Раз рюмашка, два рюмашка!

В «Гарцующей кобыле» стоял шум и гам. Он был привычен для вечера Сандаса — люди приходили сюда отдохнуть от дневных забот: ели и пили, веселились и танцевали под бойкую музыку скальда. Двери открылись, в таверну вошли трое. Они уселись за излюбленным столиком в углу, а учтивая помощница хозяйки Садия сразу подошла к ним. — Чего желаете, господа? — Вина, — заявил ей молодой человек. — А лучше эль. А лучше еще чего покрепче. А лучше все сразу! — Оу. Тяжелый день? — Не то с-слово. Садия удалилась и вскоре вернулась с подносом со стоявшими на нем тремя кружками и тремя разными напитками: вином, нордским элем и сиродильским бренди. Все это добро расположилось на столе перед троицей, ожидавшей как можно скорее напиться. — Кошмар. — коротко высказался Гаррет, откупорив бутылку с бренди. — Не то с-слово. — Аскеладд налил эль себе в кружку. — Чтоб я еще хоть раз пошла в древнюю гробницу! — Дайнаса открыла бутылку вина и сразу сделала пару глотков. — Кому пришло в голову хоронить так много мертвецов в одном месте? Я чуть не поседел, когда они все разом из могил повылазили! — Не знаю, но я с тобой согласна: мне еще никогда не приходилось отбиваться от такой большой толпы драугров, а ведь у нас на раскопках в Саартале случались нападения оживших мертвецов. — Одно р-радует: мы обнаружили Стену С-Слов. — Как будто это обнадеживает. Все трое принялись губить свои напитки, понимая, что сейчас слова будут излишни. И вот опустошенные бутылки унесли, а новые были заказаны. Настроение у троицы заметно улучшилось. — З-зато мы вернулись живыми, — добавил Аскеладд, принимаясь за следующую порцию эля. — А я еще смог оттуда пару сотен монет утащить и немного украшений! — гордо поднял нос Гаррет. — Да и сама прогулка по главным залам удалась, — улыбнулась Дайнаса довольно, отпив немного вина. — У меня столько новых теорий о культуре древних нордов, эх! — А давайте поднимем тост за удачную вылазку в Курган Погребальный Огонь? — Мелиорис поднял кружку вверх. — За нас, за сапфировый коготь, что открыл нам дверь, и за славные битвы, в которых мы победили драугров! — За нас! — хором крикнули все трое, чокнувшись кружками. Настал черед третих по счету бутылок вина, эля и бренди. Компания была уже значительно пьяна. — Я объявляю выходной! — заявила Дайнаса, важно икнув. — После таких приключений всегда нужно хорошенько отдохнуть. Душой и телом! — О-о-о, мне б-бы прав-в-да не помешал от-т-дых для т-тела! — Аскеладд развалился на стуле, от большого количества алкоголя начиная не просто заикаться, но и растягивать слова, словно его язык ему не принадлежал. — У меня та-а-к мышцы б-болят, что хочется, ч-чтоб ду-у-ша из меня вы-ы-летела! — Согласен! Я бы тоже хотел телом отдохнуть! Ох как отдохнуть! — Гаррет стукнул кружкой о стол. — У меня так давно не было хорошего секса, хоть помирай прям щас! Джен в Вайтране сейчас нет, а другие живут в разных городах. Ни самому трахнуть, ни себя дать трахнуть! Кошмар! — А т-тебе не-е кажется, что ты на-на это сли-и-шком много обраща-а-ешь внимания? — Тебе не понять, насколько это важно для тела, мой совершенно-не-склонный-к-любовным-утехам друг. Хотя вот Дайнаса меня, возможно, поймёт. — Нет, я тебя не понимаю, — отрезала Андарен, — Я не занималась этим уже почти 8 лет. — А чего это? — удивился Мелиорис, прижавшись губами к краю своей кружки. — Я не мыслю секса без любви! — четко заявила Дайнаса, опять икнув, но уже выразительнее. — Вот сначала полюблю, а потом буду заниматься… любовью! — Ооо, — вымученно протянул