Часть 27

Дверь распахнулась так резко, что один из защитных контуров дал трещину и вспыхнул бледным светом. Союзник стоял на пороге, тяжело дыша. Лицо — белое, глаза расширены. — Наш шпион передал… — голос дрогнул. — Пожиратели начали массовые атаки. Несколько очагов сразу. Старые семьи, убежища, скрытые дома. Магический мир под ударом. В комнате стало так тихо, что слышно было, как потрескивают свечи. Катерина почувствовала, как внутри всё сжалось. И прежде чем она успела задать вопрос — В зал влетел второй союзник, мантия растрёпана, щёки горят. — Мы нашли ещё один крестраж! — почти выдохнул он. — Медальон Слизерина. Настоящий. Проверено. Слова ударили сильнее любого заклинания. Медальон. Тот самый. Не случайная безделушка. Часть его души. Катерина медленно опустилась в кресло, будто ноги внезапно перестали держать. Два удара сразу. Массовые атаки. Крестраж. Слишком синхронно. Слишком точно. Она посмотрела на Регулуса. Он уже смотрел на неё. В их взгляде — понимание. — Он нас разделяет, — тихо сказал Рег. Не предположение. Факт. Ванда медленно выпрямилась, пальцы легли на стол. — Подробности атак. — Разброс по разным районам. Чистокровные дома, убежища магглорождённых, пара скрытых баз второго круга, — ответил первый союзник. — И… Лощина тоже под угрозой. Сириус резко поднял голову. — Что значит «под угрозой»? — Там активность. Метки горели. Воздух стал тяжёлым. Катерина почувствовала, как сердце бьётся слишком быстро. Лили. Джеймс. Малыш. Внутри всё кричало: беги. Но разум шептал: он этого и ждёт. Она встала и прошлась по комнате. — Он хочет, чтобы мы выбирали, — сказала она медленно. — Спасать близких… или уничтожать его бессмертие. Сириус резко повернулся к ней. — Это не игра, Кат. — Именно игра, — ответила она. — И он ведёт её лучше нас. Регулус шагнул вперёд. — Если мы пойдём спасать — крестраж останется. Если пойдём за медальоном — семьи останутся под ударом. Ванда смотрела на Катерину, не мигая. — Что для тебя важнее? Это был самый тяжёлый вопрос. Катерина закрыла глаза. Она видела лицо Лили. Её смех. Её ребёнка. И видела Лорда — холодного, расчётливого. Если он бессмертен — война никогда не закончится. Если он убьёт Лили — Сириус никогда не простит. Она открыла глаза. — Орден отправляется защищать семьи. Наши люди — тоже. Ванда, ты координируешь. Римус — с тобой. Сириус смотрел на неё так, будто она только что отдала часть себя. — Тогда я уничтожу медальон, — твёрдо сказал Регулус. Катерина резко повернулась к нему. — Нет. Я не отпущу тебя одного. — У тебя нет выбора, Кат, — его голос стал ниже. — Тебе нужно к Лили. Секунда. Комната замерла. Сириус стоял между ними, будто его физически разрывали. Брат — которого он едва вернул в свою жизнь. И она — его шторм. Катерина подошла к нему ближе, почти вплотную. — Защити брата. Его челюсть напряглась. — А тебя кто защитит? Её голос стал тише. — Уничтожьте крестраж. Тогда я смогу его одолеть. Сириус шагнул вперёд. Их лбы соприкоснулись. — Дай слово, что выживешь. Она глубоко вдохнула. В её глазах не было ярости. — Постараюсь. Сириус тихо выдохнул, будто это его ранило сильнее всего. Катерина поцеловала его — резко, отчаянно, как перед прыжком в бездну. Отстранилась. Оглядела комнату. — Я полагаюсь на вас. И уже у самой границы трансгрессии, одними губами: — Сири… люблю. И исчезла. Комната ещё звенела от напряжения после исчезновения Катерины. В воздухе витало ощущение, будто из него вырвали опору. Сириус стоял неподвижно несколько секунд, глядя в точку, где она растворилась. Регулус уже