Смерть Союза (История 3 Рейха). Часть 3.

В голове Рейха все затрещало, такого он точно не ожидал. Как он не дооценил этого русского. Ох как не дооценил. Но даже сейчас, когда он был в таком положении, он надеялся на лучшее. Что сейчас случится чудо, и этот ад закончится. Не успев как следует отойти от первого удара, он почувствовал, что его готовился настичь второй удар, который, возможно, отправит его в незабытье, но послышался звук выстрела. Это был Генрих. Ранее он отреагировал на шум, увидел этих двоих, понял, что Руслан сейчас угробит его отца и, не видя другого выхода из ситуации, выстрелил Руслану в замахнутую руку. Пока у Руслана был болевой шок от пули в руке, Генрих быстро подошёл к русскому, взял его за руки и, одной ногой наступив на спину, зафиксировал положение русского. Рудольф ещё 2 секунды лежал на полу, отходя от удара этого русского. После он медленно встал и отряхнулся, сбросив пыль на Руслана. Это ему за тот удар. Вроде мелочь, но представляя, какое унижение он испытывает, мысленно хихикнул. А Руслан прикусывал язык от боли, но даже такое положение дел не сломило русского, и он изо всех сил пытался выбраться из захвата. -Расслабься, русский. У тебя повреждена рука, лучше пойди отлежись, а то ещё, хах, умрёшь тут. - сказал Рудольф, поправляя свою одежду. -Д-да ты придурок! Ты не только являешься самым ужасным воплощением, но тут ты даже смеешь манипулировать своим сыном! В этот момент Генрих обозлился. Какое право он имеет говорить так?! Он сам принял это решение! Он не хочет снова быть в одиночестве! Он устал быть один! Он устал! У самого есть братья и сестры! Он не один! У него есть те, к кому он может прийти! Кому может выговориться! Кто для него родные люди! Да, отец мёртв, но остальные живы! Они есть друг у друга! А у него никого. Совсем никого! И вот сейчас у него появился отец! Теперь и у него есть близкий! И теперь он сделает все, чтобы они были вместе. Поэтому он только сильнее надовил на спину Руслану и сильнее закрутил руки. -Н-не говори так! Тебе не понять меня! Я всю жизнь был один! В детстве я был хотя-бы с братом! П-потом совсем один под влиянием США! А сейчас я совсем один потому, что США убил моего брата! Рудольф стоял как громом поражённый. Он слушал сына, и каждое слово причиняло ему боль. Он давно понял, что все его планы были огромной ошибкой. Вся его жизнь состояла из многочисленных планов по расширению территории и возвеличиванию немецкого народа. Он с самого начала понимал, что кто-то сможет одолеть его, что кто-то победит, остановит его. Но он верил, что детей не коснётся его деятельность. Что хоть немного, но оставят им завоеванных территорий и оставят их в покое. Но нет. Союз довёл свои войска до самого Берлина и освободил все те территории, что были под его властью. А что творили с его детьми... Даже подумать страшно. Ему было стыдно за то, что он не уделял детям внимания. А если и уделял, то это были только упрёки, скандалы, а иногда даже и побои. Рейх жудко уставал. Поднимать страну с колен была та ещё задачка, и на это уходили все силы Рейха. Мало того, что сил надо было много прикладывать, но ещё и надо было эмоции держать под контролем. Это было очень утомительно. И дома весь свой негатив, все свои чувства хотелось куда-то выплеснуть. Он не был железным. Поэтому весь свой негатив он выливал на собственных детей. Но кроме того, Рудольф хотел видеть детей сильными и достойными своего отца. Поэтому он постоянно унижал детей за их слабости. Даже малейшие. Особенно он унижал ГДР. Его особенность зрачков. Его просто бесило, когда его чувства были видны, как на ладони, и не мог скрыть свои настоящие эмоции. Его отец был таким, и он сам стал таким, хотя малышом он всем сердцем желал, чтобы не повторить судьбу отца, и быть хорошим отцом для детей. Но дослушав речь Генриха, Рудольф шолохнулся от шока, а сердце пропустил удар. Подождите... Вы хотите сказать... Что его сыночка... Его маленького немца... Убил какой-то заносчивый американец?!Рудольф сдал кулаки. Да как же так?! Почему?! Прости меня, ГДР. За все прости. Но вспомнив, где он находится, и что сейчас не время думать обо всем этом, быстро пришёл в себя и продолжил наблюдать за происходящим. -А сейчас я увидел своего отца! - продолжил с жаром Генрих - И я не буду упускать свой шанс! Руслана трясло от злости. Да как смеет так поступать?! Да как он смеет так говорить?! Как его отец позволил находиться этому немецкому отродью рядом?! Он с самого начала не доверял немцам! Он ведь не лучше! Он как его долбаный папаша! Он сейчас поступает так, как человек, что принёс слишком много боли ему и его семье! Руслану было плевать на мысли Германа. Ему было плевать на то, что это его