3.6 Хочу в Питер!

Антон медленно зашел в класс русского языка, устало бросил портфель, курточку и мешок со сменкой у входа и уселся за свою парту. Уроки уже закончились. Мальчишка вздохнул. В руках сразу оказался телефон, на отчима он даже не смотрел. Его всегда нужно было ждать в конце рабочего дня, даже если количество уроков совпадало. Арсений, оторвавшись от заполнения документов, взглянул на подростка и слегка улыбнулся. — Как прошел день? — Хорошо, — пробурчал Антон, опираясь щекой на свой кулак. — Готов завтра идти на уроки, или будем подыскивать новую школу? Повисла небольшая пауза, мальчишка нахмурился и поднял взгляд. Арсений просто насмехался над ним и его тревожностью, и даже не скрывал этого — сидел и хитренько улыбался. — Не надо новую… — смущенно признался Антон. — Издеваешься, да? — Ну почему же? Просто очень рад, что у тебя все хорошо. — Документы ровной стопочкой оказались на краю стола, Арсений стал собирать сумку. — Что хоть тебе Серёжа сказал? Отреагировал как-то на твой секрет? — Не знаю, мы не говорили об этом. — Мальчишка вздохнул, сложив руки на груди. — Он вообще ничего не упоминал… Поехали уже, а? — сморщился парень. После семи уроков сил не оставалось ни на что, тем более на эмоции или обдумывание каких-то проблем. Хотелось поскорее добраться до кровати и полежать. Ну, так было раньше. Теперь Антон успевал отдохнуть на удобном переднем сидении в машине по дороге домой. Ехали они молча, в спокойной тишине. В салоне приятно пахло ароматизатором со вкусом «Бабл-гам». Маленький Антоша сам его выбирал, другие категорически не нравились, так что у старшего не было выбора, пришлось купить, чтобы ребенка меньше укачивало. В машине Арсения, в отличие от автобуса, Антон мог расслабиться, отчим нужную остановку не пропустит и случайно не свернет на автовокзал. Он вообще был очень комфортным водителем. Каждый поворот и остановка успокаивали все больше, укачивали, и Антон даже заснул в обнимку с портфелем. Арсений заезжал в магазины, пункты выдачи, словно собирал все возможное на своем пути. Иногда Антон просыпался от неосторожного хлопка багажником или шуршания пакета, но быстро засыпал опять. Казалось, отчим специально начинал сильнее объезжать все кочки, пытаясь успокоить, и делал как можно больше остановок, чтобы дать подростку выспаться.

