Глава 2. Разгром под звон монет.

За окном ещё было темно, оттенки тёмного неба начали светлеть. Чуйка, натренированная годами путешествия, говорила, что сейчас около четырёх-пяти утра. Я стояла у окна, с тоской осматривая зимний пейзаж. Итер уже на ногах, с кухни доносился манящий запах домашней еды. Вот же… Опять не сдержала обещание приготовить завтрак. Какой по счёту это недочёт? Дом, в котором мы находились, был стар и доживал свой срок. По ночам половицы сплетались в непутёвый хор скрежетов, а ветер сквозил через окна зловещим воем. Стёкла в сильную метель дрожали, казалось, что в любую секунду по ним пойдёт трещина. Дом был мал, состоял из двух спальных комнат, кухни и маленького коридорчика, соединяющего всё. Наши комнаты с братом были похожи и находились напротив. Это была даже не комната, а каморка. Старый матрас занимал большую часть, в шаге от него уже была стена с умывальником. Чайник безмятежности остался в рюкзаке, забытом в покоях Заполярного дворца. Я не стала брать лишние вещи тогда, на церемонию награждения. Так бы деактивировала приглашение компаньонов, и комфортное место проживания полностью находилось в моих руках, только чайник пришлось бы прятать, не висеть же ему в воздухе на снежной равнине. В первые два дня потонули в постоянной болтовне. Я и Итер делились своими впечатлениями о мире, людях, которых повстречали. Это напомнило былые времена, вечерние посиделки у потрескивающего костра. Мы закидывали друг друга вопросами, но как только разговор заходил о Бездне, Итер отмалчивался или вовсе уклонялся от ответа. Я не давила, понимала: он откроется, когда будет готов. Из повествования и версий брата было выяснено, из-за тесной связи с силой Ордена и участия в событиях прошлого, он был привязан, записан в Ирминсуле. А, значит, о его невозможности прыжка через миры. До победы над Хранительницей Небесного порядка переход между мирами был недоступен. После возвращения первоначальных способностей, я сразу предприняла множество попыток, однако результат был всегда плачевный. Сначала ощущалось вязкое желе, оно мягко обволакивало тело и замедляло движения, но на подходе к границе мира резко выталкивало вперёд и натыкало на стену, при этом в ушах звенело так, как удар камнем от лавачурла. После падения Селестии мы с Паймон полностью забыли повторить эксперимент снова. Думаю, я бы вспомнила об этом намного позже, но, если бы не один случай. Был ясный зимний день, наконец гнев Царицы стих, и затяжная метель прекратилась. Мы расчищали снег, огромные сугробы перед домом. Началось всё с невинной игры, я, как заботливая сестра, швырнула снежок, совершенно случайно попавший в затылок брата. И тут понеслась… Крики, хохот. Я едва успевала уклоняться и атаковать, образуя крио энергией огромные снежные шары. Итер не отставал от меня, он работал на количество, а не на размер. Когда вражеский снежок был вблизи лица, внезапно на тело накатила неожиданная лёгкость, засверкало знакомое ослепительное свечение, окружая родной оболочкой света. Вжух! Быстрая смена кадров, и я тут, в пустом космическом пространстве. Несколько секунд потребовалось, чтобы осознать происходящее. Я неосознанно совершила звёздное перемещение. Подождав ещё несколько минут Итера, совершила переход назад. Братец вернулся к работе и преспокойно убирал снег, будто ничего особенного не произошло. — Почему ты не последовал за мной? — удивилась я. — Пытался, ничего не выходит. Меня приковывает к земле, не могу сдвинуться с места. Вроде, хочу переместиться, но наваливается такая тяжесть, от которой даже дышать трудно. Тогда стало ужасно грустно, и весь день прошёл