Гаррет, откинув голову назад. — это же долго и муторно! Слушай, может мы тебе мужика найдем? Какие у тебя предпочтения? — Да вы все равно такого не найдете, — рука женщины в взмахе чуть не задела бутылку на столе. — Мне нужно… нужно, чтобы он был умный, — она задумчиво потерла переносицу. — И сильный. Но больше умный. Я не могу встречаться с идиотами. — А внешность? — Ээ… пусть будет темноволосый. Да. Как мой покойный Вихар, — тяжкий вздох глухо раздался из кубка с вином. — Я обожала гладить его по волосам. — К-к… кажется я з-знаю подходящего че-е-ловека. — вклинился Аскеладд, пытаясь говорить не заплетающимся языком, — Ви… Вилк… Вил… кас. — Вилкас? — переспросил Гаррет и тут же смешно хрюкнул. — А может есть еще и Ложкас? — Нет-т, е-е-есть Ф…Фа… Ой, за-за-забудь. Они-и-и в Йорваске-е-е сейча-ас. — А еще должен быть Ножкас и Тарелкас! — хихикнул Мелиорис и тут же вытянул лицо, вспомнив: — Кстати о ложках и вилках. Я умею вскрывать замки… вилкой. — Я не буду встречаться со столовыми приборами! — резко крикнула Дайнаса. — Я женщина, а не неодушевленный предмет. Тем более, если выйду замуж, придется вилку оживлять и… ой, — она виновато глянула на ошарашенного парня. — Гаррет, ты что-то сказал? Я пропустила мимо ушей. — Я говорю: Я УМЕЮ ВСКРЫВАТЬ ЗАМКИ ВИЛКОЙ. — О-о-о, при-и-кольно. А л-л-ложкой мо-о-жешь? — Смотря какая ложка. — с умным (насколько в тот момент это можно было сделать) видом сказал Мелиорис. — А ч-что, бы-ы-вают разные ло-о-жки? — Ну да. Например, в Виндхельме, в музейчике одном — жаль, мне не удалось его обчистить, когда я там был — есть настоящая ложка Исграмора. — И-и в чем по-о-двох? — Ложка это вилка. — Ч-ч-что? — Вилка это ложка, а ложка это вилка. У Исграмора. — Как вил-л-ка может бы-быть ложкой? — Так же, как я могу быть и мужиком, и педиком. То есть как-то! — Но-о ты же не пе-е-дик, Гаррет. — А люди утверждают обратное. — Может, пойдём гулять? — предложила Андарен. — Здесь душно. И хором ей ответили: — Пойдём!

***

Выйдя на улицу, они неожиданно столкнулись нос к носу с самым ненавистным противником, которого можно было представить. Страшнее него могли быть только драконы и разгневанные даэдра. Лестница. Сделав всего один шаг, собутыльники кубарем скатились вниз, чудом не переломав все кости, и оказались у чьих-то ног. — Только вышли, а уже на приключения нарвались! — объявил Гаррет и поднял голову, — Ой, ребят, я, кажется, до синих аргониан допился. — А я д-до зеле-е-ных… а-аргонианок… — добавил Аскеладд и, из робости перед незнакомцами, подавил в себе порыв громко икнуть на всю улицу. Оба тут же получили по подзатыльнику. — Дико извиняемся, очень-очень-очень извиняемся, — Дайнаса свободными руками схватила мужчин под подмышки и попыталась встать, кряхтя себе под нос, — Блять, парни, помогайте себе ногами, вы слишком тяжелые, чтобы я тащила вас на своем горбу. — Это ж до какой степени надо было напиться? — подивился данной картине синий аргонианин. — Пойдём-ка, милый Моту, дальше гулять. Город так прекрасен в лунном свете. — зеленая аргонианка взяла спутника под руку и пошла с ним дальше по Равнинному Району. Компания же смогла только проводить их взглядами и одним воздушным поцелуем, который Гаррет — непонятно кому и непонятно зачем — послал им вдогонку. — А мы т-т-тоже гулять пойд-д-дём? — спросил Драконий Язык. Гаррет пробежался взглядом по улице и заметил на вершине лестницы, ведущей к городской площади, задремавшего стражника — У меня есть идея получше. — сказал он, сжав в руке один столовый прибор, украденный в таверне.

