Часть 9. Я знаю, кто ты

***

Алтея и Кол, не теряя времени, направились прямиком к дому Аяны. Вечерний воздух был прохладным, но в нём ощущалась какая-то тягучая, предвкушающая тишина, будто мир вокруг замер, ожидая чего-то важного. Когда они дошли, Кол не стал терять ни секунды. Его глаза горели нетерпением, голос звенел от желания поделиться открытием: — Я знаю природу магии Алтеи. Это… Он не успел договорить. — Она не имеет собственной магии, но может вобрать в себя чужую, — спокойно произнесла Айяна, даже не оборачиваясь. Она стояла у окна своего дома, ловко развешивая амулеты — крошечные связки трав, камешков и резных фигурок. Они покачивались на тонких нитях, легко звеня на ветру. Кол нахмурился и спросил, прищурившись: — Откуда ты узнала? И… когда? Женщина не спешила поворачиваться. Ловко продевала нитку через крошечное отверстие в амулете, поправляла его, чтобы висел ровно. — Я знала это с самого начала, — спокойно сказала она, чуть качнув головой в такт своим действиям. Кол стиснул зубы, раздражение вспыхнуло внутри. — Почему тогда ты ничего не сказала? Аяна лишь усмехнулась уголками губ и, всё так же не глядя на них, ответила: — Мне было любопытно… когда же ты сам догадаешься. Ты ведь любишь загадки, особенно магические. Вот я и решила: пусть сам придёт к верному ответу. Кол тихо усмехнулся, качая головой. Внутри него проскользнула почти тёплая досада — сродни той, что испытывают к опытному наставнику, который, зная правильный путь, позволяет ученику споткнуться и самому открыть истину. «Вот же вредная старуха… но чертовски умна,» — подумал он. Алтея, приподняв брови, шагнула ближе: — Раз ты знаешь, кто я… значит, возможно, знаешь и откуда я? Аяна, наконец, повернула голову через плечо, в её взгляде скользнула лёгкая усмешка: — Проходите в дом, — сказала она. — Довешаю последние амулеты и присоединюсь. Алтея и Кол молча переглянулись. Девушка чуть пожала плечами, а Кол открыл перед ней дверь, чуть кивнув — вперёд. Дом Аяны был тёплым и полным запахов трав, горьких и пряных. Алтея прошла внутрь, оглядывая дом, ведь в прошлые разы ей было как-то не до этого. И только сейчас она заметила, что переступив порог, они попадали в узкий и тёмный коридор, где пахло сухими травами, копотью и землёй. Стены были обиты грубой тканью, за которой прятались засушенные корни, мешочки с порошками и плетёные из лозы обереги. На потолке висели связки трав: чабрец, полынь, зверобой, лаванда — сохли, наполняя воздух густым, тягучим ароматом. Под ногами — доски, скрипящие от малейшего шага. Освещался коридор тусклыми лучинами и масляными лампами, в которых едва теплится янтарное пламя, а также немного света из улицы. Затем вместе с Колом, Алтея прошла на кухню. Здесь всё было по-домашнему уютно: массивный стол из тёмного дерева, простые деревянные стулья, на окне — глиняные горшки с высушенными растениями, большая печь — ничего лишнего. Они молча сели за стол. Кол облокотился локтем о поверхность, поглядывая в сторону окна, где Айяна, словно хозяйка времени, всё ещё неспешно развешивала последние три амулета. Каждый её жест был точным, выверенным, почти ритуальным. Тишина была наполнена ожиданием, напряжённой, но спокойной. И лишь лёгкий звон амулетов, покачивающихся на ветру, нарушал этот зыбкий покой. Алтея наблюдала за каждым движением женщины, чувствуя, как внутри неё скапливается всё больше вопросов. Кол же просто ждал, почти лениво, но с тем особым напряжением, которое бывает перед важной разгадкой. И, казалось, вся их встреча с Айяной была уже предрешена — просто нужно было немного подождать. Аяна всё ещё была занята своим делом: с лёгкостью и вниманием развешивала амулеты над окнами, будто вплетая в воздух тонкие нити древних заклинаний. Алтея, чувствуя, как ожидание начинает её утомлять, неспешно встала со своего места. Скрипнула старая табуретка, и ступни мягко ступили по тёплым, покрытым мелкими трещинами деревянным половицам. Девушка подошла к одному из окон, где под потолком на бечёвках висели амулеты разной формы и вида. Она протянула руку к одному из них — странному амулету из гладкого камня. Её пальцы замерли в нескольких сантиметрах, когда за спиной лениво раздался голос Кола: — Осторожнее, глупышка. Алтея, обернув голову через плечо, удивлённо