Глава 10: Учителя

Воины кружили по полю битвы, не сводя друг с друга глаз. В воздухе царило напряжение столь сильное, что сами бойцы были вынуждены с ним бороться. Топор в руках одного из них поменял положение, принимая на себя удар меча. Новый поворот — новый удар. Взмах — уклонение. Толчок навстречу оружию — и лезвие отскочило от древка, легко, почти незаметно извиваясь от столкновения. — Ауч! А не мог бы ты как-то помягче блокировать? Сага потерла плечо, где ныла давняя, но не мешающая тренировкам заживавшая рана — сила от удара меча о топор пришлась на руку. — П-прости, brinaah, я не хотел сделать тебе б-больно. Но иначе б-блок ставить я не у-умею. Аскеладд распрямился, выходя из стойки, с легким беспокойством смотря на сестру. Та заметила его взгляд и небрежно махнула рукой, показывая, что все в порядке. — Давай потом продолжим, а? Я пойду на лютне позанимаюсь, сыграю тебе песенку-другую… — Жрица Кинарет с-сказала, что тебе необходимо разрабатывать р-руку, если ты хочешь сражаться и д-дальше. Девушка задумчиво промычала, всем видом показывая, как ей не хочется продолжать махать мечом, но потом тяжко выдохнула, проговаривая: — …Ладно. Вставай в стойку. Драконий Язык чуть приподнял уголки губ в легкой улыбке, довольный своей удаче — вот уже неделю он помогал сестре восстанавливать физическую форму, попутно обучая заново нападению и парированию. И если еще в Морндас кузина начинала ныть от усталости уже через несколько минут тренировки, то теперь, в Лордас, она час занималась с ним без особых возражений. Он вернулся в прежнее положение, как и она, ухватившаяся за меч поуверенней. За всем этим действом наблюдали со стороны зрители, рассевшиеся за столами на веранде. Гаррет лениво зевнул, прикрыв ладонью рот, и глянул на сидящую рядом Дайнасу. Женщина сидела напротив, склонив голову над древней картой. Кончиком пера она водила от точки к точке, обозначавшей древние курганы, и угрюмо хмурилась в размышлениях. — Ну что? — спросил он. — Пришло что-нибудь на ум? — Нет, — фыркнули ему в ответ, ставя знак вопроса у одной из точек. — И было бы, кстати, проще, если бы ты тоже начал искать. — Прости, дорогая, я в картах ни бе, ни ме, ни ку-ка-ре. — Оно и понятно, ты только на местности хорошо ориентируешься, — Андарен склонила голову над картой еще ближе, уперевшись локтями в стол. — И не оскорбляй животных, они поумнее тебя бывают. — Эй! — возмутился он и неожиданно заметил колючий взгляд напротив. — Что? За соседним столом расположились двое Соратников — Эйла и Скьор. Они наблюдали скорее не за тренирующимися новобранцами, а за их спутниками, словно хищники, выслеживающие жертву и готовящиеся к нападению. — Ты слишком громкий — заявил Скьор, вперившись в парня блестящим живым глазом и мутным слепым. — Такой уж я, — отмахнулся от него Мелиорис, словно тот был назойливой мухой. — Тебе какое дело? — Если мне не изменяет память, люди, когда находятся в гостях, ведут себя почтительно. — О, что вы! — всплеснул руками плут, изображая беспокойство на лице. — Я очень даже почтителен. Я вежлив, не кладу ноги на стол, говорю с вами только на «вы» И спрятал слова в тихой усмешке: — А еще не ворую ваше столовое серебро. Он был уверен, что Соратник ничего не услышал. Но он ошибался. — Что ты сказал? — вопрос прозвучал почти как угроза. — Ничего, — с совершенно невинным, фальшиво-озадаченным видом ответил парень. — Совершенно ничего. А вы что-то услышали? — Знаешь, а ведь я могу просто взять тебя за шкирку и– — Вы не можете вышвырнуть нас отсюда. Воин недоуменно уставился на волшебницу, которая даже головы не повернула к нему. — С чего это? — спросила за товарища Эйла, буравя женщину холодным взглядом. — Мы сюда приглашены не вами, а Аскеладдом. Не думаю, что он будет рад, если его друзей прогонят. Соратники переглянулись между собой и, не отвечая, вернулись к своему разговору. Вор облегченно выдохнул. — Ты молодец. — Этого бы не было, — неожиданно заметила Дайнаса. — если бы Аскеладд устраивал мозговой штурм вместе с нами. — Ой, ладно тебе, — Гаррет с толикой мечтательности глянул в сторону тренировочного поля, где кузен и кузина продолжали сходиться в схватке раз за разом. — Будь у меня младшая сестра, я бы с ней целыми