в тоскливом молчании. Последовали такие же дни, похожие друг на друга. Сейчас я выскользнула в пыльный коридор, чуть не зацепившись за торчащую половицу. Та обиженно и громко скрипнула, поднимая свод пыли. — Чтоб тебя, — прошипела я. — Побереги свои бранные слова для кое-чего другого сегодня, — ответил мне Итер, образовавшись в кухонном проёме. Брат поманил меня за собой, на круглом обшарпанном столе был подан скудный завтрак: яичница и бекон. По сравнению с сытыми и большими завтраками, которые ели мы обычно с Паймон. Этот был простоват и мал. Подсознательно я была уверена, если бы Паймон была со мной, она бы злилась и жаловалась на скудное разнообразие. Но тогда у нас был огромный запас еды, а сейчас мы в бедственном положении. Продукты уменьшались, а вылазки в город были опасны, рейды солдат чесали окрестности сутками. Чудо, то, что нас ещё не обнаружили. Я не стала задавать брату вопросы и притронулась к своей еде. На душе было тяжело, еда не шла. В голову лезли дурные и тоскливые мысли. «Ушли наши беззаботные деньки, когда мы смеялись от души или просто подшучивали друг над другом. Нет больше той лёгкости в общении, черты лица Итера заострились, стали более суровыми. В его глазах нет того задорного, весёлого огонька» — По данным разведки Бездны отряды солдат стали менее активными, — со вздохом сказал брат, наблюдая, как я бездумно тыкаю вилкой в яичницу. — По крайней мере в окрестных деревнях, но в город лучше не соваться. Выдержав долгую паузу, Итер продолжил: — Я сегодня отправлюсь в Бездну. Мне нужно переговорить с Грешниками о дальнейших планах. — Как они тебе помогут? По-моему, ты просто их игрушка на ниточках. Пустой сосуд, способный втягивать и копить скверну, — я выплюнула слова, как яд. Мои глаза встретились с глазами брата и прожгли друг друга. — У тебя есть идеи лучше, поделись ими, — отрешенно проговорил Итер, прервав игру в гляделки и вернувшись к завтраку, но тем не менее сказал: — Я всего лишь хотел предложить тебя сходить в деревню, купить продукты, да и самой развеяться. Он кинул тарелку с недоеденным завтраком в таз с ледяной водой. Брызги полетели во все стороны. Встав и опёршись о стул, произнёс: — Люмин, так нужно. Этот холод в голосе сопровождались в каждом нашем разговоре про Орден Бездны. Пронзая сердце, как стрелы, смазанные ядом. — А я хочу разрушить твои оковы и сбежать с чёртового мира, — пробормотала я, отодвинув тарелку с едой, закрылась руками. Отчаяние и тревога захлестнули новой волной. Беспомощность угнетала, прошёл уже месяц, пока мы вдали от всего мира. А всё, что я смогла сделать ноль. Полный ноль! Итер успел незаметно подкрасться ко мне и обнять. Он аккуратно убрал мои руки от лица и ласково прошептал: — У меня ещё есть незаконченные дела. Не спеши, мы преодолеем всё. Веришь мне? Нас прервал громкий стук в дверь. Я и Итер одновременно вскинулись. Через секунду стук повторился, брат вздрогнул, будто проснувшись от наваждения. Он виновато взглянул на меня и сказал: — Забыл про один момент. Итер поспешно удалился, махнув мне напоследок рукой, чтобы я не вздумала рыпаться с мечом вперёд. Было слышно, как дверь отворяется под тихую ругань брата, а затем полная тишина. Слышен был только свирепый свист ветра за окном. Я насторожилась и на цыпочках выглянула из кухни. На пороге был мой старый знакомый, его одежда не вписывалась в местные пейзажи. Инадзумский халат местами был мокрый, а на плечах возвышались горки снега. С чёрных сланцев стекала вода, линзы очков вовсе запотели. — Эндзё? — удивлённо произнесла я, пытаясь вспомнить каким именем он ещё представлялся. Я называла его: «Существо, называющее