спросила: — Почему? Разве они не для защиты? Кол, всё ещё сидя за столом, лениво сомкнул руки в замок и кивнул: — Да, защищают… но кто сказал, что защита предназначена для ведьм? Может, наоборот — от ведьм. Алтея нахмурилась и уточнила: — Но ведь ты ведьмак. Парень усмехнулся и, наклонившись вперёд, сложил руки на столешнице: — А ты видела, чтобы я колдовал в её доме? Девушка задумалась. Действительно, сколько бы раз они ни были у Аяны, Кол никогда не использовал здесь свою магию. Только однажды он варил какой-то отвар, и всё. Пока Алтея осмысливала это, Кол с лёгкой улыбкой откинулся на спинку стула, закинув руки за голову, устремив взгляд в деревянный потолок. Он будто погрузился в сон, но с открытыми глазами, подальше от происходящего, зная, что скоро им предстоят важные разговоры, но пока — тишина. Алтея же вновь вернулась к окну. Её взгляд притянул один амулет — камень, белый, словно замёрзшая капля молока, с вырезанными тонкими узорами. Она не знала, как, но внутри сразу поняла: это — белый арагонит. Тёплый, будто живой камень. Поддавшись внезапному внутреннему импульсу, она коснулась его кончиками пальцев. В ту же секунду раздался негромкий треск — амулет обжёг её, словно раскалённый металл, и вырвался из петли, падая прямо к её ногам. Алтея зашипела от боли, инстинктивно отдёрнув руку. В следующее мгновение Кол, встревоженный её вскриком, резко поднялся и оказался рядом, схватив её за запястье. Его голос, обычно спокойный или насмешливый, теперь звучал резко, с подавленным гневом: — Я же говорил не трогать! Его глаза были напряжёнными, тяжёлыми, полными беспокойства и злости. И впервые за всё время с их пробуждения в этом мире Алтея увидела Кола таким: не насмешливым, не ленивым, а по-настоящему сердитым. Это чувство… оно снова вызвало в ней странное дежавю. Как будто когда-то давно она уже видела подобный его взгляд — злой, но в этот же момент не равнодушный, а полный тревоги за неё. Кол аккуратно взял её пострадавшую руку в свои ладони и принялся рассматривать обожжённые пальцы. Его движения были аккуратными, но резкими, словно он боролся с желанием выругаться. Парень быстро оглядел стол, схватил один из травяных мешочков, распотрошил его, и приложил к ожогам. Холодная, влажная смесь обожгла кожу ледяным прикосновением, но спустя пару мгновений, когда магия целебных трав начала действовать, Алтея почувствовала, как боль стихает, а ткань мешочка становится тёплой и успокаивающей. Кол не отпускал её руки, внимательно следя, не останется ли следов от ожога, а его густые брови были сдвинуты в серьёзной задумчивости. Алтея, не отводя взгляда, наблюдала за ним. Его глаза — обычно полные весёлого озорства — сейчас были серьёзными и внимательными, и в них была забота, которую он редко показывал открыто. А в это время у их ног медленно тлел упавший амулет. Камень будто бы живой, мягко светился слабым внутренним светом, а на обугленных узорах ползли незримые трещины, словно древняя защита разрушалась под влиянием чего-то большего, чем простое прикосновение. Девушка ощущала прикосновения Кола почти так же остро, как и боль от амулета, только иначе. Его пальцы были прохладными, но твёрдыми, уверенными, будто он через них пытался передать ей свою силу, оберегая от боли. Она не знала, почему её сердце вдруг забилось чаще. Может быть, от боли, может быть, от того, как нежно он держал её руку, не позволяя ей вздрагивать от холода, хотя сам был явно взбешён. В его лице не было обычной ленивой ухмылки или дразнящего взгляда. Только тревога, сосредоточенность и… злость на самого себя? Или на неё? Алтея невольно задержала дыхание, вглядываясь в его черты: слегка нахмуренные брови, чуть поджатые губы, тяжёлый взгляд, направленный на её пальцы, словно в этом миге существовали только они двое и его задача была — спасти её от любого вреда. Под его пальцами её кожа словно отзывалась лёгким трепетом. Алтея почувствовала, как по её спине прошёл невидимый ток — не магический, а человеческий, родной. Было в этом ощущении что-то древнее, как будто в другом времени, в другой жизни, он уже стоял так перед ней, защищая, сердясь на неё за её же ошибки… но всё равно спасая. На мгновение ей показалось, что если она закроет глаза, то вспомнит ту их первую встречу. Но