***

На следующий день Арсений выделил несколько минут в начале урока для новостей. Этот класс он вел совсем недолго, но уже узнал почти все прелести классного руководства. С детьми ему повезло, класс драк не устраивал, и учились ребята дружно, а с такими можно придумывать что-то дальше. Пикники, развлечения… Тем более, что с послушными детьми это не сложно реализовать, а надбавка к зарплате за внеурочную деятельность немаленькая. — Через месяц, в конце мая, нам одобрили поездку в Питер… Поездка на несколько дней, посетим музеи, погуляем по городу. По цене предварительно десять тысяч, кто уже сейчас может сказать, что поедет? Примерно половина класса подняла руки. Серёжа был одним из первых. — Ты поедешь? — удивился Антон. — Что там делать-то? — Смена обстановки. — Серёжа пожал плечами. — Я бы хотел по Питеру погулять, весело, наверное, будет. Антон задумался и тоже нерешительно поднял руку. Раньше у мамы не было денег на такие путешествия, Антон и не просил. А теперь? Он не знал, что теперь, но у него были и свои деньги… Парень внимательно следил за учителем, который вслух считал детей. Дойдя взглядом до первой парты, Арсений еле заметно качнул головой и мягко, незаметно для других, опустил руку Антона. — Пятнадцать… — посчитал он Серёжу и отошел к столу. — Хорошо, ближе к делу я сообщу всю информацию. Антон сдвинул брови и устремил прожигающий взгляд на Арсения, но тот, как назло, на него не смотрел, что-то объяснял, а после просто начал урок… Остальной день прошел спокойно, и только дома, натягивая домашние штаны, парень вспомнил об этом несправедливом инциденте и возмущенно протопал на кухню. Арсений заваривал чай. — Почему я не могу поехать в Питер? У меня вообще-то свои деньги есть! — Антош, дело не в деньгах. Ну ты сам подумай… — Он приподнял бровь. Мальчишка продолжал обиженно пыхтеть и молчал. — Поездка на несколько дней, представь, что будет, если ты словишь приступ. Как я объясню вдруг появление маленького Антоши и твое исчезновение? Тут даже самый глупый сложит два и два. — Ну и что… Я не собирался превращаться… — надулся Антон. Он готов был игнорировать любую логику, лишь бы оказаться правым в споре. Еще не факт, что он словит приступ! И это вообще не повод запрещать. — А приступ не спросит, собирался ты или нет, — спокойно сказал Арсений. — Ты не можешь поехать из-за своей болезни. Мне тебя даже не с кем оставить в случае чего. Ну, конечно, если ты готов признаться всему классу в своем синдроме, то поехали, я не против. — Серёжа едет! А я нет? — Антош, Серёжа не болеет. Почему я о твоих секретах беспокоюсь больше, чем ты сам? — возмутился Арсений, оставив кружку. Антон недовольно цокнул и скрылся в своей комнате, громко топая. Поездка с каждой секундой становилась все привлекательнее. Питер, картины, мосты и серые дома, так похожие на парижские. Чем больше запрещали, тем больше он влюблялся. Проехаться на поезде с другом тоже очень хотелось. Поспать на верхней полке, как в фильмах, смотреть на леса за большим окном… Антон сжал зубы. Он обиделся и весь день всем своим видом показывал это отчиму. Отвечал недовольно, односложно, отказывался разговаривать и постоянно хмурился, бурча по любому поводу. Антон сам все понимал, но все равно дулся. Арсений же мог просто придумать правдоподобную историю, да и все! Но вместо этого он просто запретил ему ехать. В глубине души Антон убеждался: Арсений просто не хотел брать его с собой… — Антош, подай соль, пожалуйста, — попросил Арсений после ужина. На тарелке лежали разрезанные помидоры с огурцами, Майя пила чай, а мальчишка, опоздав к ужину, только доедал свою порцию борща. — На… — Антон резко и неаккуратно передвинул солонку, даже не взглянув на отчима. Свой суп он ел неохотно, от обиды суп, приготовленный Арсением, в рот не лез. — Не доводи до греха… — тихо предупредил Арсений и вздохнул, строго смотря на подростка. Тот профессионально делал безразличный вид, находя плаванье морковки в тарелке очень интересным. Майя не выдержала. — Антош, что у тебя с настроением сегодня? — Ничего… — буркнул он. — Я в Питер хочу… — Мы можем поехать в Санкт-Петербург сами, — сдержанно проговорил отчим. — А я не хочу с вами, я с классом хочу! — осмелел Антон и посмотрел на родителей. У Арсения был особенно грозный взгляд, пришлось приложить усилия, чтобы не отступить и не испугаться. Ни грамма страха в глазах, только уверенность. Антон продолжил хмуриться. Они молча смотрели друг на друга, создавая напряжение между собой. Арсений давил строгостью, а мальчишка своей упертой вредностью. — А почему он не может поехать с классом? — спросила Майя. Арсений отвлекся от этого противостояния. — Я единственный сопровождающий, хорошо, если в качестве помощника поедет один из родителей. В случае приступа я просто не смогу за ним приглядеть. И объяснить неожиданное появление ребенка тоже. Майя поджала губы… Она всегда так делала, когда думала, чем отвлечь сына от желаемого и успокоить. Мальчика раздраженно застонал и упал головой в сложенные руки. — Антон, ты либо доедай, либо иди страдать в комнату, — чуть строже сказал Арсений, посыпая солью половинку помидорки. — И посуду за собой убрать не забудь, суп можешь вылить обратно в кастрюлю. Антон закипал. Он помыл тарелку, громко бухнув ее в сушилку, и ушел в свою комнату. Он не собирался плакать из-за этой ситуации, но пнуть комод по пути очень хотелось. Настроение испортилось, вероятно, на весь день. Он лёг в кровать и стал проверять соцсети, надеясь отвлечься. Родители о чем-то шушукались на кухне. Он не слушал. Сам понимал, что в его положении никто не виноват, и нет такой волшебной палочки, что могла бы гарантировано устранить приступы на несколько дней… Отчим постучал в дверь и заглянул в комнату. — Антон? — Заметив реакцию, Арсений прошел и присел на кровать. — Я позвонил Павлу Алексеевичу. Он согласен поехать в Питер и в случае чего подменить меня. Поэтому ты тоже сможешь поехать. — Чего? — Антон встрепенулся и сел. — Правда? — Но у меня есть условия, — сразу предупредил Арсений, сделав голос тверже. Парень напрягся и со всем вниманием посмотрел на старшего. Отчим медлил. — Дмитрий Темурович уже нас заждался… — вздохнув, аккуратно начал Арсений. — До поездки у нас есть месяц, нам нужно ему показаться… Антон молчал, хлопал глазами, а потом спросил: — А это кто? Лицо Арсения приобрело хмурые черты. Он поджал губы и отвернулся к столу, что-то ища. Под руку попалась обычная тонкая тетрадь по математике. — Щас бы как стукнул… — сказал Арсений таким строгим тоном, что Антону захотелось рассмеяться. Злость была явно фальшивая, да и тетрадки, которой Арсений пару раз все-таки дал по макушке, Антон не боялся. — Это твой врач, ну надо запомнить уже! — Ааа, врач… — парень опустил взгляд, и вся веселость вдруг пропала. — Но я не хочу к врачу. — Антош, ну пора бы уже. Лечение надо продолжать, я предлагаю не затягивать и сходить уже на этой неделе, пока ты в подходящем состоянии, м? Можешь выбрать любой учебный день и легально пропустить школу. — Четверг! — сразу сказал Антон. Арсений хихикнул и собрался уже внести в календарь в телефоне, но остановился. — Это потому что я в четверг назначил вам контрольный диктант? — он приподнял бровь, внимательно смотря на подростка. Парень молча покусывал нижнюю губу, пялясь на старшего взглядом котика, который сходил мимо лотка. — Ты же понимаешь, что я тоже пропущу урок? И в этом случае диктант просто перенесётся на другой день… — Тогда в пятницу! Арсений усмехнулся и внес событие в календарь. — А в пятницу у вас что? — Контрольная по истории, — смущенно признался Антон, постукивая коленями друг об друга. Арсений слегка улыбнулся и покачал головой. — И еще. Ты должен понимать, если приступ случится перед поездкой, то ты останешься дома. В поезде со всякими пересадками и автобусами я ребенка не спрячу от чужих глаз. То же самое касается обратной дороги… — Я останусь в Питере, если стану ребенком? — Антон выпучил глаза и посмеялся, представив такую ситуацию. — Нет. Если перед отъездом случится приступ, я применю блокиратор. Помнишь, что это? Арсений мог убить весь запал для шуток одним лишь серьезным взглядом. Все озорство в миг испарилось, оставив вместо себя легкий ужас в глазах подростка. Антон медленно кивнул, пытаясь переварить все риски. Блокиратор он прекрасно помнил. Врач выдал специальные ампулы, чтобы в нужный момент моментально вернуть его из приступа, но они ими ни разу не пользовались. Блокиратор не очень хорошо влиял на здоровье и совершенно не лечил нервную систему, а именно она была виновницей всех превращений. Этот препарат устранял симптом, а в длительном использовании мог навредить, поэтому Арсений избегал его всеми способами. А Антон просто боялся иголок, поэтому тоже избегал. Получить укол в неполном приступе было страшнее всего. Маленький Антоша слегка всплакнет, а вот подросток с детскими настройками устроит истерику на весь поезд. Картинка в голове вырисовывалась неприятная. Антон быстро прогнал все мысли и тревоги. Он ведь не превратится? Зачем переживать, он не собирался ловить приступы! Эта поездка ощущалась как самое чудесное за последние годы. За всю жизнь. В моменте он был готов закрыть глаза на все, пообещать что угодно, лишь бы поехать. Именно с таким настроением дети обычно обещают всю жизнь вести себя хорошо, ничего и никогда больше не просить, лишь бы сейчас купили щенка или велосипед… И именно в такие моменты родители понимают, что срок годности таких обещаний около нескольких дней после получения желаемого. А гулять с щенком все равно придется взрослым.

