Часть 28 🔞

— Идём. Изанами кивнула и без слов направилась за ним. Вернувшись в гостевой дом, Мадара первым делом снял пыльное кимоно и надел удобный халат, который заранее принесли в номер. Ткань была лёгкой, непривычно мягкой для шиноби, и это ощущение само по себе настраивало на отдых. Изанами переоделась следом. Здесь, в горячих источниках, дышалось иначе, грудь поднималась свободно, без той сдавленности, к которой она привыкла в Конохе. Давненько она не была в этих местах, и тело будто само вспоминало, как это просто быть, а не держаться все время в напряжении. Закончив, она прошла к Мадаре. Он как раз завязывал пояс халата. — Ты тоже переоделся, — спокойно заметила она, подходя сзади. — Угу. Раз уж пока отдыхаем, можно и так походить, — ответил он. Он обернулся, и взгляд невольно зацепился за приоткрытую линию её груди. Ничего вызывающего. Мадара чуть заметно смутился и отвёл взгляд в сторону, сделав вид, что поправляет пояс. — Чудненько, — без тени иронии сказала Изанами. — Предлагаю пойти поесть. От этой беготни я проголодалась. Тут готовят отличный жареный тофу и запечённую рыбу. — Ты же не любишь рыбу и морепродукты в целом, — заметил он. — Даже суши на приёмах не ешь. — Потому что там рыба сырая, и в большинстве случаев я её действительно не люблю, меня начинает тошнить. — честно ответила она. — Но здешнюю форель люблю. У них она получается очень вкусной. Он хмыкнул. — Раз ты так говоришь, значит, мне придётся попробовать. — Вот и попробуешь. Пошли, я уже заказала еду в номер. Не дав ему времени ответить, Изанами взяла его за руку и потянула за собой. Они вышли в просторный зал, где как раз накрывали стол. Тёплый свет, запах еды и приглушённые голоса создавали ощущение редкого спокойствия. По просьбе Изанами им накрыли не отдельные столики, а один большой. И еды оказалось заметно больше, чем она заказывала. Часть блюд принесли от заведения в знак благодарности. Булочки на пару, гёдза, рисовые пирожки, креветки, суп с тофу. Запах стоял такой, что хотелось попробовать всё сразу и не выбирать. Изанами взяла палочки, сложила руки и негромко произнесла: — Итадакимас… Мадара повторил жест и слова следом, и только после этого они приступили к трапезе. Изанами сразу потянулась к гёдза и тофу так, словно ребёнку наконец разрешили сладости после долгого запрета. Она ела с аппетитом, не скрывая удовольствия, и Мадара невольно задержал на ней взгляд. Ещё пару недель назад она отказывалась даже от глотка бульона. А сейчас... Это зрелище радовало куда больше, чем любая удачно выполненная миссия. Заметив, что он почти не ест, а лишь смотрит на неё, Изанами проглотила то, что было во рту, и повернулась к нему: — Хей, а ты чего не ешь? Давай, попробуй. Не отравлено. С этими словами она подвинула к нему тарелку с запечённой рыбой. Мадара тихо усмехнулся. — Ем, ем. Он взял кусочек, попробовал, чуть задумался. — Хм… неплохо. — Говорила же, вкусно… ам… — пробормотала Изанами, отправляя в рот очередной пельмешек. — Можно и мне тофу? — спокойно спросил Мадара. — М? Конечно, ешь, — она удивлённо посмотрела на него. — Но он весь у тебя, — в голосе появилась едва заметная хитрость. — Накормишь. Она на секунду замялась, затем вздохнула: — Ну ладно… открой рот. — А-а… Мадара приоткрыл рот, и Изанами аккуратно поднесла к нему на палочках кусочек варёного тофу из супа. Он съел, не торопясь прожевал и проглотил. — Мм… неплохо, — задумчиво произнёс он. — Но слишком мягкий. И специй почти не чувствую. — Тогда попробуй вот этот. Изанами отложила