Глава 2. Большой и страшный волк.

Будь матушка жива, она бы ужаснулась, если бы увидела, что я делаю. Да я и сама от себя не в восторге. Но сердце так билось, так отчаянно тянулось к демону, что я просто не смогла устоять. И как-то совсем незаметно цветочный горшок оказался на земле, а мои пальцы дотронулись до горячей мужской груди, прикрытой тонкой тканью рубашки. — Обижаешься на меня, мой лорд? — я шептала ему на ухо, специально почти касаясь губами ушной раковины. — Сильно дуешься? Он напрягся. Ну, насколько только мог в своём положении. Я аккуратно коснулась губами его виска и вдохнула приятный запах белых волос. Я хотела выглядеть смелой соблазнительницей, но на деле была на грани того, чтобы грохнуться в обморок и остаться в коме на ближайшие пять лет. Но, Бездна, как же мне хотелось хотя бы ещё раз поцеловать его, ощутить, как он хочет меня. — Совсем страх потеряла? — низкий хриплый голос пробрал до мурашек. Я рвано вдохнула, но обняла его сильнее, прижимаясь к широкой спине. Страх был всё ещё со мной, и он был так огромен, как никогда не был. — С твоей стороны достаточно глупо... — Да-да. Но как я могу устоять? Ты сидишь здесь такой одинокий. Такой слабый... — мои пальцы аккуратно расстегнули верхние пуговицы рубашки и пробрались к гладкой груди демона. Я с удовольствием поняла, как сильно бьётся его сердце, и наклонилась ещё сильнее к его уху. — Это возбуждает. — Я не слаб. Его рука медленно дотянулась до моей и сжала бы со всей силы, если бы не действовало моё зелье. Я ощутила горячую ладонь на запястье. Можно было бы легко вырваться, но не хотелось. Вообще хотелось просто быть рядом с ним. Ну мартовская кошка, честное слово! — Конечно, не слаб, зайчик. Конечно, нет. Только магия не фурычит, да? И на ногах еле стоишь. А так всё отлично. Я чмокнула его в щёку. — Я ведь найду тебя. Найду и накажу, — он рычал. Натурально рычал! Дрожь зарождалась в груди и переходила ко мне в руки. — Конечно. Накажешь. А я буду ждать, — я достала кинжал и показала ему, как даже в тумане блестит серебро. — Возвращаю вот. Птичка на хвосте принесла, что твой друг его ищет. Очень жаль. Красивый. — Можешь оставить себе. — Э нет. Он твой, — я скинула кинжал на колени Рэна. — Всё-таки семейная реликвия. Рэн засмеялся, сильнее сжимая мою руку. Сила его возвращалась, нужно было уходить. И как можно скорее. Но что-то держало меня на месте, не давало убежать. Я думала: вот ещё минутка и закругляемся. Но каждый раз я откладывала свой очередной побег. Как и вчера, я не хотела останавливаться и где-то глубоко внутри желала, чтобы он заставил меня остаться. — Каждому ювелиру Риан говорит разное. Так что выбирай другое место сбыта, родная. Что-то внутри у меня неприятно защекотало. Я раздражённо, — хотя эмоций показывать своим жертвам нельзя, — скинула его руку со своего запястья. Хотелось топнуть ногой и заканючить. Это был единственный гном, который без особых вопросов принимал краденое и реализовывал его без лишнего шума. — Сволочи. Никакого уважения к женщине, — я выпрямилась. — Ты не женщина. Просто шлюха. Жар мигом охватил лицо и шею. Я чуть не поперхнулась собственной слюной. Отошла на шаг назад, а затем ещё один. Почему-то от него это слышать максимально неприятно, хотя меня так называют постоянно. Если могут, конечно. Сердце обиженно скукожилось в груди. Меня захлестнула обида. — Прощай, Рэн, — я всё-таки пересилила себя, подошла к нему и чмокнула в щёку. — Надеюсь, больше не свидимся. — Свидимся. Это я тебе обещаю. Он не поворачивал голову, хотя точно мог. Он не хотел смотреть на меня, не хотел видеть глаза. А я хотела. Очень хотела. Больше всего на свете. Но я понимала – ему противно, а вызывать ещё больше отвращение желания не было. Его обещание болью отозвалось в затылке и было больше похоже на угрозу. Это она и была, я уверена. Ещё одна наша встреча может закончиться плачевно, и мы оба это понимали. Я быстро подхватила цветочный горшок, уже испачканный и мокрый, и, не оглядываясь, нырнула в ближайший переулок.

