Глава 3, в которой принц знакомится с драконами

      К следующему вечеру после изнурительного пути, когда принц Шото уже с трудом переставлял ноги и от макушки до пят был измазан вулканическим пеплом, Денки сообщила ему, что они на месте. Наследник, ожидающий увидеть некое дикое племя, недоумевал… Кругом не было никакого поселения. Они стояли на очередной горе, среди абсолютно таких же вершин, где не было ничего, кроме черного песка. Ну, и коровьего черепа прямо возле жерла, в которое Шото осторожно заглянул и, не увидев оранжевую лаву, облегченно выдохнул. Его спутница хоть и тоже была измазана сажей, но, на удивление, была бодра, что вызвало у принца легкую зависть. Если бы он мог, то лег прямо на песок и тот час же заснул… Однако гордость была сильнее, так что Шото упрямо продолжал стоять на ногах.       — Да вы присядьте, Ваше Вашество, — мягко улыбнулась Денки, после чего с усердием землеройки зарылась руками в песок точно под челюстью черепка. Больше на принца она внимания не обращала и увлеченно копала. Принц Шото же плюхнулся на свой царственный зад и вытянул ноги, обутые в сапоги своей спутницы. Утром она все сжалилась над ним, обмотала его стертые ступни тканью и отдала свою обувь, а сама продолжила путь босой. Пятки ее по цвету теперь выглядели так, словно в тот день, когда она попробовала писать, зажав в пальцах ног перо, и, конечно же, неловко измазалась в чернилах.       — У нас еще есть вода? — тяжело дыша, спросил принц у Денки.       — Совсем немного, Вашество. Гуки, к сожалению, не умеет терпеть… Возьмите в мешке, — ответила она, продолжая рыть. Ее руки почернели по локоть, белая рубашка и вовсе посерела. Шото подумал, что и сам сейчас несколько непригляден. Его чудесные красно-белые волосы на ощупь были очень сальными и спутанными — он, конечно, хотел бы привести себя в порядок, но так уставал, что провести по прядям гребнем просто не мог… Принц подполз к коню и, вытащив из мешка бутыль, жадно присосался к горлышку. Денки в этот момент издала радостный нецензурный вопль и достала из ямы грязный горн.       Шото ее восторга понять не мог. Вода в тот момент была ему гораздо милее… Спутница же вытряхнула из рога песок, кое-как протерла краем рубашки мундштук и слегка дунула, заставляя оставшуюся грязь вылететь. После чего обернулась и посмотрела на принца особым взглядом. Обычно, подобное означало, что Денки задумала какую-то пакость… Шото на всякий случай морально приготовился ко всему.       — Ваше Вашество, вы мне доверяете? — спросила она, лукаво прищурившись. Принц задумался. До похищения он ни за что не стал бы сомневаться в своей верной подруге, но после… Закрались некоторые сомнения. В эту вихрастую голову могло прийти все что угодно, и никто во век не смог бы догадаться, что именно. После прыжка из самой высокой башни в пруд, мешка на голове и нескольких дней пути по вулканическим землям Шото понял, что с Денки всегда стоит быть начеку. Но оставшаяся сентиментальность и какая-то вера в подругу вынудила его согласно кивнуть, пусть и слегка неуверенно. — Отлично!       Затем она поднялась на ноги, пристально всмотрелась вдаль — Шото ничего разглядеть в том же направлении не смог, после ожога на левом глазу и любви к вечернему чтению при свечах зрение его несколько растеряло свою остроту — и, видимо, увидев желаемое, уверенно дунула в горн всей мощью своих легких. А силы в них было немерено, ибо, когда Денки начинала голосить в казармах, убегая от матери, ее вопли были слышны даже в принцевой башне… Рог протяжно провыл. Громкий чистый звук разлетелся на много миль вперед. Тишина. Денки вновь дунула. И еще раз…       С той самой стороны, в которую его спутница вглядывалась, что-то послышалось в ответ. Она радостно оскалилась и крепче затянула мешок на седле Гуки. Шото же недоумевал, но хранил молчание.       — Ваше Вашество, вы, главное, не пугайтесь, — сказала она. В их сторону стремительно неслись две точки — розовая и чуть более крупная красная, — которые становились все больше, и больше, и больше…       «Мама, — подумал наследный принц Шото, будущий король и правитель благодатных земель, — зачем я вообще вышел из дворца?!»       На огромной скорости к ним летели драконы. Драконы! Огромные, зубастые, с толстой кожей и шипастыми наростами на головах, спинах и хвостах… Шото почувствовал головокружение и внезапную слабость. Когда необъятных размеров существа подлетели совсем близко, принц уже лежал на песке без чувств. А его незадачливая слуга не знала, что ей стоит сделать в первую очередь: громко захохотать на все вулканические земли или бросаться приводить своего бедового спутника в сознание…

