Лечение

      Примерно через месяц мне прописали успокоительное, но нас предупредили, что оно может вызвать зависимость. В общем, это наркотик.       А ещё через полмесяца к нам приехал Ичиро. По крайней мере, так он назвался. Он сказал, что то, что произошло тогда было недопустимо, и спросил, как он может загладить вину передо мной.       — У меня к тебе всего три просьбы. Первая: убейте всех, кто был причастен к этому, а Тетсуджи поймайте и отдайте мне. Я тоже хочу поразвлекаться. — В этот момент я и сама не заметила, как на лице появился оскал моего отца.       — Вторая: начни общаться со своим братом. Он очень хороший, ему просто не хватает внимания. Если я смогла найти к нему подход, то и ты сможешь. И третья: освободи от оков Гнезда Кевина и Жана. А Рико к Гнезду не привязан, но если есть цепи, то оборви и их.       — Хорошо, Натали, а что ты дашь мне взамен на три этих желания?       — Красочная пытка дяди устроит?       — Сойдёт. Ещё не видел красочных пыток и пыток вообще, особенно от такой по виду хрупкой девушки.       Мы сошлись и на этом условии.

✨Тайм скип неделя✨

      Я была в гостиной и читала, но отвлеклась из--за громкого стука в дверь. Я одела тапочки, подошла к двери и открыла. За дверью стояло четверо мужчин. Первым был Ичиро, следом — двое вышибал, которые держали под руки вырубившегося Тетсуджи.       — Несите его в подвал, а я переоденусь. Не хочу об него испачкать свои любимые тапочки.

POV Ичиро

      Только после этой фразы я оглядел её. Тапочки были в виде плюшевых зайчиков с ушками. На бёдрах были черные шорты по колени, а тело облегала майка, которая открывала вид на покалеченные в бегах плечи, и, наверное, не только они таковыми были.

End POV Ичиро

      Натали переоделась в белую майку, чёрные свободные штаны карго и туфли с каблуком примерно в пять сантиметров.

POV Натали

      Когда я спустилась в подвал, Тетсуджи уже был прикован к стулу наручниками. Я чувствовала, что Ичиро уже готов к представлению и смотрит на меня с предвкушением и азартом.       Я подошла к Тетсуджи. На нём была чёрная рубашка, штаны того же цвета, а на ногах его излюбленные лакированные туфли. Я срезала с него рубашку своим любимым ножом-бабочкой фиолетового цвета и как бы нечаянно задевая кожу, оставляя красные полосы на светлой от недостатка света коже. После того, как срезала с него рубашку, я начала оставлять на его коже полосы. От этого он очнулся и начал кряхтеть, а когда окончательно пришёл в себя, то начал кричать — то ли от боли, то ли на меня.       Я отошла от него и подошла к столу с инструментами для пыток. Там были ножи, иглы, топорик для заделки мяса, обычный топор, прикуриватель, паяльник и другие предметы. Я взяла иголки и вернулась обратно.       Я начала потихоньку просовывать иглы ему под ногти. Он начал так сладостно кричать... Одна из иголок дёрнулась и прошла под ноготь глубже.       Через минут десять почти в каждом ногте были иглы. Почему почти в каждом? Это потому, что некоторые ногти отсутствовали.       Прошло два с половиной часа сладостных, как мед, пыток. Я вышла из подвала за Ичиро.       — Как я могу к вам обращаться, Ичиро?       — Лучше на «ты». Как вам идея дружить со мной, леди Натали? Без каких-то подтекстов.       Я задумалась на пару минут. Человек он вроде неплохой. Так что, думаю...       — Да, я согласна, но тогда и в... ты обращайся ко мне как к подруге на «ты».