Глава 17: Дипломатическая неприкосновенность (часть 2)

Колесо телеги снова скрипнуло. Дайнаса поежилась на скамье, укутываясь в плащ плотнее, и посмотрела по сторонам. Повозка была крытая, да на несчастье без окон, и продувало нещадно. Напротив сидел Гаррет, вальяжно развалившийся на скамейке; рядом с экипажем, завернутый плащом по самую макушку, ехал Аскеладд. Пейзаж медленно сменялся с одних заснеженных елей и сосен на другие, и казалось, время тянулось непозволительно медленно. Скука нагнетала. — Да когда мы уже приедем… — наконец, фыркнула Дайнаса в меховую опушку рукавов, пока согревала руки дыханием. — Кучер говорил, что последний поворот мы проехали и теперь нам остается ехать только прямо, — сообщил Гаррет. — Лучше бы телепортировались… — Ну что сказать… Терпи, коза — Изгоем станешь. Дайнаса подняла голову на него. Только она хотела сказать о том, насколько озвученная поговорка является неуместной, как её взор зацепился за его одежду под плащом. За кожаный жилет, слишком открытый и облегающий. — Ты… — женщина уронила лицо в ладони, — …Разрази меня Дагон. — Что? — Ты меня еще спрашиваешь? — Дайнаса рискнула направить взгляд на него, но не сдержалась, прикрыв глаза рукой. — Да ты же выглядишь как последняя потаскуха! Мелиорис невинно захлопал глазами. Оценивающим взглядом осмотрел себя, миленько улыбнулся. — Я чудесно выгляжу, я знаю. — Как я это проморгала? Мы же вместе выбирали одежду, как так… — Андарен все же вернулась взглядом к нему и затрясла ладонью, указывая на его жилет. — Гаррет, ты считай раздетый едешь на прием: широкая шнуровка, длинный вырез, глубокое декольте… Даже впотьмах я могу видеть твой пупок! — Здорово, да? — парень и не думал перестать собой гордиться. — Уверен, талморцы будут падать в обморок от моей красоты. — Падать в обморок… Дибелла сейчас со стыда горит, наверное. Как ты вообще не мерзнешь в таком виде? — А я выпил зелье сопротивления холоду перед поездкой. Меня мороз не будет брать еще сутки! — Прелесть… — Дайнаса уперлась локтем в подоконник и потерла переносицу. — Это… это просто идиотизм! Мы из-за тебя и шагу не ступим, не привлекая к себе любопытных взглядов! — Ой, да ладно тебе! — отмахнулся Гаррет. — От откровенного внешнего вида еще никто не проигрывал. Никогда! — Гаррет! — Ч-что вы разорались? — к повозке подъехал Аскеладд. — Ты слышал, что он сказал?! — спросила его Андарен. — Я услышал только фразу п-про зелье сопротивления холоду, — Драконий Язык завистливо шмыгнул сопливым носом. — Я бы тоже его хлебнул. Женщина не сдержалась и закатила глаза. — Аске, разуй глаза! Гаррет разоделся как бордельный мальчик и теперь заявляет, что такая одежда не принесет нам проблем! Я не могу везти его в посольство в таком виде! — Ты преувеличиваешь, Дайна! — Гаррет выглянул в окошко, расправил плечи, показывая себя в жилете во всей красе. — Аске, вот скажи: тебе нравится мой образ? — Ээ, н-ну… — Ладно, перефразирую: я симпатично выгляжу? — Нашел кого спрашивать! — Дайнаса хлопнула себя ладонью по лбу. — Аскеладд достаточно разумен, чтобы, как и я, понимать всю нелепость твоей затеи. К возмущению данмерки, Аскеладд раскраснелся, и он с бегающим взглядом выдал: — Но… но он правда к-красивый… — Да ну вас обоих в задницу! — женщина с поражением откинула голову назад. Аскеладд стыдливо поспешил отвести лошадь обратно на дорогу, пока из экипажа доносилось возмущенное: — Делайте, что хотите, но если из-за этого разврата у нас будут неприятности — пеняйте на себя! — Значит, оставляем все как есть, — Гаррет довольный плюхнулся на скамейку, а Дайнаса сокрушенно вздохнула: — Замечательно… Теперь я похожа на сутенера, который везет проститутку на продажу… — Очень симпатичную проститутку! — Заткнись, просто заткнись… — Неплохая одежка… — пробормотал себе под нос Аскеладд. — Вполне п-подходит под описание «парадная одежда»… — И ты тоже! Повозка начала постепенно замедляться. За окном показались каменная кладка с железными пиками забора, и на экипаж упала тень. Троица притихла, обратила взгляды наверх и обомлела: громадным темным строением посольство возвышалось перед ними, подобно мрачным и загадочным замкам, что встречались только в легендах. Его архитектура была изящна и строга, но что-то жуткое исходило от стен. Что-то, что не просило, требовало: уходите, если хотите остаться живыми. Колеса остановились. Дайнаса распахнула дверь и спрыгнула на землю, поправила складки на платье. Гаррет вылез рядом и тут же оказался в захвате: на голову ему нахлобучили меховой клобук, а шнуровку жилета стянули так, что он пискнул: — Ай! — парень с шипением потер грудь. — Ты ж мне так ребра сдавишь, дышать нечем… — Терпи, коза — Изгоем станешь, — ехидно передразнила женщина и огляделась вокруг. Во дворе стояли еще несколько повозок и карет. Мрачные стражники посольства — все как один альтмеры в золотой броне — следили за ними, не отрывая глаз, и от этого троице становилось все больше неуютно. — Думаю, тебе пора, Аске, — Дайнаса подняла голову на всадника. — Жди снаружи. Не отходи далеко и не привлекай к себе лишнего внимания, хорошо? — П-постараюсь, — ответил Аскеладд и выехал за ворота. Привратники косо глянули на него и на гостей. — Наш охранник, — Гаррет нервно улыбнулся. — Не любит торчать на одном месте, пустили его прогуляться. Стражи молча переглянулись. Не произнесли ни слова и продолжили нести службу. Дайнаса и Гаррет тихо выдохнули. Неподалеку от лестницы, ведущей к главному входу, сидел редгард в праздничной одежде, с усами такими густыми и широкими, что они закрывали верхнюю губу и уголки рта до самого подбородка. От него разило хмелью сильно, парочка могла прочувствовать весь букет ароматов в нескольких шагах от него. — Надо же! — крикнул он, завидев их. — Еще кто-то опоздал на прием! И какой экипаж! Мое почтение, господа! — Спасибо, — Дайнаса попыталась звучать как можно приветливее, но её кислый вид сильно разнился с её словами. Незнакомец, однако, этого не заметил. — Господа! Приезжие подняли головы. На лестнице стоял стражник со списком и пером, внимательным взглядом осматривающий гостей. — Ваши приглашения, пожалуйста. Дайнаса чуть сжала в руках конверты. Вместе с Гарретом она замерла в ожидании, и минуты, казалось, обернулись часами, пока шла проверка. — Добро пожаловать, господин Ранзелан, — Стражник сделал пометку в списке и дал пройти редгарду вперед и обернулся к ним. — Ваши приглашения. — Конечно, — Дайнаса передала ему конверты. — Нас должно быть трое, но наш товарищ не смог прийти, — Гаррет состроил вежливую рожу, но проверяющий даже не обратил на неё взгляда. Он изучал тексты приглашений, подписи и печати. Даже уперся взглядом в последние слова — «Будем ждать вас». И когда Дайнасе уже начало казаться, что их раскрыли… — Спасибо. Добро пожаловать, госпожа Андарен и господин… Гарен, — стражник сделал две пометки и отдал им приглашения обратно. — Гостям рекомендовано не покидать посольство до конца приема. Имейте это ввиду. — Как скажете, — кивнула Андарен. Проверяющий ушел ко входу, а Мелиорис стер выступивший пот со лба. — Чуть не попались… Стоп, он назвал меня «Гарен»? — Кажется, это опечатка? — женщина посмотрела в приглашение. — Да, твое имя написали с ошибкой. — Мда, просто замечательно… Придется ходить Гареном весь вечер. — Это лучше, чем быть просто безымянным учеником волшебницы. Они подошли ко входу. Дайнаса немного замешкалась, уставилась на двери в нерешительности. Вдруг она почувствовала тепло руки имперца на своей. — Ну… назад пути нет, — Гаррет ободряюще улыбнулся. Данмерка улыбнулась в ответ. — Только вперед. — Внутрь, друзья мои, внутрь! — нежданно появившийся за спинами Ранзелан схватил их за плечи и повел в здание. — Там холодны только женщины и напитки! Тепло очага и бесед несомненно согреет нас! Ошарашенные друзья не успели и оглянуться, как двери за ними захлопнулись.