***

Это была его вторая ночная смена. Новичок-стражник, не привыкший к караулу, начинавшемуся с вечера и длящемуся до полуночи, клевал носом и уже грезил о том, как будет ходить по полям Этериуса, минуя жуткую Трясину Вермины, в своих снах. Вдруг до его уха донесся странный шорох, но новичок не обратил на него ни капли внимания — еще в первый день ему объяснили, что в большом городе может быль много разных звуков и не нужно на них бурно реагировать. Но потом послышалось странное кряхтение, а ноги коснулось что-то холодное и железное. Стражник замер, затаив дыхание. — Как ты с-собираешься ло-о-жкой вскрыть его кошелек? — сказал глухой голос внизу. — Легко и непринужденно, — ответил ему другой голос, поближе и позвонче. — Мне только кошелек найти надо. — Нас же арестуют, дурни. — укорил их женский голос откуда-то сбоку. В ногу снова тыкнули, уже повыше. Новичок напрягся. — Ты бы была против проникновения в чей-нибудь дом для поиска там запертого сундука. Так что имеем что имеем. Тем более, нас трое, а он — один. Сердце стражника ушло в пятки. Страх сковал по рукам и ногам, и новичок мог только наблюдать за ощущениями касания металла по лодыжке, а затем и бедру. — Ага, почти добрался… — Это же абсурд! Я не настолько пьяна, чтобы в этом участвовать! — Со-согласен, вскры-ы-ть кошелек ложкой не-невозможно. — Зато — и я в этом уверен безоговорочно — можно запихнуть её в жопу и под шумок украсть кошель. Стражник сглотнул, мысленно готовясь к самому ужасному. — Г-Гаррет, ну хва-а-тит. — Нас же сейчас обнаружат. — Тише вы, я уже почти достал! Вилка дрогнула у крохотного кошелька с золотом, случайно скользнув по заднице, и стражник тотчас завопил: — Караул! Грабят, убивают! Он вихрем побежал по Ветренному Району, не разбирая дороги, оставив пьяных Гаррета, Дайнасу и Аскеладда в изумлении сидеть на ступеньках. — Какой шустрый, слушайте… — почесал щеку вилкой Мелиорис. — О, а да-а-вайте в Облачный Р-Район гулять пойдём? — предложил Аскеладд. — Нас же прогонят из дворца ярла. — заявила слегка отрезвевшая от крика стражника Андарен. — Не прогонят, если мы не будем заходить в дворец. — парировал плут, выбрасывая вилку в канаву. — И-именно! Так я-что и-и-дём! Новичок, запыхавшийся, остановился у казарм. На шум сбежались все стражники и, увидев его, трясущегося и чуть ли не рыдающего, принялись успокаивать и задавать вопросы. — Во имя Девятерых, что с тобой случилось? Ты чего трясешься, как кролик перед волком? — спрашивал один. — На тебя кто-то напал? Скажи! — настаивал на ответе другой. — Меня… — лепетал новичок, — Меня пытались… пытались… — Что за шум, кто кричал? Из казарм вышел Командующий Кай, заспанный и злой, на ходу поправлявший форму. — Командор, тут это, новенький… — Да я вижу, что новенький! Чего он дрожит, как злокрыс обосранный?! Командующий вайтранской стражей схватил паренька за грудки и сделал пару решительных пощечин, больше похожих на хлопки. Новичок ошарашено уставился на него. — Ну, говори. — велел командор Кай. — Я стоял на посту, сэр! — рапортовал новичок. — Сторожил проход к Златолисту, как было приказано, сэр! — Так, что дальше? Кто мимо тебя проходил? — Я… задремал на посту, сэр! Последних, кого я видел, была парочка аргониан, сэр! — парень краем глаза заметил ту самую пару, которая собиралась пройти мимо в Ветренный Район со стороны домов знатных родов, и крикнул. — Вот их, сэр! Стража обернулась на аргониан, те замерли на подступе к лестнице. — Что-то не так? — спросил синий, почти лазуритовый аргонианин. — Господа, что происходит? — настороженно дополнила зеленая, почти хризолитовая аргонианка. — Сейчас