Часть 54 Тучи сгущаются

Хогвартс-Экспресс ритмично двигался по рельсам, унося студентов на летние каникулы. Погода за окном царила солнечная, погожая, казалось, открывался вид на одну из иллюстраций детских книжек со сказками. Но спокойствие и умиротворение находилось лишь по одну сторону окна. По другую же разворачивалось жаркое обсуждения и отнюдь не тихая беседа. — За последние двое суток еще трое погибших! И это если не брать в расчет количество раненных! — Ежедневный пророк в руках Джеймса гневно всколыхнулся. — Куда вообще смотрит Министерство магии?! — Оно смотрит как обычно себе в карман. — с раздражение повел плечами Сириус и скрестив руки на груди, с призрением добавил. — Проворонили у себя под самым носом зарождение такой опасной, смертельно опасной, группы фанатиков и обнаружив, что сели в лужу по горлышко, сейчас судорожно делают вид, что ничего ранее даже краем уха не слыхали об этих Пожирателях смерти. — И имя Волан-де-Морт они в первые слышат. — нехорошо прищурив зеленые очи, поддержала Акела. — Очухались, блять! Эти твари уже стольку маглов положили. И уже за маглорожденых и полукровок принялись. А они только проснулись! Дремавший на ее коленях Марок во сне недовольно фыркнул, выпуская из носа темный серый дым, словно соглашаясь со словами Фенрир. — Верхушка министерства в данный момент крайне растерянна. — заметил Римус. — Поэтому отвечает весьма слабо и почти без должного уровня подготовки большей части мракоборцев. Но наверняка есть волшебники, помимо состоящих на службе Отдела магического правопорядка, которые готовы сражаться и отстаивать достойное человеческое отношение к себе и окружающим. Поттер заговорщически огляделся, наклонился ближе к друзья и почти шепотом проинформировал: — Есть. Я даже слышал о такой. Краем уха, конечно. Из разговоров родителей. Называется Орден Феникса. Основная цель — противостояние лорду Волан-де-Морту, его Пожирателям Смерти и полное искоренение нависшей угрозы. Его основателем, кстати, является сам Дамблдор. — Ого. — пораженно выдохнул Питер. — Даже так. — Акела задумчиво почесала затылок и неожиданно выдала. — А как попасть с этот Орден? Блэк и Люпин тоже заинтересованно посмотрели на Сохатого. Поттер лишь немного растерянно развел руками: — Любая информация об участниках Ордена строго засекречена. Я, конечно, постараюсь как можно больше выведать у родителей на эту тему, но ничего конкретно обещать не могу. — Нужно разузнать о нем как можно больше инфы. — сказала Игнис и серьезно добавила. — Если Ордену Феникса и правду будет под силу противостоять этим скотам, то я одна из первых встану с ними бок о бок. — Я тоже только за то, чтобы вступить в этот орден. — воодушевленно заметил Бродяга и злорадно усмехнулся. — Накостылять жалким Пожирателям, помочь людям остановить эту заразу, так еще и по головке погладят. — Я, в принципе, с Сири согласен. — кивнул Римус и чуть иронично улыбнулся. — Ну если только со спорным последним заявлением. Блэк саркастично хмыкнул и показал язык Лунатику. Тот, в прочем, не сильно обиделся на данный жест в его сторону, лишь улыбнулся краем потресканных губ, прикрыл веки, прислонив голову к прохладному оконному стеклу и задремал. *** Первые две недели каникул прошли более-менее тихо. Сириус бы даже сказал, что спокойно. Но ближе к концу июля в доме на площади Гриммо, 12 все чаще начали звучать разговоры, которые Бродяга никак не мог принять. Потому каждый спор на эти темы заканчивался страшным скандалом. У него конечно и раньше сильно разнились взгляды на вопросы чистоты крови, но сейчас это переросло в настоящее противостояние. Каждый вечерний прием пищи заканчивался тем, что на гриффиндорца выливалась гора обвинений и оскорблений со стороны матери, а тот удался с презрительным выражением лица к себе в комнату, громко хлопнув дверью напоследок. Но в один из таких вечеров ситуация окончательно вышла из-под контроля. — Регулус, ты уже определился, куда направишься после окончания школы? — Вальбурга обратилась к одному из сидящих