XVI. отголоски прошлого

Старая зижина, находящася на окраине деревни, пряталась от настырных глаз среди древних дубов и высоких сосен. В окнах горел слабый свет. Пусть рядом и располагалась тропинка, ведущая в лес, Полюшка не боялась незваных гостей. Она всегда предпочитала природу цивилизованному обществу, не умеющему наслаждаться спокойствием и всегда стремившемуся причинить друг другу вред, руководствуясь самыми нелепыми причинами. Полюшку никогда не тяготило молчание, и ей нравилось занятие, которое она выбрала для себя. Изучение лекарственных растений и приготовление разных настоек с детских лет вызывали у нее интерес и азартных блеск в глазах. С годами это не изменилось. В каком-то смысле судьба распорядилась довольно-таки забавно, раз Полюшка, призирающая большинство из людей, так или иначе помогала им. Это было ее призванием и в то же время проклятием. Особенно в годы юности, когда простой люд был более суеверен, чем сейчас, и во всем видел происки темной магии. Вспомнив об этом, в голове замелькали воспоминания давно минувших лет, о которых Полюшка старалась не думать. Стало одновременно слишком тяжело и так радостно на душе. Но последние пару дней целительница невольно блуждала по лабиринтам своей юности, в которые ее заманивали неспокойные сны. Это начало происходить после визита Мираджейн Штраус, которую мучил похожих недуг. Полюшка долго вела кочевой образ жизни и только пятнадцать лет назад, когда ее ноги устали блуждать по грешной земле, она решила найти себе пристанище и выбрала эту деревеньку. Семейство Штраусов Полюшка успела застать в полном составе, и оно являлось одним из самых достойных. Люди здешних мест в большинстве своем отличались добродушным нравом и сумели принять сварливую странницу, которая оказывала им помощь в трудный час. Штраусы не являлись исключением из правил и тоже обращались к Полюшке в минуты, когда их детей мучала простуда. Но в один год все изменилось. Младшие Штраусов остались одни после того, как их родители не сумели побороть грипп, который глава семейства привез, вернувшись после длительной поездки. Болезнь эта была совсем не изучена и даже умений Полюшки не хватило, чтобы исцелить их семью. Старшей девочке, Мираджейн, в тот год едва исполнилось тринадцать лет, и она сильно повзрослела, взвалив на свои плечи заботу о младших сестре и брате. Мираджейн с детства была непоседливой и проказливой девицей с непростым характером, но в ней чувствовался стержень. За это Полюшка невольно прониклась к юной Штраус уважением. Мираджейн напоминала Полюшке себя в молодости. Только в отличие от Штраус, она не отличалась дружелюбием. Да и родных, которых нужно оберегать от невзгод, у нее не было. Она привыкла полагаться на свои силы, пока не встретила одного охотника на нечисть. Неимоверно раздражающего и болтливого. Упертого и приставучего. Было у него много черт характера, которые Полюшка терпеть не могла. Но его непоколебимая вера в других, верность своим идеалам и умение любить, даря свое тепло вместе с светлой улыбкой, подкупало. Мысли о нем Полюшка гнала от себя, и со временем она научилась жить, совершенно отгородившись от воспоминаний. Но история Мираджейн, в которой пусть и сосредоточилось много недосказанности, вызывала отклик в сердце Полюшке. Целительница вдруг поймала себя на осознании того, что их с Штраус ситуации в каком-то смысле похожи. И это, признаться, насторожило ее. С такими размышлениями Полюшка встретила очередной день, и сама не заметила, как отвлеклась от содержимого котла. Ругая себя за излишнюю и совершенно неуместную сентиментальность, женщина выругалась вслух и оттого не сразу поняла, что все это время к ней настойчиво стучали в дверь. — Что такое? — спросила Полюшка, не скрывая своего раздражения, — Кому понадобилось беспокоить меня в столь ранний час?! Дверь осторожно приоткрылась, и Полюшка увидела девушку среднего роста с белоснежными