***

Ему нужно было отдышаться. Прийти в себя. И наконец начать мыслить трезво. Даррэн глубоко дышал, чувствуя, как холодный воздух обжигает лёгкие. На коже всё ещё ощущались её прикосновения, на щеке – тёплый поцелуй, так и оставшийся пульсировать на коже. Снег вокруг демона начинал шипеть и таять, словно под раскалёнными углями. Огонь ломился в груди. Он желал вырваться и сжечь дотла весь город, оставив только кучу пепла. И в этой куче пепла должна остаться только она, стоящая одна посреди пустыни. Безднова девчонка слишком наглая и неосторожная, чтобы прятаться от него вечно. Рано или поздно она выдаст себя, если он не найдёт её первым. И тогда он сполна насладится наказанием. Можно ли назвать это местью? Наверное, да, но ему не нравилось это слово – ассоциировалось с болью и смертью. Всех своих врагов он убивал. А разве он хочет сделать больно этой женщине или, уж тем более, убить её? Совсем нет. Ну, если только совсем немного, чтобы не думала о себе слишком высоко. Поймает, закроет повыше в замке в Хаосе и будет делать то, что сам захочет. Вряд ли она настолько хорошая колдунья, что сможет сбежать от него вновь. В этот раз он позаботится об этом и насладиться каждой секундой. — Ну что ты? — из раздумий его вырвал голос Риана. — Не украли тебя ещё? Тьер рухнул на скамейку рядом с Даррэном. — Кто посмеет? — Не нашёл я твою зазнобу. Все вроде как и видели её, но это было давно и неправда. И все врут, представляешь? Никто не признался. Бездновы гномы, — взгляд тёмного лорда упал на колени Рэна. — О, клинок твой, — чёрные глаза взглянули на щёку друга. Даже на тёмной коже красная помада была видна. — Она что, была тут? Риан начал озираться, но ни следа человечки не увидел – снег вокруг растаял, превратив грязную кашу в кашу ещё грязнее. — Можешь не смотреть. Она ушла. — И ты её так просто отпустил? — Риан возмущённо поднял брови и с большим трудом подавил желание вскочить на ноги. — Рэн! — Я знаю, как её найти. Мне бы только магию вернуть, — демон откинул голову и снова посмотрел на небо, облака медленно рассеивались. — А то как-то неприлично приходить к женщине в подобном состоянии, не находишь?

***

Я всегда любила копаться в земле. Высаживать растения, выращивать их и поливать. А ещё вливать свою энергию, чтобы молодые стебельки быстро становились крепче. Вот и теперь я на ночь глядя рылась в чёрной земле, хлюпая носом, и роняла слёзы в новый горшок. — Подумаешь, — я всхлипнула, икнула и в очередной раз вытерла глаза рукавом. — Подумаешь, обманула всего один разок. Подумаешь! Брахея, моя комнатная пальма, утешающе погладила моё плечо жёсткими и немного колючими листьями. Плющик качался из стороны в сторону на подоконнике, донимая своими телодвижениями антуриум, который недовольно отбивался своими красными соцветиями. — Да пошёл он! — я снова всхлипнула. — Сам он шлюха. Я, между прочим, никогда! Только воровала... А он... А он... Я снова заревела, закинула в горшок семена альстромерии и неаккуратно утрамбовала грунт. Я ощутила, как защекотало пальцы, а по венам потекло что-то тёплое и знакомо-приятное. Совсем скоро между пальцами показались первые стебельки, что настойчиво пробивались к свету. — Добрый день, моя хорошая. Добро пожаловать, — я улыбнулась, убирая руку. Нежные зелёные стебли отряхнулись от земли и выпрямились. Встали, словно солдатики. — Ну всё, на сегодня пока что хватит. Не будем торопиться, да? С того момента, как меня вместе с Розой выгнали из интерната, то есть с момента совершеннолетия, моими основными собеседниками были растения. Они всегда благодарно молчали и почти никогда меня не осуждали. Именно поэтому они знали все мои секреты и всю мою боль. — Да знаю я, что сама виновата, — ответила я фикусу, который недовольно зашелестел листьями. — Но он бы мог и понежнее с женщиной. Я ж ему почти никак не навредила! Будто ему не понравилось со мной... — я глянула на всех своих слушателей, что навострили уши. — Целоваться. Необязательно же обзываться! Я тяжело вздохнула. День был испорчен и вместо сладкого триумфа от полученных денег я ощущала горький привкус обиды и неудачи. Противный мужик испортил всю малину. Но я не могла не думать о нём. Если обо всех своих несостоявшихся партнёрах я никогда почти не вспоминала, то о Рэне я не могла не думать. Слишком хорош, чтобы забыть. И слишком уж интересный вечер я провела – демон умел ухаживать, заговаривать. Он умел слушать и, самое главное, шутить. Я искренне смеялась в тот вечер и будто бы видела перед собой свой идеал. Я, конечно, всегда выбирала мужчин, выглядящих достойно. Щедрых и весёлых, иногда женатых. Это всегда были лёгкие деньги и весёлые вечера. Но вряд ли я когда-то смогу повторить прошлый вечер. Вряд ли я когда-нибудь смогу найти такого как Рэн. — Да и в Бездну. Уеду к эльфам. Буду жить в лесу, — я посмотрела на всех своих подопечных. — Оплачу вашу перевозку, не волнуйтесь. И тут моё сердце чуть не остановилось. Всё тело подпрыгнуло от неожиданности. В дверь забарабанили с такой силой, что зазвенели тарелки в серванте. — Прелесть моя, — пропели в общем коридоре. — Открой дверку. Пришёл большой и злой волк.