Часть 85 Плач феникса

На этой войне убивает не столько заклятие, сколько доверие не тому человеку. Сентябрь. Багряные облака заслонили собой лик солнца, медленно движущемуся к линии горизонта. Штаб Ордена Феникса, с стойким достоинством стоящий в тени величественной зелени тополей и кленов, отливал свои открытые бледно-белые участки здания огненной кровью заката. На открытом балконе стояли юноши. Легкий ветер изредка трепал непослушные копны волос, унося в даль сизый, горький, с привкусом ледяной ежевики, табачный дым. — Не передумал? — Римус взволнованно взглянул на стоящего в шаге от него и задумчиво наблюдавшего за бойкой игрой стайки воробьев на брусчатки Сириусом. — Нет, Рем. — Блэк отрицательно покачал головой и оттенком грусти добавил. — Я больше нужен на поле боя. А Питер все чаще в штабе или Министерстве, из него Хранитель получше. Точнее живее. По последним сведениям, Волан-де-Морт подозревает, что роль Хранителя Поттеров все-же занял я, потому риски значительно возросли. — Хочешь сказать, если бы тебя поймали, то… — Я бы умер. — голос Бродяги зазвенел сталью. — Я бы умер, но не предавал бы друзей. — увидев мрачную растерянность в карих глазах, Сириус выдохнул, и закончил более мягко и спокойно. — Просто мы так решили. Вот и все. Мы все одинаково заботимся о том, чтобы Волан-де-Морт не добрался до Джеймса, Лили и Гарри. И заклятие Фиделиус выполнено на высшем уровне. Римус пару мгновений помолчал, решительно кивнул, и так же решительно произнес. — Может быть и так. Я все равно считают поспешным данный выбор. — Не доверяешь Хвосту? — недоуменно вскинул брови Сириус. — Последнее время все меньше и меньше. — признался Люпин. — Много совпадений по утечкам информации выпадают на его дежурства. — последовал веский вздох. — Хотя может это уже паранойя. — Я тоже об это задумывался. — прищурил очи Бродяга, но после досадливо мотнул головой. — Но нельзя обвинять Питера, только по одним догадкам. — Сири, я не хочу. чтобы смерть настигла еще двоих наших друзей! — голос Римуса дал хрипоту. — Мы многих потеряли. Игнис, Боунса, Пруэтт...— карие очи мрачно блеснули. — Перед глазами по сей день стоит картина гибели Акелы. Я сделаю все возможно, чтобы уберечь хотя бы Джеймса, Лили и Гарри. — Мы сделаем. — поправил его Блэк, и метким броском отправив окурок в урну на первом этаже, бережно, но твердо притянул голову любимого к свой. Горячий загорелый лоб соприкоснулся с студеным, словно выточенным из фарфора. Веки обоих юношей дрогнули и прикрылись. — Мы справимся. — тихо непоколебимо сказал Сириус. — Мне безумно хочется в это верить. — прошептал Римус, сжимая в своей руке пальцы любимого человека. Comatose Группа Skillet *** И мы умрём где-то посреди ночи Но я люблю тебя очень, и я люблю тебя очень И очень жаль, что мы умрём Волан-де-Морт двигался почти бесшумно, калитка чуть скрипнула, когда он еще открывал, но Поттер не услышал. Бледная рука выхватила из-под плаща палочку, направила ее на дверь, и она послушна открылась. Когда он уже шагнул через порог, в прихожую выскочил Джеймс. Сохатый первым понял, что это враг, и крикнул Лили: — Лили, бери Гарри и беги! Это он! Беги! Я задержу его! Задержать его, с пустыми руками… — Авада Кедавра! Зеленая вспышка наполнила коридор, осветила детскую коляску у стены, превратила столбики перил в сверкающие молнии. Гриффиндорец рухнул как подкошенный. Джеймс погиб прямо, гордо, не склонившись. Он всеми силами пытался задержать Волан-де-Морта, но не успел ни достать палочку, ни применить серьёзную магию. Сверху послышался грохот. Лили из последних сил пыталась загородить дверь в детскую. У нее тоже не было при себе волшебной палочки. Волан-де-Морт равнодушно минул погибшего юношу и медленно двинулся вверх по лестнице. Он знал. Они никуда не денутся. Волан-де-Морт распахнул дверь. Лили стояла посреди комнаты, держа ребенка на руках. Увидев его, гриффиндорка опустила Гарри в кроватку и судорожно заслонила собой, отчаянно защищая. Если бы только это могло помочь… — Не Гарри, не Гарри, пожалуйста, только не Гарри! Возьми меня вместо него, убей меня! Волан-де-Морт словно замедлился, раздраженно воскликнув. — Отойди в сторону, глупая девчонка… Отойди сейчас же! Лили не отошла. Зеленый луч, вспышка. И девушка упала без жизни. ВоландеМорт направил палочку на маленького Поттера. Заклятие резануло воздух попадая в Гарри, оставляя шрам в виде молнии на лбу. И отскочило. Угадило в саму природу Волан-де-Морта, уничтожая его тело и разум. *** Вовсе ты не плохой человек, ты очень хороший человек, с которым случилось много плохого… Ранее гостеприимный, ставший таким близким сердцу, дом в Годриковой Впадине, превратился в зловещие руины. Блэка ощутимо потряхивало, в момент, когда он перешагнул развороченный дверной проем. Сириус увидел бездыханное лежащие тело. Тело