локонами, которые достигали до плеч. Она сразу же узнала в своей посетительнице Лисанну Штраус, младшую сестру Мираджейн. Они были довольно-таки похожи, только в отличие от старшей, Лисанна всегда-таки отличалась более миловидными чертами лица. Не наблюдалось в ней шлейфа чего-то рокового и дерзкого. Лишь кроткое ангельское очарование. Впрочем, и этого достаточно для того, чтобы приковывать мужские взоры. — Полюшка, прости. Не могла прийти позже, не хочу, чтобы Мира знала о моем визите к тебе. — голос Лисанны звучал тихо и осторожно. — Мы с Эльфи очень тревожимся за сестрицу… Это было очевидно и без лишних слов. Полюшка усмехнулась, поставив котел на стол и убедившись в том, что зря перевела ингредиенты для отвара. Ибо из-за того, что она не успела вовремя проделать столь простое действие, целебные травы утратили свое свойство. Теперь варево можно смело вылить. Совсем дура старая ополоумела! — Мираджейн вам ничего не рассказывает? — Полюшка строго посмотрела на Лисанну. — Или вы ей не верите? После последнего вопроса Лисанна густо покраснела. Видимо, Полюшка зрела в корень проблемы. — Дело вовсе не в недоверии. Мираджейн с детства привыкла оберегать меня и Эльфмана. Она с нами делится своими проблемами, но наверняка считает, что не должна обременять ими. А мы очень хотим ей помочь. — Она сделал паузу, словно подбирая нужные слова. — Мираджейн сама не своя после всей этой страшной истории. Полюшка кивнула, обдумывая сказанное Лисанной. Семья Штраусов столкнулась с непростым испытанием, однако они продолжали держаться вместе и поддерживать друг друга. А это дорогого стоило. — Я все понимаю, — рассудила Полюшка. — Однако пока нам мало чего известно, чтобы делать какие-либо выводы. Мираджейн здорова телом, но вот ее душа и сердце явно в разладе. Вы должны оставаться рядом. А дальше все станет ясно. Еще следите за тем, чтобы Мираджейн принимала снадобье, которое я ей приготовила. Лисанна облегчённо вздохнула, скрестив руки на груди. — Спасибо, Полюшка. — произнесла она. — После разговора с тобой мне стало чуточку легче. — Не благодари меня, дитя, — Полюшка покачала головой. — Я сказала то, что тебе было известно и без меня. Лисанна ничего не ответила, только молча кивнула и, попрощавшись, вышла их дома, оставив целительницу в одиночестве.

***

— Послушай, охотник, — Бикслоу схватил Лаксуса за плечо, намекая, чтобы тот немного притормозил. Дреяр смерил его хмурым взглядом, и рыцарь решил сразу перейти к делу, — Эвергрин известна своими переменами настроения и капризами. Иногда она может быть ласковой и щедрой, а потом становится холодной и отстранённой. Её настроение зависит от её восприятия и от того, как мы обращаемся с природой и магией. — Он сделал паузу. — Если ты не будешь осторожен и не проявишь уважение к её миру и способностям, она может воспринять это как оскорбление. Лаксус кивнул, обдумывая слова Бикслоу и заоодно удивляясь, как этот надоедливый Кингсли, не умеющий вести себя тактично, сумел расположить к себе фею. — Я учту это, — наконец сказал он. Лаксус и Бикслоу шагнули на порог жилища феи Эвергрин, небольшого, но ухоженного домика, увитого плющом и цветущими растениями. Они ничего не успели предпринять, раздался звон колокольчика, и дверь приоткрылась. Внутри царила палитра зелёного света, пропускаемого через листья, что придавало месту мистическую атмосферу. Мебели было немного, и вся выполнена из древесины, оттого создавалось впечатление, что они нахожились на лесной поляне, а не в чьем-то жилье. Фея Эвергрин выглядела так, как и ожидалось от лесного волшебного существа: изящная, с утончёнными чертами лица, покрытого лёгким румянцем. Её длинные русые волосы спадали каскадом на плечи, почти сливаясь с изумрудном нарядом, украшенным тонкими ветвями и листьями. На носу у неё сидели маленькие очки в золотистой оправе, которые придавали ей строгий вид, но отнюдь не портили ее внешность. Её