***

— А после приема врач опять отправит на кровь? — спросил Антон, закусив губу. Это был вечер четверга — самое подходящее время начать суетиться и переживать. Вот и Антон так решил. Откладывал, как всегда, проблему до самого конца, и вот теперь, между страхом и спокойствием осталась одна ночь. — Я не знаю точно. Скорее всего, Антош, — вздохнул Арсений, забирая телефон подростка. Парень удобно устраивался в кровати и забавно пытался вытащить одеяло из-под себя, при этом не слезая с него. — Если ты будешь категорически против и испугаешься, то нам не обязательно сдавать кровь в этот же день, хорошо? Мы можем вернуться, когда будешь готов. Не делай трагедию заранее, твоя задача завтра в первую очередь сходить на прием. А уж потом, если получим направление, будем думать. Будешь переживать — словишь приступ, тогда все будет напрасно. Постарайся расслабиться и хорошенько выспись, хорошо? Антон задумчиво покивал, понимая, что эту задачу он выполнить не в состоянии. Врач обязательно назначит анализ, и когда-нибудь придется его сдать. Просто взять и выкинуть эту мысль из головы не получилось! Ладони потели и начинали машинально сжимать друг друга, переходили на невинное одеяло… — Спокойной ночи, Антош, — пожелал Арсений и выключил свет. Казалось, если не спать, то времени пройдет больше. Он успеет настроиться, пожить для себя и смириться со своей участью. Не выспится только, но это мелочи же! Больше времени — больше свободы? Но делать момент страха и ожидания бесконечным было глупо. Они мучили сильнее самого объекта. Глаза медленно закрылись…