Часть 13

Случилось это почти случайно.В субботу утром тётя Люба,мамина сестра,которая жила в дачном посёлке за городом,неожиданно позвонила.Голос у неё был паническим: сломалась помпа в колодце,муж в командировке,а ей срочно надо было передать Наташе коробку со старыми семейными фотографиями,которые та просила для школьного проекта.Мать,услышав,скривилась: «Опять проблемы.Езжай сама,у меня уборка».Отец лишь буркнул из-за газеты: «Автобусы ходят». Девушка стояла посреди кухни,сжимая телефон.Поездка на трёх автобусах с пересадками в промозглую слякоть загородной трассы казалась маленьким подвигом.И тогда,сама не ожидая,она набрала номер. Он ответил почти сразу,как будто ждал. — Слушаю — Нугзар,здравствуй...Это Наташа.Извини,что беспокою... — Не беспокоишь.Что случилось? Она объяснила.Коротко,сбивчиво.Про тётю,про колодец,про автобусы. — Где ты сейчас? — спросил Нугзар,без лишних вопросов. — Дома — Буду у дома через двадцать минут.Оденься теплее,там за городом холодно Она выдохнула с облегчением,которое тут же сменилось лёгкой дрожью.Она не просила его о такой услуге.Он предложил сам.Как о чём-то само собой разумеющемся. Лазарева надела самую тёплую куртку,шапку,взяла небольшую сумку.Родители даже не поинтересовались,как она доберётся.Дядя Сережа,который как раз зашёл за дрелью,однако,кивнул с пониманием: «С Нугзаром? Хорошо.Он надёжный». Чёрная БМВ уже ждала у подъезда.Херейд вышел,чтобы открыть ей дверь,кивнул в ответ на её смущённое «Привет» и «Спасибо».В салоне было тихо,грело.Пахло,как всегда,кожей и кофе.Он тронулся с места. Поездка была молчаливой,но не неловкой.Кудрявый сосредоточенно вёл машину,обходил лужи и ямы на разбитой дороге.Она смотрела в окно на проплывающие мимо оголённые поля,серые леса,редкие покосившиеся дома.Мысли путались.Наталья вспоминала металлическую птицу в пенале,который теперь всегда был с ней.Вспоминала его слова в ночном переулке.Его спокойный голос по телефону.Его спину,заслонившую её от Степана.И тот сон...снился он ей ещё не раз.Сон о гирляндах в гараже и обещании. — Мысли плохие? —тихо спросил он,прерывая её размышления. — Нет,всё хорошо, — Наташа посмотрела на его профиль.Парень был сосредоточен.Глаза прищурены от света,падающего сквозь грязное лобовое стекло. — Спасибо,что согласился.Я могла бы и на автобусе... — Глупости, — отрезал он. — Зачем трястись в автобусе,если я свободен? Они доехали без приключений.Тётя Люба,растроганная и взволнованная,встретила их у калитки,быстро вручила девушке тяжёлую картонную коробку,сунула юноше в благодарность банку домашних солёных огурцов.Он вежливо,но твёрдо отказался,сказав,что просто помог знакомой.На обратном пути Лазарева чувствовала себя уже спокойнее.Дело было сделано.Она выполнила поручение.И он был рядом. Дорога назад казалась короче.Солнце,спрятавшееся за тучами,начало клониться к горизонту,окрашивая небо в сизо-лиловые тона.В салоне сгущались сумерки.Он включил фары,и мир за окном сузился до полосы света впереди. Наташа перестала смотреть по сторонам.Её взгляд невольно прилип к нему.К его рукам,лежащим на руле.К его лицу,освещённому теперь мягким зелёным светом приборной панели.Он выглядел усталым,но собранным.Он был здесь.С ней.И делал для неё простые,бытовые вещи,которые никто другой делать не хотел. В груди у неё что-то ёкнуло,тёплое и щемящее.Это не было внезапным озарением.Это было тихим,окончательным признанием самой себе.Девушка не просто доверяла ему.Не просто нуждалась в его защите.Её тянуло к нему.К его тишине.К его силе.К его нежности,которую он прятал за суровостью. Машина мягко затормозила у её дома.Гибадуллин заглушил двигатель,но не сделал движения,чтобы выйти или сказать что-то.Он просто сидел,смотря вперёд на темнеющий двор.Руки были всё ещё на руле.Они приехали.Поездка окончена.И Лазарева вдруг отчаянно не хотела,чтобы она заканчивалась.Чтобы эта капсула тишины и безопасности распалась,выпуская её обратно в холодную реальность её жизни. Импульс пришёл сам.Без мыслей,без анализа.