***

В коридоре посольства гостей сразу же встретили двое слуг-босмеров. Они приняли у Дайнасы и Гаррета плащи и ушли прочь, стоило рядом появится высокой альтмерке со светлыми, зачесанными назад волосами, в строгой черной форме с золотой каймой и вставками на ремнях. Парочке не доставило труда догадаться, что это и была хозяйка приема. — Добро пожаловать, — поздоровалась она. — Я — Эленвен, посол Талмора и Альдмерского Доминиона в Скайриме. А вы… — Дайнаса Андарен, преподаватель портальной магии в Коллегии Магов Винтерхолда, — ответила Дайнаса, — а это, — она кивнула в сторону Гаррета, — мой ученик, Гарен. — Здравствуйте, госпожа, — Гаррет учтиво улыбнулся и сделал низкий поклон. Глаза Эленвен вмиг загорелись интересом. Посланница Талмора не сводила взгляда с Дайнасы, продолжая, как полагается радушной хозяйке дома, приветливо улыбаться. — Ах да, я видела ваши имена в списке, — припомнила она. — Маги Коллегии… Не ожидала увидеть кого-то из вашей организации у себя на приеме. — Решили наладить связь с остальным миром, — Андарен не изменилась в лице ни на миг. — Вероятно, здесь даже находится господин Анкано, верно? — К сожалению, нет. Анкано не почтил нас своим присутствием. Да и не должен был — по долгу службы ему рекомендовано оставаться в Винтерхолде. — Весьма печально, — почти театрально, с грустью вздохнул Мелиорис. — Сидеть в четырех стенах, пусть и оплота магической науки, вероятно, ужасно утомительно. Он заслуживает того, чтобы у него была возможность хоть иногда выйти и развеяться. Эленвен не обратила внимания на его слова. Дайнасе даже показалось, что та едва заметно фыркнула, но тут же переключилась на неожиданный вопрос: — Что же привело вас в эту… в Скайрим, госпожа Андарен? Данмерка опешила. Внутри вдруг так сильно вскипела злоба, что она стиснула со всей силы зубы: как смеет Эленвен говорить ей такое? Как смеет, зная, кто она, спрашивать её словно волшебница такая же чужачка в этой стране? Но вдруг резко раздался звон бутылок от стойки позади посланницы. — Госпожа, — от голоса Малборна Дайнасе стало значительно легче, она взяла себя в руки. — тут возникла проблема. — Что случилось, Малборн? — Эленвен закономерно отвлеклась. — У нас закончилось вино Алто. Вы разрешите мне открыть арентийское красное?.. — Конечно, — на миг в голосе посланницы проскочила нотка раздражения, — Я же просила не беспокоить меня по таким мелочам. — Да, госпожа посол, — Малборн покорно склонил голову, возвращаясь к бутылкам за стойкой, а Эленвен окинула взглядом зал, потихоньку заполнявшийся прибывающими гостями. Она снова обратилась к парочке, на этот раз торопливо: — Прошу прощения, мне нужно идти. Других гостей тоже надобно почтить своим вниманием. Мы еще познакомимся поближе. Прошу вас, проходите и отдыхайте. Посланница ушла, а напарники приблизились к стойке, за которой стоял босмер. Малборн протирал тряпкой кубки, еще не заполненные вином. — Что вам принести? — буднично сказал он, и, убедившись, что рядом больше никого нет, зашептал: — Вы на приеме, отлично. Здесь очень много стражников, и они следят за всеми входами и выходами. В том числе и за служебными. — Нам нужно что-то провернуть, чтобы ты смог провести меня за дверь? — довел его мысль Гаррет. — Именно. Устройте представление, случай, попросите кого-нибудь привлечь внимание. В общем, сделайте так, чтобы стража ненадолго отвлеклась. — Это не должно вызвать сложностей, — заверила Дайнаса, — в крайнем случае, я выкину какой-нибудь магический трюк. — Хорошо, — неуверенно согласился Малборн. — Как только вы отвлечете стражу, я открою дверь, и твой друг сможет пройти дальше, — и добавил, судорожно вздохнув: — Надеюсь, мы доживем до завтра. — Конечно доживем, — Мелиорис похлопал его по плечу. — Не парься, все заботы мы возьмем на себя. А ты просто будь лапушкой-барменом и улыбайся. И, подхватив со стойки бокал, пошел в зал. — Он всегда такой развязный? — недоуменный Малборн перевел взгляд на Андарен. — Он такой с рождения, — невозмутимо ответила волшебница и, также подобрав кубок, последовала за вором. Место, где проходил прием, представляло из себя два соединенных друг с другом помещения — большой зал и крытую галлерею, что опоясывала его. В зале людей было совсем немного — кто-то стоял у камина и грел после долгой дороги руки, кто-то слушал приглашенных музыкантов, расположившихся на маленьком пятачке под одной из колонн. В галлерее, наоборот, гостей было больше, поскольку там расположились столы с закусками и напитками, и за этим обильным фуршетом собравшиеся могли обсудить висящие на стенах картины или беседовать друг с другом. Под потолоком висели смоляные флаги Талмора и золотые Альтмерского Доминиона, с грифоном, распахнувшим крылья на белом фоне. Дайнаса тихо присвистнула. — А прием тут проводят со всем размахом… — Говорят, Эленвен любит роскошь, — Гаррет окинул широким взглядом весь зал. — Не соврали. Но еще больше она любит узнавать сплетни и быть в курсе последних слухов. — Значит, придется действовать осторожнее, — данмерка задумчиво постучала пальцем по толстому боку кубка и обратилась к имперцу: — Есть идеи? — Помнится, Малборн предложил воспользоваться помощью других гостей… — Добровольно из них вряд ли кто поможет. — Но за услугу или красивые глаза могут. — Эти люди? Ты серьезно? Да здесь же самые сливки общества собрались! Здесь и генерал имперской армии Туллий, и ярл Фолкрита Сиддгейр, и племянница Императора Виттория Вичи… Да здесь даже присутствует Орт Эндарио, которому я помогала с срочными перевозками Восточной Имперской компании! Все эти люди не пришли из ближайшей подворотни и пальцем деланные. Им нужны более весомые аргументы, чем красивые слова или жесты. Хотя… — волшебница подумала-подумала да пожала плечами, — А, дэйдра с ними. Мы можем попытать удачу. — Удачу не пытают, удачу принимают с распростертыми объятиями, — с усмешкой поправил вор. И, отсалютовав бокалом, скрылся в толпе. Дайнаса стала рассматривать всех, кто присутствовал на приеме. Неподалеку официантка — миловидная босмерка в сизо-красном платье, с огромным подносом на руках — общалась с немолодым бретоном, со спины показавшимся Дайнасе крайне знакомым. — Что вам подать? — Я вижу, у вас бренди имеется… Коловианский? — Конечно. Пожалуйста, держите, господин. — Благодарю. Официантка подала гостью напиток и отошла, мужчина развернулся, и волшебница сразу признала в нем Провентуса Авениччи, управителя ярла Балгруфа. А тот признал её. — Госпожа Андарен! — Провентус в приятном удивлении вскинул брови. Он подошел поближе. Андарен этому не воспрепятствовала: за зиму троица успела получше узнать слуг вайтранского ярла, и бретон теперь не казался ей таким высокомерным и заносчивым, как раньше. — Как неожиданно видеть вас здесь. Что привело скромных, — он заметил и Гаррета, околачивающегося у столика с пирожными, — борцов с драконами на прием к Талмору? — Я тут больше по делам Коллегии, господин управитель, — вежливо улыбнулась Дайнаса. — Не думаю, что здесь есть люди, которых интересуют проблемы с