ее Грейву. Не то, чтобы это пугает. Тот радовался ее успехам в сопротивлении круцио. Так что так или иначе Эс метку получит. Просто, может чуть позже.       - А ты? – вдруг спрашивает он.       Эс не уточняет, что он имеет ввиду. Он спрашивает, не сволочь ли рыжая, это очевидно. Считала ли она себя сволочью после того, что делала и что готова сделать? Пожалуй, да, в какой-то степени это было так. Считала ли она себя такой же сволочью, как кардинал, который спокойно наблюдал за тем пиздецом, который творился вокруг, а потом еще пренебрежительно заявил, что раз Эс хотела попасть в это место, то сама и виновата? Нет, определенно нет. И дело даже не в его отношении к Эс. Дело в том, что на ее месте ведь мог быть любой другой ребенок. Который бы тоже был по мнению этого парня виноват лишь потому, что пытался выжить.       Она молчит и не отвечает. Не знает, как правильно выразить мысль.       Кардинал немного ждет, затягивается и продолжает.       - Знаешь, есть одна простая истина. Ее мне очень любила повторять та, чье место ты сейчас занимаешь. Звучит она очень коротко. «Всех не спасти». Отсюда следует другая тоже очень простая мысль. «Умей правильно расставить приоритеты». Если ты не можешь помочь всем, а это очевидно так, то пытаться поступить иначе – все равно что бороться с ветряными мельницами. Нет смысла играть героя. Потому что тогда можно вообще не спасти никого. Жаль, понял я это окончательно, когда стало слишком поздно, - Ник в очередной раз затягивается так сильно, что уже начинает курить фильтр и, поморщившись, отбрасывает окурок и сразу же достает новую никотиновую палочку. – Ты в силу того, что еще мелкий, наверняка идеалист и опыта маловато, можешь считать, что я говорю полную чушь, я сам так когда-то считал. Но потом рано или поздно это понимаешь. Главное, чтобы вариант с поздно тебя не подкосил.       Эс не знает, что отвечать на подобное, и надо ли вообще что-то говорить. Просто молча стоит рядом и втягивает носом дым, слегка морщась.       - Ты, как бы не старался, для кого-то все равно будешь сволочью и гадом, так что чем раньше ты поймешь, что стараться для всех не стоит, тем будет лучше. В жизни нужно в первую очередь жить для себя. Потом для тех, кто наполняет твою жизнь смыслом, а уж потом, если останутся силы, для всех остальных. Потому что если ты будешь жить для всех, кроме себя, то мало кто скажет за это спасибо, да и прожить долго не удасться. Просто закончишься.       Это все конечно звучит красиво, но Эс не выдерживает. Ей тогда это казалось просто оправданием жесткосердечности и бездействия.       - Поэтому проще дать угробить кучу невинных детей, - бросает она сквозь зубы, хоть и собиралась ничего не отвечать.       Ник молчит. Снова затягивается, выдыхает облачко дыма и жмурится.       - Что, по твоему, я могу сделать? – наконец, говорит он. – Чем бы я мог помочь?       Эс резко оборачивается. И он спрашивает чем? Чем бы мог помочь человек, который находится на короткой ноге с Грин-де-Вальдом? Она, кажется, неосознанно говорит часть мыслей вслух. Парень горько смеется.       - Ох, рыжий, ты слишком высокого мнения обо мне, - кардинал грустно улыбается. Задумчиво смотрит на наполовину выкуренную сигарету.       - Я скорее на коротком поводке. У меня есть свои причины быть тут и терпеть это, а не уйти. Но это не значит, что я могу влиять на то, что творится в приемочном центре достаточно сильно. Вот, например, вместо того, чтобы оставить тебя в куртке прошлых лет, непонятно как на тебе оказавшейся, я стянул ее с тебя и сжег, прежде чем отнести в лазарет. Как думаешь, что было бы, если бы тебя нашли в столь странном одеянии? Я подозреваю, что выжил ты как-то очень и очень специфично, и мне, если честно, не интересно как, но вот другим, я уверен, было бы очень любопытно. И ничем хорошим любопытство это бы не закончилось. Я мог помочь, не навредив себе, и я помог. Если бы я знал, что это может на мне отразиться, буду честен - помогать бы не стал. Так что же, я теперь сволочь, потому что не хочу огребать за помощь другим?       Эс замирает, пристально глядя на собеседника, но не уверена, что ей есть чем крыть. Она всегда отталкивалась от того, что ты должен помочь, если можешь, даже если тебе эта помощь может выйти боком. Но никогда особо не задавалась вопросом, зачем. В ее первой жизни это бы назвали синдромом спасателя. Ей даже пару раз говорили, что он у нее есть. Только вот в прошлой жизни этот синдром не грозил кончиться трагедией, потому что в том спокойном мире масштабы проблем были явно поменьше. А вот в этом... Эс первый раз задала себе очень важный вопрос. Зачем она периодически спонтанно пыталась геройствовать? Чтобы удовлетворить свое эго? Почувствовать себя нужной? Придумать себе хоть какой-то смысл этой чертовой жизни? Пожалуй. Тогда выходит, что это геройство вовсе не подвиг, а просто очередная подсознательная попытка саморазрушения. От выводов, которые приходили в голову после разговора с кардиналом, становилось очень и очень неуютно.