палочки, взяла миску с жареным тофу и, не задумываясь, поднесла кусочек прямо рукой. Мадара довольно улыбнулся и съел. — Давай ещё. Она не стала спорить и продолжила кормить его уже с рук, буквально. В какой-то момент он легко прикусил её палец, почти шутливо, а затем медленно слизнул с кожи масло и специи. Изанами застыла. Мысли рассыпались, а дыхание на мгновение сбилось. Что это на него нашло? Дальше ужин шёл почти без слов. Лишь тихий стук палочек о посуду да редкий хруст нарушали спокойствие зала. Под конец трапезы Изанами действительно наелась так, как давно уже не позволяла себе. Она откинулась назад, опираясь ладонями о пол, и медленно выдохнула. — Давненько я так не наедалась… будто на год вперёд, — мелькнуло у неё в голове. Мадара тихо усмехнулся, наблюдая за этим зрелищем. Он придвинулся ближе и обнял её со спины, уверенно положив подбородок ей на плечо. Его вес был ощутим, но не давил. — М… ты чего это, — негромко произнесла она, не делая попытки отстраниться. — А что, мне уже нельзя тебя обнять, — ответил он с лёгкой, почти детской обидой в голосе. Что-то с ним сегодня точно не так, — подумала Изанами. Он не из тех, кто ведёт себя подобным образом… хотя, если задуматься, кто из них вообще постоянен. — Конечно можно, — ответила она, оставив мысли при себе, и, слегка повернув голову, коснулась губами его щеки. — Может, потом полежим в источниках. — После еды стоит выждать хотя бы час перед купанием, — спокойно, почти назидательно отрезал он. — Поняла… — она снова вздохнула. — Я так объелась, что даже вставать лень. — По тебе и видно, — заметил он с мягкой усмешкой, чуть крепче сомкнув руки. Изанами тихо хихикнула и слегка подалась назад, опираясь на него, будто на тёплую подушку. Он не возразил, лишь удобнее устроился, позволяя ей этот жест. Работницы гостевого дома быстро и почти бесшумно убрали стол. В зале снова стало просторно и тихо, и Мадаре с Изанами всё же пришлось подняться и перейти в общую комнату, что соединяла их отдельные спальни. Там, на мягком ковре, они улеглись рядом, раскинув руки и ноги в неловкой, почти детской позе морских звёзд. Так, как давно себе не позволяли. — Приятно иногда вот так лежать и ничего не делать, — мелькнула у Мадары мысль. Раньше он почти не знал такого покоя. Разве что в детстве, у реки, вместе с ней и Хаширамой. Изанами не слышала и не знала, о чём он думает. Она смотрела в потолок, лениво поглаживая и массируя переполненный живот, будто помогая еде скорее устроиться. Иногда она перекатывалась по ковру, сворачиваясь почти в кокон, позволяя себе то, что обычно запрещали жизнь, статус и ожидания окружающих. Просто быть человеком — лениться, дурачиться, дышать, радоваться мелочам. В такие моменты все невзгоды будто отступали, скрываясь за плотной белой пеленой тишины, чтобы не нарушать эту редкую, хрупкую идиллию. Пролежав так около часа, а может и двух, немного поспав и снова проснувшись, они заметили, что солнце уже скрылось за горами, а на тёмном небе тихо мерцали первые звёзды. Встав с ковра, оба лениво размяли затёкшие руки и ноги, возвращая телу подвижность. — Пошли в источники? — уточнила Изанами, доставая полотенца. Мадара без лишних слов кивнул, забрал своё полотенце, и они вместе вышли из комнаты, направляясь к купальням. — Хорошо, тогда я пойду в женс… — начала Изанами, но не договорила. Мадара перехватил её за запястье и уверенно повёл дальше по коридору. — Эй, ты куда это? — растерянно спросила она. — Мы пойдём в общую купальню. Только для нас двоих. — А… тогда… хорошо.

