Глава 5

      К превеликому счастью, скорая успела. До ее приезда ребята откачивали Шаво как могли. Больше всех паниковал Серж: он понял, что именно из-за него это случилось с басистом, что аноним, скорее всего, сейчас в доме. Одно не понятно: как он незаметно пробрался к ним? Как только скорая забрала Одаджяна, вокалист мигом поднялся на второй этаж, и первое, что бросилось ему в глаза, это бита. На ней было немного крови, и теперь было понятно, чем ударили Шаво. Комнат на втором этаже немного: Танкян обшарил каждую из них, но никаких следов нападающего. В конце концов он вышел на балкон, но и там ничего не было.       От всего этого Сержу стало еще страшнее. Этот аноним был повсюду: где бы ни был кудрявый, он всегда шел по пятам. Он всегда знал, где Танкян находиться. И теперь он нападает на его товарищей — а ведь он тогда еще угрожал нападать на случайно знакомых ему людей! — и от этого вокалист приходил в ярость. Гнев был от бессилия, незнания того, кто это мог быть.       Однако в душе росли подозрения. Особенно они были насчет двух других участников группы. Джон? Нет, он во время нападения на Шаво был рядом с ним. Дарон? Возможно. Он единственный, кто был на втором этаже. Он единственный, кто мог следовать за ним. И, скорее всего, он постоянно мог наблюдать за ним, он знает, где Серж живет, и, самое главное, во всех ключевых моментах он был. Он буквально крутился под носом. Хоть все догадки и были правдивы, Серж не мог в это поверить. Если бы Дарон и был в него влюблен, то это было бы заметно. И в самой первой открытке говорилось, что аноним впервые увидел его вживую. А что, если это "вживую" означало "я впервые увидел тебя другим взглядом"? И неужели из-за этого гитаристу снесло крышу?       Серж не хотел в это верить. Это бред. Просто бред. Дарон хоть и был в чем-то странным, но не до такой степени. Он уже знает его, как свою пятерню - ну не мог он этого сделать, не мог! Тем более, они с Шаво - лучшие друзья, и если бы он захотел кого-то ударить, то только Танкяна. И зачем ему было подставлять басиста? Столько вопросов, и ни одного ответа!

***

      Участники группы согласились встретиться перед входом в больницу. Самым первым прибыл Дарон, который накупил по дороге фруктов для Шаво, затем прибыл Джон с какой-то книгой, и лишь потом на месте был Серж с подготовленной речью. Все трое они ввалились в палату к другу, который понемногу, но шел на поправку: кровоизлияние в мозг успешно остановили, сломанную при падении руку надежно замотали в гипс.       Шаво широко улыбнулся, увидев товарищей, и с весельем в голосе проговорил:       — Ребят, вы пришли!       — Как хорошо, что ты живой! — Дарон подошел и аккуратно обнял басиста.       — Да, крепкий ты чувак. — Джон зашел с другой стороны, потрепав того за плечо.       Серж скромно, виновато улыбнулся, отчего Шаво поднял бровь и протянул:       — Чувак, ну ты тоже подойди.       Танкян поддался ему, подходя и обнимая. Они какое-то время общались, лишь вокалист молчал. Шаво спросил его:       — Серж, ну ты чего молчишь?       — Я... Хотел бы поговорить с тобой наедине. — Он остро посмотрел на Джона и Дарона. - Только я и ты. Больше никого.       — Между прочим, не ты один хочешь повидаться. — Дарон обижено глянул на Танкяна, однако осекся под его взглядом.       — Я все сказал. Пожалуйста. — Более примирительным тоном сказал мужчина.       Делать было нечего: они встали и ушли, оставив Шаво и Сержа одних. Басист недоумевающе посмотрел на последнего.       — Мне есть о чем с тобой поговорить. — Кудрявый сел поближе к другу. — Что произошло той ночью?       