на против нее сыновей. Слизеринец аккуратно положил на пустое серебряное блюдо столовые приборы и поднял на мать внимательные темные очи. — Я еще не раздумывал над этим вопросом, Мадам. — вежливо ответил он женщине. — Пора бы. — Вальбурга, словно размышляя пару мгновений, покрутила в длинных пальцах изящный бокал с вином. — Иначе станешь как твой никудышный братец. — она кинула на Сириуса взгляд, полный раздражения и призрения. Светлые стальные очи зловеще блеснули в свете свечей ближайшего канделября. — Я обязательно передам главе Отдела магического правопорядка и мракоборского управления, что их работа никудышная. Думаю, им будет ооочень интересно ваше мнение на этот счет, Мадам. — ядовито улыбнулся Сириус. Сидящий неподалеку от Вальбурги Орион недовольно почесал усы, но газету, за которой в самом начале «светской беседы» скрылось его лицо, не отложил. Тем временем Мадам Блэк, с умело скрытым гневом, ледяным голосом продолжила: — Мракоборцам не под силу свершить закон в этом мире. В наше время есть только одна по-настоящему влиятельная сила. — Ах да. — гриффиндорец на пару секунд сделав вид, что размышляет и насмешливо предположил. — Вы не про Волан-де-Морта и его цепных псов, случайно, Мадам? Лицо Вальбурги стало каменным, Орион наконец соизволил отложить свежий выпуск Ежедневного пророка, а Регулус с осуждением и нарастающей тревогой бросил взгляд в сторону Сириуса. — Лорд Волан-де-Морт вернет порядок, настоящий порядок, в это общество. Былую славу нашим чистокровным родам! — голос леди Блэк начал постепенно становиться все громче и яростнее. — Ваш лорд принесет в этот мир лишь разруху, смерть и хаус! — столовый нож, который был ранее у Сириуса в руке, треснул, настолько сильно сжал его гриффиндорец. — Тебе не понять великие мысли! Ты всегда был ненормальным! — губы Вальбурги сузились. — С самого детства! — Ну простите, Мадам. — Сириус издевательски сделал извиняющийся наклон головой. — Зато среди нашей семейки есть хоть один человек, понимающий значение слова «мораль». — Для тебя всегда были на первом месте твои бредовые мировоззренческие взгляды и дружки, позорящие само магическое общество! — А на вашем людоедская позиция по отношения к маглам, маглорожденым, полукровкам и несбыточные грезы о надуманном собственном величии! — Сириус, сядь! — гневный восклик Ориона Блэка раскатом грома прозвучал в резко зависшей гробовой тишине зала. Юноша и женщина сами не заметившие как встали, тяжело дыша и буря друг друга яростными взглядами. — Надеюсь ты будешь умнее своего брата и сделаешь верный выбор. — Вальбурга опустилась обратно и постаравшись вернуть лицу холодную невозмутимость, выжидающе вызывающе взглянула на притихшего Регулуса. По спине слизеринца пробежал табун мурашек. Ему было кране неуютно под пристальным взглядом разозленной матери. А теперь и еще повернувшего к нему горящего взгляда брата. — Конечно, Мадам. Вы не разочаруетесь во мне. — тихо произнес он. В сторону Сириуса слизеринец старался не смотреть. Леди Блэк удовлетворенно покровительски кивнула. — А верный, это какой? — наклонился и оперевшись обеими кулаками об столешницу, с вызовом поинтересовался Бродяга. — Я планирую вступить в ряды Пожирателей смерти уже летом следующего года. — неожиданно громко оповестил Регулус и тут же словно сжался. То, что промелькнуло в очах Сириуса пугало его. — Выбор, достойный настоящего наследника благородного и древнейшего рода Блэков. — Вальбурга гордо вкинула бокал и победно взглянула на другого сына. Сириус до скрипа стиснул зубы и наградив брата взглядом, полным раздражения и разочарования, с ядовитым сарказмом обратился к Вальбурге: — Считаете это именно тем единственным правильным выбором, Мадам? — Именно. — бокал с вином со глухим стуком опустился на стол. Леди Блэк с раздражением окинула гриффиндорца взором темных глаз. — Тебе бы он тоже весьма не помешал. Сириус наклонился вперед, сильнее оперевшись об отчаянно скрипнувшую столешницу, и тоном, не несшим в себе ни капли раскаянья или сомнения, по