Глава 15 (от лица Юбина)

      Чёртов диплом. Чёртов проект «инновационного культурного центра», который должен был вытащить меня из серой массы выпускников-архитекторов. Чёртов заказчик, который уже в третий раз присылал правки с пометкой «нужна свежая концепция». Свежая концепция моей задницы. Я сидел за своим столом в два часа ночи, окружённый распечатками, кофейными кружками и чувством полной профессиональной несостоятельности. Музыка, что-то тяжёлое и инструментальное, глушила мысли, но не помогала.       А ещё была Лиён. Моя драгоценная, ебнутая на всю голову сестра-близнец, которая, судя по всему, трахается с преподавателем. С тем самым занудным красавчиком с кафедры естественных наук. Я знал. Я не дурак. Видел её взгляд на его фотографии в группе универа. Слышал её полуночные шёпоты по телефону. Чувствовал, как от неё веет этой смесью страха, возбуждения и одержимости, которой не было раньше. И боялся за неё. Потому что Минхо, при всей его внешней выверенности, пахнет проблемами. Серьёзными.       Но сегодня вечером мне было не до её проблем. Потому что у меня были…свои. В виде тёплого, пахнущего мандаринами комочка, который спал в моей кровати в соседней комнате.       Её звали Соён. Мы познакомились три недели назад на воркшопе по 3D-визуализации. Она была младше, с факультета дизайна, и смеялась над моими шутками про «готический стиль в общественных туалетах» так искренне, что у меня в груди что-то ёкнуло. Она была не похожа на тех, с кем я обычно проводил время. Не гламурная, не нахальная, не требовательная. Тихая, с умными глазами и странной привычкой рисовать в блокнотике забавных монстриков, когда думала. И она, кажется, видела во мне не просто «Хван Юбина, председателя профкома и брата той самой Лиён», а просто…меня.       Последние три дня она ночевала тут. Под предлогом «совместной работы над проектом». Работа, конечно, тоже была, но большую часть времени мы просто…были вместе. Говорили. Смеялись. Молчали. Занимались сексом на моей кровати, пока Лиён пропадала бог знает где. Это было так просто и так чертовски ново, что я сам себя не узнавал. Я, который всегда относился к отношениям как к приятному, но временному развлечению, теперь ловил себя на том, что покупаю её любимые мармеладки «Харибо» и выискиваю в интернете смешные выставки, куда можно было бы сходить.       Я взглянул на время. 2:47. Лиён ещё не было. Слава богу. Не хотелось устраивать семейный разбор полётов в таком состоянии. Я потянулся, хрустнул шеей и пошёл на кухню за очередной порцией кофе. Проходя мимо своей спальни, я приоткрыл дверь. Соён спала, укрывшись моим одеялом до самого носа. На спинке стула, где обычно висела моя любимая серая футболка с принтом старого рок-фестиваля, было пусто. Значит, она надела её. Мысль об этом вызвала у меня глупую, сентиментальную ухмылку.       И вот, когда я стоял на кухне, пытаясь понять, не сгниет ли мой желудок от пятой чашки кофе, я услышал звук ключа в замке. «Ну вот, приехали» подумал я.       Дверь открылась, и внутрь ввалилась Лиён. Вид у неё был…специфический. Растрёпанная, в полурасстёгнутой блузке, с тупым, отрешённым выражением на лице. От неё пахло клубом, дешёвым алкоголем и чем-то ещё…холодной яростью, что ли? Она скинула туфли, пнула их в угол и, не глядя на меня, поплёлась в сторону своей комнаты. —Весело повеселилась?—бросил я ей вслед, стараясь, чтобы в голосе звучала только лёгкая ирония, а не беспокойство.       Она что-то невнятно буркнула в ответ, уже почти скрывшись за дверью. И тут её движение замерло. Она резко обернулась и уставилась в полутьму гостиной. Точнее, на дверь моей спальни, которая была приоткрыта.       Я проследил за её взглядом и почувствовал, как у меня подкашиваются ноги. Из моей спальни, потягиваясь и потирая глаза, вышла Соён. Моя Соён. В моей огромной, до колен, серой футболке с истрепанным принтом. Её тёмные волосы были растрёпаны, лицо сонное и милое. Она явно хотела в туалет или за водой. —Юбин, ты не видел, где…—начала она и замолчала, увидев Лиён.       Наступила тишина. Такая густая, что в ушах зазвенело. Соён замерла на пороге, смущённо теребя край футболки (моей футболки!). Лиён стояла, как вкопанная, её лицо постепенно менялось с отрешённого на осмысляющее, а затем на охуевающее.       Я, как полный идиот, застыл между ними с кружкой кофе в руке, чувствуя себя школьником, пойманным за курением в туалете. —Э-э…—начал я, мой мозг лихорадочно искал хоть какое-то объяснение.—Лиён, это…это Соён. Мы…работаем над проектом. Поздно было, она…заночевала.       Лиён медленно перевела взгляд с Соён на меня. В её глазах читался такой мощный, концентрированный «АХУЕТЬ», что мне стало почти стыдно. —Работаете—мертвым голосом повторила она—В два…нет, уже в три ночи. В твоей футболке. С помятым лицом и следом от подушки на щеке. Очень продуктивная работа, братец. Прям мозги по стенам размазали от усердия.       