***

      Отряд королевской стражи был обессилен. Они совершенно заплутали среди всех этих совершенно неотличимых друг от друга вулканов. Их лица были черны, а языки сухи — кто же знал, что им стоило взять с собой больше воды?! Несчастные кони, утопающие копытами в песках и несущие на своих спинах доспехи, валились с ног от усталости и жажды. Чертова дочь их начальницы оказалась той еще лисой и играючи водила всех их за нос, буквально заметя все следы! Жжение раздраженно пнула ногой, поднимая песок вверх.       — Убью сучку! — прорычала она. Воительница не терпела никаких неудач. Из битв всегда выходила победительницей и, после возвращения принца, надеялась на повышение. Да хотя бы премию! Но маленькая гадина обставила ее и спутала все карты. Жжение поклялась самой себе, что как только отыщет чертовку, то сразу же выдерет розгами.       На всю округу раздался звук горна… Воины дружно обернулись в ту сторону, из которой он исходил.       — Что это?       — Одним Богам ведомо…       — Может зов на помощь?       Жжение прикусила губу.       — Тогда это принц! — поняла она. — Завела его в дебри и бросила… Точно. По коням! Спасем принца!       Воины, сбросив на песок латы, запрыгнули в седла и пришпорили лошадей.       — За короля!       — За принца!       Поднялось облако черной пыли. Кони, подгоняемые ударами плетью и уколами шпор в бока, скакали так быстро, как только могли. Однако усталость их была так велика, а копыта проваливались в пепел… Воины ругались, плевались, пытались заставить лошадей скакать быстрее, но упрямые животные отказывались подчиняться.       А затем поднялся сильный ветер. Песчинки полетели бравым рыцарям прямо в глаза. Заржали испуганно кони… Стало темно. Отряд воинов накрыла большая тень, затем вторая, и в небесах раздался оглушительный рык.       — Драконы! — закричал кто-то из храбрых воителей в ужасе. Кони встали на дыбы, выкидывая всадников из седла. Они падали лицами в песок, отплевывались. Кто-то плакал от страха, молился богам и пытался скрыться от огромных тварей под слоем пепла. Жжение, у которой, по ее скромному мнению, были яйца, в отличие от остальных, осталась в седле, задрав голову. В небеса поднимался красный дракон, сжимающий в когтях абсолютно равнодушного к этому серого коня в яблоко. На спине его сидели двое: полуголый мальчишка и чертова дочь их начальницы, радостно верещащая на всю округу. Второй дракон был розовым с голубыми и фиолетовыми пятнами на боках и чуть меньше первого. Хвост его был усеян шипами… А к его спине, привязанный к наростам, лежал принц Шото.       Жжение сплюнула на песок в раздражении. Похоже, им придется звать Пернатого, чтобы вернуть королевского отпрыска во дворец…

***

      Шото очнулся от того, что кто-то бесцеремонно вылил на него ушат ледяной воды. От такого варварства принц тотчас же распахнул глаза и попытался вскочить, но лишь испуганно застыл. Над ним стояла девушка. Кожа ее была розовой. Не румяной, а именно розовой, как ленты его дражайшей сестрицы! У девушки были такого же оттенка короткие курчавые волосы, черные склеры, желтые радужки и витые рожки. А еще мелкие, едва заметные чешуйки на плечах и боках. Таких существ он еще не видел ни лично, ни в книгах… Девушка — принц от смущения покраснел, ибо одежды на ней было совсем мало — широко улыбнулась, являя Шото ряд длинных острых зубов. Наследник престола малодушно подумал, что его сейчас съедят и попытался морально подготовиться к своей скорой кончине.       — О, ты очнулся! — прощебетала она. — А мы уж начали переживать. Кто ж знал, что ты такой чувствительный и в обморок хлопнешься?! Я — Мина.       Принц, который не смог бы забыть правила приличия даже на пороге смерти, кивнул.       — Рад знакомству, леди Мина. Я — Тодороки Шото, — сказал он. Девушка хихикнула и шлепнула рукой по его плечу.       — Ой, ну какая я леди. Просто Мина, — ответила она, выглядя при этом крайне довольно. — Денки сказала, ты принц… Ничего что я на ты? Манерам не обучена.       Девица начала болтать, так лихо прыгая с тему на тему, что Шото с трудом поспевал за потоком ее мыслей и уже подумывал о побеге, как за спиной зазвучал знакомый голос.       — Мина, отстань от Высочества. Он бедный только очухался, а ты на него сразу насела, — весело крикнула Денки. Тодороки облегченно повернул голову на звук, густо покраснел и резко отвернулся, жмуря глаза. Его верная подруга сидела в горячем источнике нагая и совершенно не стеснялась компании таких же голых юношей, что находились в воде рядом с ней. Первый был довольно крупным и мощным, с красными, как кровь, волосами, непонятно каким образом торчащими строго вверх, небольшим шрамом на правом глазу и алыми чешуйками на шее и плечах. Он радушно улыбался, и зубы его на вид были гораздо более острыми чем у леди Мины… Второй был чуть меньше в габаритах, мускулист и хорош собой. Его светлые пряди выглядели колючими и чем-то напомнили принцу взрыв. На ключицах лежали три ряда бус и ожерелье из клыков, а плечо было покрыто черными узорами. Лицо его хоть и было красиво, но при этом было каким-то грубым, хмурым, недружелюбным, а губы были растянуты в оскале. Кто эти двое, Шото не знал. Почему Денки никоим образом не стеснялась своей наготы рядом с ними — тоже.       От увиденного лицо горело. Этого принц совсем не ожидал и был крайне растерян. Где он, с кем, кто вообще эти люди (?) и почему они не одеты?.. В этом месте было очень влажно и жарко. Так что Шото, вновь почувствовав головокружение, потерял сознание.       — Э?! Денки, он отрубился!       — Боги, опять?!       — Тупоголовая, где ты вообще эту неженку нашла?       — Там долго объяснять… Если коротко, то я его спиздила. И он попросил меня об этом сам!       — Чего, чего?! Камибро, давай-ка поподробнее…