собрался. Холодный. Сдержанный. Почти бесчеловечно спокойный. — У нас мало времени, — произнёс он. Ванда коротко кивнула. — Орден — за мной. Римус. Римус стоял у стены, бледный, с потемневшим взглядом. Он выглядел старше на несколько лет. — Да, — тихо ответил он. И именно в этот момент раздался едва уловимый звук. Щелчок. Скрип пола. Сириус резко повернул голову. Питер. Он стоял у бокового выхода, палочка в руке, дыхание сбивчивое. Его глаза метались. — Куда это ты? — голос Сириуса был опасно тихим. — Я… я просто… хотел… — Питер сделал шаг назад. — Я не могу здесь оставаться. Они… они придут… — Они уже приходили, — холодно ответил Регулус. Питер сглотнул. Он сделал резкое движение — попытка трансгрессии. Но Сириус оказался быстрее. — Impedimenta! Заклинание ударило Питера в грудь. Его отбросило к стене. Он застонал. Регулус подошёл ближе. Очень медленно. — Ты торопишься, — сказал он спокойно. — Интересно, почему? Питер задышал чаще. — Вы… вы не понимаете… Он… он знает всё. Он знает про дома, про защиту… он… Сириус замер. — Откуда? Тишина. Римус медленно повернулся. — Питер… — в его голосе не было гнева. Только усталость. — Скажи, что это не ты. Питер не смотрел на него. И этого было достаточно. Ванда даже не изменилась в лице. — Предсказуемо. Сириус подошёл вплотную. Схватил Питера за ворот. — Ты. Сдал. Их? Питер всхлипнул. — Я не хотел! Он… он бы убил меня! — А теперь он убьёт их, — тихо сказал Регулус. Слова повисли в воздухе, как приговор. Римус отвёл взгляд. Его плечи дрогнули. Он столько лет защищал Питера. Оправдывал. Верил. — Почему? — спросил он едва слышно. Питер зажмурился. — Я… я слабый… Сириус отпустил его так резко, что тот упал на колени. — Это не оправдание. Регулус переглянулся с братом. — Мы берём его с собой. Сириус поднял взгляд. — В ущелье? — Да. Если он действительно служит Лорду — он может быть полезен. А если попытается сбежать… — Регулус не договорил. И не нужно было. Ванда холодно посмотрела на Питера. — Не убивайте его пока. Он может знать больше. Римус подошёл к выходу. Он не смотрел на Питера. Не мог. — Идём, — сказал он Ванде. Перед тем как выйти, он остановился на секунду. — Если… если он виновен… — голос дрогнул. — Делайте то, что нужно. И ушёл. В комнате остались три фигуры. Сириус. Регулус. И Питер, который больше не был их другом. — В ущелье нельзя медлить, — сказал он. Сириус связал Питера заклинанием. — Если дёрнешься — пожалеешь. Питер кивнул, слёзы стекали по лицу. Но в глубине его глаз всё ещё мелькала паника. Не раскаяние. Регулус это заметил. — Он боится не нас, — тихо сказал он Сириусу. — Я знаю. Три хлопка трансгрессии разорвали тишину базы. Хлопки трансгрессии один за другим разрывали воздух в центре магического квартала. Римус появился первым — и сразу же перед ним взорвалась витрина магазина. Осколки стекла зависли в воздухе, направленные в его сторону. — Protego Maxima! Щит вспыхнул серебром, стекло рассыпалось в пыль. Следом материализовались ещё трое орденцев. — Они по всей линии! — крикнула ведьма с короткими рыжими волосами, отражая сразу два красных луча. — Разделяемся по парам! — приказал Римус. — Держим улицу! С крыши соседнего дома раздался истеричный смех. Три Пожирателя в масках направили палочки вниз, заклинания посыпались дождём. — Confringo! — крикнул один из орденцев. Крыша вспыхнула, но один из нападавших лишь перепрыгнул на соседний балкон, словно это была игра. Они не пытались занять позиции. Они ломали. Двери взрывались. Фасады трескались. Магические фонари разлетались осколками. Хаос — их стихия. Ванда