***

      Допив отвар Эс встает с кресла и несколько раз прогуливается вперед-назад разминая ноги. Затем косится в окно, в котором застыл поднятый ею улыбающийся труп. Морщится. Решает, что нужно еще немного никотина, и выуживает с полки очередную сигарету, прикуривая от камина и тут же выходя на улицу даже не надев куртку, дабы не слушать нравоучений и возмущений. Кот следует за ней, но ситуацию не комментирует.       - Тут достаточно холодно, чтобы бросать его вот так? - кивает девушка в сторону частично обглоданного трупа лесника. Эс понимала, что температура вероятно минусовая, раз уж снег падает и не тает на земле, но она никогда особо не интересовалась условиями для хранения трупов, чтобы их мясо не портилось, да и в целом от магического леса можно многого ждать.       - Предлагаешь засолить? - хмыкает кот, подходит ближе, оглядывает покусанное тело и недовольно дергает усами. - Я обдумал ситуацию как следует и понял, что в сыром виде столько мяса точно не съем. Что уж и говорить, а старик меня разбаловал.       Эс закатывает глаза.       - И как ты тогда собрался его есть? – она кивает в сторону трупа лесника, как сама Эс его будет есть, а если не будет, то как получит нужную дозу темной магии думать пока не хотелось. - У тебя лапки, а я сразу говорю, что разделывать, варить, жарить, парить и прочее человечину не буду. А судя по вашим тут закруткам и рагу, вы с ним, - быстрый очередной кивок в сторону почившего лесника. - Были теми еще гурманами.       - Да кому ты нужна, - тянет в ответ кот пренебрежительно. - У меня, во-первых, есть замечательный кулинар и мясник в виде него, - он кивает в сторону улыбающегося трупа. - А, во-вторых, я и сам прекрасно справлюсь, если захочу.              Эс ненадолго замирает, пытаясь осознать смысл сказанного, но быстро списывает все на очередную попытку подшутить.       - Хотела бы я посмотреть, как ты будешь кашеварить, - хмыкает девушка ни веря словам кота ни на йоту, но все равно невольно ежась. Мало ли что там у хтони в запасе имеется. Сейчас окажется, что он с палочкой в зубах может скакать и заклинаниями разбрасываться. А это звучит весьма напряжно и опасно, как по ее мнению.       Кот в ответ пару раз бьет по земле хвостом.       - Не веришь значит, - опасно щурится он.       - Ну не то что бы не верю, - тянет рыжая напрягшись и тушит недокуренную сигарету о стену дома.       - Что, уже передумала смотреть? – понимающе откликается баконэко, но издевка так и читается в подтексте. Рыжая решает, что если у кота и есть какие-то сюрпризы, то о них лучше уж знать сразу. Да и желание доказать, что она, как кардинал и видящая, никого тут не боится, были совершенно не при чем.       - Жажду увидеть, - тянет Эс, чувствуя, что мороз уже пробирает чуть ли не до костей, молча уходит в дом и закрывает дверь.       Раз уж кот такой умный, то пусть попробует заставить поднятый Эс труп открыть дверь, ну или сам откроет. Мелькает мысль, что вот сейчас он все же дожрет лесника и свалит, но Эс понимает, что даже хтонь физически за один присест такое количество темной магии не поглотит. Девушка на всякий случай аккуратно выглядывает в окно, рядом с лесником никого нет, он вроде все такой же относительно целый, а вот ее нежить и кота не видно. Видящая хмурится, аккуратно тянется к нити, чувствуя, что поднятый труп где-то рядом, и посылает наказ идти в сторону лесника. Вздрагивает от поворачивающейся дверной ручки. На пороге стоит ее труп. Только выглядит чуть более живым, не улыбается и почему-то совершенно не чувствуется.       - Что за… - тянет рыжая и невольно отступает на шаг назад, едва не падая из-за оказавшегося на пути стула. Рукой принимается шарить по столу в попытке найти хоть что-то для защиты. Но быстро берет себя в руки и тянет за ниточку трупа. Понимает, что она все еще целая и на том конце кто-то отзывается. И от этого становится даже хуже. Потому что, если нежить сорвалась с поводка, то упокоить ее можно и без палочки, хоть и с потерями. А вот что за хрень стоит напротив нее, и что делать с порождением возможно самого могильника совершенно не ясно.       - Как побледнела то, - улыбается ей внезапно по-человечески эта тварь и не обращая на нее никакого внимания идет в сторону кухни и принимается выбирать нож. Пот струится по виску. Побежать в лес еще раз? Бред. Где гребаный кот? Что происходит.       Эс сильно бьет по ментальной связи, притягивая к себе труп, так, что тот появляется в комнате через пару десятков секунд, и как никогда рада этому жуткому улыбающемуся мертвому оскалу. Потому что пугает он гораздо меньше, чем эта живая человеческая улыбка на как две капли похожем лице.       Видящая тут же отступает за нежить, используя ее на манер щита, и осторожно пятится к двери. Тот, что похож на живого, оборачивается в их сторону на шум и вздергивает бровь в смутно знакомой мимике. Уже выбранный нож он явно привычно сжимает в левой руке.       - Не подходи, - шипит Эс чуть ли не срываясь на парселтанг, чтобы это не была за тварь, лучше как можно четче обозначить свою позицию. Кто знает, может это вообще вовсе не по ее душу и оно просто возьмет да уйдет, даже не собираясь нападать. А так вот эта тварь пройдет, не подозревая, слишком близко к рыжей без задней мысли, а Эс с перепугу дернется и вот тогда вроде плохого и можно было избежать, да по глупости не вышло. Шанс такого конечно мал, но вдруг...        Да где же этот гребаный кот.       Монстр напротив в ответ на слова рыжей внезапно растягивает рот в ухмылке.       - А я и не думал, что видящие такие пугливые и нервные, - он опирается о шкафчик стоящий на кухне и поползновений в ее сторону не делает, но и уходить не спешит. Эс не знает испытывать ли облегчение или еще больше напрячься.       - Что ты? – делая еще один аккуратный шаг в сторону двери и резко переключившись в режим "бей или беги" уточняет девушка.       - Как же грубо, - тянет тварь все также не предпринимая попыток приблизиться и лишь вертит в руке ножик. Потом переводит взгляд на Эс и дверь за ней. Вздыхает. - Я бы на твоем месте не стал убегать еще раз, - нравоучительно говорит существо. - Я вижу, буквально чувствую, ты очень хочешь совершить очередной забег по лесу, но поверь, у меня нет никакого желания снова вылавливать тебя и ждать пока ты отопьешься отваров.       Рыжая начинает подозревать уж совсем нехорошее, но признавать это не хочется.       - Блять, ну нет, - наконец тянет она обреченно.       Хтонь напротив хмыкает.              - Ты слишком драматична, видящая.       А Эс в ответ лишь возводит глаза к потолку и громко стонет. Почему именно ей всегда на столько не везет? Почему именно этот подвид баконэко?..       Кот же явно довольный произведенным фурором протягивает Эс полушубок и манит за собой на улицу. Останавливается у лесника, явно примеряясь как бы поудачнее его разделать. Оборачивается к застывшей и не знающей, что именно думать обо всем этом Эс. Вздыхает.       - Давай еще кусочек твоей истории, а потом, когда успокоишься, а я закончу с разделкой, обсудим ситуацию, договорились?       Эс тяжело и пронзительно вздыхает. Прикрывает глаза. Зря потушила недокуренную сигарету. Снова хотелось затянуться. Но оставлять без присмотра хтонь, учитывая выясненные недавно обстоятельства, не хотелось все же больше. Рыжая прикусывает нижнюю губу от досады на то, что она на столько невезучая, а потом продолжает рассказ.