драконами. — Отнюдь! — почтительно возразил Провентус. — Давеча я говорил с ярлом Морфала, Идгорд Черной, и она рассказала мне о своих опасениях насчет дракона, которого её люди наблюлали в горах холда. Я обмолвился парой словечек о вас, но вы можете подойти и лично побеседовать с ней. — Ну… — Дайнаса краем глаза проследила за тем, как вор подошел поближе к упомянутому ярлу, но тут же поспешил обратно к столам, стоило женщине загадочно прокряхтеть «Тени ходят по коридорам золотых лицемеров, в поисках ответа», — …я думаю, мы с ней попозже поговорим. — Как знаете, — пожал плечами Авениччи. — Ох, не представляю, что бы мы делали без вас! Ярл Балгруф очень признателен вам, правда. Подумывал даже над тем, чтобы повысить цену за убийства драконов. — Не нужно, — искренне попросила Андарен. — Все средства стоит направлять на оборону города и меньших поселений. Обучение стражи, противопожарные масла для дерева… — Да, полностью согласен с вами, — управитель устало потер пальцами виски. — Эти масла — самая затратная статья расходов. Огненная соль, чтоб её… Огненные атронахи же самые распространенные по призыву среди магов, а их соль все равно стоит баснословные деньги… Как так? Ладно, не буду вас отвлекать своими делами, не до них вам сейчас. Приятного вечера! И Провенус ушел, оставляя женщину в компании самой себя и мысли, что попытка на отвлечение внимания толпы была закономерно упущена. В то же время, в другом конце зала, Гаррет приметил лицо, которое явно не ожидал увидеть. Холодное, расчетливое, уже немного покрывшееся морщинами, но все такое же энергичное и надменное. — Мавен? Темноволосая женщина обернулась к нему. — Мелиорис… — едва слышно произнесла она, и вдруг, воровато оглядевшись, ухватила его за руку и отвела в тень, за колонну. — Какого дэйдра ты здесь забыл? Страх потерял? — Я по делам Гильдии, — без колебаний соврал Гаррет, на что Мавен закатила глаза: — Хороша же Гильдия, раз посылает своего главного провокатора в такое место. А вообще… не упоминай Гильдию. Тебе же лучше, если ты не будешь говорить со мной об этом здесь. — Как скажете, госпожа Черный Вереск, — скривил губы в улыбке юноша. И все же он рискнул спросить: — А что привело вас на этот прием? — Желание поддержать хорошие отношения, — на миг парню показалось, что Мавен зашипела. — А вот ты, если не хочешь начать громогласно выяснять отношения, катись отсюда прочь. Не знаю, какое здесь у Гильдии дело, но если оно навредит моим делам здесь, я с тебя и с твоих дружков шкуру спущу. — Ладно-ладно… — сдал назад Гаррет, но осмелился спросить снова: — А можете… дело совсем плевое, правда… — Не смей меня ни о чем просить, Мелиорис, — Мавен нахмурилась, требовательно окидывая взглядом вора. — Ты сам мне должен. Пару раз я уже приняла твое игнорирование моих срочных поручений, пару раз я простила тебе наглость. Но в третий раз я тебя не прощу. Тебя точно будут ждать последствия, — её глаза недобро блеснули. — Серьезные последствия. Гаррет нервно сглотнул. — Понял. Принял. Уже исчез. И поспешил уйти прочь, стараясь не обращать к себе лишнего внимания. Вор и волшебница столкнулись нос к носу уже через пятнадцать минут от прихода на прием. Оба были раздраженными неудачами, напряженными. — Ну как, господин управитель великого вайтранского ярла решился похлопотать за наши труды во имя его холда? — Нет, я его решила не впутывать в это. Не нужно нам доставлять проблем ярлу Балгруфу. Гаррет раздосадовано вздохнул, но ничего не ответил. Женщина — тоже. Она спросила его: — А ты? — Скажем так, моё начальство отказало принимать участие. Дайнаса вопросительно посмотрела на Гаррета в упор. — Твоё… начальство? — Не будем об этом. Давай попробуем еще раз что-нибудь провернуть. — Ну, другого нам не остается… так что давай. И они снова разошлись, начиная с нуля обдумывать, как бы им поступить. Гаррет размышлять долго не стал: он побрел по залу, попивая вино, выискивая взглядом все, что покажется интересным или цепляющим. Он решил не испытывать судьбу, а довериться ей; принять правила, что она задавала, и надеяться на то, что её благосклонность коснется его в скором времени, хотя даже в обратном раскладе он бы ничуть не расстроился. Рядом возникла служанка-босмерка с подносом. Множество напитков в серебряной посуде блеснули в свету, стоило ей поднести блюдо к нему. — Вина, господин? Мелиорис заметил её, мельком осмотрел с ног до головы. Эльфийка показалась ему миловидной — темные большие глаза, острый носик, аккуратные черты лица. Потому он одарил её улыбкой. — Только если мой бокал опустеет окончательно, — он показал кубок в руке. — Не утруждайте себя беспокойством обо мне; я сам подойду, когда будет нужно. — Как скажете, господин. — Спасибо за понимание… — Брелас. — Спасибо, Брелас. Служанка улыбнулась. Она шагнула в сторону, хотела было пойти к другим гостям, как застыла на месте. Неподалеку за ней наблюдал светловолосый норд в богатых мехах: он стрелял глазами в её сторону, заигрывающе двигал бровями — в общем, делал все, чтобы обратить внимание к своей персоне. Брелас отвернулась, будто собиралась проверить, есть ли поблизости посетители без напитков. Гаррет заметил её напряжение. — Все хорошо? — Да, просто… — девушка попыталась сохранить безмятежный вид, но не удалось: она значительно посерела лицом. — Ненавижу работать на таких приемах. Некоторые гости милые, но всегда найдутся такие как… — Брелас чуть двинула головой в сторону того знатного господина. — Эрикур. — Тан Хаафингара? — Гаррет скосил взгляд на него. — Он самый. Хотелось бы мне, чтобы он от меня отстал. Да куда уж… Брелас замолчала. Гаррет не знал, что ей ответить — да и вряд ли она нуждалась в ответе. Потому и отошел немного, приложился задумчиво к вину. Официантка, разносчица напитков, и неустанный, назойливый кавалер. По мнению вора, парочка получалась «удачная», если парочка вообще. «Таких если столкнешь вместе лбами — скандал будет, возможно со страстями» — пометил он у себя в голове. И именно эта мысль засияла у Гаррета в голове, будто всполох огня. «Скандал! Знать любит скандалы!» — догадался он. — «Что ж, тогда я просто обязан предоставить ей то, чего она не ждёт, но будет рада получить». Парень развернулся бодро, и также энергично зашагал к Эрикуру. Он подобрался к тану незаметно, решив не отвлекать, за что смог подслушать его немного: — Ах, какая красоточка, — восхищался тот. — Хоть и эльфийка. И какая недоступная… — И что же с того? — подал голос Гаррет. — Если хотите с ней заговорить — говорите. Что же вам мешает? Эрикур, не ожидавший компании, повернулся к нему. Вопрошающе уставился. — А вы кто? — Гарен, ученик Дайнасы Андарен, — уверенно, будто его легенда и была правдой, заявил Гаррет. — Начинающий маг. — Начинающий маг… — тан оценивающе окинул его взглядом. На лице возникла ухмылка. — Уж прости, но ты не похож на того, кто купается в женском внимании, — и он повторно, для подтверждения, глянул на парня. — Тебе до него явно как до небес. — …Простите? — Видел я, как ты разговаривал с той служанкой. Ничего не