появилась рядом с Римусом, и в ту же секунду её палочка описала резкую дугу. — Incarcerous. Чёрные магические цепи взметнулись с мостовой, опутывая одного из Пожирателей. Тот успел вскрикнуть, прежде чем его прижало к земле. — Не задерживайся на одном, — холодно сказала она. — Их цель — растянуть нас. Слева раздался крик ребёнка. Римус развернулся — дом начал оседать, перекрытия рушились. — Я прикрываю! — крикнул один из орденцев, выдвигаясь вперёд. Он поднял щит, принимая на себя удар зелёного заклинания, которое скользнуло по куполу и ушло в сторону. Римус ворвался внутрь. В гостиной стояла женщина, закрывая собой двоих детей. Окно было выбито, ветер рвал занавески. — Назад! — Римус поднял палочку. — Arresto Momentum! Обрушивающаяся балка замедлилась в воздухе. Он трансфигурировал упавший стол в прочный щит, который встал у входа, перекрывая прямой обзор. — Бегите к заднему двору! — крикнул он. Снаружи Ванда уже держала оборону. Один из Пожирателей, явно наслаждаясь происходящим, выкрикнул: — Где же ваша героиня? Где ваша игрушка Лорда? Римус застыл на секунду. Это было не случайно. Ванда метнула в нападавшего оглушающее так быстро, что он не успел договорить. — Они провоцируют, — произнесла она, не повышая голоса. — Не ведись. Но Пожиратели не отступали. Они смеялись. Один трансфигурировал мостовую в зыбучую трясину — двое орденцев едва успели вырваться. Другой направил волну огня по фасаду дома, будто рисовал разрушение. — Они не пытаются выиграть, — тяжело сказал один из магов Ордена. — Они тянут время. — Да, — ответил Римус, отбивая очередной луч. — Они отвлекают. Где-то дальше прогремел мощный взрыв. Кто-то закричал имя Мерлина. Ванда резко подняла руку. — Собираемся в центре улицы! Строим общий купол! Орденцы начали смещаться, прикрывая друг друга. Щиты вспыхивали один за другим, соединяясь в единую магическую дугу. Пожиратели усилили атаку. Красные, фиолетовые, зелёные вспышки били в купол, разрывая воздух. — Держать! — голос Римуса сорвался. Его серебряный волк вырвался наружу, пронёсся сквозь строй нападавших, отталкивая их, сбивая концентрацию. Один из Пожирателей резко остановился и рассмеялся: — Вы думаете, это главная сцена? Сердце Римуса сжалось. Вот оно. Это не центр. Это занавес. Ванда встретилась с ним взглядом. Она тоже поняла. — Они отвлекают нас, — тихо сказала она. — И делают это очень успешно. Но отступать было нельзя. Орден держал квартал. Дом за домом. Улицу за улицей. Магический центр горел, но не пал. И в этом пламени каждый чувствовал одно: Настоящий удар ещё впереди. Трансгрессия выбросила их на край ущелья. Ветер выл так, будто сама скала пыталась предупредить — не входите. Питер споткнулся, связанный заклинанием, и рухнул на колени. — Я не пойду туда… я не пойду… — Пойдёшь, — холодно ответил Регулус. Внутри ущелья стояла гробовая тишина. Снаружи — вой ветра. Внутри — пустота. Они двинулись вперёд. Чем глубже — тем сильнее становился едва уловимый звук. Кап… кап… Потом — ровный шум воды. Пещера раскрылась внезапно. Чёрное озеро, гладкое как стекло. Посреди — каменный островок. На нём — узкая колонна. Наверху — чаша, наполненная густой, мутной жидкостью, будто дым растворили в воде. А на дне… медальон. Он мерцал тусклым, больным светом. Сердце Сириуса сжалось. — Это ловушка. — Очевидно, — спокойно сказал Регулус. Они переправились на остров с помощью трансфигурации — Сириус превратил часть каменной кромки в узкий мост, который тут же начал трескаться под чужой магией. Колонна была защищена. Заклинания отскакивали. Попытка призвать