я все объясню, только дайте закончить допрос подчиненного. — попросил Командующий Кай и снова зыркнул на новичка, — Ну, увидел ты их последними, а дальше? — А дальше… меня… ко мне… — залепетал новичок, теряясь и паникуя. — Ну же, кретин! Рожай давай! — Сэр, он же не женщина, чтобы рожать. — с умным видом заявила одна стражница. — Цыц! Высирай уже свои слова, балбес! — Командор, а если он и правда обосрется прямо сейчас? — встревожился другой стражник. — Да блять, хватит к словам придираться, бестолочи! — рявкнул командор и еще раз встряхнул паренька. — Говори, пиздюк, а то со стены сброшу! Тот лепетал: — Меня пытались обокрасть ло… ло…! — Тебя пытались обокрасть чем?! Новичок издал громкий всхлип и надрывным голосом сказал: — Ложкой! Парень разрыдался. Командующий Кай стоял, держа его за плечи, смотря в никуда и осознавая, что в отставку надо было уходить еще год назад, чтобы не быть участником сего позора. Он тихо прокашлялся и снял шлем у новичка. — Ну… не надо тут этого… вытри сопли свои. Тот взял кусок ткани, который был перекинут через его плечо и закреплен за поясом, и смачно высморкался. — Эм… Моту, может, пойдем? — шепнула аргонианка спутнику. — Пойдем, Эзир. — ответил тот. — Стоять, — приказал командор, даже не смотря на них. — Мы еще не выяснили, кто с ло… кхм, кто решился обворовать нашего товарища, а вы — подозреваемые, — он внимательно посмотрел в лицо парню. — Ты видел их? Новичок кивнул, вызвав возмущение у парочки. — Мы не при чем! — заявила Эзир. — Тогда выворачиваете карманы, будем проверять вас на наличие ложки. — Эзир, так «ложка» же в нашей комнате на постоялом дворе находится. — неожиданно ляпнул Моту. — Это не та «ложка», Моту, — сверкнула глазами Эзир, упрекая его за излишнюю болтливость. — У нас вообще нет никаких ложек с собой. — Какая такая «ложка»? — спросил Командующий Кай. Стражники про слове «ложка» встрепенулись, заговорили меж собой. — Может это ложка, которая вилка? — Или это вилка, которая ложка? — Пацан, тебя пытались обворовать с помощью вилки? — ЦЫЦ! — заорал Командующий Кай, — Отставить разговоры о вилках и ложках! — и снова обратился к ящерам. — Что за «ложка»? — Рируальная ложка для церемоний, посвященных Дибелле, — Эзир двинула предплечьями, стискивая груди, на которых покоился амулет с лилией — знаком богини. — Поверьте, господин, такие вещи не носят с собой на улице, они нуждаются в охране. Так что ложек у нас нет. Командор покраснел до кончиков ушел, едва взглянув на амулет и место, на котором он лежал. Он также был готов поклясться, что видел на периферии зрения, как у его подчиненных, несмотря на опущенные забрала, были видны выпученные глаза, и как синий ящер зло прознал их взглядом. — Прошу прощения, госпожа жрица… или послушница… — он нервно стер рукой пот со лба. — Мы ни в коем случае не хотели в чем-либо обвинять Вас или Вашего… — ТЕЛОхранителя — хищно улыбнулся Моту, сделав акцент на первой части слова. — Телохранителя, да. Просто наш парень видел какую-то парочку с ложкой, а вас как раз двое, вот и… — Их было трое. Командующий обернулся к новичку. — Чего? — Их было трое. — робко повторил парень. – Нападавших. С ложкой. С минуту вокруг стояла гробовая тишина. А потом багровый от гнева Командующий Кай взревел: — А раньше этого нельзя было сказать, засранец? А?! — Пожалуй, мы пойдём. — хихикнула Эзир, наблюдая, как все внимание переключилось с неё и Моту на новичка, и теперь, уходя, она могла слышать, как тому грозили дополнительной неделей ночных караулов и уборкой казарм. А загадка с ложкой так и осталась загадкой, неловко повиснув в воздухе нерешенным вопросом.