Шаво выдохнул, начиная рассказывать:       — Ты знаешь, что я поднялся на второй этаж, чтобы позвать Дарона. Я его позвал, но он отказался - сказал, что хочет побыть один. Ну, понимаешь, кризис у него. Я стал возвращаться по коридору, дошел до лестницы, и услышал позади шаги. Подумал, что это Дарон передумал, и развернулся, и мне как прилетело! У меня аж вся жизнь перед глазами прошла.       — Ты видел, кто на тебя напал? — Притихшим голосом спросил Серж.       — Я толком разглядеть его не успел. — Шаво вдруг посмотрел на него своим пронзительным взглядом. — А ты догадываешься, кто это мог быть?       — Да... — Вокалист хотел указать на Дарона, но решил не торопить события. — Я думаю, это сделал аноним.       — Я ему зачем? — Басист поднял брови, удивленно смотря на кудрявого.       — Он узнал, что ты меня расстроил. Ну, типо, ты хотел подать на меня суд.       — А как он это узнал?..       — Ну...я написал ему письмо с жалобами... — Серж неловко закусил губу, опуская взгляд.       Между ними повисла тяжелая, напряженная тишина, прежде чем ее нарушил хмурый Шаво:       — Придурок... — Он потер переносицу, прорычав маты про себя. — Ну и нахуя ты это сделал?       — Мне нужно было выговориться. — Резко ответил Танкян, затем снова виновато опустил взгляд. — Я не думал, что все так получится... Я не ожидал, что он попытается убить тебя.       — Он просто ненормальный. — Шаво закатил глаза. — Мало того, что преследует тебя, так еще и нападает на всех. Нахрена это ему?       — Он...в каком-то смысле...одержим мной. — Серж достал из-за пазухи открытку, передавая ее Шаво.       Тот сначала скептически посмотрел на полу-эротический рисунок, затем начал читать содержимое. С каждой секундой лицо приобретало все более хмурый вид. Наконец, он серьезно посмотрел на мужчину, заговорив:       — Серж, тебе нужно оборвать любую связь с ним. В первую очередь выкидывай эти открытки нахер — желательно не распечатывая, прямо на помойку. Не смей их читать! Этим ты буквально отвечаешь ему. И...я не знаю, съедь на какое-то время к родителям, к нам, короче, не оставайся один. А еще лучше — найми охрану. И никаких писем ему не пиши, даже если хочешь его послать — по любому он тебя где-нибудь в подворотне прикончит. В общем, обезопась себя со всех сторон.       Настороженный Серж прислушался к словам Шаво и, сглотнув, кивнул ему. Они на прощание вновь обнялись, прежде чем Танкян покинул палату.

***

      Жизнь шла своим чередом, несмотря на тревогу Сержа. Теперь, каждый раз замечая подарок, он выкидывал его в мусор, как, собственно, и посоветовал ему Шаво. К удивлению, аноним был настойчив: почти каждый день он безуспешно носил коробочки с цветами, но те каждый раз безжалостно оставались на дне мусорного бака. А Танкяну плевать: его этот поклонник доконал до такой степени, что ненароком он чуть не написал гневное письмо ему, чтобы отвалил раз и навсегда. От этого отвлекало посещения в больницу, где басист шел на поправку и вскоре должен был выйти. К сожалению, до начала концерта вряд ли выздоровеет.       Но тревожность шептала ему, что такая идиллия временная. И вскоре она оказалась права.       Серж, как всегда, проснулся утром и сонно встал. Протерев глаза, он зевнул и захотел посмотреть время. Вдруг его сердце пропустило удар: на тумбе стояла открытка и лежала белая лилия. В неверии вокалист помотал головой и еще раз протер глаза: но открытка стояла на месте, а взгляд нарисованного Танкяна глядел прямо на него в немом вопросе. Мужчина собрался выкинуть неожиданные подарки, но та маленькая толика любопытства принуждали его открыть и почитать содержимое. Не сдержавшись, кудрявый дрожащими руками открыл ее. И его встретил текст:       «Мой драгоценный ангел,       Чем я Тебя обидел? Что я сделал?       