днями возился. Аскеладд и Сага совершили очередной круг по площадке. В попытке высмотреть удачные для ударов точки они на некоторое время забыли о мире вокруг, но вернулись в него, когда Сага случайно зацепила краем глаза чей-то силуэт у далекой крепостной стены и вздрогнула, замерев на месте. — Что т-такое? — взволновался воин, остановившись. — Там кто-то стоит. Драконий Язык обернулся и увидел женщину, которая стояла у каменной стены, оперевшись плечами на неё и скрестив руки на груди. Босмерка с худощавым лицом, длинными спутанными волосами, достающими до маленькой груди, и пронзительными зелеными глазами смотрела на них, не отрывая взгляда, но затем переключила внимание на что-то в другой стороне, будто ничего подозрительного в подобной слежке и не было. — Я её не видела здесь раньше. Что она здесь делает? — С-Скьор! Эйла! — позвал Аскеладд, и Соратники встрепенулись, обращая взгляды на них. — Вы в-видели эту женщину раньше? — Нет. — ответил Скьор. — Она пришла совсем недавно, — пояснила Эйла. — С другим босмером, похожим на неё как две капли воды. Он сейчас у Йорлунда в Небесной кузнице, обсуждает что-то. А она его ждёт. — А еще этот мужчина искал тебя. — добавил воин. — Странно это все… — тихо сказала Сага, искоса глянув на эльфийку. — Аске, может закончим тренировку? — Д-да, пожалуй, на с-сегодня достаточно. Они убрали оружие и направились к веранде. Сага не поспевала за братом, все еще немного прихрамывая и недовольно ежась от скрипа кожаной брони. — До чего же она гадкая и неудобная! — девушка плюхнулась на стул рядом с Гарретом и Дайнасой и принялась снимать наплечники. — Ремни натирают, при каждом движении все трещит, все жмет, а самое главное — кожа мне вообще не идет! — А по-моему тебе в самый раз. — заявил Мелиорис, мельком глянув на её фигуру. — Я разве просила твоего комментария, плут? — Сага недовольно покосилась на парня. — Не знал, что у нас запрещено выражать мнение. — Если бы я хотела услышать твое мнение, я бы так и сказала. А так это называется «бестактность». Ты бы это знал, если бы больше книг воровал. Гаррет изумленно похлопал глазами, а затем шепнул Аскеладду: — Она всегда у тебя такая, Аске? — Какая: з-злая или язвительная? — И то, и другое. — Н-ну… — мужчина заметил грозный взгляд сестры и неловко прокашлялся. — С-сложно сказать. Неожиданно послышалась тихая, но оживленная речь. Аскеладд повернул голову в сторону звука и увидел, как к тренировочной площадке, беседуя, вышли Йорлунд Серая Грива и незнакомый воину эльф. Как и говорили Эйла и Скьор, к тому моменту уже успевшие уйти обратно в здание, незнакомый босмер был похож на свою спутницу практически во всем, до мелочей: от формы темных как дуб волос и острого подбородка до кожаного жилета с такими же кожаными поножами и сапогами. — …благодарен вам за ценные советы! — с восхищенной почтительностью говорил он кузнецу. — Я будто вновь прошел через все прелести обучения кузнечному делу. — Думаю, мне тоже есть чему у вас поучиться, — отвечал Йорлунд. — Ювелиры и кузнецы — одного поля ягоды. — Но все же ягоды разные, господин. Мне льстит ваша похвала, но я все равно считаю, что мастер здесь вы, а не я. — Ваша тонкая работа с металлом меня правда удивила. Конечно, чем больше стали, тем лучше, но порой мелкие детали в оружии способны сыграть бóльшую роль. Собеседник улыбнулся ему, совершенно игнорируя негодующий взгляд, которым его испытывала босмерка. — Рад, что вы оценили мои кольца и ожерелья. Для меня будет честью помогать вам в кузне… — краем глаза мужчина заметил, как эльфийка постучала пальцами — указательным и средним — по запястью, на что он незаметно качнул головой. — с такими тонкими деталями. В воздухе раздался резкий свист. Широкий, плоский клинок из двемерита врезался в каменную стену, едва не задев босмера. Тот не шелохнулся. Второй клинок прилетел за его спину, и, в отличие от ошарашенного Йорлунда, незнакомец даже бровью не повел. — К сожалению, мне пора идти. До скорой встречи, господин Йорлунд. Кузнец заторможенно кивнул, бросив взгляд на вооружившуюся похожими клинками женщину, вставшую в стойку. Босмер развернулся к ней, легко вырвав оружие из камня, снял красную ленту с предплечья и повязал её на лоб. — Ну