вышло, да? Ну это было ожидаемо, ты же слишком юн, чтобы хоть что-то знать о настоящей игре флирта, — словно знаток, а, по стремительно меняющемуся мнению Гаррета, напыщенный гордец, повел свою речь Эрикур. — Я знаю о чем говорю, я — профессиональный дамский угодник! В этом деле нужна страсть, нужен напор, нужен… риск. В тебе, сожалею, его совсем нет. От последнего вор едва не уронил челюсть и кубок на пол. В нем нет риска? Риска?! Да что этот домашний павлин мог знать о риске?! Только важность маскировки и обстановка вокруг удержали парня от того, чтобы ответить колкостью. Вместо этого он, пытаясь не скрипеть зубами, заговорил: — Господин Эрикур, вы слишком предвзяты. Я открыт к риску и вполне могу- — Что вам угодно, господа? Гаррет и Эрикур повернули головы — альтмер с белесой бородкой, капюшоном на голове и полными высокомерия глазами смотрел на них. — Мне стакан бренди, — Гаррет покрутил в руках пустой кубок и улыбнулся. — Он не официант, — шепнул Эрикур, пряча лицо за кубком. — Ондолемар, — представился талморец, уже вовсю пронзая презрением взгляда имперца. — Это я организовал прием для посланницы Эленвен. И, господин, что-то я не припоминаю, чтобы вам высыпалось приглашение. Лицо Эрикура за кубком вытянулось: Гаррет нагло хохотнул. — Высылалось, шутник. Проверь-ка список. Ондолемар онемел от такого заявления, но быстро оправился. Шикнул что-то рядом стоящему стражнику, и тот ушел, а вернулся уже со списком, который глава юстициаров принялся пролистывать с видом «я раскрою твою ложь, вот увидишь». Но после короткой проверки губы талморца кисло скривились, а Мелиорис внутренне заликовал: не удалось эльфу подловить вора, как бы он не пытался. — …Приятного вечера, — выдавил из себя Ондолемар и ушел к другому столу. Эрикур тихо присвистнул. — Так неожиданно, так… экстремально. Мне нравится! — он с интересом воззрился на Гаррета. — Пожалуй, я все же прислушаюсь к словам столь смелого мужчины. — Пожелаю вам удачи, господин, — кивнул ему Мелиорис и проследил взглядом за тем, как тан поправил меховой ворот и направился к официантке. Дайнаса в это время оставалась на месте, с усердием собирая новый план по частям. Она понимала: первого попавшегося проходимца брать не стоит, её мог ждать отказ, а, может, и проблемы. Потому было принято решение поступать иначе — начать присматриваться, разведывать, расследовать. Делать все, чтобы найти самого подходящего для аферы кандидата. Женщина медленно вздохнула. Вдох через рот, выдох — через нос. «Что ж, раунд два, — сказала она сама себе. — Посмотрим теперь повнимательнее». Она взялась искать добровольца по залу. Бродила среди гостей, заглядывалась то на одних, то на других, но недолго — чтобы не бросаться в глаза. На какое-то время, притомившись от поиска, она зазевалась, устремила взор в потолок, приметив там странное пятно, похожее на след от гари. Но вдруг… — Тоже заметили эту отметину на потолке? Дайнаса вздрогнула и повернула голову на звук. Разелан — она вспомнила его имя почти сразу, ведь именно он буквально затащил их с Гарретом в посольство — сидел в кресле, с полупустым бокалом бренди и смотрел на неё. Глаза блестели, нетрудно было догадаться, что редгард пьян. — Да, она почти не выделяется, но видно, что её пытались стереть. — Правда? А я думал, что они просто его размазали. — Зачем? — Андарен едва подавила смешок от такого простодушия. — А кто ж знает этих эльфских архитекторов? Может, это у них такое, ммм… видение потолочной живописи. А может забили с мыслью «На потолок никто пырить не будет, никому это не сдалось». Я, кстати, больше склонен к последнему. — Ну, вам виднее… — Говорят, в посольстве произошел пожар лет пять назад, — Разелан согласно закивал словам данмерки и сделал приличный глоток из стакана. — Не хотел бы я оказаться в горящем здании подобном этому. Здесь слишком мало выходов и слишком узкие окна. — Да… — протянула Дайнаса, бессознательно ежась и окидывая взглядом всех в зале. Все талморские лица, — сбежать отсюда трудно… Она вспомнила, что, вообще-то, говоря с гостем, ей следовало бы назвать свое имя: — Простите, я забыла представиться. Я… — Дайнаса Андарен, я знаю. — Разелан ухмыльнулся. — А я — Разелан. Слышал твое имя, когда стражник регистрировал приезжих. Да и тут некоторые личности о тебе говорили. — И что же говорили? — Я не знаю, я не прислушивался. «Какая внимательность» — саркастически закатила глаза Дайнаса. — Что вы здесь делаете? — невзначай спросила она. — Задавать такие вопросы на приеме у Эленвен — дурной тон, — пожурил её Разелан, покачав пальцем как если бы был учителем или добрым дедушкой. Но на вопрос все же ответил. — Я прибыл с юга, по делам. Если хочешь торговать в Тамриэле, нужно привыкнуть вилять хвостом перед Талмором — нравится тебе это или нет. — Понимаю вас, — Дайнаса наклонилась к нему и шепнула на ухо: — Хоть сама дел с Талмором не веду. — Поосторожнее с такими заявлениями, леди, — тихо и на удивление серьезно сказал торговец. — Их могут расценить как акт неподчинения. — Вы собираетесь меня сдать? — насмешливо вскинула бровь Андарен. — И позволить единственному нормальному собеседнику на этом званом ужине загреметь за решетку? Ну уж нет! — мужчина расхохотался, да так, что заставил гостей, находившихся по близости, заметить себя. Дайнаса было напряглась, но гости, поняв, что ничего интересного не происходит, стали отворачиваться и возвращаться к своим разговорам. — Я кто угодно, но не крыса. У меня даже хвоста нет. Зато усы есть, хе-хе! Он заглянул в опустошенный кубок и тяжко вздохнул. — Эх, мне бы еще выпивки… Тошно тут, ну до невозможности! Может, попробовать потанцевать?.. «Пьяный танцор — какое ужасное получится зрелище…» — Дайнаса скучающе зевнула, как вдруг её будто молнией пробило. — «Ну конечно же! Из этого получится зрелище!» — Тогда мне стоит принести тебе выпить, — улыбнулась она Разелану, а тот обрадовался: — Буду ужасно благодарен за это! Андарен быстро пошла к стойке с напитками. Малборн, заметив её, сразу спросил: — Что-то нужно? — Бренди. Самый крепкий. Бокал… Хотя нет, лучше два. Малборн подал два кубка. Дайнаса ловким движением перелила содержимое одного в другое и, оставив Малборна остолбеневшим и с одним кубком на стойке, вернулась обратно к креслу. — Бренди, для самого веселого человека на этом приеме, — она протянула бокал Разелану. Тот хохотнул, принимая его и передавая женщине свой пустой кубок: — Я? И самый веселый человек на приеме? Да ты не иначе как за шута меня приняла. — Которого, однако, здесь нет. — Ты… Ахахах! Я понял! Умеешь подкалывать, Андарен! — Пей уже, Разелан. За здоровье, за нас и далее по списку. Разелан отсалютовал ей бокалом и выпил почти половину. Гаррет, заметивший их случайно и следивший уже некоторое время, не сдержал усмешки. «Додумалась споить его? Ну-ну, поглядим, что из этого выйдет» — мысленно похихикал он, отпил из бокала и отвернулся. Поначалу Разелан и правда оживился. Он посмеивался, ерзал в кресле, словно раздумывал встать и пуститься в пляс — музыканты как раз закончили песню и