Неужели Ты переживаешь за этого ублюдка? Который хотел подать на Тебя в суд? Ты меня поражаешь. Я хотел лишь как лучше.       Ты из-за этого выбрасываешь все мои подарки? О, Серж, порой Ты просто бессердечен! Хотя... Я слышал ваш разговор. Это он сказал Тебе это сделать? О, я бы убил его, но тогда Ты окончательно меня возненавидишь...       Стоит ли мне дальше лелеять о нашей встрече? Даже не знаю. О, мой Серж, прояви хоть каплю милосердия и прекрати терзать мое сердце!»       — О, я устрою тебе милосердие!       Серж в злости смял открытку и кинул куда-то в угол комнаты. Лилию он решил не трогать — пусть засохнет. Первым делом он подбежал к двери, тут же ища признаки взлома. Он точно помнил, что запирал дверь перед сном, так что аноним никак не мог проникнуть к нему в дом. Если только...       У него есть дубликат ключа       Холодок пробежал по спине. Серж прислонился к двери, сползая вниз. Откуда? Как он мог его сделать? Тут к нему в голову пришло то, что кто-то мог залезть ему в карманы одежды, оставленной в гримерке, пока он был на выступлении. Дрожь пробежала по телу, и мужчина закрыл глаза. Он должен разобраться с этим анонимом раз и навсегда. Мысли вновь вернулись о Дароне, и он стал сопоставлять все факты. Он постоянно был рядом, он умеет рисовать... он даже уезжал куда-то на месяц, не сказав никому.       Серж распахнул глаза. Все стало на места — и нападение, и настроение, и открытки. В ярости он стукнул кулаком по полу, рыча, и встал, быстро зашагав по дому. Он не мог поверить в то, что Дарон мог это все сделать. Но все факты говорили об одном — и все это парень успешно скрывал и вел себя, как обычно.       До самого вечера Танкян бесился и думал, что делать. Снова взяв смятую открытку, он решился на разговор. Быстро собравшись, мужчина тут же вышел из дома и сел в машину. Доехав до дома Дарона, он быстро набрал на домофоне его квартиру. Какое-то время, казавшееся вечностью, шли только гудки, затем до него донеся уставший голос:       — Кто?       — Это Серж. Дарон, открой дверь!       Раздался сигнал, и кудрявый влетел в подъезд, быстро добираясь до этажа и колотясь в дверь. Замок отворился, и из-за проема показалась макушка Дарона, который испуганно смотрел на злого вокалиста. Последний ворвался в квартиру, захлопывая дверь, и дошел до стола на кухне. Гитарист аккуратно следовал за ним, боясь издать лишний звук.       Серж достал смятую причину его приезда и кинул на стол, оперся об него и рявкнул:       — Это ты!       Дарон посмотрел на открытку, будто видел ее в первый раз. Он в панике улыбнулся, неловко говоря:       — Я все, конечно, понимаю, но здесь изображен ты...       — Я не об этом. — Рычал Танкян, обвинительно смотря на парня. — Это ты их мне высылаешь!       — О чем ты? — Дарон обнял самого себя, с испугом глядя на него.       — Прекрати строить из себя идиота! — Серж стукнул кулаком по столу, отчего гитарист вздрогнул. — Это все из-за тебя происходит! Просто, блять, признайся!       — В чем?.. — Парень весь трясся, жалобным голосом спросив. В таком бешенстве он еще не видел вокалиста.       — Ты высылаешь мне открытки, ты выслеживаешь меня, ты — да, именно ты! — попытался убить Шаво! Ты пробрался ко мне в дом!       Дарон стоял в шоке и молчал. Он странно поднял руки, глаза заблестели от слез, испуганный взгляд был направлен на Танкяна. Тем временем Серж холодным тоном произнес:       — Я больше не намерен оставаться в группе. Если ты ко мне приблизишься хоть на километр, я вызову полицию, все им покажу и расскажу. Больше не смей следовать за мной, ясно?       