карие глаза были полны мудрости и недовольства, когда она заметила Лаксуса, вошедшего вслед за Бикслоу. Фея стояла посреди комнаты, держа в руках хрупкий кристалл, который, судя по всему, она тщательно изучала. На столе перед ней лежали книги с потёртыми корешками, старинные свитки и сосуды с разного рода травами. Явно погруженная в своё занятие, она подняла взгляд на рыцаря и нахмурилась еще больше. — Мне следовало догадаться, что это ты! Я уже говорила тебе, Бикслоу, что не собираюсь тратить своё время на встречу с разными проходимцами, которых ты приводишь ко мне. — резко начала Эвергрин, — У меня есть свои дела, и я не собираюсь отвлекаться на таких, как он, охотников на нечисть, — она кивнула в сторону Лаксуса, её взгляд был острым, как клинок. — Ну, дорогая Эва, — Бикслоу склонил голову, пытаясь изобразить невинную улыбку, — я же не мог оставить друга в беде. Ты же знаешь, какой я добрый и щедрый человек! — его голос звучал слишком весело, как будто он не слышал её упрёков. — Тем более, что наш охотник здесь по важному делу. Пришел только за помощью. И, кстати, когда я в прошлый свой визит называл тебя милой, ты выглядела не такой угрюмой! — Не смей называть меня «милой»! — возразила Эвергрин, её глаза сверкнули гневом, но затем она вздохнула, устало покачав головой. — Исчезните отсюда. Немедленно! Я занята важными делами. — Она положила кристалл на стол, явно не готовая оставлять его без внимания надолго. Бикслоу сжал кулаки, но его голос оставался спокойным, хотя в нем уже чувствовалось напряжение. — Эвергрин, ты несправедлива, — парировал рыцарь. — Лаксус — мой друг, и он не какой-то случайный охотник на нечисть. У него есть причина быть здесь. Он страдает и нуждается в твоей помощи. Эвергрин фыркнула, её крылья слегка вздрогнули, и вокруг неё поднялся лёгкий ветерок. — Бикслоу, у меня что синдром крестной феи? Магия по щелчку пальцев даром? — фея воинственно скрестила руки на груди, — Друзья, страдания... — повторила она с усмешкой. — Ты знаешь, что я не доверяю охотникам. Они всегда что-то скрывают. Как я могу быть уверена, что он не собирается причинить вред моему лесу? Бикслоу шагнул вперёд, его глаза встретились с её. — Я не привёл бы его к тебе, если бы не был уверен в его намерениях, — твёрдо сказал он. — Но тебе нужно дать ему шанс, как ты давала мне. Бикслоу не сдержался от легкого смешка, глядя на раздражённую фею. Лаксус, который всё это время стоял молча, угрюмо наблюдая за происходящим, тяжело вздохнул, понимая, что лёгкой беседы здесь не придвидется. Фея вызывала у него противоречивые чувства. Она бесспорно знала толк в магии, но явно отличалась большим высокомерием. Словесная баталия затягивалась, рыцарь и фея пытались перекричать друг друга. Их спор продолжался, напряжение нарастало с каждой секундой. Лаксус понял, как его терпение постепенно тает. Наконец, он не выдержал и решительно прервал их. — Хватит! — крикнул он громко, его голос прорезал воздух. — Давайте закончим с этим и перейдём к делу. Я здесь не для того, чтобы слушать ваши пререкания. Эвергрин повернулась к нему, её глаза сузились. — Ты дерзок, охотник, — произнесла она с холодной улыбкой. — Но мне нравится твоя решимость. Однако, прежде чем я решу, помогать тебе или нет, хочу убедиться, что твои намерения чисты. Она сделала шаг вперёд, её тонкие пальцы потянулись к Лаксусу. — Протяни руку, — властно приказала она, одарив его взглядом, который не терпел возражений. Лаксус нахмурился, но не стал препятствовать. С лёгким раздражением он протянул ладонь, понимая, что у него нет другого выбора. Эвергрин положила свою руку на его, и Лаксус ощутил лёгкое покалывание, которое постепенно усиливалось. Вокруг её пальцев начала искриться зелёная энергия, постепенно перетекающая на его руку. Она закрыла глаза, сосредоточившись на его внутренней сущности, на его мыслях и эмоциях. Лаксус ощущал, как его затаённые чувства и