***

Аскеладд, Дайнаса и Гаррет подошли к Драконьему Пределу. Троица, к своему изумлению, добралась до Облачного Района успешно, ни разу не споткнувшись и не упав на длинной лестнице. Они вышли на мост, пересекавший небольшой пруд и ведущий ко дворцу ярла. — В-вот зде-е-сь и остановимся. — Аскеладд облокотился на перила моста, в то время как его собутыльники, за неимением мест, где можно сесть, уселись прямо на мосту. — Почему лестницы здесь вообще такие высокие? — недовольно вопрошал Гаррет, потирая уставшие ноги. — Чтобы подниматься повыше, дурень. — сердито бросила Дайнаса, откупорив бутылку вина, что прихватила с собой. — Для чего по твоему они вообще созданы? — Чтобы спускаться! — Нет, чтобы подниматься! — Нет, спускаться! — Подниматься! — Р-ребята! — перебил их Драконий Язык. — Давайте лу-учше поговорим о ч-чем-нибудь другом. На-например, о мечтах. Вор и волшебница задумались, подняв взгляды к нему, которое в тот день было удивительно ясным. — Я мечтаю о том, чтобы эта война наконец-то закончилась, а то из-за нее работать практически невозможно. — заявила Дайнаса. — Это как? — Гаррет недоуменно поднял брови. — С помощью порталов я могу переносить предметы в разные точки мира. И торговцы охотно пользуются моими услугами транспортировки, — пояснила Андарен. — Но из-за войны торговля в Скайриме идет из рук вон плохо! — Ааа, — протянул Мелиорис, — Понятно. А вот я мечтаю об одном — чтобы Мерсер Фрей либо от дел отошел, либо помер! Самый ужасный начальник в мире, просто кошмар! Стражники, стоя у ворот в Драконий Предел, слушали их и понимающе кивали. — Мне в отпуск отправиться охота, — тяжко вздохнул первый, с легкой завистью смотря на сидящих на мосту. — Чтоб гульнуть, с друзьями посидеть… Эх, глотнуть бы сейчас доброго мёду… — А я бы хотел приключений, — добавил второй. — А в итоге их получают другие, а мне — фиг с маслом! Мой кузен, например, борется с драконами. А мне что досталось? Караульная служба… А потом до них донеслось: — А я м-мечтаю… о небе. Аскеладд легко запрыгнул на перила, горизонтально расположив руки, поддерживая равновесие. Он шел по узкой деревянной досточке и говорил восхищенно, рьяно и четко, будто совершенно позабыв о своем заикании: — Иногда я сплю и мне снится небо. Мне сниться, как я летаю, как ветер треплет мои волосы, касается лица, холодит кожу. Порой мне кажется, что я должен был родиться птицей, у которой вся жизнь заключена в полете. Я бы взмахивал крыльями, меняя высоту, пытался бы преодолевать встречные потоки воздуха, поднимался бы высоко-высоко, к облакам! — он вскинул голову к нему. — О, это самая желанная мечта — взлететь и коснуться облаков, узнать, какие они наощупь! Звезды мерцали ему в ответ, молчаливые, как и Дайнаса с Гарретом, завороженно наблюдавшие за ним. — Пока был ж-жив отец, у меня б-были мечты. Его не-не стало — и они умерли в-вместе с ним, словно бы к-кто-то обрезал мне к-крылья. — печально говорил Аскеладд. — Но т-теперь… теперь я чувствую, что мои мечты оживают. Я чувствую, как отрастают крылья. Да! Я взлечу! Должен быть Крик, который поможет мне взлететь! Он прокашлялся, принялся вспоминать драконьи Слова. — Так, к-как бы этот Крик з-звучал… М-может «Крыло-Небо-Полет»? З-звучит логично… Итак, Viing — э-это Крыло, Lok — это Н-небо, а полёт… п-полет… — Ты что, правда полетишь прямо сейчас? — изумился Мелиорис, будто очухавшись. — Да! А т-теперь не мешай, я пытаюсь в-вспомнить Слово. — Ты уверен, что это безопасно? — обеспокоилась Дайнаса, отпив немного из бутылки с вином, будто пытаясь избавится от подкрадывающейся трезвости. — Тсс! Не-не мешай! Аскеладд нахмурился, сосредотачиваясь, вспоминая. — П-полет… Летать… Т-точно! Bo! Он остановился на доске, раскинув руки и, зажмурившись, громко выкрикнул: — Viing-Lok–Bo! И неожиданно ветер подхватил его, завыл в ушах. Холодный воздух, ласковый и мягкий, словно шелк, прошелся по лицу. Открыв на миг глаза, он увидел над собой сверкающий тысячами огней небосвод. И тут же ударился о водную гладь. Не принял его ветер, тело оказалось слишком тяжелым. Драконий Язык погружался под воду, с разочарованием смотря перед собой. Может, Крик оказался неправильным, или он ошибся Словом? Всплывать не хотелось, хотелось грустно полежать на дне среди разбуженных всплеском рыб и редких водорослей. Но чьи-то крепкие руки схватили его и потащили на поверхность. — Сдурел совсем?! — донесся крик стражника, глухой из-за воды в ушах. — В воду бросился! Ишь чо удумал! — возмутился другой, вытащив его на лестницу, ведущую в пруд, и хорошенько встряхнув. Аскеладд проморгался, сбрасывая ресницами мелкие капли. Наверху виднелось все то же самое звездное небо. — К-кажется, я трезвею. — заключил он. Рядом показалась рука Гаррета с сжатой в ней бутылкой. — Держи! Драконий Язык поднялся, не общая внимания на ошарашенную стражу, и, приняв эль в руки, пошел с напарниками обратно в Ветренный Район, распивая с ними по пути алкогольные напитки. — Чокнутый… — промолвил первый стражник. — А то. — подтвердил второй.