взяли первые аккорды новой, более бодрый и ритмичной. Дайнаса уже думала пригласить его танцевать, не раздумывая о том, что могла бы выглядеть чудачкой со стороны в компании пьяного танцора. Однако дальше произошло то, чего она не планировала. Разелан обмяк в кресле, уставился взглядом в зал. Мужчина странно заулыбался, начал бормотать под нос. — Хе-хе, а люди плывут… Как рыбки плывут! Хехехе… Волшебницу перекосило от осознания: он перепил. — Дэйдра, что я наделала… — Андарен нервно заскрежетала зубами, принялась осматривать редгарда, похлопывая по щекам. — Хей, ты в порядке? — О каком рядке идет речь? Не буду я стоять в рядке, зачем мне это? — вяло возмущался Разелан, будто не обращая внимания на тщетные попытки данмерки привести его в чувство. — Ой, а у госпожи Черной Вереск рыбьи губы и глаза такие большие, хи-хи… Дайнаса беззвучно ругнулась. Не хватало еще, чтобы из-за оплошности весь план пошел псу под хвост. Однако в голове тут же мелькнуло: раз уж Разелан не устроит сцену сам, значит, она поможет это сделать. — Тебе плохо, — сказала женщина Разелану, а затем подняла голову, громко говоря: — Позовите лека- — Тихо. Не нужно. Дайнаса резко замолкла, отшатнувшись назад. Талморский юстициар стоял напротив них, будто возник из неоткуда. Его капюшон казался глубже, чем у остальных, и потому было видно только его длинные каштановые волосы и легкую бородку. Но даже так Дайнаса могла чувствовать его взгляд на себе — не пронзительный, не строгий, но весомый. Талморец наклонился к Разелану, положил руки на его плечи. — Господин Разелан, пройдите за мной. Вас нужно немного отрезвить, иначе посланница Эленвен будет крайне недовольна. — А, это ты, — Дайнаса подивилась: Разелан узнал эльфа перед собой. — Тарэ… Тару… Та… — Поднимайтесь, господин Разелан. Все разговоры потом. Юстициар ухватил его под подмышки и поднял его на ноги, позволив опереться на свое плечо. Он медленно повел его в угол зала, и Дайнаса проводила его взглядом. Странным казался ей тот юноша. Слишком спокойным, слишком расторопным — будто он знал все наперед. Но больше подозрения она испытывала досаду — из пьяного Разелана не удалось сделать ничего, что могло бы заставить всех в зале смотреть в одну точку на протяжении хотя бы нескольких минут. Она злилась на то, что не рассчитала дозу алкоголя, она поражалась тому, как талморцы быстро и тихо действуют. Она не могла принять поражения, как бы ей не хотелось. — Просто блеск… А тем временем на другом конце зала начала развиваться серьезная драма. Драма, причиной которой стал Мелиорис, но отнюдь не её участником. Гаррет нервно сжал кубок в руке, наблюдая за следующей картиной: Эрикур, с его подачи решивший взять инициативу в свои руки, доболтался до того, что Брелас просто потеряла самообладание. — Нет, простите, но я не могу никуда с вами пойти! — протестовала она, стараясь звучать твердно, но предельно вежливо. — Мне нужно работать. — Не смей меня отшивать, стерва! — от злости Эрикур начал потихоньку багроветь, кровь приливала к лицу — особенно к потному лбу и щекам. — Ты хоть знаешь, кто я такой? Брелас съежилась от повышенного тона. Мелиорису захотелось подойти к ней, закрыть собой от неприятеля. — Пожалуйста, господин, оставьте меня в покое! Видел это Гаррет, чувствовал, как внутри тревога как струны натягивается, но все надеялся, что все сработает. Что все выкрутится в нужную сторону, что девушку из беды вытащат. Люди стали тихонько косится, шептаться. Еще немного и… Изящная фигура Эленвен проплыла мимо него, в компании стражников. Почти бесшумно они окружили конфликтную пару. — Что случилось, господин Эрикур? — посланница говорила спокойно, будто ей задали незначительный вопрос. — Эленвен, эта служанка приставала ко мне! — предъявил Эрикур. — Самым отвратительным образом! «Ах ты говнюк!» — Гаррет едва не дернулся в его сторону с кулаками. Но нельзя было выдавать себя, потому и оставалось ему держать себя в руках и стоять в стороне. И следить, безмолвным свидетелем. — Вот как, Эрикур? — Эленвен, к неожиданности, позволила себе явную насмешку. — А ты такой впечатлительный. Тебя, наверное, это просто потрясло? Но все же, глубоко вздохнув, заверила его: — Мы сейчас же прикажем этой служанке покинуть прием. Больше она вас не побеспокоит. — Это неправда… — тихо шептала Брелас, с мелко трясущимися руками, от которых кубки на блюде также дрожали. — Госпожа Эленвен, это неправда. Я этого не делала… Мелиорис стоял, словно окаменел. Будто это говорили не служанке, а ему. Будто все происходящее — не более, чем нелепая шутка, которую он не понял. Он даже не заметил приблизившихся к нему шагов — все внимание оставалось прикованным к несчастной маленькой эльфийке. — Гаррет, что здесь происходит? — шепнула ему Дайнаса. — Я, я не… — Что бы там не произошло, наверняка короткий разговор с господином Рулиндилом будет полезен, — бесстрастно прозвучали слова Эленвен, а латные перчатки стражников опустились на хрупкие руки Брелас. — Отведите её вниз. Гаррет ошарашенным взглядом проводил стражу, что увела девушку за служебную дверь. Дайнаса непонимающе захлопала глазами, на закрытую дверь и напарника. — Что это было? — Это… из-за меня. Женщина опешила, а после, схватив парня за локоть, спряталась с ним за колонну. — Что ты сделал? — Я не хотел, это вышло случайно! Я думал, что если спровоцирую Эрикура на действие, он немного попристает к официантке и стража вмешается, но я не думал что Эленвен лично за это возьмется и сделает все незаметно для остальных. — Ты… — Андарен зажмурилась, вцепившись пальцами в переносицу. — Я, я, знаю! — обиженно насупился Мелиорис. — А ты что сделала за это время? Выпила вина по второму кругу? — Я пыталась напоить Разелана, — выпалила данмерка. — Ага. Настолько удачно напоила, что его какой-то тощий хмырь отвел отлеживаться, — имперец сложил руки на груди, угрюмым взглядом сверля собеседницу. — Откуда я могла знать, что юстициары так оперативно действуют? — А откуда я мог знать, что Эленвен и стража так оперативно действуют? — …Тушé — Простите, у вас все хорошо? Гаррет и Дайнаса обернулись. Напротив них стояла девушка, держащая в руках кубок с вином и не похожая ни на кого из всех присутствовавших гостей. Она была высока и изящна станом, элегантна в одеяниях и в то же время пестра. Сине-зеленое платье, с открытыми плечами, соединяющееся с золотым ожерельем, подчеркивало мягкость фигуры, но малахитовый корсет и клиновидный наплечник на правую руку как элементы брони немного её тяжелили. Над локтями крепились воздушные, переливающиеся яркой бирюзой ткани, и это делало её похожей на стрекозу, легкую и неуловимую. Однако не это произвело впечатление напарников — при таких характерных чертах темных эльфов как серая кожа и черные волосы у девы были совершенно круглые уши, лишенные всякой остроты. И горящие, словно звезды, глаза. Незнакомка сделала медленный, полный вежливости и почтения кивок. — Я — Мэрис Мора, посол из Морровинда. Прошу прощения за вторжение, не смогла побороть своего любопытства. — Эээ… кхм, все в