держись, Хан. И едва Аскеладд встал из-за стола, собравшись спросить, как воздух разорвался Криком. — WULD-NAH-KEST! Со Стремительным рывком эльф мгновенно оказался на другой стороне поля и схлестнулся в битве с эльфийкой. Четверка стояла на веранде, раскрыв от удивления рты, и едва успевала уследить за стремительными движениями парочки. Блокировав один сильный удар, босмер отскочил назад, кувыркнувшись в воздухе. На несколько секунд небольшое расстояние разъединило их, но женщина, быстро преодолев его, подскочила к противнику с новым ударом. Новый блок — и эльфийка совершила новое нападение, подкинув в воздух один свой меч и свободной рукой попытавшись ребром ладони ударить по шее соперника. Уворот — и мужчина уже оказался у стены, как неожиданно он получил: — FUS-RO! Прыжком назад боец умудрился не только избежать Крика, но и оказаться на самой стене. Он не растерялся — побежал по ней и бросился вниз, прямо к сопернице, успевшей скрестить клинки перед очередным взмахом меча. Атаки и уклонения, нападения и блокирования — звон стали заполнил воздух, а зрителям только и оставалось, что наблюдать за изумительным танцем боя. Вдруг все оборвалось: они замерли, ловко приставив лезвия клинков к шеям друг друга, пристально посмотрев в глаза. А потом просто опустили оружие и отошли друг от друга. Женщина недовольно фыркнула, а мужчина лишь усмехнулся. — Сердечно прошу извинить меня, если мы напугали вас. Моя сестра-близнец Хан не любит, когда я игнорирую её, и мы часто устраиваем драки, чтобы разрешить кое-какие разногласия. — он убрал клинки в ножны, обращая взор к шокированному до глубины души Аскеладду. Лицо гостя имело совершенно обыденное, непринужденное выражение лица, что поражало воина еще больше. — Т-т-так ты… в-в-вы тоже м-м-можете Кричать? — пролепетал он. — В-в-в-вы… Драконорожденные? — Ох, нет, конечно же нет, мальчик мой, — босмер ласково улыбнулся, отряхиваясь от пыли. — Для начала позволь представиться. Меня зовут Джел. Ни моя сестра, ни я не рождены с твоим даром, как ты мог подумать. Мы обучались у Седобородых. Но не совсем так, как они. И потому я пришел к тебе. — П-почему вы решили обучаться К-Крикам? — неожиданно спросил Драконий Язык. — Мы не можем сказать. — вклинилась в разговор Хан. — Но у меня есть к тебе предложение. — заявил Джел. Он прокашлялся и заявил: — Я учился применять Крики на деле, в бою. И хочу передать это знание тебе. Аскеладд, до того собиравшийся подойти ближе, застыл на месте, будто громом пораженный. Он не мог поверить своим ушам, поверить, что все происходит на самом деле, и потому лишь смог выдавить из себя только: — Э-это…я даже не-не-не знаю, что и с… с… с-с-сказать… — Ничего, я подожду твоего ответа. Мне некуда спешить. Джел сложил руки за спиной, терпеливо ожидая и наблюдая, как меняется выражение лица Драконьего Языка с растерянного на задумчивое и затем — на робкое, но уверенное: — Я…я с-согласен. Босмер улыбнулся. — Прекрасно! — он подошел с сестрой к веранде. — Твое обучение начинается с этого же дня. — Как круто! — обрадовалась Сага. — Тебе не придется каждый раз ходить на Высокий Хротгар, zeymah! — и добавила, восхищенно оглядывая двойняшку босмера. — А вы можете еще чему-нибудь научить? У вас удивительный стиль боя — совмещение акробатики и приемов из безоружных боевых искусств просто восхитительно! Я хочу делать точно так же! Вдруг ей в лицо врезался кулак. Девушка хватилась за разбитый нос, а Аскеладд успел перехватить следующий удар кулака. — Ч-что ты творишь?! — возмутился он. — Проверяю реакцию, — сухо пояснила Хан, легко отнимая руку. — У нее плохая реакция. У тебя чуть лучше. — Хан, можно было просто сказать «да», — укорил сестру Джел. — а не проверять подготовку ученицы сразу. Та лишь закатила глаза: — Моя наставница делала точно так же. — Помилуй меня Девятеро, это больно, — лечащее заклинание остановило кровь, и Сага принялась стирать её следы с лица. — Надеюсь, это последний раз, когда меня бьют исподтишка. — Сердечно извиняемся за это. — босмер виновато улыбнулся, легонько пихнув локтем близняшку, чтобы она согласно кивнула. — Давайте не будем о неприятном! — и хлопнул в ладоши. — Я проведу для тебя первый урок, Аскеладд. Прямо сейчас!