себя Эндзё». Из вежливости первая часть не была озвучена. — Путешественница, вот мы и снова встретились! Какие сюрпризы нам преподносит судьба! — миролюбиво произнёс Чтец Бездны, протирая очки. — Что ты здесь делаешь? — спросила я, окончательно выходя из своего укрытия. Эндзё многозначно кивнул в сторону застывшего Итера, оглядывающего с ног до головы нашего гостя. Он явно хотел что-то сказать, вот только не мог подобрать нужных слов. Эндзё решил прервать затянувшееся молчание, без стеснения зашагав на кухню. Вопросов поприбавилось, но я пропустила Чтеца Бездны вперёд. Мокрые шлёпки оставляли мокрый след, создавалось впечатление, что он из тёплого юга вернулся, а не с морозной улицы. Братец уже вышел из ступора и пытался активно сказать что-то жестами, из-за этого мои брови поползли вверх. — Не знаю, какую связь с космосом ты словил, но твой источник питания до добра не доведёт, — проворчала я, возвращаясь на кухню, когда на помощь жестам пришла мимика - Итер скорчил несуразную гримасу. — Ваше Высочество, вы говорили о нехватке еды, однако я вижу обратное, — раздался причмокивающий голос Эндзё с кухни. Изначально я подумала, что он доедает мою яичницу. Картина оказалась ещё лучше. Чтец Бездны стоял рядом с мусорным ведром и с довольным лицом доедал сгнивающий закатник. Часть которого покрылась белой плесенью, мутный сок фрукта скатывался с рук на пол. Я неосознанно поморщилась, когда участок с белым подшёрстком без брезгливости был проглочен. Итер потерял связь со Вселенной и вернулся со мной на кухню, он не удивился произошедшему. Наверное, привык к такому? Тем не менее брат, игнорируя прошлую реплику Эндзё, с деловитым видом произнёс: — Ты шёл всю дорогу с очага скверны в таком виде? Стец Бездны неторопливо остановился и поправил очки. После недолгих раздумий обиженно ответил: — Почему внешний вид так волнует людей! Сначала шёл в настоящем виде, невзначай помахал человеческому ребёнку, тот зарыдал и побежал к матери! Тогда я перевоплотился в это обличье, пока та женщина успокаивала своё чадо, а потом увидела меня и впала в ступор, подошла ещё и спросила: «Вам не холодно?». Эндзё окончил рассказ с полным негодованием и возмущением, он посмотрел на меня и брата в поисках поддержки. Я понимающе закивала, Итер опёрся о стену, и, сохраняя полную невозмутимость, переспросил: — А ты что ответил? — Не так уж и холодно. Но вы не волнуйтесь, из подчинённых Крио Архонта меня никто не засёк, это уж точно, — скучающе ответил мужчина и потянулся к мусорному ведру. — У вас еды полно, зачем пополнять запасы? Чтец заботливо протянул мне сморщившееся яблоко, которое покрылось чёрными пятнами. Чуть-чуть и кожура лопнет и откроет подгнившую мякоть. Я покачал головой, Итер отказался.

— Люмин, так вот к чему я веду, — обратился ко мне брат. — В соседней деревне проходит ярмарка в честь зимнего солнцестояния. Деревня маленькая, стражи там не будет, основные массы сейчас зациклены на округе Заполярного дворца. Я хотел бы, чтобы ты пошла туда вместе с Эндзё, если будет нужно, он прикроет тебя. Ты согласна? Я снова киваю, смотря как Чтец Бездны с аппетитом кусает яблоко и хитро поглядывает на мусорку. На ярмарку? В принципе, смена обстановки пойдёт на пользу. Могу добыть какую-то информацию. Может, в конце концов, узнаю, как там Паймон. Ужасно скучаю! Так хочу объясниться с ней, если бы на церемонии мы смогли поговорить, то думаю, Паймон была бы со мной. Эндзё догрыз своё яблоко и направился к выходу, хотя по его глазам было видно о желании перепробовать содержимое мусорки. — Плащи только накиньте! — крикнул Итер, обращаясь больше к Эндзё.