медальон — безрезультатна. — Нужно выпить, — тихо произнёс Рег, глядя на чашу. Питер начал трястись. — Нет… нет… не надо… я ничего не делал… я… Сириус повернулся к нему медленно. — Ты уже всё сделал. Они освободили его рот. — Пей. — Пожалуйста… он убьёт меня… — Он уже почти убил всех, — прошипел Сириус. Регулус удерживал Питера за плечи, пока Сириус наклонял чашу к его губам. Первая порция. Питер заорал. Не от боли — от ужаса. — Он… он здесь… он в моей голове… он говорит… нет… нет… — Пей. Вторая. Его глаза помутнели. Он начал бормотать бессвязно, рыдать, умолять, звать мать, звать их. Вода в озере дрогнула. Сначала — лёгкая рябь. Потом — круги. Потом — волны. Из глубины начали подниматься фигуры. Серые. С вытянутыми руками. Лица — искажённые, с пустыми глазами. Не совсем русалки. Не совсем инферналы. Что-то среднее. Извращённое. Они шипели. Тянулись к острову. — Быстрее! — крикнул Рег. Питер захлёбывался зельем. Существа полезли на камень. Сириус ударил первым. — Incendio! Пламя осветило пещеру, отражаясь в мёртвых глазах. Но их было много. Слишком много. Регулус отбивал заклинания, сжигая ближайших тварей, трансфигурируя камни в острые пики, которые пронзали скользкие тела. Питер уже не сопротивлялся. Он хрипел. Плакал. Просил остановиться. — Ещё! — рявкнул Сириус. Последние глотки. Жидкость исчезла. Чаша опустела. Медальон с глухим щелчком упал на каменное дно. Регулус схватил его. В тот же момент вода взбесилась. Существа полезли десятками. Они хватали за мантии, за ноги. Один вцепился в лодыжку Питера. Он завизжал. — Помогите! Пожалуйста! Я не хотел! Сириус отбросил двух тварей заклинанием, схватил Питера за руку. Но вторая мёртвая рука сомкнулась на его ноге. И третья. Питер скользнул к краю острова. — Сириус! — взвыл он. И в этот момент что-то резко дёрнуло Регулуса вниз. Вода захлестнула его сапог. Сириус повернулся. — Рег! Он вцепился в брата, вытаскивая его обратно. Взгляд на Питера. Тот уже по пояс в чёрной воде. Лицо перекошено страхом. — Пожалуйста! Мы же друзья! Секунда. Сириус смотрел на него. На бывшего брата по духу. На того, кто сдал их. Кто, возможно, в эту же минуту обрекает Лили. Его голос стал ледяным. — Такова твоя расплата, Хвост. Питер исчез под водой. Крик оборвался пузырями. Сириус резко притянул Регулуса к себе. — Держись! Последняя вспышка заклинания. Трансгрессия разорвала воздух пещеры. И озеро снова стало гладким. Будто ничего не произошло. Только на камне остались следы когтей. И пустая чаша. Катерина появилась на окраине деревни почти бесшумно. Вечер был обманчиво спокойным. Лёгкий ветер шевелил листву, где-то вдалеке глухо перекатывались отголоски беспорядков — слишком далеко, чтобы пугать… но достаточно близко, чтобы настораживать. Воздух был тяжёлым. И всё же двухэтажный домик впереди выглядел таким мирным, таким тёплым, что сердце болезненно сжалось. — Успела… — выдохнула она. Свет в окнах. Тихая жизнь внутри. Она почувствовала их магию — знакомую, родную. Внутри всё было почти по-домашнему. Лили спускалась по лестнице, поправляя прядь волос. — Как дела, милый? — мягко спросила она. — Почти закончил, — улыбнулся Джеймс, отодвигая заколдованные игрушки, которые всё ещё пытались самостоятельно подпрыгивать. — Ты быстро сегодня. — Гарри вымотался и сразу уснул. Она остановилась. Взгляд мужа был слишком серьёзным. — Что-то не так? Джеймс выдохнул. — Чувство беспокойства. Весь день. Лили подошла ближе, обняла его. — Твоё чутьё редко ошибается. — Дай слово… — он стал серьёзнее. — Если что-то случится, ты возьмёшь Гарри и