слогам, четко в лицо леди Блэк, опасно тихим голосом произнес: — Я скорее умру. Заодно и парочку этих подонков унесу за собой в могилу! Лицо Вальбурги исказилось злостью. Юноша резко выпрямился и грохотом отшвырнув стул, быстрым шагом направился к выходу из гостиной. — Сириус, вернись и сейчас же извинись! — вскочив, сердито рявкнул Орион. Ответом ему послужил обреченный звон захлопнувшийся двери. *** Это было последней каплей. Именно в тот момент Сириус окончательно осознал. Он больше не сможет находится в этом доме! Их пути бесповоротно разошлись. Побросав с большую дорожную сумку свои вещи, юноша глянул на часы. Без пяти минут одиннадцать. Через час предки удалять в спальню. И он уйдет. Ноги его более здесь не будет! Юноша навернул по комнате пару бесцельных кругов и раздраженно пнув зеркало, выжидающе сел на кровать. Минуты тянулись словно часы. Ожидание самое хренововое в его плане. Но вот стрелка приблизилась к отметке двенадцать. Голоса внизу смолкли. Окинув напоследок взглядом комнату, где он прожил семнадцать лет, юноша глубоко выдохнул и закинув сумку на плечо, решительно направился к окну. Выходя через дверь возникал лишний риск быть обнаруженным. Но стоило Сириусу одной ногой перемахнуть через подоконник распахнутого оконного проема, как дверь позади предательски скрипнула и послышался встревоженный изумленный голос Регулуса: — Сириус?! Ты что делаешь?! Конкретно матернувшийся внутри Бродяга медленно обернулся. До застывшего было в дверном проеме юноше наконец начало доходить, что именно задумал его брат и тот стрелой подскочил к окну и резко захлопнул его прямо перед лицо Сириуса. — Ты рехнулся?! — темные грозовые очи с ужасом и болью окинули гриффиндорца. — Странно, именно это я хотел спросить и у тебя. — скрестив руки на груди, зло бросил слизеринцу Блэк. — Ты ж у нас решил пополнить ряды цепных псов Волан-де-Морта! — Я делаю все правильно. Я спасаю репутацию нашей семьи и сражаюсь ради великой цели! А что творишь ты?! — Неужели?! И что же?! — Ты идешь наперекор идеологии Темного Лорда, отказываешь от нашего родства… — хмуро начал Регулус. — Я не отказываясь от родства с тобой и родителями! — резко оборвал его Сириус. — Я никогда не приму те взгляды, которые вы поддерживаете! Это совершенно разное! Как ты не понимаешь! Вы хотите уничтожить маглов и маглорожденых волшебников! — Мы не хотим их уничтожать! — решительно взмахнул перед собой руками слизеринец. — Их цель, лишь вернуть былую славу нашим родам и сократить число браков волшебников и маглов, дабы не рождались полукровки. — Да?! А как же «гибель всем маглам и маглорожденым»?! — Сириус издевательски вопросительно вкинул бровь. — Или не так звучит лозунга Волан-де-Морта?! — Не всем. — стиснул зубы Регулус. — А, я поняяяял… Только определенным! — сарказм так и звенел в голосе Бродяги. — Сири! — тонкие аристократичные пальца вихрем устремились и крепко сжали его запястье. — Прошу тебя. Не уходи. Пожалуйста. Светлые серые очи столкнулись с такими же более темными. Взгляд брата смягчился, оставив на своем месте лишь обреченную грусть. Грифиндорец мягко отцепил пальцы слизеринца и крепко сжал их. — Прости. Мне очень жаль. Но не могу. — голос Сириуса на мгновение дрогнул. Всего на одно. — Я не хочу причинять тебе боль! — слова Регулуса заметно дрожали. — Но ты будешь с теми, кто захочет меня убить. И Игнис, кстати, тоже. — Сириус на секунду замер и в последний раз кинув на Регулуса взгляд полный сожаления и боли, произнес напоследок, — Я всегда буду любить тебя. Не важном с какими ебанутыми, конченными фанатиками ты будешь в ряду. Но я никогда не встану с тобой рядом. И буду сражать до конца против таких, как они, против геноцида Волан-де-Морта и его шайки. Ради своих друзей, мирных маглов, волшебников и всего магического мира. — и выпрыгнул в распахнутое окно. — Стой! Сири! — Регулус метнулся к окну, но гриффиндорец уже растворился в тени сада. — Сириус! Голос, полный отчаянья и горечи, так и остался без ответа, канув во тьме июльской ночи.