порядке, миледи, — Дайнаса растерянно захлопала глаза, на ощупь помогла Гаррету подобрать отвисшую челюсть. — Мы говорили о… делах. — Делах Коллегии, да! — поддакнул очухавшийся парень. Посланница в легком недоверии изогнула аккуратную бровь. — Не хочу выдвигать обвинений во лжи, но ваши слова мне не кажутся правдивыми, — от её слов парочка заметно занервничала. — Я наблюдала за вами со стороны и видела, как вы подходили к некоторым гостям и пытались устроить сцену на публику. Для чего вам это нужно? Андарен переглянулась с Мелиорисом. Теперь от ответа им точно не отвертеться — мягкий, но в то же время внимательный взгляд дамы так и пронизывал их насквозь, будто намеревался вытянуть из них все, что они задумывали. Дайнаса тяжко вздохнула. — Ну… на самом деле, у нас есть одна проблема, — призналась она. — Видите ли, мой ученик переоценил свои силы и выпил лишнего. — Да, для моего организма бренди явно был лишним, — Гаррет кивнул. Он вполне правдоподобно скривился, показывая недомогание, которое он до этого якобы тщательно скрывал. — Теперь он чувствует себя неважно, но мы не можем уйти — наше отсутствие сразу заметят. Поэтому мы и хотели, чтобы кто-то привлек внимание толпы, чтобы мой подопечный мог отойти куда-нибудь и передохнуть немного. Леди Мэрис выслушала их, не перебивая. Какое-то время она молча смотрела на них, изучающе и задумчиво, а после просто развернулась и ушла в глубь зала как ни в чем не бывало. Волшебница и вор выдохнули. — И она не согласилась помогать, — с досадой заметил Гаррет. — Вот это невезуха… — Она и не обязана, — пожала плечами Дайнаса. — В конце концов, она лишь посол из Морровинда. Кто мы такие, чтобы просить её об одолжении. Они вернулись к барной стойке. Малборн, завидев их, хотел было улыбнуться, но, приметив их нерадостные выражения лиц, посмотрел с беспокойством. — Что, неужели все так плохо? — шепотом спросил он, доставая стаканы, будто хотел налить им напитки. — Можно и так сказать, — мрачно ответила Дайнаса. — Что ж, придется прибегнуть к крайним- Вдруг по залу разнесся звон. — Прошу минутку внимания! Гаррет и Дайнаса повернули головы. Леди Мэрис стояла у камина, с серебряным кубком и столовым ножом в руках. Она отложила нож на столик и окинула взглядом собравшихся. — У меня есть небольшое объявление. — народ начал потихоньку стягиваться к центру зала, привлеченный неожиданным выступлением. — Как вы знаете, Скайрим сейчас переживает непростые времена… — Сюда! — громкий шепот Малборна отвлек парочку; босмер дернул Гаррета за рукав. Он аккуратно приоткрыл дверь в служебные помещения, позволяя вору проскользнуть внутрь, а Дайнаса осталась у стойки, следя за тем, чтобы их двоих никто не спохватился. — …в стране происходят не только беспорядки. Появилась беда куда более серьезная, требующая от нас все наши силы. Андарен направила взгляд на посланницу Морровинда, окруженную всеми гостями посольства, что были на приеме. — И это — драконы! Последнее слово гулким эхом пронеслось под сводом. Но в толпе не возникло и ропота. — Существа из древних легенд вернулись, господа, — продолжала женщина. — Это больше не слух, не деревенская сплетня. Это все происходит взаправду. И нам должно уделить внимание к ним. Воздух сгустился с пристальных взглядов, обращенных на оратора. Все ожидали финальных слов. Все ожидали главного предложения. — Они сжигают поселения, оставляют людей без дома, без еды, без семей. Они несут хаос и разрушение. Они — самые опасные чудовища, что когда-либо были на континенте. Для всех и каждого. Только вместе мы способны дать им отпор — твердо заявила леди Мэрис. Сделала короткую паузу, глубоко вдохнула и сказала на одном дыхании: — Мы должны объединиться, чтобы изничтожить их и не позволить разрушить наш дом, пока он еще цел! Речь оборвалась. На мгновение в зале воцарила мертвая тишина. Кто-то хихикнул. Дайнаса недоуменно изогнула брови, слыша, как один за другим гости начали прыскать, посмеиваться, а то и вовсе переходить на дикий гогот. Леди Мэрис продолжала стоять в центре, всем своим видом сохраняя непоколебимость, пока зал дрожал от хохота. — Драконы — всемирная угроза! — первым высказался ярл Сиддгейр, утирая слезинки с глаз. — Ну насмешили, госпожа Мора! — Да, такая масштабная угроза, что я их вижу каждый день! — пошутила Виттория Вичи. — Они как голуби — летают стаями под моими окнами! — Будем честны, мы все даже в глаза не видели этих созданий! — Орт Эндарио всплеснул рукой, отчего чуть не пролил вино на ковёр. — Может, это коллективная галлюцинация людей востока? И только Дайнаса да Провентус Авечинни с ярлом Идгрод Чёрной молчали, хмуро взирая на веселящихся, беззаботных посетителей посольства. — Право, луноликая госпожа, не стоит вам так переживать, — елейно отозвался Эрикур. — У Скайрима найдутся проблемы посерьёзнее, чем налеты каких-то крылатых ящериц. Поверьте, это ни стоит ни наших, ни ваших нервов. — Должен заметить, это похвально, что вы заботитесь не только о дипломатических связях Морровинда и Империи, но и внутренних проблемах Скайрима, — вежливо и привычно сухо вклинился в разговор генерал Туллий, — однако вам не следует всерьёз браться за это и уж тем более опасаться данных существ. Уверяю вас, господа, — он обвёл взглядом всех вокруг, — что Империя способна позаботиться о таком. Наши солдаты готовы в любой момент принять атаку крылатого врага и с легкостью расправиться с ним. Что интересно: последние сообщения о драконах поступали из Истмарка, Винтерхода и Белого Берега — территорий, подконтрольных Братьям Бури. А от нашей разведки в Хаафингаре, Хьялмарке и Пределе еще не было ни одного письма. — Драконы атакуют Братьев Бури? Какая удача! — воскликнул кто-то из гостей. — Пусть они добьют ульфриковскую мразь! — пьяно выкрикнул Разелан с дальнего дивана. — Символ Империи на нашей стороне! Зазвучали одобрительные возгласы. Кто-то зааплодировал его словам, даже послышалось улюлюкание. — Благодарим вас за слова предупреждения, леди Мэрис, — наконец, выступила Эленвен со своей фирменной улыбкой, от которой Дайнасу уже тянуло тошнить, склонилась к полукровке, стараясь быть максимально изящной и приятной в своих словах. — Однако, ваше беспокойство беспочвенно, и не принесет ничего, кроме бессмысленных тревог. Но не печальтесь: Талмор всегда сможет вам помочь. Леди Мэрис ничего не ответила на эти слова. Лишь подняла голову, заглядывая в глаза эмиссара, и Андарен застыла, с трудом принимая то, что видела. А видела она глаза человека, полного ледяной решимости и лишенного всякого раболепия, что было свойственно каждому в этом зале. — Не переоценивайте себя, госпожа. Это всё не политика. Это гораздо выше неё. Люди начали постепенно расходится. Дверь в подсобные помещения под собственной тяжестью окончательно закрылась, издав грузный щелчок. Дайнаса утомлённо прикрыла глаза. — Драконы, медведи и грифоны порушат это место, — с отрешенным видом заметила ярл Идгорд. — Только птица огня подымет его из пепла. — Да уберегут нас боги, — сказал Провентус и залпом выпил свой бренди.