уйдёшь к Бродяге. Я задержу его. — Нет, — её голос дрогнул. — Мы уйдём вместе. — Лили… — он прижал её к себе. — Один из нас должен выжить. — Я понимаю… но— — У меня есть идея. Голос со стороны заставил их резко обернуться. Катерина стояла у окна, как будто всегда была частью этой комнаты. — Как ты сюда попала? — Джеймс мгновенно закрыл собой Лили. — Через окно, — она кивнула назад. — Его стоит закрывать. Она улыбнулась, но в глазах не было веселья. — Ты пришла нас убить? — тихо спросила Лили. Катерина посмотрела на неё долго. — Лили… ты знаешь, что нет. Улыбка стала грустной. — Тогда почему ты здесь? — Нет времени. Он уже близко. Берите Гарри и трансгрессируйтесь в другое место. Немедленно. Она не успела договорить. Дверь распахнулась. Сквозняк пронёсся по комнате. На пороге стояла фигура в чёрном плаще. Даже без лица было понятно, кто это. Лорд Волан-де-Морт сделал шаг вперёд. — Не думал, что ты предашь меня, — холодно произнёс он. — Я разочарован. Катерина встала перед Поттерами. — Спасибо за комплимент. Я думала, ты догадаешься раньше. Она быстро вложила письмо в руку Лили. — Бегите, — шёпотом. Джеймс не колебался. Схватил Лили за руку и рванул к лестнице. — Неет , Катерина — Лили , кричала . — Продержись до моего возвращения!— Лишь успел добавить Джеймс . Эти слова больно кольнули. Продержись. Она осталась одна. Дом будто выдохнул — и воздух стал ледяным. — Ты сильная волшебница, — продолжил Лорд почти спокойно. — Жаль терять тебя. — А мне жаль тратить на тебя время. — За предательство — смерть. — Авада Кедавра! Зелёная вспышка разрезала комнату. Катерина успела отразить удар, пол под ногами треснул. Стол разлетелся в щепки. — Confringo! Взрыв выбил окна. Стены задрожали. Заклинания сыпались одно за другим — быстрые, точные, смертельные. Он не играл. Он убивал. Она отступала, разрушая пространство вокруг, трансфигурируя обломки в щиты, в пики, в барьеры. — Ну же… — мысль стучала в висках. — Где вы… Если медальон уничтожен — он ослабнет. Если нет — Её промедление длилось долю секунды. Но ему хватило. Луч ударил в грудь. Мир перевернулся. Её отбросило к стене. Хруст. Дыхание оборвалось. Она сползла вниз, чувствуя, как кровь заполняет рот. Кашель. Горячий металл на языке. Лорд подошёл ближе. Его глаза — холодные, бездонные — скользнули по ней. — Ты всегда была слишком эмоциональной, — произнёс он тихо. Катерина попыталась подняться. Руки дрожали. Дом уже рушился. И времени больше не было. В тот самый момент, когда Лорд занёс палочку для нового удара — где-то на другом конце Лондона раздался треск. Медальон раскололся. Тёмная энергия взвизгнула, будто живое существо, и погасла. И в доме Поттеров это почувствовали оба. Лорд Волан-де-Морт резко согнулся, словно его ударили изнутри. Лицо исказилось. Пальцы судорожно сжались. На долю секунды — он стал уязвим. Катерина, лежащая среди обломков, с кровью на губах, увидела это. — Успели… — прошептала она, ухмыляясь. Каждый вдох жёг лёгкие. Рёбра, кажется, треснули. Мир плыл. «Может… просто взорвать всё? Забрать его с собой… Закончить…» Мысли путались. Сознание ускользало. И вдруг — тепло. Не извне. Изнутри. Она моргнула. Слева — знакомый силуэт. Мама. Такая же, как в детстве. Тёплая. Строгая. — Не говори глупостей, — спокойно произнесла она. Справа — отец. Сильный. Уверенный. — Мы поможем, дочка. Катерина зажмурилась. — Вы… не настоящие… — Мы часть тебя, — мягко ответила мама. — Мы в твоей крови. В твоей магии, — добавил отец. Лорд уже выпрямлялся. Его дыхание было тяжёлым. Ослабленным. Но всё ещё смертельно