Соён покраснела до корней волос и издала тихий, похожий на писк звук. —Привет—прошептала она, робко помахав Лиён рукой—Я…я слышала о тебе много. Всё хорошее!       Лиён проигнорировала её. Её взгляд был прикован ко мне. —Так вот куда ты пропадаешь последние дни!—в её голосе зазвучали знакомые нотки старшей сестры (на три минуты, блять, старше!), которая поймала младшего на пакости—И кто она? И как давно? И почему я, твоя сестра, живущая с тобой на одной площади, узнаю об этом в три часа ночи, когда она вываливается из твоей спальни в твоей же одежде?! —Лиён, успокойся—попытался я вставить голос разума. —НЕ ГОВОРИ МНЕ «УСПОКОЙСЯ»!—взорвалась она. Вся её собственная злость и напряжение, принесённые с клуба, нашли прекрасный выход—Ты мне неделю читаешь лекции о моей «неадекватности» и «опасных связях»! А сам тут…тут подпольный бордель устраиваешь! И ещё работаете, блять! Да я вижу, как вы «работали»! У неё на шее следы твоих трудовых мозолей! Соён инстинктивно прикрыла шею рукой, её глаза стали размером с блюдца. Я почувствовал, как мне становится по-настоящему жарко. —Лиён, хватит!—рявкнул я, наконец найдя в себе силы поставить кружку и сделать шаг вперёд, чтобы заслонить собой смущённую Соён—Это не твоё дело! Ты сама не ангел! Или мы сейчас про твоего препода поговорим? Про то, как ты вчера приползла домой с таким видом, будто тебя через мясорубку пропустили, но счастливую? Это был низкий удар. Я знал. Но она начала первой. Лиён побледнела, её губы сжались в тонкую белую ниточку. —Это не одно и то же—прошипела она. —Ага, конечно! У тебя–трагедия вселенского масштаба, а у меня–«подпольный бордель»!—я почувствовал, как меня самого начинает заносить. Усталость, стресс от проекта и эта внезапная атака сделали своё дело—Соён моя девушка! Да, ДЕВУШКА! Мы встречаемся! И да, она ночует здесь! И это НОРМАЛЬНО! В отличие от твоих…твоих извращённых игр с человеком, который тебе оценки ставит! В комнате снова повисла тишина, на этот раз заряженная взаимной ненавистью и обидой. Соён, кажется, вообще перестала дышать. Лиён смотрела на меня несколько секунд, потом её взгляд скользнул по Соён, которая выглядела готовой провалиться сквозь пол. —Твоя девушка—повторила Лиён без эмоций—Поняла. Прекрасно. Замечательно. Тогда наслаждайтесь. Вашей…работой. Она развернулась и зашла в свою комнату, громко хлопнув дверью. Я стоял, тяжело дыша, чувствуя, как адреналин отступает, оставляя после себя только стыд и усталость. Я обернулся к Соён. Она смотрела на меня большими, испуганными глазами. —Прости—прошептал я—Она…она не всегда такая. —Нет, это я…я не должна была просто так выходить—сказала Соён, её голос дрожал—Я тебя в неловкое положение поставила. Может, мне уйти? —Нет—я быстро подошёл и обнял её. Она прижалась ко мне, вся напряжённая—Никуда ты не уйдёшь. Это мой дом. И…наша ссора с Лиён это наша проблема. Не твоя. Просто…у неё сейчас сложный период. «Сложный период»–это было мягко сказано. Моя сестра шла на таран с собственной жизнью, а я вместо того, чтобы быть опорой, орал на неё из-за собственного смущения. —Она очень на тебя похожа—тихо сказала Соён, уткнувшись лицом мне в грудь—Когда злится. Такие же глаза. —Да—я вздохнул—Близнецы, что поделать. Пойдём спать. Завтра…завтра я с ней поговорю. Мы вернулись в спальню. Но сон не шёл. Я лежал, глядя в потолок, и слушал, как Соён наконец засыпает рядом, её дыхание выравнивается. А из-за стены доносился приглушённый звук, Лиён, кажется, что-то швыряла в своей комнате. Или плакала. Или и то, и другое. Чёрт. Чёрт-чертище. Я люблю свою сестру. Пусть она и конченная истеричка с хуёвым вкусом на мужчин. И теперь я, своими криками о «нормальности», вогнал клин между нами именно тогда, когда ей, возможно, нужна была моя поддержка больше всего. Потому что какой бы ебнутой ни была её ситуация с Минхо, я знал одно…она не влюбилась бы в того, кто для неё просто «извращённая игра». В Лиён так не бывало. А ещё я понял, что представил Соён своей сестре. Ну, в каком-то извращённом, скандальном виде, но представил. И это сделало наши с Соён отношения…реальными. Не тайными. И это было страшно. И чертовски здорово. «Завтра…» пообещал я себе, закрывая глаза. «Завтра я куплю ей её любимые сигареты и этот дурацкий мармелад, который она любит, и мы поговорим. Как взрослые. Или как два идиота, которые всё равно друг без друга не могут. Как обычно». А пока мне нужно было просто лежать и слушать, как похрапывает моя новая, тихая, пахнущая мандаринами «ненормальность» у меня под боком. И как за стеной бушует моя старая, шумная, вечно влипающая в дерьмо «нормальность». Жизнь, блять, не скучная.