***

На площади было спокойно. У подножия статуи Талоса стоял Хеймскр, привычно заливавший свои молитвы своему богу несмотря на столь поздний час. — Но когда-то ты был человеком! Воистину! И человеком сказал ты: «Покажу теперь вам силу Талоса Коронованного Бурей…» Вдруг он прервался, услышав в воздухе странный свист. Пустая бутылка из-под эля летела прямо на него. В последний момент Хеймскр успел уклониться, и бутылка разбилась вдребезги за его спиной. — Что за шутки?! Кто творит богоху– Следующая бутылка, из-под вина, попала четко в голову, отправив жреца в нокаут. Дайнаса подпрыгнула на месте, победно крикнув. — Да! Я заставила этого говнюка заткнуться! — Хороший бросок, Дайна! — похвалил волшебницу Гаррет. — Тебе стоит развивать свою меткость — станешь лучше любого лучника. — Да, я сегодня в ударе! Женщина осмотрелась вокруг, ища, чем бы заняться — алкоголь взыграл в крови, призывал к действию. Взгляд её пал на величественный Златолист, раскинувший мертвые ветви над площадью. — О! Парни, помните, я говорила о том, что хотела оживить вилку? Так вот, теперь я хочу оживить Златолист! — За-а-чем? — вопросительно рыгнул Аскеладд, почесав затылок. — Как зачем? Это же ЗЛАТОЛИСТ! Легендарное дерево, растущее здесь со времен основания города, а то и дольше! Представьте, что будет, если мне удастся его воскресить? Да меня на руках во всем холде носить будут! — А звучит неплохо, — Гаррет принялся придумывать причудливые прозвища для волшебницы, — Тебя будут звать «Спасительница Златолиста». Нет, «Дева Возрождения». Хотя не, лучше– — Да погоди ты! Сначала воскресим, а потом будем придумывать мне новые имена. Андарен встала напротив дерева и вытянула руки вперед. Она зажмурилась, сосредотачиваясь на одной мысли — оживить дерево. Она напряглась каждой клеточкой тела, применила все усилия, чтобы сотворить волшебство. Однако ничего не происходило. — Ну как? Получается? — хихикнул Мелиорис, наблюдая за её попытками примерить магию. — Нет! — волшебница опустила руки, сердито фыркнув. — Я явно что-то делаю не так! — М-может, надо ска-а-зать определенные слова? — предположил Драконий Язык. — Это ж какие? — Может, Абра-Кадабра? — вклинился Гаррет. Дайнаса недоуменно подняла брови. — Тебе что, 5 лет? А потом, немного подумав и глянув на дерево еще раз, дернула руками вперед, выкрикнув: — Абра-Кадабра! Эффект был нулевой. — Т-тогда мо-о-жет «Сим-Салабим»? Я с-слышал, такое з-заклинание использовали ре–е-дгардские волшебники. — Которые встречаются реже снежных великанов. — съязвила Андарен. И все же она всплеснула руками снова: — Сим-Салабим! Дерево оставалось мертвым. Женщина с досадой топнула ногой. — Фигня какая-то! — Бибиди-бобиди-бум! — неожиданно и громко выкрикнул Гаррет, повторив те движения руками, что делала чародейка. — Ты что, вздумал дерево уничтожить?! — Нет! — Ну тогда не говори этого! Мало ли, вдруг у тебя есть магия, и она сработает! Попытки оживить дерево продолжились. — Ахалай-махалай! — гаркнула Андарен. — Ляськи-масяськи! — выпалил Мелиорис. — А-апчхи! — Это не заклинание! — хором воскликнули волшебница и вор воину. — Но я п-просто чихнул. — растерянно произнес Аскеладд. — А… Дайнаса, видя, что ничего не происходит, плюнула на попытки произнести нужное заклинание. — Ну, тогда перейдем к некромантии! — заявила она, потирая ладони. — Ты же говорила, что прогуливала уроки некромантии в Коллегии. — с подозрением прищурился Гаррет. — Да, но я слышала, что если ударить в тело молнией, то оно может ожить, — в руках женщины засверкали электрические разряды. — Пора это проверить!