***

      Лихой контрабандист Иори, или как его называли Прохвост Иори, известный каждому портовому городу и исплававший все моря, кроме совсем уж холодных далеко на Севере, зажал в зубах трубку, набив ее ароматным табаком, и закурил, после чего еще раз вчитался в строчки письма. Его хороший знакомый, через своего приятеля, а тот через своего передал ему весточку от его горячо любимой Денатсу, связь с которой не раз выручала Прохвоста из переделок… Начальница стражи Восточного королевства, самая прекрасная женщина во всем мире и обладательница лучших бедер, меж которых он не раз оказывался (но эту информацию мы опустим), сообщала:       «Наша дочь пошла в тебя и сперла принца. Если объявится у тебя, будь добр, надери ей уши! И скажи, чтобы она вернула принца!!!       Денатсу.       P.S. Разрешаю даже ремнем отходить, главное чтоб наследника престола вернула! И мое копье!!!»       Сию новость Иори счел крайне забавной. И по столь радостному поводу, насмеявшись в сласть, оплатил каждому в трактире выпивку. Его дочь, о которой он, конечно же, был в курсе, оказалась той еще авантюристкой. Украсть принца из-под носа у Энджи Старателя — вот это да! Оторва! Даже Иори по юности так не чудил. Мог спереть украшения какой-нибудь знатной дамы, драгоценное полотно да, на худой конец, корону у правителя страны. Но наследника… Нет, такого Прохвост за всю свою жизнь ни разу не отчебучивал. Оттого не мог не восхититься этой проделкой. Его дочь, Денки, которую он помнил шебутной малюткой, похитила из дворца принца! Судя по слухам, которые не могли не разойтись, еще и прямо из его собственной башни, бесстрашно сиганув из окна.       «Если объявится, — подумал неуловимый контрабандист, — и захочет остаться, костьми лягу, но в команду приму! Такую заразу нельзя упускать».       И опрокинул в себя чашку рома. Поощрить, может, чем? Что там нравится шестнадцатилетним авантюристкам, похищающим принцев?..