воспоминания поднимались на поверхность. Магия Эвергрин проникала, словно читала его душу, залезая в самые глубокие уголки его сознания. Лаксус почувствовал, как все его сомнения, боль и решимость переплелись, создавая странное ощущение, будто его обнажили перед этой могущественной феей. Через мгновение Эвергрин отпустила его руку, её глаза открылись, и в них блеснула тень понимания. — Хмм, — промолвила она, отходя на шаг назад. — Твои намерения... Они чисты, хотя и пропитаны болью. Я вижу, что ты действительно ищешь помощи, а не пришёл сюда ради исполнения своего ремесла. Но учти, охотник, если ты попытаешься обмануть меня или нанести вред моему народу и лесу, я не пощажу тебя. Лаксус кивнул, скрывая своё раздражение, понимая, что это был необходимый шаг. — Ясно, — сказал он сдержанно. — Я здесь не для того, чтобы причинять вред. Мне нужна помощь, и я готов сделать всё, что потребуется, чтобы её получить. Эвергрин внимательно посмотрела на Лаксуса, её глаза прищурились, словно она снова пыталась проникнуть в самую глубину его души. После паузы она заговорила, её голос был мягким, но в нём слышалась тонкая ирония. — Ты, охотник, либо очень смелый, либо очень глупый, — шепнула она, немного насмешливо. Её слова прозвучали как нечто среднее между сарказмом и комплиментом. Бикслоу, стоявший рядом, неожиданно засмеялся, его смех прозвучал на фоне спокойной тишины леса. — Эва, ты умеешь сыпать комплиментами, — заявил Кингсли. — Сначала называешь его проходимцем, теперь смелым или глупым. Реши уже, что ты о нём думаешь. Эвергрин, чуть усмехнувшись, покачала головой, её крылья зашевелились, словно отражая её настроение. — Бикслоу, — начала она, — не каждый человек в здравом уме решит разделить ложе с суккубом. Это либо признак огромной смелости, либо явного безрассудства. И, признаюсь, мне всегда было интересно узнать, что движет такими людьми. Как только слова Эвергрин о суккубе слетели с её уст, Бикслоу, словно потерял дар речи. Он медленно переводил взгляд с охотника на фею, будто они подкинули ему какой-то невыполнимый план. Вдруг он хлопнул в ладони и рассмеялся. — Ого! Охотник, да, ты полон сюрпризов! — воскликнул он с широкой ухмылкой, его глаза сверкнули от веселья. — Лаксус, ну-ка, расскажи подробности! На правах лучшего друга я просто обязан знать, что там за страсти кипели! — Он наклонился ближе, поддразнивая Лаксуса с непосредственностью. Лаксус же застыл на месте, совершенно не ожидая, что Эвергрин так легко озвучит столь личную и щекотливую тему. Его зрачки глаз расширились от неожиданности, и он буквально застыл. Волна неловкости захлестнула его, заставив замереть, как будто его внезапно поймали с поличным. Он всегда старался держать все свои дела под контролем, а уж тем более то, что касалось Миры являлось слишком сокровенным, чтобы обсуждать это даже с теми, кто ему близок. Чего уж говорить о фее и рыцаре, которых он только недавно встретил на своем пути. — Это... — начал Лаксус, чувствуя себя полным идиотом. Он надеялся, что его замешательство не сильно заметно. Он поёжился от внутреннего дискомфорта, не зная, как вернуться к серьёзному разговору и задать фее волнующий его вопрос. — Это не то, о чём нужно говорить. И уж точно не здесь, — добавил он, его голос звучал более жёстко, чем обычно, но в нём сквозило явное нежелание продолжать эту тему. Лаксус устало провел ладонью по своим и без того взъерошенным волосам. Угораздило же ввязаться во все это. Как же на него это непохоже... Откуда эта неловкость? Эвергрин наблюдала за ним, её выражение лица казалось чуть более лукавым, но она быстро поняла, что перешла границу. — Спокойно, Лаксус, — она сделала шаг назад, давая ему пространство. — Я просто констатировала факт. Но, видимо, попала в точку, и раз ты так напрягся, тебе очень дорога эта демоница. Бикслоу, всё ещё не успокоившись, продолжал веселиться. — Так уж и быть, сегодня мы будем уважать