***

На столе оказался свернутый в трубочку пергамент, выглядевший довольно потрепанным и старым. Джел развернул лист, и компания увидела крупно написанные знакомые символы. — Это что? — спросила Дайнаса, рассматривая изображение. — Это драконье Слово. — ответил босмер. — Я вижу, что это драконье Слово, но что это за слово? — Это Дах, переводится как толкать или толчок. Это последнее Слово из Крика Безжалостной Силы. — Откуда вам знать, что Аске владеет двумя первыми Словами из этого Крика? — Гаррет прищурился, с подозрением глядя на гостя. — Потому что я лично видел, как он их демонстрировал. Аскеладд ошарашено посмотрел на Джела, осознавая. — Э-это… это был т-ты. Темная ф-фигура в коридоре Высокого Хротгара. Мне не ме-мерещилось. — Да, тебе не показалось, — Джел улыбнулся и развернул к нему лист. — Сможешь прочесть его? Мужчина впился глазами в группу из точек и закорючек, которые постепенно стали складываться в понятные, человеческие буквы. — Д-да. Я в-вижу. Это Толчок. Не т-толкать. Вы написали его к-как существительное, а не г-глагол. — Верно. Разница между существительным и глаголом незначительна, но ты увидел её. Или просто догадался? — П-предположил. — Молодец, — Джел свернул лист обратно. — Запомнил Слово? — Да… в-вроде. — Тогда теперь выйдем на площадку, покажешь мне свой Крик. Они сошли с веранды, провожаемые взглядами волшебницы, вора и юной Соратницы. — Пока что мне это все не нравится. — заявила Дайнаса. — Думаешь? Мне кажется, все идет отлично. Да и ювелир этот неплох, — невольно обмолвился Гаррет, не сводя заинтересованных глаз с Джела, у которого из-за шнуровки на жилете были отлично видны широкая грудь и подтянутый живот. — я бы даже сказал красив… Неожиданно его хватили за грудки и подняли со стула. — Осторожнее, мальчишка, — Хан вскинула голову, смотря на него, занервничавшего, жесткими глазами. — Ты говоришь о моем брате. Мелиорис, однако, постарался не растеряться окончательно и нагло задал вопрос: — А если я скажу, что и вас я считаю красоткой, вы смените гнев на милость? На это женщина лишь сердито хмыкнула и отпустила вора, отходя обратно к столбу, в который уперлась плечами. Парень облегченно выдохнул, напоследок бросив взгляд на шнуровку её жилета — такую же, как и у её брата, и поправил куртку, раздосадованно пробормотав себе под нос: — Что-то сегодня день для комплиментов неудачный. Или я просто делаю что-то не то? Хотя… не. Джел и Аскеладд остановились неподалеку от тренировочного манекена, который Соратники использовали для отработки ударов по противнику. — Итак, перед тобой мишень, на которой мы проверим силу твоего Крика. Будем использовать Безжалостную силу как пример. Босмер отошел в сторону, давая мужчине больше пространства, будто предоставляя ему свободу действий. — Используй Фус. Набрав побольше воздуха в грудь, Аскеладд приготовился и выкрикнул: — FUS! Соломенная болванка качнулась от Крика, жалобно скрипнув деревянным шестом, к которому была прикреплена. Драконий Язык тихо кашлянул и взглянул на наставника. — Хорошо, очень хорошо, — закивал Джел. — Теперь используй и второе Слово. — FUS-RO! Манекен закачался еще сильнее, из него полетели мелкие клочки сухой соломы. Новый приступ кашля заставил Аскеладда прикрыть рот рукой, приложить усилия, чтобы избавиться от мучительных содроганий в глотке. — Отлично! — довольно заявил Джел, но тут же беспокойно воззрился на ученика. — Ты в порядке, мальчик мой? Твой кашель усилился. — П-пустяки, — заверил его тот. — Со мной в-все хорошо. Джел недоверчиво покосился на него, но принял его слова, тяжко вздохнув. — …Ну ладно. А теперь попробуй сказать весь Крик целиком. Фус-Ро-Дах. Аскеладд глубоко