***

Малборн вёл Гаррета быстро — через кухню, вдоль раскалённых печей и бурлящих котлов. Повара без передышки жарили, резали, варили, месили, коптили, парили, измельчали и выкладывали; поварята бегали меж столов, выполняя множество поручений от старших; слуги выносили еду по мере их готовности или ожидали, когда блюда будут готовы. Все они не обращали на них никакого внимания. Все, кроме одной. — Кто там с тобой идёт, Малборн? Ты же знаешь, я терпеть не могу посторонних на кухне! Малборн на миг обернулся: каджитка в фартуке неподалеку встала в позу, уперла руки в боки. — Гостю стало плохо, — отмахнулся он, ведя Гаррета дальше, — оставь его в покое. — Гость? На кухне? — возмущенный вдох каджитки вышел громче остальных звуков кухни. — Ты же знаешь, это против правил! Неожиданно, Малборн коварно зыркнул на неё. — Против правил, Тсавани? Это против каких? Тех, по которым разрешено есть казённый лунный сахар? Я и не знал. Наверное, мне стоит уточнить у посла… Вся кухня на миг притихла. Взгляды уставились на Тсавани. Каджитка растерянно замотала головой, а после, с шипением, выпалила: — Тсс! Убирайся отсюда! Я ничего не видела! Малборн победно вскинул подбородок и пошёл дальше, в сторону кладовых. Мелиорис наклонился к нему и шепнул: — Умело ты её поставил на место. Моё почтение к тебе, приятель. — Потом будешь рассыпаться в благодарностях, — воровато озираясь, босмер отпер дверь в кладовую, — когда — точнее, если мы выберемся отсюда живыми. — Слишком много плохих мыслей роется в твоей голове, тебе надо с этим что-то делать, — Гаррет проскользнул в дверной проём, и сразу же заприметил широкий сундук у двери в другом конце комнаты. — О, это для меня? — Да, — Малборн остался у двери, опасливо подглядывая в замочную скважину. — Твои вещи в этом сундуке. Я закрою за тобой дверь. Смотри, осторо… — он обернулся, чтобы посмотреть на парня, но увидел лишь опустошенный сундук и клобук, жалко висевший на краю. И противоположную дверь, что тихо скрипнула перед закрытием, — …нее. Гаррет застегнул ремешки на гильдейской куртке. Натянул на лицо темный платок, поправил лук за спиной и кинжалы в ножнах на бедрах. Проверил все карманы, пустые и те, что были полны воровских хитростей. — Не беспокойся, приятель, — усмехнулся плут, напоследок поправив перчатки. — Дальше дело для людей моего ремесла. Тень приняла его как родного. Гаррет сделал несколько тихих шагов по коридору и остановился, прильнув к стене. За дверным проёмом рядом слышались голоса, и пришлось двигать головой очень медленно, чтобы взгляд выглянул из укрытия и зацепился за солдат. Они буднично переговаривались друг с другом, удобно устроившись у парапета, примыкающего к лестнице. — Видел утром прибывший отряд магов? С кем это они? — один прислонился к колонне, хлебнув из кружки. — Новые миротворцы Посланницы? — Нет, это высшие маги — прямо из Алинора. — пояснил другой, подбирая с парапета кувшин и подливая себе напиток. — Кажется, Сама наконец забеспокоилась из-за атак драконов. — А, хорошо. Я всё думал, как бы мы сами могли от них защититься. — Если дракон появится, то, я надеюсь, нам улыбнется удача и он сожрёт магов первыми. Тогда нам точно хватит времени, чтобы его прикончить. — Ха! Я бы посмотрел на то, как с этих высокомерных ублюдков сбивают спесь. Они всегда смотрят на нас свысока, как на муравьёв. Оба рассмеялись, запив презрение еще парой глотков, а Гаррет слова их принялся оценивать. «Еще маги с островов, значит? — думалось ему. — «Если они в этом здании или где-то на территории посольства, мне придется несладко». Талморцы тем временем засобирались, отставили кубки в сторону. — Ладно, пошли патрулировать. — предложил один. — Пойдём-пойдём, пока всё вино не выпили. А то другим не достанется, — хохотнул другой и зашагал вглубь комнат. Гаррет, воспользовавшись моментом, проскользнул дальше по коридору; нашёл каморку с бесполезной утварью и в ней же — бесполезные талморские плащи («Нет, серьёзно, меня в таком виде мигом поймают, я же имперец, а не высокий эльф!» — поморщился парень); вернулся обратно к дверному проёму и спокойно, на корточках подобрался к парапету. «Раз уж вы распиваете на посту, будьте готовы к последствиям» — ловкие пальцы достали из кармана мелкий мешочек, и Мелиорис, без зазрения совести, высыпал его содержимое в кувшин, где оно сразу же и растворилось. А после прошмыгнул на лестницу, скрываясь на втором этаже. Наверху вор позволил себе выпрямиться и осмотреться более вольно. Коридор, в который он попал, шёл в две стороны, и зоркий глаз уже приметил несколько закрытых дверей. Мысль зашевелилась в поисках воспоминания о прошлой вылазке. «В тот раз я следовал за учителем Сидом, но я точно помню, что мы вылезали из окна кухни и шли дальше, вдоль стены… Может, пойти в её сторону? Может, в помещениях над ней есть выход на улицу? Надо найти окно…» — подумал Гаррет и повернул за угол. Сгибаться не стал, шел уверено, будто так и нужно, будто он имеет право здесь находится, что, несомненно, заставляло внутренне хихикать: увидь его кто из согильдейцев — челюсти мигом бы попадали от шока. Обнаружилась одна приоткрытая дверь. Гаррет заглянул в неё и обнаружил зал — трапезную, где, по счастью, никого не оказалось. На столе была нетронутая еда, кроме одной тарелки, где среди крошек лежал одинокий кусок ягодного пирога; на полках, что удивило парня, помимо книг были камни душ и даже бутыли с зельями. «Будто в любой момент готовы в бой вступить» — Гаррет едва тронул одну из склянок пальцем. — «Иначе к чему такой набор? На случай крайней необходимости?». Он посмотрел в единственное окно в комнате. Сквозь блоки толстого стекла виднелся заснеженный двор, каменная ограда, окружавшая его, и здание в центре, меньшее чем то, в котором вор находился. «Здание эмиссаров и по совместительству место, где находится кабинет Эленвен» — убедился он. — «И вход у него один… да еще и охраняемый. Вот холера!» — с сжатых зубов сорвался короткое шипение. — «Ну, зато хотя бы видно, что есть дороги, которые наверняка ведут к боковым выходам отсюда. Одну загадку решили, вторую разберём на месте». Вдруг в коридоре раздались шаги. Гаррет вздрогнул, развернулся. Думать приходилось за считанные секунды. Он юркнул в угол, втиснувшись между стеной и стеллажом, и затаил дыхание. В трапезную вошел талморец. Он остановился у стола, скинул с головы капюшон, с которого на пол упал ещё не растаявший снежок. Гаррет краем глаза уставился на него, отслеживая каждое движение. В душе бушевала паника, но в голове строго держалась мысль: без лишних движений, стань частью интерьера, стань частью стены, стань ничем, ведь ничто не станет объектом внимания никогда. Гаррет хорошо знал воровское искусство. Однако все равно, раз за разом возвращаясь взглядом к врагу, он не мог быть полностью уверенным в своих