***

Дорога прошла в монологе Эндзё про кулинарные вкусы людей. Я успела узнать мнение «профи-кулинара» о сроке годности продуктов, какие вкусы порой мы упускаем из виду. На языке всё время крутился вопрос: «Когда ты таким экспертом заделался?», но не был озвучен. Неужто яблоко и закатник такими перебродившими были? Похуже вина из одуванчиков будет. Слава звёздам, из-за холма показались дымящиеся домики и можно было выдохнуть, ведь Эндзё резко ударился в воспоминания. — Путешественница, представляешь, это наша первая беседа без меча у горла. А то, как не встретимся, ты всё им в меня тыкала и била. Вот, например, что ты думаешь о вкусе перезревшего пузырина? Глаз предательски задёргался, ещё несколько минут и нарезанным овощем станет кое-кто другой. В этом диалоге я была самой неудачной собеседницей. Раньше за меня больше говорила Паймон, даже в самых странных ситуациях она всегда поддерживала диалог. Навстречу выбежал малыш с пряником, он бежал так быстро, что ни я, ни он не заметили друг друга. Мальчишка врезался в меня и выронил свой пряник, я успела его подхватить, прежде чем он упал. Пряник покатился по снегу, глазурью на нём было изображено красное солнце. Оно выразительно смотрело, казалось, будто посмеивалось над другими. Красивая работа, дорого обошлась. — Прости, не заметила тебя, — сказала я и протянула мальчику его пряник с земли. — Хочешь куплю тебе новый? Малыш задумался и быстренько забрал своё сокровище, он внимательно взглянул на меня и захихикал. — У вас красивые глаз, приходите сегодня прыгать через костёр! — он выпорхнул из моих рук и унёсся к друзьям, мельтешащим вдали. Чем ближе мы приближались к месту празднования, тем больше людей было. Бойкие торговцы чуть ли не хватали за руки. Помня плачевный опыт Паймон на такой ярмарке, я строго-настрого запретила Эндзё доставать кошелёк в толпе, выхватят и не заметишь, как след простынет. В основном мы посещали лавочников с продуктами, они бойко набивал цену и горячо спорили, когда я торговалась с ними. В конечном итоге, они наигранно сдавались и даже давали в подарок какую-то мелочь. Лавки с деревянными изделиями и украшениями мы обходили, иногда останавливались возле самых популярных. Эндзё не участвовал в спорах торговли, как зашли в деревню, он подозрительно затих и с любопытством всё осматривал. Несколько раз пропадал из виду, но быстро меня находил. То на пьяных мужиков наткнётся, то дети за края плаща зацепятся и начнут бегать вокруг. Я, уставшая от жарких споров с торговцами, заставила тащить Чтеца Бездны с сумки с продуктами. Время от времени я поглядывала на него и посмеивалась про себя, забавляла такая бытовая сцена. Монстр Бездны подчиняется моим приказам и несёт сумки, как послушный муж. Обошли все продуктовые лавки за полтора час, но народ стремился в центр деревни. На моё предложение подольше прогуляться, Эндзё согласился. Девицы пели и водили хороводы у костров. Замужние женщины стояли в стороне и вплетали ленты девушкам в косы. Если правильно помню, то так они передавали удачу на крепкий брак. Для малых ребят были установлены карусели с лентами, поэтому со всех сторон слышался детский смех. Вкусно пахло хлебными издельями, здесь они были намного дороже и искуснее, но тем не менее вокруг крутились родители со своими детьми. На меня невольно накатила ностальгия, давние смутные воспоминания всплыли. В родном мире каждый планетарный год проходили ярмарки, там я и брат выклянчивали у отца всякие вкусности. Помню, как каждый вечер мы подслушивали разговор родителей. Папа жаловался маме, сколько он потратил на нас, и из-за чего его кошелёк пуст. Конечно, он преувеличивал. Каждый год несмотря на свои зарок - ничего не брать, папа покупал всё, что мы хотели. Лица и образы родителей растаяли в моей памяти, но их тепло оставалось в сердце. Сейчас я снова ощутила эту атмосферу, внутри загорелся забытый