вздохнул, перечисляя Слова в голове. Сила, Равновесие, Толчок. — FUS — RO — DAH! Мощный толчок пронесся по полю, сорвав несчастный манекен с деревянного жеста и повалив его на землю. — Превосходно! — выкрикнул Джел, а Аскеладд упал на колени. Он залился кашлем, таким сильным и острым, какого не испытывал никогда прежде. На камень пролилось несколько алых капель. — Zeymah! — Сага в панике подбежала к нему, пытаясь заглянуть ему в лицо. — Аскеладд, подними голову, я должна осмотреть… Ах! — Помилуй нас И’ффре… — прошептал босмер. По нижней губе у мужчины текла кровь, а глаза больше не были человеческими. Они сияли оранжево-голубым светом, подчеркивая суженные как у рептилии зрачки. Взгляд испуганно метался по сторонам, цепляясь за напуганных сестру и наставника. И из окровавленного рта донесся тихий, едва слышный сип: — Ч-что со мной…? — Не говори ничего, братик, сейчас я тебе помогу! Девушка приложила руки с исцеляющим заклинанием к его шее, пытаясь залечить раненую Криком глотку. — Этого я и боялся… — Джел отошел, почесывая подбородок, ошарашенный и в то же время задумчивый. — Чего боялся? — Того, что драконьи Крики простых людей и Драконорожденных отличаются. Все замолчали, пытаясь осознать произошедшее в неуютной тишине, нарушаемой лишь завывающим ветром степей. Вскоре сияние с глаз исчезло, они снова приняли привычный вид. Сага убрала руки, когда Аскеладд закивал, сообщая о том, что горло в порядке. — Я думаю, я понимаю, что это такое, — высказалась Дайнаса, оправившись от шока. — Что именно? Кровь изо рта? Драконьи зрачки или… что там с глазами вообще произошло? — Гаррет вопросительно на неё глянул, как и остальные. — Все сразу, — перебила его волшебница и начала объяснять. — Драконорожденные своего рода магическая аномалия. Люди не должны были рождаться с драконьей силой — или душами, я еще не до конца поняла — но один появился и как-то выжил. Уж не знаю, проявлял ли он силу или нет, но мутация закрепилась, и теперь у нас есть Драконорожденные. Возможно, это своего рода проклятие, а может это передается по наследству — не знаю. Но я точно уверена в одном — сама их природа борется с ними. — Драконий Голос слишком силен для человеческой глотки. — закончила за неё Хан. Аскеладд все это время поражено смотрел в землю. В голове крутилась только одна мысль. Ошибка природы. Его Крик мог убить его самого, а он этого и не знал. Дикий ужас осознания произошедшего накатил, словно огромная волна в бушующий шторм, захлестнул с головой и заставил позабыть обо всем, что есть вокруг. Но неожиданно раздавшийся хлопок в ладоши вернул в реальность. — Так! — Джел, убедившись, что он смог привлечь к себе внимание всех, сказал: — Без паники. Это не конец света, с этим можно справится. Он глянул на Аскеладда, смело и — мужчина подумал, что ему показалось — немного виновато. — Прости, что заставил тебя произнести Крик полностью, мальчик мой. Я не хотел вредить тебе. Я думал, с твоей Драконорожденностью ты способен полно Кричать без подготовки, но я ошибся. Теперь я знаю, что поторопил с изучением Криков. Но! — он вскинул руку с поднятым указательным пальцем. — Это не значит, что я отказываюсь от твоего обучения. Я просто изменю кое-что. Я начну обучать тебя основам, дыханию, затем Словам, и только потом, постепенно буду учить Кричать. Джел говорил, а Драконий Язык все смотрел на него, завороженный его уверенной речью. — Недостаток твоей Драконорожденности — плата за мощь, которую ты в себе несешь. Не бойся ошибаться, не бойся крови и боли — ошибки естественны в обучении, их нужно запоминать и учиться исправлять. Я помогу тебе. И я клянусь — ты научишься Кричать. С минуту вокруг стояла тишина. А внутри