твои секреты, друг мой, — нараспев произнес он, всё ещё смеясь. — Но в следующий раз можешь хотя бы намекнуть, если у тебя опять будет такой опыт. Лаксус раздражённо потер виски, стараясь успокоиться и сосредоточиться на деле. «Сегодня» прозвучавшее из уст рыцаря напрягало и явно гарантировало, что он ещё непременно пристанет к нему с расспросами. — Хватит, Бикслоу, — бросил он, теперь более сурово. — Повторяю, это не тема для обсуждения, и я хочу забыть, что вообще услышал это здесь. Эвергрин, наблюдая за ними, усмехнулась. Бикслоу когда-нибудь точно кто-нибудь прибьет за его нрав! — Ладно, Лаксус, отсынь, — сказала она уже более спокойным тоном. — Я поняла, что ты достаточно решителен и искренен в своих стремлениях. Итак, продолжим разговор? Лаксус кивнул, наконец сумев взять себя в руки и отложив в сторону все посторонние мысли. — Да, — ответил он, решительно настроенный. — Давайте вернёмся к делу. Лаксус сжал челюсти, чувствуя, как раздражение внутри него снова поднимается. Он понимал, что Эвергрин проверяет его, но её слова, произнесённые таким тоном, не способствовали спокойствию. — Возможно, это просто отчаяние, — ответил он, глядя прямо на фею. — Я никогда раньше не имел дел с магией, чтобы решить личные проблемы. Эвергрин оценивающе посмотрела на него, её взгляд стал более внимательным. — Может быть, — кивнула она, — но отчаяние тоже требует храбрости. Ты же понимаешь, что любое твое слово, любой поступок будут взвешены? И если ты нарушишь равновесие, последствия будут непредсказуемыми. Поэтому еще раз подумай, так ли нуждаешься ли ты в моем колдовстве. Ты с виду совсем не кажешься глупым. Разве что немного бестолковым. Бикслоу покачал головой, продолжая улыбаться: — Ну вот, Лаксус, ты получил и комплимент, и предупреждение одновременно. Весьма в стиле Эвы. Эвергрин с легким вздохом отвернулась, будто бы скрывая слабую улыбку. Затем, вернувшись к теме разговора, она продолжила. — Сразу говорю, суккубов в людей не превращаю, — сказала она. Она внимательно наблюдала за реакцией Лаксуса, ожидая, как он отреагирует на её заявление. Лаксус резко повернулся к ней, его глаза метнули гневный взгляд. — Да вы ничего не поняли, — возразил он, его голос дрожал от сдерживаемого раздражения. Он не мог поверить, что Эвергрин так неправильно истолковала его ситуацию, о которой он толком не успел рассказать! Но прежде чем он успел объясниться, Бисклоу снова встрял в разговор, явно наслаждаясь происходящим. — В смысле? — вмешался он с лукавой улыбкой. — Ты делишь ложе уже с кем-то ещё? Вот это действительно охотник! Хмурый коллекционер сердец! Он игриво толкнул Лаксуса в плечо, но, увидев, как его друг помрачнел, приостановился. Лаксус собирался резко возразить, готовый наконец расставить все точки над «i», но внезапно его тело сковала резкая, неожиданная боль. В глазах потемнело, и мир вокруг начал вращаться, а он утратил способность ориентироваться в пространстве. Дрея пошатнулся, едва не упав на пол, но Бикслоу, заметив это, мгновенно среагировал и подхватил его за плечо, удерживая от падения. — Лаксус! — воскликнул Кингсли, вся его игривость тут же исчезла, сменившись тревогой. Он держал Лаксуса крепче, стараясь, чтобы тот не упал. — Что с тобой? Эвергрин, увидев, что произошло, мгновенно сделала шаг вперёд. Её лицо стало серьёзным, лишённым прежней насмешливости. — Это магическое истощение, — произнесла она, быстро оценивая состояние Лаксуса. — Ты слишком напряжён и истощён эмоционально, а теперь, видимо, ещё и физически. Ты должен был сказать об этом раньше. Лаксус, стиснув зубы, пытался справиться с болью и вернуть себе контроль. Он крепко вцепился в руку Бикслоу, чувствуя, как сознание понемногу возвращается к нему. — Всё... нормально, — прохрипел он, хотя его голос звучал слабее, чем ему хотелось бы. — Просто неожиданно... Эвергрин вздохнула, на её лице появилось выражение сочувствия, чего Лаксус совсем