...

Мгновение тишины. Осознание догнало её не сразу.

...

СТОП!!! ЧТО?!? ¶∆¶ Изанами резко остановилась, едва не вскрикнув. — П-подожди… вместе? Как… это… — слова путались, застревая где-то между мыслями и губами. — Да, вместе, — спокойно ответил Мадара. — Ты видела меня голым и не раз. И что такого в том, что муж и жена купаются вместе. — Н-ничего… — пробормотала она, чувствуя, как к щекам приливает тепло. — Вот именно. Он чуть крепче сжал её руку и снова повёл вперёд, словно в этом не было ровным счётом ничего необычного, тогда как для Изанами мир на пару мгновений заметно пошатнулся. Чем ближе они подходили к источнику, тем отчётливее ощущалось тепло. Влажный пар стелился низко, пах минералами и чем-то спокойным, почти убаюкивающим, будто сам воздух здесь был создан, чтобы отпускать напряжение. Вокруг стояла тишина, нарушаемая лишь негромким журчанием воды. Мадара первым отодвинул деревянную перегородку и вошёл внутрь. Купальня действительно была пустой — ни голосов, ни шагов, только мягкий свет фонарей и зеркальная гладь воды, в которой дрожали отражения огня. Изанами остановилась на пороге, сжимая полотенце чуть крепче, чем требовалось. — Ты уверен, что никого не будет, — всё же спросила она, не поднимая взгляда. — Уверен, — спокойно ответил он. — Я попросил. — Когда успел? — с этой мыслью она немного недоверчиво покосилась на его спину. Но этого оказалось достаточно. Она глубоко вдохнула и шагнула внутрь. Онимолча оставили одежду у стены, аккуратно сложив её рядом. Изанами старалась не смотреть в его сторону, сосредоточившись на собственных движениях, но присутствие Мадары давало странный эффект. Он вошёл в воду первым. Источник принял его почти беззвучно, лишь лёгкий всплеск и поднявшийся пар. Мадара опустился по пояс и обернулся. — Не стой, — сказал он ровно. — Вода хорошая. Изанами поколебалась ещё мгновение, затем осторожно ступила в источник. Тепло мгновенно обволокло ноги, поднялось выше, и плечи сами собой расслабились. Она тихо выдохнула, позволяя телу привыкнуть. Она опустилась в воду напротив него, прикрывая грудь руками и оставляя между ними небольшое расстояние. Пар скрывал очертания тел, смягчая неловкость, делая происходящее тише и интимнее, чем она ожидала. Мадара устроился на каменной скамье внутри источника, раскинув руки по тёплым от пара бортам. Пар мягко обволакивал его тело, оседал на коже, собираясь в капли и неспешно стекая по груди и торсу. Изанами невольно задержала взгляд и тут же почувствовала, как к щекам приливает жар. — Ками… он слишком хорош.. — мелькнуло у неё в голове. Она сползла ниже в воду, почти по самый нос, будто это могло скрыть и её смущение, и мысли. Когда-то он был врагом. Теперь же сама близость с ним отзывалась чем-то опасно притягательным. Долгое отсутствие близости давало о себе знать им обоим. Изанами знала: по утрам он задерживался в ванной дольше обычного, и каждый раз она отводила взгляд, не решаясь ни на что, не понимая, чего именно боится себя или последствий. Мадара, до этого сидевший с прикрытыми глазами, заметил, как она почти скрылась под водой. — Изанами, — произнёс он спокойно. — Вылезай, а то воды наглотаешься. — Отчитывает, как мать ребёнка, — промелькнула у неё ироничная мысль. — Изанами. Она отвела взгляд. — Иди сюда, — сказал он тише. — Пожалуйста. Она убедилась, что не ослышалась, и медленно приблизилась. В следующий миг он притянул её к себе и усадил на колени, лицом к лицу. Изанами замерла. Ладони сами легли ему на плечи. Сердце билось слишком отчётливо, будто его можно было услышать сквозь шум воды. Мадара смотрел на неё внимательно и спокойно, без привычной суровости. В его взгляде было что-то другое: тёплое, изучающее, опасно искреннее. Вода колыхнулась, пар скрыл очертания тел, но напряжение между ними стало почти осязаемым. Она попыталась отстраниться, но он удержал её, лишь слегка прижав ближе, опуская лоб к её ключице, носом уткнувшись в мягкую грудь. — С самого возвращения… — тихо признался он, не скрывая чувств. — Я хотел быть рядом вот так. Изанами чувствовала себя как рак в кипящем бульоне: такая же