действиях. Удача — своенравная штука, и одаривает своей милостью только тогда, когда хочет одарить. Оттого страх был только сильнее. Оттого шанс быть обнаруженным не равнялся нулю. Миг, по ощущению, длился как час. Талморец оставался на месте. Постоял немного, наклонился к столу, рассматривая яства. И, наконец, с довольным видом умыкнул кусок пирога, который принялся есть находу, покидая комнату. Едва его шаг стих, Гаррет скатился вниз по стене и шумно задышал. Он выбрался из трапезной. Коридор оставался безлюден, но было видно, что одна дверь была незакрытой. Гаррет аккуратно подкрался и заглянул в щель. Талморец снял перчатки, отряхнул их — не хотел оставить на них крошки? — а затем положил на стол. Небрежно скинул сапоги с ног и, не снимая плаща, плюхнулся на кровать лицом в подушку. До ушей имперца донесся протяжный храп. «Ну что за ленивый хоркер» — усмехнулся Мелиорис. Он отстранился от двери. С ювелирной точностью и бесшумностью ласки закрыл её, чтоб не раздалось щелчка, а после взглянул на замочную скважину. Она была сделана из добротного металла — массивная, железная, и потому могла создать впечатление, что с ней ничего не сделать. «Как жаль, что у меня есть одно необычное средство, крайне не полезное для здоровья замка…» — ехидно заулыбался Гаррет, доставая из кармана куртки баночку и деревянную палочку. Откупорив плотно загнанную крышку, он достал палочкой немного сине-серой смеси и нанес её на замок. Пара мгновений, и металл начал медленно плавиться, закрывая собой скважину. «Всегда хотел проверить её в действии, ну что за удача!» — подумал Гаррет и победно ухмыльнулся искореженному замку. Он также плотно закрыл крышку банки, вытер палочку о ближайшую гардину, на которой висел флаг Талмора, и убрал все обратно в куртку. Теперь путь до дверей, из-за которых ощущался холодный воздух воли, стал более безопасным. И, проверив на лестнице, что с первого этажа не слышно никаких подозрительных звуков или голосов, вор выскользнул наружу, навстречу снежному двору.

***

Мороз продолжал колоть щёки. Аскеладд раскрыл рот в зевке, надеясь, что так он поскорее чихнет и у него перестанет свербеть в носу, но чих не пришел — пришлось разочарованно стиснуть зубы и оглянуться по сторонам. Серые тучи ушли, прекратил валить снег. Небосвод окрасился рыжим, делая тени холодными, а сугробы — розовыми от заката. Стены посольства стали меньше тяготить своей мрачной энергией, и Драконий Язык, рассмотрев их получше, пришёл к странному открытию: почти никто не дежурил на них со стороны леса, хотя там было достаточно места, чтобы лошадь могла пройти и даже остановиться вплотную к ограждению. Потому он и стоял, вглядываясь за решётку и вылавливая каждый звук, исходящий со двора. Неожиданно показалась тёмная фигура. Рука невольно сжала поводья, лошадь беспокойно фыркнула, но тут же отпустило: показались знакомые короткие волосы и карие глаза. — Гаррет! — окликнул Аскеладд громким шёпотом. Вор вздрогнул, заметил его. — Аске! — он юкнул к забору, обхватил руками металлические прутья. — Тут полный кошмар. Талморцы на каждом углу, а здесь, во дворе, их вообще тьма! — С-спокойнее! — воин встревоженно глянул в сторону упомянутого места: как бы не услышали их. — Оставайся в тени, я отвлеку их в-внимание на себя. — Э-э, это опасно! Ты же не знаешь, как они отреагируют на чужака у стен. Аске, разворачивайся и ухо- — Тише! Кто-то идёт сюда, прячься! Гаррет исчез из поля зрения, и не прошло и минуты, как у забора уже стояли двое стражников. — Эй, ты что здесь делаешь? — один из эльфов нахмурился, вглядываясь в человека за стенами. — Прошу прощения, господа! — Аскеладд дружелюбно улыбнулся, пытаясь не выдать свою нервозность ни голосом, ни натянутой улыбкой. — Мои наниматели на приёме, а мне велели ждать снаружи. Моя кобыла что-то забрела сюда, сам не знаю, что на неё нашло. — Кобыла забрела?.. — Стражники одарили друг друга озадаченными взглядами. — …Парень, да ты брешешь нам. — Н-нет, я правду говорю! — по виску пробежала капля пота, Аскеладд напряженно насупился. Лошадь с шумом выдохнула ноздрями клуб пара в холодный воздух, начала тревожно топтаться на месте. — Ну или он от холода головой ехать начал, — сказал страж напарнику, на что Драконий Язык выдал возмущённое: — Что? Нет! — Так, зови Тариэлина, пусть он разбирается, что к чему. — Господин Тариэлин! — крикнул альтмер в сторону двора, и вскоре показалась фигура высокого и худого юстициара. — Что здесь за столпотворение? Вы должны патрулировать периметр, — Тариэлин окинул строгим взглядом картину за забором, но даже не изменился в лице: как будто Аскеладд был деревом или камнем, сливающимся с пейзажем, недостойным внимания. — Тут у нас происшествие… — Какое ещё происшествие? Это наемный охранник гостей из Коллегии, болваны. О нём указывала прошлая смена, вы журнал ухода и прихода вообще читаете или подписи ставите не глядя? — Да, но он бродит тут, а это противоречит правилам- — Я знаю правила, не тебе напоминать мне о них. Воин заметил, как Гаррет бесшумно прошёл за их спинами и скрылся где-то во дворе. От сердца отлегло, но ненадолго: юстициар заговорил снова: — Наше дело — улаживать все, что происходит в стенах посольства. А вне его стен действует Пятый Эмиссар. И добавил: — Я позову господина Кандаэля. Сердце пропустило удар. И сжалось до боли. Аскеладд застыл от ужаса, не веря услышанному. Стража зашевелилась на стене, но голоса их стали неразборчивым шумом. Только одно слово стучало у него в висках и пробирало до дрожи, и оно было именем. Кандаэль, Кандаэль, Кандаэль… Генерал, убийца и мучитель. Здесь. Совсем близко. Пятый Эмиссар был в посольстве, и сама мысль случайной встречи была страшнее всякого дракона в небе. Лошадь словно почуяла страх всадника, потому как в следующий миг она рванула с места, едва не встав на дыбы, и помчала прочь со скал. — Э, куда??? — стражник высунулся, видя, как с кустов, через которые ломанулся воин, осыпался снег, с треском ветвей. Аскеладд скрылся внизу, на почти не видной в снегу тропе. Легкие обжигало от сбитого дыхания, сердцебиение было сильным, но уже начало утихать. Однако его тревога не исчезла, а даже возросла, с новыми вопросами: как быть, что делать. Как не попасться ему на глаза. — Ох, боги, д-дайте мне сил… — тяжело вздохнул он, понурив голову. На периферии зрения мелькнули странные отметины на снегу. Драконий Язык пригляделся, и к удивлению узнал в них следы тролля. Он напряженно сжал губы. Лошадь по аккуратному тычку стремян пошла дальше, вниз. Что-то было не так с этим местом, и уходить из него Аскеладд не спешил. К тому моменту Гаррет успел добраться до соседнего здания посольства — уже не охраняемого. Руки шустро поработали с отмычками, и уже через мгновение вор оказался внутри, так и не узнав, что он привлек взгляд одного юстициара.