не ожидал. — Ты не можешь продолжать в таком состоянии, — мягко, но твёрдо сказала она. — Если ты хочешь осуществить задуманное, нужно позаботиться о себе. Я помогу тебе восстановить силы, но дальше так не пойдёт. Бикслоу нахмурился, всё ещё поддерживая Лаксуса. — Лаксус, нам нужно сделать перерыв. Если ты не можешь сейчас объяснить, что происходит, тогда мы должны дать тебе время прийти в себя, — сказал он, его голос был полон тревоги и заботы. Лаксус кивнул, всё ещё пытаясь собраться с силами. — Может быть, вы правы, — признал он, наконец позволяя себе признать, что его состояние хуже, чем он хотел бы показать. — Но это не меняет того, что я пришёл сюда с конкретной целью. Эвергрин с раздражением посмотрела на Бикслоу, затем на Лаксуса, который с трудом держался на ногах. — Помоги мне довести его до кровати у окна, — строго велела она, однако в голосе звучала забота, которую она старалась скрыть. Бикслоу, не раздумывая, поддержал Лаксуса и осторожно повёл его к указанному месту. Лаксус, шатаясь, пытался держать себя в руках, но сила покидала его слишком быстро. Когда они добрались до кровати, Бикслоу аккуратно уложил его, стараясь сделать это как можно мягче. — Не хватало мне ещё, чтобы этот охотник здесь умер, — проворчала Эвергрин, осматривая Лаксуса. Её крылья слегка вздрогнули от беспокойства, хотя она и пыталась казаться равнодушной. Бикслоу, стоявший рядом, лишь покачал головой и с лёгким сарказмом ответил: — Ну так колдуй быстрее, если не хочешь его потерять. — Я не лекарь, Бикслоу, — произнесла она более спокойно. — Но я постараюсь сделать всё, что могу. Она склонилась над Лаксусом, её руки начали медленно светиться мягким зелёным светом. Фея осторожно провела ладонью над его телом, чувствуя его энергию и состояние. — Он действительно сильный, — отметила Эвергрин, изучая Лаксуса. — Но на его теле много ран, и они получены совсем недавно.Они не успели зажить, и это истощило его силы. Но самое главное — его связь с суккубом. Она высосала из него часть жизненной силы. Если бы он продолжал в том же духе, то скоро бы полностью ослабел. Бикслоу нахмурился, слушая её слова. — Значит, все из-за связи с суккубом? — переспросил он, теперь уже без тени веселья в голосе. — С этим нужно что-то делать, Эва. Эвергрин раздраженно цокнула языком. Будто она сама не знала! Она продолжила колдовать над Лаксусом: — Я постараюсь восстановить его силы, но это займёт время. Он должен будет отдохнуть и набраться сил. Это не просто раны и истощение, это глубокая потеря энергии. Если он хочет полностью восстановиться, ему придётся быть более осторожным в будущем. Лаксус, чувствуя мягкое тепло, исходящее от рук Эвергрин, с трудом открыл глаза и посмотрел на неё. — Я... благодарен, — пробормотал он, стараясь побороть слабость. Эвергрин взглянула на него с ухмылкой, но быстро скрыла её за маской равнодушия. — Ты должен благодарить не меня, а свои внутренние силы, — сказала она, продолжая лечить его. — Я лишь помогаю им вернуться. Но это не будет легко. И запомни, Лаксус, если ты опять будешь играть с суккубом, то в следующий раз я не смогу тебе помочь. — Нет, она… не суккуб, вы ничего не знаете, — снова выдавил из себя Лаксус, с трудом удерживая сознание и закрывая глаза. — И я пришел сюда не для того, чтобы меня лечили... Эвергрин устало вздохнула. Бикслоу всегда умел подкинуть ей проблем, но чтобы настолько серьёзных — это было что-то новое. Хотя она и не особо жаловала охотников, в этот момент ей даже стало немного жаль этого совершенно незнакомого ей человека. Она не любила бессмысленные страдания и уж тем более не желала никому смерти без причины. — Помолчи, — резко оборвала она Лаксуса, сосредоточившись на магии и пытаясь остановить кровотечение, которое продолжало истощать его. Затем, бросив взгляд на Бикслоу, добавила: — А ты подержи его. Потом задашь новые дурацкие вопросы. Бисклоу послушно подошел ближе. В его