Джеймса. Борясь с желанием разрыдаться от бессилия и ярости, Бродяга присел и дотронулся мелко подрагивающими длинными мраморными пальцами до кисти друга. Пульса не было. Крошечная вера в чудо разбилась в дребезги. Одинокая горькая соленая слеза сорвалась на безжизненное плечо Сохатого. Сжав до отрезвляющей боли кулаки, Блэк заставил себя перевести взор, рванув вверх по полуразрушенной лестнице. Разрушенная детская, убитая Лили, возле которой сидело и плакало годовалое дитя. Мальчик, который выжил, благодаря любви Лили и Джеймса, уничтоживший Волан-де-Морта его же проклятием. С чувством глубокого сожаления обойдя тело Эванс, бережно подняв на руки Гарри, который печально сопел, недоуменный, почему мама лежала недвижно и не реагировала на его угуканья, Сириус быстро, но осторожно направился вниз по лестнице, прижимая дитя Поттеров к себе. Нужно было как можно скорее отвезти Гарри в безопасное место. И встретил, в нескольких шагах от развалин, появившегося Хагрида. Полувеликан, рванувший было к разрушенному дому, замер рядом брошенного у покосившихся ограды летающего мотоцикла Бродяги. В его очах мелькнул один вопрос, сменившийся другим, заметив Сириуса с Гарри. — Сириус! Что… Джеймс, Лили… — сумрачно произнес двинувшийся к ним Хагрид. — Они убиты. — голос Блэка звучал хрипло и покрылся инеем. — Волан-де-Морт погубил их. Сам же отправился в могилу здесь же. — Волан-де-Морт мертв?! — не поверил свои ушам Хагрид. — Он хотел убить Гарри, но Авада видимо отзеркалила, и попала в него же. Волан-де-Морта больше нет. — с желчью сплюнул Блэк. Все еще прибывавший в шоке полувеликан протянул было здоровенные руки, чтобы взять у юноши ребенка, но Сириус отступил, недоуменно глядя на Хагрида. — Гарри полетит со мной. — твердо сказал гриффиндорец. — Сириус, Дамблдор сказал обязательно доставить Гарри в дом семьи его тети. — Это к той, что всегда с особой любовью относила к Лили? — тонкие губы Блэка скривились в злой усмешке. — Возможно это на время. Сириус, Дамблдор убежден, что ребенок пока там будет в безопасности. — продолжил мирно уговаривать Бродягу Хагрид. — Гарри же у них не на всегда. Сомнения еще терзали Сириуса. Он потрясен смерть Джеймса и Лили, и Гарри последнее, что осталось от их семьи, он не хотел отпускать дитя погибшего товарища не понятно каким маглам, но Блэк доверял Хагриду, и отчасти прислушивался к Дамблдору. В итоге, еще с полминуты раздумий, Бродяга аккуратно передал Гарри Хагриду. — До встречи, Гарри. Если твои родственички будут тебя обижать, я навещу вас и превращу их в прекрасные кактусы. — с нежностью тронул крошечную ручку Сириус и лукаво подмигнул Гарри. Малыш не осознал ни слова, но посмотрел на юношу и хитро улыбнулся. Они друг друга поняли. — Стрельни мой мотик, так быстрее, и в небе безопаснее, чем по дороге. — сказал Блэк Хагриду, и полувеликан, после мгновений раздумья, доверительно кивнул, двинувшись к летающему мотоциклу. Проводив исчезающий в ночном пасмурном небе байк, Сириус резким жестом смахнул остатки скорби, заменяя ею растущий лютый гнев и призрение. Он отыщет Петтигрю и заставит страдать. Так, что и смерть покажется Хвосту нереальным благом. Блэк оглянулся, бросив последний, переполненный скорбью взгляд на место гибели Поттеров, и недобро сверкнув светлой сталью, исчез во тьме. Останусь пеплом на губах Останусь пламенем в глазах В твоих руках дыханьем ветра Останусь снегом на щеке Останусь светом вдалеке Я для тебя останусь светом. *** Боль. Ничего не осталось, кроме боли. Скомканное письмо жгло изнутри карман брюк. Тоска, печаль отошли на второй план, оставляя место только горькой, удушливой боли. Захлестнула с головой, перекрывая доступ к кислороду. Одинокая фигура юноши резко сорвалась с места, из-под навеса козырька выступа крыши? и направилась по аллеи, сорвавшись на бег, не разбирая дороги. Сколько времени прошло не известно. Начался ливень. Но даже он не мог унять пышущие жаром тело. Задыхаясь, Римус замер на одной из ступенек на высокой лестнице между однотипными домами. Воздуха не хватала. С волос капали крошечные ледяные капли, струйками обвивая спину и грудь, словно пытаясь сдержать подступившую к горлу свирепую ненависть. Предательство, горечь утрат, ярость смешалась в бешеный коктейль. Он убивал Люпина. Карие медовые очи, одинокие павшие слезы которых смешались с дождем, распахнулись и закинув голову назад, лицом к грозовым, с вспышками, тучам, Лунатик раскатисто закричал, срывая голос. Это вошедший в раж крик через мгновение превратился в оглушительный, источающий душевную ломку, звериный рев. Истошный вой, заставивший сотряснуться, освещенный, вышедшей из-за черных зловещих облаков студеным сверкающем ликом луны, мрачный полуночный Лондон. Автор воодушевлялся песнями Forgiven Группа Skillet Прекрасное далёко Исполнитель Андрей Пирокинезис