она боялась потерять даже секунду, пока Кол смотрит на неё именно так — не как на подругу, не как на спутницу, а как на что-то гораздо более важное. Она осторожно подняла взгляд и встретилась с его глазами. Они были полны огня, скрытого под маской равнодушия. Настоящего огня. И в этот момент боль окончательно отступила. Остался только этот странный, глубокий жар внутри — там, где переплелись её судьба и судьба Кола. Под ногами медленно догорал упавший амулет, будто подтверждая: между ними всегда была связь — старая, как сама магия. Кол с трудом сдерживал злость, пока осматривал её пальцы. Как же она его раздражала в такие моменты — упрямая, непослушная, словно маленький ураган в теле девушки. Он ведь предупреждал её: не трогай амулеты. И что? Конечно, она сделала всё по-своему. Точно как он сам. Эта мысль кольнула его почти физически. Кол нахмурился, склонив голову ближе к её ладони. Она ведь действительно была похожа на него: такая же своевольная, не признающая авторитетов, ведомая лишь своей интуицией и жаждой познания. В этом упрямстве было что-то родное. Уголки его губ дрогнули, расползаясь в лёгкой, почти незаметной ухмылке. Он аккуратно провёл пальцами по коже, ещё раз проверяя, нет ли скрытых повреждений, а затем легко отпустил её руку. Странное, острое чувство пронзило его грудь — лёгкая грусть. Как будто он отпустил что-то важное, что ещё мгновение назад держал так близко к себе. И словно услышав его молчаливую тоску, Алтея тихо спросила, не поднимая глаз, глядя на него из-под ресниц: — Тебя тоже окутало странное чувство внутри?.. Кол почувствовал, как его сердце на мгновение сбилось с ритма, пропустив удар. Собравшись, он тут же нацепил на лицо привычную ухмылку и, чуть откинувшись назад, лениво бросил: — Если ты влюбилась в меня, так и скажи. Голос его звучал игриво, с привычным вызовом, но внутри… внутри что-то приятно щемило. Он не мог понять, что это за странное ощущение. Тепло. Привязанность? Но он же сам дал себе слово: никаких чувств. Отец всегда учил его — мужчина не должен показывать слабости. Эмоции — это уязвимость. И Кол в этом был с ним согласен. Тем более сейчас, когда о происхождении Алтеи всё ещё было слишком мало известно. Она использовала тёмную магию, стерла себе память — кто знает, кем она была на самом деле? Доверять ей — значит рисковать. И всё же он не мог отрицать — её лицо, её глаза… Они будили в нём странные эмоции, которые он не хотел признавать. Ни перед ней, ни перед собой. Его мысли пронеслись вихрем в голове, но реальность быстро вернула его к себе, когда Алтея подняла голову и с лёгкой гордостью сказала: — Я не влюбилась. Я говорила о чувстве, связанном с амулетом. Несмотря на ожог, я почувствовала тепло… что-то знакомое. И подумала, что ты тоже испытал подобное. Ухмылка на лице Кола тут же исчезла. Он нахмурился, чувствуя себя полным идиотом. Значит, она говорила о магии… А он — о чувствах. И пусть внешне он сохранял спокойствие, внутри он ощущал себя обнажённым, словно она увидела его насквозь. Алтея же, не замечая его внутренней борьбы, склонилась к полу, где почти полностью истлел амулет. — Его нужно убрать… — сказала она, осторожно смахивая пепел. Потом взглянула на Кола и добавила: — Как думаешь, Аяна будет очень зла? Кол присел рядом, тяжело вздыхая. — Такой амулет мы не сможем создать заново, — спокойно объяснил он, не отрывая взгляда от оставшегося пепла. — Почему? — спросила Алтея, поджав губы. — Во-первых, — начал Кол, — мы не знаем, против чего или для чего он был создан. А во-вторых… даже если мы поймём его предназначение, воссоздать амулет чужой магией невозможно. — Чужой? — переспросила она. Кол кивнул: — У тебя нет своей магии. Ты можешь только вобрать в себя чужую. Любое плетение будет носить отпечаток. Аяна сразу это заметит. И потом… — он замолчал на мгновение, — я сильно сомневаюсь, что мы вообще можем здесь колдовать. Это её дом. Они оба замерли, сидя на корточках рядом с горсткой пепла, и почти одновременно повернули головы к двери. Там, в проёме, стояла Аяна, наблюдая за ними с прищуром. Кол и Алтея синхронно состроили виноватые лица, как два провинившихся ребёнка, застуканных на месте преступления. Но что самое странное, её лицо выглядело довольным. Словно именно этого она и ожидала…