глазах всё ещё мелькала тревога, но он доверял Эвергрин и знал, что она сделает всё, что в её силах. Эвергрин сосредоточенно продолжала своё заклинание, медленно восстанавливая жизненную энергию Лаксуса и очищая её от негативного воздействия. Это была сложная работа, требующая максимальной концентрации, но фея оказалась терпелива и методична. Её движения были уверенными, но в глубине души она поражалась тому, насколько Лаксус безрассуден. — Все-таки ужно быть полным идиотом, чтобы делить ложе с суккубом, не думая о последствиях, — пробормотала она себе под нос. Лаксус, чувствуя, как ее магия проникала в его тело, стиснул зубы. Восстановление протекало болезненным, каждое её прикосновение казалось обжигающим, но он понимал, что это единственный путь к спасению. Боль пронзала его, словно напоминание о том, через что ему пришлось пройти, но он не сдавался. Стиснув кулаки, он терпел и ждал, когда восстановится настолько, чтобы снова встать на ноги. — Потерпи немного, охотник, — сказала Эвергрин, слегка смягчившись, хотя её голос всё ещё оставался твёрдым. — Осталось немного. Лаксус молча кивнул, внутренне борясь с болью и изнеможением. Ему было тяжело признать, что он нуждался в помощи, но в этот момент он был благодарен Эвергрин за то, что она не оставила его на произвол судьбы. Эвергрин закончила колдовать над Лаксусам, и спустя несколько минут после завершения магического ритуала охотник погрузился в глубокий, целебный сон. Его дыхание стало ровным, а лицо наконец расслабилось, избавившись от напряжённого выражения, с которым он боролся в последние часы.

***

Прошло три дня, прежде чем Лаксус, медленно открывая глаза, начал приходить в сознание. Первое, что он почувствовал, было удивительное облегчение — боль, мучившая его ранее, почти исчезла, а силы начали постепенно возвращаться. Он с трудом сел на кровати, не сразу понимая, где находится и как долго проспал. Когда разум прояснился, Лаксус осмотрелся. Он находился в небольшой комнате с простыми, но уютными деревянными стенами. Рядом с кроватью стояли стол и стул, а у окна виднелся просторный пейзаж. В этот момент дверь тихо приоткрылась, и в комнату вошёл Бикслоу, одетый не в свои обычные доспехи, а в простую тунику и бриджи. Видимо, за прошедшие дни рыцарь успел сменить боевые одежды на что-то более удобное. — Наконец-то проснулся, — с облегчением сказал Бикслоу, подходя к Лаксусу. — Как самочувствие? Лаксус кивнул, чувствуя благодарность за помощь. — Намного лучше, — ответил он, его голос был ещё немного хриплым после долгого сна, но в нём уже звучала прежняя сила. — Я даже не помню, как заснул. Кажется, всё было как в тумане... Бикслоу улыбнулся и кивнул. — Три дня проспал, как убитый, —произнес Кингсли. — Мы уж думали, что тебе понадобиться ещё одно заклинание, чтобы пробудиться от сна. В этот момент из-за ширмы, находящейся в углу комнаты, появилась Эвергрин. Она держала в руках старый фолиант, в котором, видимо, что-то изучала, пока Лаксус восстанавливался. — Как охотник? — спросила она, её голос был лишён сарказма, и в нём слышалась лёгкая забота, хотя она явно старалась не показывать это слишком явно. Лаксус повернулся к ней и, встретившись с её взглядом, искренне поблагодарил: — Спасибо, Эвергрин. Я знаю, что это было нелегко, и я вам многим обязан. Если бы не вы... Эвергрин махнула рукой, отводя глаза. — Не стоит благодарности, — отрезала она, — Главное, что ты жив. Но будь осторожен. В будущем таких ошибок лучше не повторять. Бикслоу, наблюдая за их разговором, в кои-то веки молчал, а фея продолжала: — Ладно, охотник, раз ты теперь снова в сознании, думаю, нам стоит продолжить нашу беседу. Мы так и не закончили разговор перед твоим внезапным отключением. Уверена, у тебя есть, что сказать. Лаксус кивнул, понимая, что время пришло. Он глубоко вздохнул, стараясь собраться с мыслями, чтобы наконец объяснить, зачем он пришёл и что ему нужно.