детский восторг. Мы подошли к самому большому костру, где множество девушек плясало без остановки. Полгода назад мы с Паймон участвовали в подобном, как только попали в Снежную. Нас подхватили и насильно потащили к хороводу, Паймон и я без колебаний подались искушению и бросились в пляс, где у моей компаньонки вытащили мешочек с морой. (Благо там была небольшая сумма на 500 моры, феечка несильно горевала). Сейчас не хотелось в этом участвовать вопреки зазываниям девушек. Я так засмотрелась на костёр, что не заметила, отошедшего Эндзё, который активно махал мне рукой. Уже хотела грозно крикнуть, чтобы он взял обратно в руку пакет, иначе хлеб намокнет. Но рядом раздался знакомый голосок: — Тевкр, посмотри там ещё одноглазики! — взвизгнула рядом Паймон, указывая рыжему мальчишке на один из прилавков. Они стояли сзади меня, поэтому я не рискнула обернутся. — Аякс! Пойдём посмотрим, пожа-алуйста! — заклянчил Тевкр, и за спиной послышался смех Предвестника, кажется, он погладил брата по голове. Откуда они здесь? Разве не в Заполярном дворце, где день зимнего солнцестояния празднуется на широкую ногу? Я думала, что Тарталья поведёт младшего брата именно туда. А Паймон что с ними забыла? Послышались торопливые шаги и крик феечки: — Идите! Я вас позже догоню! Она обогнула меня и вылетела вперёд, чтобы полюбоваться танцами девушек. Малышка неподвижно замерла в воздухе, наблюдая как те описывали виражи вокруг друг друга. Интересно, она вспомнила то же, что и я? Указав жестом Эндзё на Тарталью, чтобы тот подал знак, когда Предвестник пойдёт назад. По телу пробежали мурашки, в попытке в очередной раз позвать Паймон, но язык не поворачивался. Как я оправдаюсь? Захочет ли она меня вообще слушать? Вопреки сомнениям я окликнула: — Пс, Паймон… Паймон! Феечка обернулась и удивлённо огляделась, я приоткинула капюшон и приблизилась к ней. Паймон расширила глаза и чуть не вскрикнула, увидев меня. Я показал знак тише и поманила в сторону, подальше от опасной зоны. Как только мы отошли из поля зрения Предвестника, Паймон взорвалась и проговорила всё, как скороговорку: — Ты цела? Паймон так беспокоилась о тебе! После того как ты ушла с Итером, такой переполох начался на сцене! Я хотела уйти с тобой, но не смогла протиснуться сквозь толпу! Правда! Я ничегошеньки не знала о планах Фатуи, о восшествии на божественный престол! Я так за тебя обрадовалась, совсем забыла спросить твоё мнение… У меня чуть не потекли слёзы, так рада её видеть. Несмотря на мой побег, связь с Бездной, она не дуется на меня. — Это я должна просить у тебя прощение! Расскажу всё потом, но надо уходить, Чайльд скоро вернётся. Ты хочешь пойти со мной? — я обхватила ручку Паймон и бережно сжала её. Феечка не успела мне ответить раздался оглушительный рёв и крики. В том месте, где водили хоровод, образовалась фиолетовая трещина, из неё вынырнули Гончие Разрыва. Люди бросились в рассыпную, толкаясь и падая. Родители хватали детей и неслись прочь, торговцы покидали свои прилавки. Хватали заработанную мору и бежали, но из-за суматохи всё роняли. Крики, плач, звон монет разносились по всей округе, а гончие грозно рычали и внезапно появлялась то там, то тут. На снегу валялись пряники, игрушки, мора, ленты и прочее. Моё внимание привлёк ребёнок, девочка замерла в ужасе от происходящего. Я заметила летящую гончую с занесённой когтистой лапой и не выдержала, ринулась вперёд. Капюшон вмиг слетел, сталь меча сверкнула и отсекла твари голову. Гончая с визгом завалилась набок и исчезла. — Живо беги! — прикрикнула я ребёнку. Девчушка спохватилась и унеслась. Резкий поворот направо, прыжок. У одной из тварей отлетела голова и так ещё у нескольких. В течение месяца я не потеряла былую сноровку, но было не до радости. Из разрыва вышло ещё две огромных гончих, я сжала меч по крепче и направилась к ним. Но меня опередили, мелькнула рыжая