Аскеладда будто зажглось солнце. И он тихо сказал: — С-спасибо. Правда, с-спасибо. Босмер улыбнулся и принял уже привычное, расслабленное и немного беспечное выражение лица. — Что ж, продолжим наши уроки завтра. Если у тебя возникнут вопросы или тебе нужно будет найти меня — приходи к Лунной кузнице. Это руины недалеко от Вайтрана. — Лунная кузница? Вы имеете в виду лагерь Тихих Лун? — переспросила Сага и обратилась к брату, — Это же вроде те развалины, про которые говорил Фаркас. Там сидит бандитская шайка. Джел загадочно улыбнулся. — Больше нет. Теперь там живу я. Он и Хан переглянулись, одарив друг друга только им понятными взглядами, и направились к городской площади. — До встречи, Аскеладд. До встречи, Сага. До встречи, друзья. Надеюсь, мы еще свидимся. Они ушли, оставив их удивленными и озадаченными. — Кто они такие? — Их обучали Седобородые? Тогда почему они не в ордене? — Почему Джел вообще решил тебя обучать, Аске? — Я н-не знаю, — честно ответил Аскеладд. — Но, к-кажется, его намерения выглядят… б-благими. — Я бы не доверяла ему. — высказалась Дайнаса. — И ей тоже! — негодовала Сага. –Кто вообще в здравом уме бьет только что взятого ученика без предупреждения?! — Честно, Джел похож на тех, кто обычно улыбается, когда угрожает, — Гаррет поежился. — А Хан — из тех, кто убивает без единой эмоции на лице. Хотя они, конечно, оба горячие штучки. Девушка усмехнулась. — Будь честен, они тебе понравились. — Что? — изумился Мелиорис. — Нет! Я просто считаю их привлекательными. Это я всем обычно нравлюсь. — О, какое самомнение! — Говоришь так, будто я тебе не пришелся по сердцу ни единой частью тела. — В тебе мне нравится только мое отражение в твоих глазах. Так что не обольщайся. Ребята были готовы продолжать свою перепалку и дальше, но строгий взгляд Андарен заставил их замолчать. — В любом случае, мы должны быть начеку. Главный вопрос — можно ли им доверять? Аскеладд почесал бородатый подбородок, зацепившись взглядом за свиток с словом Дах, оставленный на столе. — Мне с-сложно сказать что-либо о них, — обеспокоено заговорил он. — Они… опытные, о-опасные — точно опасные. Но то, как Джел г-говорил со мной о т-том, что продолжит занятия… Я д-думаю, он был искренен. Он посмотрел в ту сторону, в которую ушли нежданные гости. На сердце было неспокойно, а во рту еще ощущался металлический привкус крови. Но в то же время, со странным теплым чувством, засевшим где-то глубоко внутри, мужчина знал, что делать. — Мы д-должны дать им шанс. И посмотреть, ч-что будет потом.

***

Джел и Хан добрались до вершины древних руин, с которых открывался изумительный вид на далекий Вайтран. Легкий ветер растрепал их волосы, всколыхнул алые повязки на головах, которые они, к своему удивлению, не сняли, едва покинув территорию Соратников. — Ты разочарован? — тихо спросила брата Хан. Вопрос не был нежданным — он висел между ними невысказанным с того момента, как они вышли из города. — Нет, — коротко ответил он. — Я опечален. Я не думал, что все окажется… сложнее, — и тяжко вздохнул. — Бедный мальчик. Его убивает его собственная сила, а я даже не знаю, что делать. Джел прикрыл глаза. Сестра отвела взгляд, задумчиво рассматривая трещинки на каменных плитах. — Может, нам все же оставить их? Как и просил… — Нет. Мы не можем. Я знаю, он просил об этом, но мы не можем. Они и так оставались одни, беззащитные, слишком долго. Он взял её руки в свои, несколько раз то сжимая, то отпуская. Так он говорил ей на их языке о важности свершаемого дела. На языке, который они придумали для себя, чтобы никто другой их не понял. Она молчала, но взгляд говорил за неё. — Мы остаемся. — заявила Хан. — Мы остаемся. — подтвердил Джел.