красная и раскалённая. Но дело было не в воде и не в пару. Дело было в нём. В том, что её собственный муж совершенно бесстыдно уткнулся лицом в её оголённую грудь и, судя по всему, был этим более чем доволен. — спокойно... Спокойно... СПОКОЙНО!!! — уговаривала она себя, чувствуя, как жар поднимается к щекам и ушам, будто вот-вот пойдёт пар. — Он не видит, как мне неловко. Почему я вообще смущаюсь так, словно это первый раз... — все также мысленно задавалась вопросом она — Может потому, что вы действительно впервые вот так вместе? — вдруг отозвался чей-то голос в голове. — Может быть, — согласилась она, даже не задаваясь вопросом, откуда он взялся. Сейчас это было неважно. Мадара обхватил её за талию, притягивая ближе. Его руки были тёплыми и уверенными, не требовательными, а скорее удерживающими. Он поднял голову и посмотрел ей в глаза. Взгляд был спокойный и внимательный. — Ты слишком напряжена, — сказал он тихо. — Расслабься, Изанами. Я не собираюсь тебя ни к чему принуждать. Я просто хочу быть рядом с тобой. На мгновение ей показалось, что его зрачки стали чуть шире, а в глазах мелькнуло что-то живое и мягкое, почти кошачье. Изанами наконец смогла немного успокоиться, выровнять дыхание и мысли. Она медленно убрала руки с его плеч и переложила их ему на шею, чем заметно озадачила Мадару. Он уже собирался поднять голову и спросить, что она задумала, но она опередила его. Изанами осторожно опустила подбородок ему на макушку и провела ладонью по его волосам, ещё слегка влажным от пара. Движение вышло мягким, словно она гладила кота по спине. Мадара замер на мгновение, а затем просто закрыл глаза, позволив этому происходить. Напряжение в его плечах постепенно сошло на нет, дыхание стало ровнее. И вдруг… Из его груди вырвался тихий, низкий звук. Глухой, ровный, почти вибрирующий. …Он что, мурлычет? … Он и так умеет? — ошарашенно пронеслось у неё в голове. Её пальцы сами собой стали двигаться увереннее, продолжая гладить его волосы, иногда задевая шею. Мадара не возражал. Наоборот его мурлыканье стало чуть заметнее, будто он вовсе не собирался скрывать, насколько ему хорошо. Изанами невольно улыбнулась, прижимаясь к нему чуть ближе. В этот момент он был удивительно спокойным, почти беззащитным и только её. Мадара прижался к ней ещё сильнее, почти нагло, как большой избалованный кот. Он слегка потёрся, устроился удобнее, руками крепче удерживая её у себя. Изанами это вовсе не смутило наоборот, она продолжала гладить его с тем же спокойным удовольствием, прислушиваясь к тихому мурлыканью, которое вибрировало где-то у неё в груди. — Он и правда как кот, — с улыбкой подумала она. — С виду волк, а по характеру кот. Большой, упрямый и слишком ручной. Мысль показалась ей настолько приятной, что пальцы сами собой стали двигаться еще увереннее. Буду тискать Она провела ладонью по его волосам ещё раз, еще и еще. Пряди в некоторых местах приподнимались и ложились так, что действительно напоминали уши, особенно сейчас, во влажном пару. — Знаешь, — наконец сказала она вслух, — я тебе завидую. Мадара приоткрыл глаза, не поднимая головы. — М... Почему? — У тебя волосы такие густые и объёмные. И пахнут приятно. И мягкие, — она чуть улыбнулась. — Трогаешь и рука сама тянется ещё. Я тоже так хочу. Он тихо усмехнулся, почти неслышно, снова закрывая глаза и устраиваясь у неё удобнее, будто принимая комплимент как нечто само собой разумеющееся. — Можешь трогать сколько угодно, — произнёс он спокойно. — Я не против. Изанами лишь хмыкнула и продолжила гладить его, позволяя этому моменту длиться столько, сколько он сам захочет. — Что-то мне подсказывает, что в его словах есть подвох, — мелькнуло у неё в голове. И почти сразу она ощутила это. Его тело напряглось иначе, тепло стало ощутимее, а объятия чуть плотнее, чем прежде. Слишком явственно, чтобы списать на случайность. Изанами едва заметно вздрогнула, но рук не убрала. Мадара что-то глухо промычал, будто отозвался на собственные ощущения, и всё так же не поднимал головы, словно делал вид, что ничего не происходит. Но его пальцы на её талии сомкнулись крепче, как