***

      Каминари Денки, отмывшись от вулканического пепла, отоспавшись, всласть напившись вина и утащив в кусты совершенно довольную таким раскладом красавицу драконьего племени, довольно растянулась в шатре и лениво посмотрела на своего венценосного спутника, который из-за своих слабых нервов пропустил все веселье и все еще пребывал в беспамятстве. Кто же мог знать, что, увидев драконов, принц упадет без чувств?! А потом еще раз хлопнется в обморок, когда эти самые драконы попытаются с ним подружиться… Вот и Денки не знала. Вероятно, ей стоило предупредить чувствительного товарища заранее. Но природная вредность посчитала это лишним, а сама авантюристка очень хотела посмеяться с шокированного личика своего принца. Ну откуда ей было знать, что реакция выйдет такой бурной?!       В любом случае, после выпитого вина и приятного времяпрепровождения в кустах, долго размышлять о наследнике престола и его слабых нервах не хотелось. Тело было расслабленным и все еще хранило в себе тепло и сладкую негу, которыми ее так любезно одарила красавица, чьего имени Денки, к сожалению так и не запомнила. Что-то на «Се-»… Секура? Секуна? Сецуна? Вроде, так. Кожа у красавицы была жаркой, чешуйчатой, зубы острыми. Денки довольно потерла оставленный на шее, приятно саднящий укус. А как она выгибалась, как стонала, когда… Но сладкие мысли пришлось отложить, потому что принц Шото заворочался и очнулся.       — Выспались, Ваше Вашество? — лукаво протянула Денки, уже придумывая сотню подколок о частых обмороках Высочества. Принц осоловело моргнул, резко сел, оглянулся и, убедившись в том, что в шатре они были совсем одни, облегченно выдохнул. Затем вдруг ощупал себя и нахмурился.       — Кто меня переодел? — сурово, но с отчетливыми паническими нотками спросил ее спутник.       — Я, Ваше Вашество, — ухмыльнулась младшая Каминари и, решив поддразнить, добавила. — Еще и вымыла. А то вы таким чумазым были…       Принц густо покраснел. Румянец его был отчетливо виден даже в сумраке шатра. Это изрядно повеселило его слугу.       — Ой, да не смущайтесь. Что я там не видела…       От возмущения наследник престола поперхнулся воздухом. На языке вертелось ругательство, которое принцу очень уж хотелось сказать своей подруге, но он этот порыв старательно сдерживал. Этикет. Воспитание. Однако недовольство его было так велико, а рядом не было никого, кто смог бы его отчитать за грязный язык…       — Да что б тебя черти драли! — рявкнул принц и тотчас же устыдился своей несдержанности.       — Спасибо, Ваше Вашество, пока меня драли только чертовки, — усмехнулась она и, явно думая о чем-то непристойным, облизала губы. Шото вновь поперхнулся воздухом от возмущения, порозовел и отвернулся, подтянув к груди колени. Денки устало вздохнула, обратилась к Богам, пытаясь понять, за что ей все это, и подошла к своему бедовому принцу. — Простите, Вашество, вино в голову ударило, вот и несу всякий бред. Вы же не ревете? Точно не ревете? Отлично… Вы как? Может, поесть чего изволите, или вам вина принести? А, может, красави-… красавца посимпатичнее вам отыскать, а? Вам покрепче парни нравятся или, ну, более хрупкие? О, Боги, ну не плачьте же вы! А, так вы не плачете… Ну, простите, простите. Вы просто такой чувствительный, что я уж и не знаю, как к вам подступиться. Вы ж, Ваше Вашество, нежны, как цветок, и по-… пяточка младенца.       Принц же ничуть не был грустен. Может, самую капельку… Ему просто было невероятно стыдно. Его подруга, шебутная Денки, которую он знал с одиннадцати лет, видела его нагим. И не просто видела, она его еще и помыла! Ох, такое Шото было сложно принять. Относиться же к этому так легко, как это делала эта… эта бесстыжая девица, он не мог бы даже под действием вина. Она его помыла! Какой стыд! Теперь еще и носилась вокруг него, пытаясь успокоить, пока он мысленно оплакивал свою честь и гордость. Он — будущий правитель, а она… Как принц теперь будет смотреть ей в глаза после такого?! Почему Денки не смущена этим также, как и он? Что с ней вообще не так?!       В этот момент в шатер вошел тот самый блондин, которого Шото видел перед вторым обмороком. Принц спрятал лицо в воротнике чистого камзола, надеясь так скрыть пылающее лицо. Этого юношу он видел неодетым, и та непристойная картина тут же возникла в его мыслях… О Боги, почему вы так жестоки с принцем?       — Тупоголовая, ты куда смылась?! — в голосе его были отчетливо слышны рычащие нотки. Звучало это необычно… Тут блондин заметил бодрствующего Шото и оскалился. — О, принцесска, очухался?       Шото почему-то испугался, но виду не подал (на это он, по крайней мере, надеялся) и просто кивнул.       — Он немой, что ли? — обратился юноша к Денки.       — Не твой, — пошутила она. — А так говорить умеет. Стесняется просто…       Блондин окинул его взглядом, что-то понял и панибратски хлопнул младшую Каминари по плечу.       — Бочонок вина — и будет неудержим!       — Ты его переоцениваешь. Кубка хватит, — рассмеявшись ответила Денки. Шото возмущенно вскинул брови. Да он бочонок выпьет и будет свеж и бодр!       Принцу, однако, хватило трех глотков и одной затяжки какого-то странного табака, чтобы станцевать с остальными полураздетыми людьми вокруг костра, спеть неприличную песню о любви девицы и осьминога, поцеловать какого-то симпатичного парня и завалиться в кусты беспробудным сном.       Из столицы тем временем был послан гонец к одному крылатому графу, получившему земли и титул за верную службу королевству, с указом отыскать и вернуть наследника престола во дворец…