опасным. — Мы вложим в тебя остаток нашей силы, — сказал отец. — Одолей его, — прошептала мама. — Ты справишься, наше сокровище. И они коснулись её. Не руками. Светом. Волна магии ворвалась в тело. Не боль. Огонь. Каждая клетка вспыхнула. Кости затрещали от силы. Кровь закипела. Дом задрожал. Лорд поднял взгляд. В его глазах впервые мелькнуло нечто, похожее на сомнение. Катерина медленно поднялась. Кровь стекала по подбородку. Но глаза горели. — Спасибо… — прошептала она. — Я люблю вас. Она подняла палочку. И не произнесла ни одного заклинания. Это был не луч. Не проклятие. Это был выброс. Чистая, неконтролируемая, первородная магия. Волна разошлась от неё во все стороны. Стены взорвались. Стекло превратилось в пыль. Земля содрогнулась. Воздух будто выжгли из пространства. На несколько километров вокруг — тишина. Ни пламени. Ни звука. Ни магии. Когда всё закончилось — она уже падала. Тело не выдержало. Сознание погасло. На месте, где стоял Лорд… не осталось ничего. Только его палочка. И едва заметный след рассеявшейся тьмы. Ущелье Ветер выл так, будто скалы стонали. Чёрное озеро дрожало после схватки. Питер исчез под водой. Его крик ещё будто эхом стоял в ушах. Сириус и Регулус тяжело дышали снаружи каменного островка. В руке Регулуса — медальон. Он пульсировал. Не как предмет. Как рана. — Заканчиваем, — сказал Рег. Сириус кивнул. Они встали друг напротив друга. — Готов? — Давно. Регулус положил медальон на камень. Внутри что-то шевельнулось. Герб Слизерина словно исказился, металл потемнел. Из него потянулся шёпот. Слова. Голоса. — Ты всегда был вторым… — Он никогда не выберет тебя… — Ты слабее его… Сириус резко сжал палочку. — Заткнись. Рег не дрогнул. — Это иллюзия. Но медальон открылся. Внутри — густая тьма, как жидкая. Из неё вытянулась тень, приняв очертания высокой фигуры. Лорд Волан-де-Морт — не настоящий, но достаточно реальный, чтобы бить по страхам. — Предатели… — прошипела тень. Сириус ударил первым. — Diffindo! Трещина прошла по поверхности медальона, но тот не раскололся. Регулус шагнул вперёд. — Вместе. Они не договаривались. Просто знали. — Confringo! — Reducto! Заклинания ударили одновременно. Металл взвизгнул. Тень закричала. Треск — как будто ломалась кость. И в тот самый момент, когда медальон раскололся пополам, чёрная энергия вырвалась вверх, ударилась о камни пещеры и рассыпалась пеплом. Где-то далеко, в другом конце Лондона… что-то содрогнулось. Регулус почувствовал это первым. — Он ослаб. Сириус тоже. Секунда молчания. Потом — трансгрессия. Магический центр Римус отбивал заклинания одно за другим. Ванда держала оборону, трансфигурируя обломки в барьеры. Пожиратели буйствовали — не ради победы. Ради хаоса. — Они тянут время! — крикнул кто-то. И вдруг… Несколько из них одновременно замерли. Один пошатнулся. Другой схватился за голову. Ванда резко подняла взгляд. — Что… Воздух дрогнул. Как будто магия на секунду потеряла устойчивость. И в тот же миг на улице появились Сириус и Регулус. — Он уничтожен! — крикнул Сириус. Рег показал осколки. Чёрная энергия больше не пульсировала. Пожиратели почувствовали это. И впервые за ночь — в их движениях появилась растерянность. — Вперёд! — рявкнула Ванда. Орден пошёл в наступление. Римус прикрывал правый фланг, отбивая зелёный луч. Сириус трансфигурировал разрушенную лавку в массивный заслон, за которым укрылись двое детей. Регулус связал сразу троих цепями из камня. Пожиратели начали отступать. Не паника. Приказ. Отвлечение завершено. Римус тяжело дышал. — Где Кат? — У Поттеров, — ответила Ванда. Сириус