***

Сага вышла из «Гарцующей кобылы», радостно и гордо неся с собой лютню и слыша позади аплодисменты и крики посетителей. — Спасибо! Спасибо вам огромное за этот вечер! Вы лучшая публика на свете! — она побежала вверх по лестнице к площади с Златолистом, поправляя на ходу цветы, которые достались ей от благодарных слушателей и которые пришлось запихнуть в корсет за неимением лишних рук. — Не грусти, Микаэль! Главное — не победа, а участие! Счастлива девушка вышла на площадь, уже собираясь идти к Йоррваскру, как её хорошее настроение тут же разбилось о твердую землю реальности: она увидела, как знакомая ей троица, включавшая в себя её кузена, пыталась что-то сотворить с великим деревом. Она сразу обо всем догадалась: они были пьяны в стельку. — Аскеладд! Дайнаса! Гаррет! Вы что творите?! А, завидев искрящуюся в руках волшебницы молнию, девушка так и вовсе испугалась и бросилась к ней. Она сбила Дайнасу с ног прежде, чем молния сорвалась. От изменения траектории электрический разряд полетел в небо и врезался в пролетавшую над городом утку. Поджаренная до хрустящей корочки птичка рухнула прямо к ногам мужчин. — О, закуска! — обрадовался Гаррет. — Н-не ешь! — запротестовал Аскеладд. – Оно же-е на земле ва-валяется! — Вы что, пьяны?! — возмущалась Сага, вставая с развалившейся на каменных плитах Андарен, поднимая упавшую лютню и убирая её за спину. — Нет, мы очень даже трезвы! — заявила волшебница, деловито подняв палец вверх. — Ой, а тут так прохладненько… я, пожалуй, немного полежу… — Надо вас срочно тащить обратно, — встревоженно осматривалась вокруг девушка, надеясь, что их никто не видит. — Где вы остановились? — В «Гарцующей кобыле» — ответил Мелиорис. — Хорошо, отведу вас туда, — Сага бросила грозный взгляд на кузена, — И тебя, Аске, тоже! Нельзя тебе в таком виде в Йоррваскр идти! Тот расстроился. — По-о-чему? — Потому что даже вечно пьющий Торвар охренеет, когда увидит тебя! Все, идем! — Что-то мне все больше и больше нравится идея Дайны полежать на земле… — Гаррет медленно опустился на землю и разлегся на ней звездочкой. — Эй, а ну не смейте! Вы же сейчас уснете! — М-мы только чу-чуть… по-о-сидим… — Драконий Язык сел на колени, широко зевнув. — Помилуй меня Акатош, это кошмар какой-то. Вдруг послышались шаги. Сага уже приготовилась к тому, чтобы говорить с стражами порядка и умолять их помочь, как неожиданно увидела Джела и Хан, выходящих из храма Кинарет. — Джел?! Хан?! — она облегченно выдохнула. — Слава Девятерым, это вы! Мне нужна помощь, срочно! — Что слу… — Джел не успел договорить, как сразу же все увидел. — Оу, я, кажется, понимаю. — Одна ты их не донесешь, — сухо заметила Хан. — Мы поможем. Сага вымученно улыбнулась. — Спасибо! Двойняшки принялись помогать девушке поднимать нерадивых пьяниц на ноги. — Давай-ка, мальчик мой, поднимайся… — Джел ухватил Драконьего Языка за руку и с усилием потянул на себя. — У-учитель? — Аскеладд встал на ноги, пытаясь держать сонные глаза открытыми. — Но сейча-а-с же ночь, мы не-не можем учить Кри-и-ки сейчас… — Сейчас не до Криков, мальчик мой, не до Криков… Сага попыталась подхватить Гаррета и поставить его на ноги, но тот закачался и чуть не упал на землю, если бы не приземлился лицом ей в грудь. — О… Сага… Это ты… — мурлыкнул он, вдыхая аромат цветов, торчащих из корсета. — Как приятно ты пахнешь, сладкоголосая