если бы он боялся, что она уйдёт. Она сглотнула, чувствуя, как сердце снова ускоряет шаг. — …Вот же, — тихо выдохнул он себе под нос, уже без прежней шутливости. — Мадара… — М? Она тяжело вздохнула, собираясь с духом. — Ты ведь хочешь этого. Я ведь права? Он замер не сразу, но заметно. Руки на её талии больше не двигались, только тепло от них никуда не исчезло. Пару секунд он молчал, словно решая, стоит ли уходить от ответа, но в итоге всё же поднял голову и посмотрел на неё прямо. Взгляд был спокойным, но честным, чтобы в нём сомневаться. — Хочу, — ответил он ровно. — Но не больше, чем хочу, чтобы ты сама этого хотела. Он не тянул её ближе, не менял положения, словно намеренно оставляя выбор за ней. — Если ты скажешь нет мы просто посидим здесь. Если скажешь позже, будет позже. Я никуда не спешу. Большим пальцем он едва заметно провёл по её боку. — Ты для меня важнее любого желания. Изанами одной рукой удерживала его за шею, другой мягко коснулась щеки, приподнимая его лицо и заставляя смотреть ей в глаза. В его взгляде было слишком много, чтобы притворяться, будто она не понимает. Она тихо улыбнулась и поцеловала его первой. На миг Мадара действительно растерялся. Редкое состояние для него. Но оно длилось всего секунду. Он тут же ответил, уверенно, глубоко, перехватывая инициативу, сплетая их дыхание и мысли воедино. Его руки по-прежнему держали её, будто не позволяя миру разорвать этот момент. Она не отрываясь от поцелуя, переместила и вторую руку ему на шею чувствуя, как он отзывается на каждое движение. Она невольно подалась вперёд, прижимаясь к нему грудью. Воздуха стало не хватать. Они вынужденно отстранились, тяжело дыша, не сводя друг с друга взгляда и тут же снова сошлись, позволяя теплу и желанию говорить за них. — Я хочу этого тоже, Мадара… — тихо сказала она между вздохами. — Не меньше, чем ты.. Он не ответил сразу. Лишь прижался лбом к её лбу, закрывая глаза. Его напряжённые плечи опустились, руки переместились на бедра сжимая их что стало почти больно, приподнимая её над водой и поднимаясь сам. Пальцы сжались чуть сильнее, он все чувствовал. Её рука все также была на его шее, другой она наматывать небольшие пряди на его затылке на свой палец. Перевернувшись он уложил её на тёплые большие камни нависая сверху. Его пальцы коснулись ее промежности, наклонившись он провёл носом по её шее, спустившись ниже он облизал её сосок, соблазнительно прикусив его. — Оох... ммх.. — Протяжно простонав она сосредаточилась на приятных ощущениях, совсем забыв где они и что их кто то может услышать. Вцепившись в затылок мужа, она изнывала под его напором. Постепенно на неё начали накатывать тягучие волны. Мадара заметив что она пытается сжать бёдрами его руку, опустился ниже к её половым губам. Мурашки прошлись от позвоночника к паху, по телу будто пустили разряд тока. Все стянулось в один пульчирующий узел где то внизу. Его язык проник внутрь, ещё несколько движений и она застыла под ним, окунувшись в приятное ощущение накрывшее её с головой. Довольно облизнувшись он приподнялся наблюдая как она изнывает от удовольствия. Мадара улыбнулся, прикрыв веки, словно позволил себе короткую передышку. Найдя её губы, он поцеловал осторожно, но это длилось недолго. Рука, лежавшая на её бедре, стала увереннее, сжимая сильнее, а поцелуй глубже и настойчивее. Он чуть приподнял её голову, скользнул языком по линии подбородка, задержался на мгновение, словно дразня, и снова вернулся к её губам, вынуждая приоткрыть их и принять этот поцелуй целиком. Его ладони медленно исследовали её тело, запоминая каждую реакцию. Изанами тянулась к нему сама, пытаясь быть ещё ближе, хотя между ними уже не осталось расстояния, только тепло, дыхание и ощущение того, что отступать больше некуда. Мадара чувствовал то же самое. Он на мгновение остановился, и Изанами сама потянулась к нему, коснувшись губами его шеи. Он сдавленно выдохнул. Она выгнулась навстречу, и их тела соприкоснулись теснее, без возможности притвориться, будто этого не происходит. Мадара склонился ниже, поцеловал её живот, затем прижался щекой к её