замер. И в этот момент небо на горизонте вспыхнуло. Не зелёным. Иным светом. Сильным. Воздух прокатился волной. Орден почувствовал это. Каждый. Регулус побледнел. — Это она. Сириус уже исчез. Эта ночь стала одним ударом. Ущелье. Горящий квартал. Дом Поттеров. Три точки. Один момент. И когда всё стихло — каждый из них знал: война изменилась. Трансгрессия вырвала Сириуса в пустоту. Он ожидал увидеть дом. Ожидал бой. Ожидал зелёную вспышку. Но перед ним была только тишина. Дом Поттеров… исчез. Не обрушен. Не сожжён. Стерт. Камни, пыль, дым — всё вперемешку. Земля будто вывернулась наружу. На несколько десятков метров — ничего живого. Сириус сделал шаг. И земля буквально ушла из-под ног. Он споткнулся о расколотую балку, упал на колено, не замечая боли. — Нет… нет… В воздухе ещё стояла тяжёлая магия. Сырая. Перегоревшая. И тогда он увидел её. Среди обломков. Неподвижную. Катерина лежала на выжженной земле, волосы рассыпаны по пеплу, ладони раскрыты, будто она отпустила что-то в самый последний момент. Сириус не помнил, как оказался рядом. Он рухнул возле неё. — Кат… — голос сорвался. Он перевернул её на спину. Слишком лёгкая. Слишком тихая. — Нет. Нет, нет, нет… Он прижал её к себе, руки дрожали. Пыль прилипала к его лицу, но он этого не замечал. — Открой глаза. Слышишь меня? Открой глаза! Он провёл рукой по её щеке. Холодной. — Ты не могла… Ты обещала… Голос сорвался на крик. — КАТ! Ветер поднял пепел, но ответа не было. Он прижал её крепче, будто силой мог вернуть дыхание. — Я здесь… я здесь… слышишь? Я здесь… За его спиной воздух снова треснул. Регулус появился первым. Он сделал шаг — и остановился. Даже он, привыкший к тьме и разрушениям, замер. — Мерлин… Следом — Ванда. Она вдохнула — и не смогла выдохнуть. Разруха была абсолютной. Круг опустошения тянулся на десятки метров. Ни одного целого камня. Ни одной уцелевшей стены. В центре — Сириус на коленях. И тело в его руках. Регулус медленно подошёл ближе. — Сириус… Тот не слышал. — Она жива, — хрипло говорил он, словно убеждая сам себя. — Она просто… истощена. Это выброс. Это магия. Она очнётся. Его пальцы искали пульс. Секунда. Вторая. Слишком долго. — Дыши… пожалуйста… дыши… Ванда подошла ближе. Опустилась на колени напротив него. Её ладонь зависла над грудью Катерины. Она закрыла глаза, чувствуя остатки магии. И вздрогнула. — Она… — голос Ванды дрогнул. — Она отдала всё. Сириус поднял на неё взгляд. Впервые в нём не было дерзости. Только страх. — Нет. Регулус сжал кулаки. — Он? — спросил он тихо. Ванда кивнула в сторону. В стороне, среди пепла, лежала палочка. И больше — ничего. Сириус посмотрел туда. Понял. Она сделала это. Она победила. Но какой ценой? — Ты не имела права… — прошептал он, прижимаясь лбом к её виску. — Не так… Ванда положила ладонь ему на плечо. — Сириус… И в этот момент — слабый. Почти неуловимый. Вдох. Регулус замер. — Подожди. Сириус не двигался. — Сириус, подожди! Ванда резко опустила руку к её шее. Секунда. И её глаза расширились. — Пульс. Очень слабый. Но есть. Сириус застыл. — Что? — Она жива. Мир снова вернулся. Не полностью. Но достаточно. Сириус прижал её к себе осторожнее. Словно она стеклянная. — Ты слышала? — прошептал он ей. — Ты меня не бросишь. Поняла? Регулус медленно выдохнул. Он не осознавал, что всё это время не дышал. Ванда поднялась. — Нам нужно в штаб. Срочно. Сириус кивнул. Осторожно, бережно, он поднял Катерину на руки. — Держись, — прошептал он. И трое исчезли, оставив за собой выжженный круг — место, где закончился один Лорд. И где едва не закончилась она.