С этими словами он развернулся и направился к выходу, толкая плечом замершего парня. За ним раздался убитый голос:       — Серж...постой...       Однако тот проигнорировал его, мигом вылетая из квартиры. Оказавшись на улице, Танкян вдохнул токсичный воздух, и его резко одолело желание курить. Оно царапало горло, руки сами потянулись к пачке, но в спешке он не взял ее. Взгляд зацепился за переулок, где стоял парень и курил сигарету. Решив попытать удачу, Серж подошел к нему и грубоватым голосом спросил:       — Сигареты не будет?       Парень устремил на него взгляд, и в его глазах возникла тень узнавания.       — Да, будет. — Он достал палку, протянув ее вокалисту, и любезно поджег ее.       — Спасибо. — Как только расслабляющий дым оказался в легких, кудрявый поблагодарил его.       — Пожалуйста. — Парень подмигнул ему, а затем, сделав затяжку, спросил. — А что злой такой?       — С другом поссорился. — Ярость все еще кипела в нем, и от нее Сержа затрясло.       — Ого, прям сильно вы посрались. — Парень выдохнул. — Что ссорились?       — Неважно. — Отмахнулся мужчина, делая долгую затяжку.       — М-м-м... — Протянул парень. Вдруг в его глазах зажегся странный огонек. — Эй, чел, а не хотел ли бы ты...расслабиться?       — В каком смысле? — Устало спросил Танкян.       Парень отнюдь не по-дружески положил ему руку на плечо, томно проговаривая:       — Как насчет восхитительного минета известному рокеру?       — Сдурел что ли?! — Громко завопил кудрявый, откидывая от себя руку. Затем более тихо сказал. — Мне это неинтересно.       — Не попробуешь — не узнаешь. — Хихикнул незнакомец, но осекся от свирепого взгляда.       — Отъебись! — Серж выкинул сигарету и собрался уйти.       — Ты!..       Внезапный басовый рык заставил вздрогнуть и вокалиста, и парня. Сначала Танкян, увидев другую крупную фигуру, обрадовался, но затем незнакомец набросился на парня, чуть ли не нокатируя его ударом в челюсть. Повалив на землю, более крупный мужчина начал душить паренька. Серж вышел из ступора и попытался стащить незнакомца, крича:       — Хватит! Ты же убьешь его! Стой!       Вдруг раздался отвратительный хруст, и парень замер, больше не дыша. От этого у Сержа закружилась голова, и он в панике отпрыгнул от убийцы, споткнулся и упал. Он ошарашенно смотрел на мужчину, который встал и развернулся к нему. Лицо было скрыто, лишь зеленые глаза сильно выделялись.       — Прости... — Прохрипел тот, и вскоре скрылся из виду.       Серж минуту сидел, прежде чем подползти к парню. Он притронулся к еще теплой шее, надеясь найти пульс, но тщетно. Мужчина беспомощно оглядывался по сторонам, пока не догадался взяться за телефон. Его сильно трясло, перед глазами все размывалось — казалось, что он никогда не наберет номер службы спасения.       — Серж! — Знакомый голос приближался к нему, и вскоре в начале переулка стоял Дарон. — Серж?..       Сказать, что гитарист впал ступор, это ничего не сказать. А как ему еще реагировать: его друг сидел на коленях, весь дрожал, а возле него — труп. Он вопросительно посмотрел на товарища, и тот вздрагивающим голосом заговорил:       — Это...это не я...он...он убил его...       — Кто? Кто, Серж?       Серж больше не мог говорить: в ушах звенел звук ломающихся костей, перед глазами было синеющее лицо парня, а на него глядел убийца... В его зрачках можно было разглядеть какое-то ужасно-страстное чувство. Мир перед вокалистом покосился, и он рухнул без сознания.