бедру. Там остался поцелуй, чуть ощутимый укус, после которого он начал подниматься выше, оставляя на коже цепочку горячих и ясных прикосновений губ. Его рот снова оказался на её груди. Спустя секунду он слегка сжал зубами сосок, едва оттягивая напряжённую кожу. Изанами судорожно вдохнула и сжала пальцы, вцепившись в его плечи. Его язык скользнул по груди и шее, губы коснулись мочки уха. — Я хочу знать всё твоё тело, — тихо произнёс он. — Чтобы на нём не осталось ни одного места, которое я не чувствовал. Он положил ладони ей на бёдра и приподнялся. В горле у неё на миг застрял комок. На долю секунды накрыла тревога: страх оказаться недостаточной, страх разочаровать его. Но Мадара надавил ладонью на её живот, заставляя выгнуться сильнее, не оставляя места сомнениям. — Вот так, — прошептал он. — Я хочу чувствовать тебя всю. От его прикосновений сознание плавилось. Хотелось что-то сказать, удержаться за слова, но мысли рассыпались, оставляя лишь ощущение близости, от которой уже невозможно было отстраниться. Над ухом послышался его сдавленный вдох, после его он перевернул её на спину поставив на четвереньки. А затем она ощутила горячую плоть упираюшуюся между её ягодиц. — У тебя такое манящее тело.. каждый раз когда ты что то делаешь, под слоями одежды так красиво выглядит твоё тело, что я невольно начинаю думать о тебе все сильнее, у меня перехватывает дыхание. Думал мне стоит полечиться, так хотелось раздеть тебя и прижаться... На источнике напротив она увидела его отражение на поверхности воды. Его слегка нахмуренные брови и сосредоточенный взгляд. Ещё мгновение и член Мадары проник между бёдер упираясь в промежность. Когда он начал входить, Изанами невольно приподнялась, словно пыталась играться с его возбуждением. Положив руку на бедро, Мадара аккуратно опустил ее и его плоть проникая грубже — Хааа~... — Сдавленно промычал он, крепче сжимая её бедра. Низ Изанами пульсировал от ощущения горячего органа внутри. Первый толчок был слабым, но таким тягучим и сладким, ещё и с его приличным размером, что она застонала. — Ааах...ммффх..Мадара..— то как её имя прозвучало из её уст в такой момент возбуждало его сильнее. Мадара наклонился, проводя рукой по животу, вновь поднимаясь к излюбленой груди. Изанами захотелось развернуться, но Мадара держал её крепко, вместе с движениями пальцев на упругой коже, он наращивал темп входя в её тело. Он задвигался быстрее и сдерживать вздохи и стоны становилось всё тяжелее. Когда он убрал руку с её шеи, она не удержалась на коленях и соскользнув упала на большой плоский камень, оказавшись полностью под ним. Мадара бережно перегнул её на спину. Раздвинув ноги, она схватилась за его локти притягивая его ближе. Целуя её он вновь оказался внутри. Движения стали, отрывистыми, стремительными, почти звериными. Мир перед глазами плыл, но в свете бумажного фонаря она видела его лицо и его горящие красные глаза. Она хваталась взглядом на его шрамы, черные намокшие волосы, стараясь запомнить каждую деталь. Изанами вцепилась в руки Мадары расставленые по обе стороны от неё. От ногтей на его кожы оставались розовые, почти красные полосы. Затем Мадара замедлился. В последний раз он вошёл глубоко, даря приятное ощущение близости, после которого она почувствовала приятное тепло развивающийся внутри. Мадара отстранился тяжело дыша, но так и не отпускал её тело с рук. Когда сознание вернулось и чувства чуть отступили, она хотела подняться и уйти, но Мадара не дал этого сделать крепко удерживая её. Бёдрами она чувствовала 'его' и мысли путались. Из за этого она пропустила мимо ушей его вопросы, что вызвало у Мадары довольную ухмылку. Прежде чем она что то смогла сказать, он заставил её млеть от наслаждения ещё несколько раз.

***

В горячем паре ночь их укрывала,

Где время стало тише, чем дыханье.

Вода следы тревог с души смывала,

И гасли страхи в медленном касанье.

Луна скользила светом по плечам,

Звёзд шёпот падал в чёрную купель.

Два сердца били такт одним ночам,

Сливаясь, как тепло и колыбель.

И ночь, не требуя ни клятв, ни слов,

Хранила их до первых голосов.

***