шевелюра и за секунду разрубила монстра пополам. Тарталья остановился и вцепился в меня глазами, настороженно наблюдая. Думает я переполох устроила? Мне хотелось забить на него и покончить с последней тварью. Паймон потянула меня в сторону и показала на прибывшее подкрепление: — Надо уходить, иначе тебя схватят. Рыжий глаз с тебя не сводит! — с этими словами Паймон потащила меня в сторону леса. Бежали со всех ног, точнее я, Паймон летела впереди и направляла. Мы скрылись за густыми елями, чтобы перевести дух. Сердце бешено колотилось, руки тряслись. Нас нагнал Эндзё, сумок с продуктами у него не было, наверное, выронил в толпе. Так жаль потраченную мору, её сейчас у меня мало, а теперь считай, потратили впустую. Паймон отдышалась и узнала моего спутника. — И ты здесь? — Я тоже рад видеть тебя, летающее существо. — Не смей называть меня существом, книжный червь! — ругнулась Паймон и легонько ударила Чтеца Бездны по плечу. Их перепалки не суждено было закончиться. Предвестник не собирался так просто меня отпускать. Снег сзади заскрипел, недалеко послышались крик застрельщика Фатуи: — Они сюда побежали! Взять их! Не упустите блондинку, она нужна живой! — Отведи Паймон в безопасное место. Пока я отвлекаю их, — быстро скомандовала я и, не дожидаясь ответа, крикнула, — Эй, я здесь! Эндзё и Паймон понеслись в другую сторону, а я рванула в самую гущу леса. Отлично, солдаты не заметили, что мы разделились. Ветви хлестали и царапали лицо, я перепрыгивала сугробы, снег должен задержать их. Солдат примерно трое, надо избавиться ото всех. Эта беготня начинает надоедать. Выждав подходящий момент, я запрыгнула на толстую ветку дерева и стрельнула энергией света. Она попала точно в цель, оглушив их. Застрельщики Фатуи в беспамятстве повалились в снег. Это шанс, чтобы смыться. Я перепрыгнула на другое дерево и спустилась с него. Ладони саднили и кровоточили, одна из перчаток порвалась, открывая белую линию - шрам. Подарок от Асмодей. Спустя несколько кругов по лесу и запутывания следов я выбралась на полянку. Было необычайно тихо, застрельщиков не видно и не слышно. Надо найти Эндзё и Паймон, я облегчённо вздохнула и пошла в противоположный конец поляны, где редели деревья и заходили последние лучи закатного солнца. К внезапно к горлу прижалась холодная сталь. — Стой, где стоишь! Твой брат и ты – что за игру ведёте? Если Бездна ещё не поглотила твою душу — говори! Немедленно! Суровый тон Дайнслейф был, как обухом по голове. Откуда он взялся? Что за день внезапных встреч. Я дёрнулась, лезвие сильнее прижалось к горлу. — Ох, смотрю на тебя большой спрос сегодня, Путешественница! — из леса вышел Тарталья с водными клинками, измазанными в крови. — Слушай, девушка пойдёт со мной. Мне она нужнее, да знакомы мы дольше. Мужчины встретились взглядами, и воздух между ними словно заледенел. Их глаза, подобные стальным клинкам, скрестились в безмолвном поединке. Дайнслейф ослабил лезвие, я воспользовалась этим и вывернулась, откатившись в сторону. — Нет? Моё дело предложить, тогда поговорим по-другому — пожал плечами Тарталья, одевая красную маску. Дайнслейф и Чайльд остались стоять друг против друга, как два хищника, готовых к смертельному сражению. Их силуэты, очерченные багровым светом уходящего дня, отбрасывали длинные тени на снег. Воздух вокруг них дрожал от невысказанных угроз. Они уже были готовы схлестнуться в поединке, но тишину прервали. — К сожалению, ни с кем она не пойдёт. В отличии от вас, я резервировал день заранее, — Эндзё возник из-за спины, в своём истинном облике, положив руки мне на плечи. Он заливисто рассмеялся и щёлкнул пальцами, — Пока-пока, мальчики! Напоследок Чтец Бездны бросил в них два огненных шара, мужчины вовремя среагировали, увернувшись. На месте, где они были, зияли две дырки с талой водой. Пока Дайн и Чайльд не опомнились, Эндзё открыл портал и переместил нас.