Сага. Будешь моей любовницей? Сага, не долго думая, перекинула его безвольную тушку на Хан. — Он твой. Я потащу Дайнасу! В ответ на это Хан лишь оставалось закатить глаза и покрепче обхватить тело вора, таща его вниз к таверне. Девушка же не без труда, но смогла поднять волшебницу на ноги и дала ей возможность опереться на свое плечо. — Все-таки я бы вышла замуж за вилку. — пробормотала Дайнаса, когда они начали спускаться. — Чего? — Сага удивленно глянула на волшебницу. — Какое замуж? Какая вилка? — Такая, — икнули ей в ответ. — Умная, сильная, темноволосая. Если она еще бы полюбила меня и была бы мужчиной, было бы вообще здорово. — Ты говоришь о Вилкасе??? — О вилке, да. А ты о ком? — Ох… Сага покачала головой, тихо цокнув, и легонько дернулась, чтобы расположить пьяную у себя на плече поудобнее. — Ну-ну… мечтай о вилках дальше. Они ушли, не заметив направленных на них любопытных взглядов притаившихся на скамейке зрителей, сидящих под Златолистом. — Это те самые люди, которые пытались обокрасть пацана с помощью ложки? — подивился Моту. — Похоже на то. — ответила Эзир. Еще какое-то время они задумчиво смотрели ночным гулякам вслед. — Скажи, ты тоже думал, что они сделают что-то эдакое с деревом? — неожиданно задала вопрос Эзир. Моту активно закивал головой. — Да! — И как? Ожидания совпали с реальностью? — Ни разу, но меня, скорее, гложет любопытство насчет того, что эта троица еще натворила за этот вечер. — Помимо попыток лишить кошелька, чести и достоинства славного юного стражника, а также стараний оживить молнией древнее мертвое дерево? — Не забудь и про того гарланящего молитвы жреца. А еще я думаю, что те стражники на вершине лестницы, ведущей ко дворцу ярла, точно что-то да наблюдали за этой троицей. — Ха-ха, должно быть, они купались в пруду, ведь у одного из них одежда была мокрой до нитки! — А то! Они тихо рассмеялись, и смех их утонул в тиши ночи, рассеявшись по округе. А потом Эзир сказала: — Пожалуй, это будет самая странная ночь из нашего отпуска в Скайриме. — И самая интересная. Посидев в раздумьях какое-то время, хризолитовая ящерица положила изящную ручку на мощную лапу своего спутника. — Пойдём обратно, мой лазурный? — Конечно. Моту поднялся со скамьи и помог встать даме, подав ей руку, а затем парочка чинно, неспешно отправилась к своему постоялому двору.

***

Солнце коснулось лучами пола в гостевой комнатке «Гарцующей кобылы». Трое тел лежали в ней, спящие крепким пьяным сном. Но солнце было упрямо, и потом било своим светом так усердно, что у одного из тел открылись глаза. — Ммм… — болезненно простонал Гаррет, переворачиваясь на бок, и тут же грохнулся с кровати на пол. — Ааа! Он зашипел, потирая ушибленное плечо. Рядом кто-то зевнул. Аскеладд, расположившийся на полу, обнимал во сне подушку и пускал слюни на половицы. От этого вида Мелиорис скривился. — Фу, Аске, ты ж человек, а не зверь какой, зачем– Вдруг его горло дрогнуло от странного, но очень знакомого ощущения. Содержимое желудка страстно желало покинуть тело парня, и тот со словами «Только не сейчас!» бросился к ведру, стоявшему у постели. Дайнаса, лежавшая на соседней кровати, измучено захныкала под тошнотворные звуки из ведра, обхватив руками болевшую голову. — Никогда больше не буду пить… — проговорила она, а Аскеладд в знак согласия громко и четко всхрапнул.