родной отец! Этот человек должен быть в тюрьме! Ему там самое место! -Да ты прям как он! Эти глупые отговорки! А ты просто поступил как гад! Предатель! - заорал как не в себе Руслан, называя Генриха самыми скверными выражениями - Как ты посмел прийти к моему отцу?! Ты жалкий предатель! И такие люди, как ты и твой уродский батя, не заслуживают застать смерть самого Великого человека нашей страны и этого мира! Для Рудольфа эти слова были как звонкая подщечина. Эти слова сильно разозлить Рудольфа. Ведь больше всего он мечтал, чтобы его дети не были такими, как он и его отец. И чтобы другие не считали его детей похожих на него самого. Он прекрасно осозновал, какое он чудовище. Именно, что чудовище. И он не хотел, чтобы его дитятки были такими же жестокими, злыми, с манией захвата мира, как и они сами! От распиравшей его злости, Рудольф наступил на лицо этого зазнавшегося русского, наступил своим грязным сапогом на его лицо. -На твоём месте, я бы помалкивал, глупый русский, пока не лешился своих рук. - произнёс он спокойным, с нотками высокономерности тоном. Руслана эта речь не напугала нисколечки. Он не будет присмыкаться пред фашистом. Никогда. Пусть все, что угодно с ним делают, ему плевать. В его глазах сверкала холодная решимость, но этого не было видно. -Д-да ломайте мне руки, если хотите.... Я тебя все равно убью... Если не руками, так ногами запинаю! Ноги оторвете?... Хех... Загрызу тварей! Чего бы мне это не стоило, на какие жертвы я бы не пошёл, что бы мне не пришлось потерять... Я сделаю все, чтобы ты никогда не увидел белый свет, урод! - он заикался от злости и унижения, его голос уже надрывался от криков, но каждое слово слышались отчётливо и с напряжением висело в воздухе. Рудольф резко отшатнулся от Руслана и в его глазах считались шок и страх. Настоящий дикий страх. Эти слова... Эти гребные слова... Эта решимость... Эта злость... Он будто смотрел не на того сопляка, за которого он принимал юношу с самого начала, а на Великого Союза. Того, кто нарушил его планы... Того, кто мучал его... Того, кто убил его... Точь в точь! А говорил мне отец, что с русскими лучше не связываться на смертном одре. Каким же я был глупцом. Наверно, и Российская Империя в гневе тоже был таким. Они все страшны! Теперь понятно, почему они продержалась так долго. Вот такие мысли посещали Рудольфа, глядя на старшего наследника Союза. -... Отпусти его, он и так ранен. - приказал он Генриху. Он не знал, что Руслан сможет сделать. Но оставаться им тут долго нельзя. Им надо бежать, пока этот уставший сумасшедший русский чего-нибудь ещё не натворил. Генрих его отпустил. Руслан рухнул на землю. Он жудко устал и вымотался. Ведь он не спал двое суток напролёт, смотря на то, как его отец умирает. Ведь он хотел быть рядом с ним в последние минуты жизни. Ведь Союз бы сам хотел, чтобы он умер в окружении близких. Он был морально сломлен. Сначала смерть отца, которого ценил и уважал, потом предательство Генриха, унижения от Рудольфа, переживания за братьев и сестры... Все это наложило на нем огромный отпечаток. Потом ещё рана в руке давала о себе знать, а та ярость, с которой он накинулся на Рудольфа, забрала его последние силы. Руслан был на гране обморок. Но он не мог просто взять и отпустить этого гада! Он должен сделать хоть что-нибудь! И вот, дыша одним ртом, собирая последние силы, Руслан дрожащими пальцами взял рацию, которая чудом оставалась у него в кармане и вызвал солдат. Это все, что он мог сделать. Пусть это поможет. Не опоздайте. После этого он поглотился в пучину тьмы обморока. Рудольф в ужасе понял, что только что произошло! Этот чёртов Русский! Этот чёртовы отпрыск Союза! Да как же так?! И тут через пару мгновений ворвались солдаты и схватили немца. Перед тем, как чужие руки обхватили его тело, Рудольф только и смог, что крикнул горестно и отчаяно: -Чёрт! Пара солдат подбежали к раненому Руслану и начали оказывать ему первую помощь. Парочка солдат подошли к Генриху, Белославе, Глебу и Казбеку. Бегло посмотрев их на отсутствие повреждений, один из солдат сказал: -Здравия желаю, товарищи. Следуйте за мной. Генрих молча следовал за солдатом, а Глеб, как самый адекватный из троицы, вёл за собой остальных. Неожиданно Белослава остановилась и, готовая вновь разреветься, с трепетом спросила: -Как там Руслан? Он будет в порядке? Один из тех, кто помогал Руслану, ответил Белославе. -Не волнуйтесь, товарищ. Руслан будет жить. Но нам надо отправить его в больницу, чтобы залечить раны. Не беспокойтесь. Троица вздохнула с облегчением и покинули помещение. Парочка солдат остались охранять Рейха, а остальные отнесли Руслана в больницу, чтобы там ему уже оказали профессиональную медицинскую помощь.