Она отстегнула ремень безопасности,сделала лёгкое движение в его сторону.Он повернул голову,вопросительно подняв бровь.И в этот момент она наклонилась и мягко,очень быстро,прикоснулась губами к его щеке.К тёплой,немного шершавой от щетины коже. Это был не поцелуй влюблённой.Это был жест благодарности,доверия,нежности.Жест ребёнка? Нет.Ощущение было другим.Она отпрянула,сразу же покрывшись краской смущения.Что она наделала? Нугзар не отреагировал сразу.Он замер.Потом медленно,очень медленно,повернулся к ней всем корпусом.Его лицо в полумраке было нечитаемым.Тёмные глаза смотрели на неё изучающе,но без гнева или отторжения.Он смотрел так долго,что Наташе захотелось провалиться сквозь сиденье. И тогда Херейд сам наклонился.Не спеша,давая ей каждую долю секунды,чтобы отстраниться,если она захочет.Но она не двигалась.Она затаила дыхание.Его губы коснулись её губ.Сначала просто,едва заметно,словно проверяя – реальность ли это,не мираж ли.Потом ещё раз,чуть увереннее,но всё так же нежно,с невероятной,бережной осторожностью. Это не было страстью.Это было вопрошанием.И разрешением.И признанием. Девушка ответила.Её губы приоткрылись в лёгком,непроизвольном вздохе,и она ответила на его касание.Поцелуй был медленным,мягким,исследующим.В нём не было жадности,нетерпения,страха.Была только тихая,глубокая радость узнавания.Как будто они оба нашли что-то,что давно искали,и теперь просто подтверждали:да,это оно. Кудрявый прикоснулся пальцами к её щеке,лёгкое,почти невесомое прикосновение,и отстранился.Они сидели совсем близко,дыхание смешалось,запотело стекло со стороны Лазаревой.Они смотрели друг на друга в полутьме салона,освещённые только отблеском уличного фонаря. И он улыбнулся.Не широко.Уголки его губ просто дрогнули и потянулись вверх,освещая всё его обычно строгое лицо тёплым,сокровенным светом.В его глазах больше не было усталости.Было облегчение.И что-то ещё...нежность? Да,именно так.Та самая нежность,что сквозила в его поступках,но которую он никогда не выставлял напоказ. Наталья ответила ему улыбкой.Широкой,немного неловкой,счастливой.Улыбкой,от которой щёки начали болеть,а в глазах выступили предательские слёзы не от горя,а от переполнявшего её чувства.Это было не «спасибо».Это было «да». Никто не сказал ни слова.Слова были бы лишними,грубыми,они разрушили бы хрупкую магию этого момента.Парень снова повернулся к рулю,завёл машину,словно давая ей понять,что момент прошёл,но он не отменён.Он вписан в реальность.Он просто выключил двигатель,который завёл по инерции. — Иди, — тихо сказал юноша,не глядя на неё. — А то замёрзнешь. Наташа кивнула,хотя он этого не видел.Взяла сумку и коробку с фотографиями. — Спасибо.За всё — Обращайся, — ответил он. Девушка вышла из машины.Он не уезжал,пока она не скрылась в подъезде.Она поднялась на свой этаж,прислонилась к двери квартиры,прислушиваясь к тишине за ней.Сердце стучало где-то в горле,а на губах ещё горело воспоминание о его прикосновении.Она потрогала их пальцами.Они улыбались сами по себе. Войдя в квартиру,Лазарева встретила равнодушный взгляд матери:«Привезла? Отдай сюда».Наталья молча передала коробку.Мир внутри квартиры был прежним: холодным,отчуждённым.Но внутри неё самой всё перевернулось.Там теперь был секрет.Тёплый,живой,настоящий.Не металлическая птица в пенале,а ощущение его губ на своих и его улыбки в темноте машины. Наташа прошла в свою комнату,закрыла дверь.Не включая свет,подошла к окну.Внизу,в тени,всё ещё стояла чёрная машина.Он ждал.Убеждался,что она дошла.Потом фары мелькнули,и он медленно,неспешно,тронулся с места и исчез в ночи. Девушка прижала лоб к холодному стеклу.В груди бушевала буря из радости,страха,неверия и ликования.Он поцеловал её.Он ответил.Он улыбнулся.Это было началом чего-то нового.И конца чему-то старому.Она больше не была несчастной школьницей,за которой приезжает взрослый мужчина из жалости.Она была...ей.А он – им.И между ними теперь существовала невидимая,но прочнейшая нить,сотканная из доверия,защиты и этого одного,невероятно нежного поцелуя в темноте зимнего вечера