Часть 11. Соперники

***

Клаус и Алтея пробирались сквозь шумную толпу, что бушевала в танце вокруг костра. Пламя отбрасывало пляшущие тени, в воздухе витали запахи дыма, жареного хлеба, хмеля и пряностей. Смех, музыка, глухой гул разговоров сливались в единый водоворот звуков. Алтея прижимала руки к себе, стараясь не потеряться в толпе. Для неё всё было в новинку — столько людей, такие яркие огни, свободный смех, зажигательные танцы. Она озиралась по сторонам, жадно впитывая каждый момент. Словно ребёнок в первый раз попал на волшебный праздник: каждая деталь завораживала. Лица светились радостью, мужчины подхватывали девушек на руки, кружа их в ритме мелодий, пальцы сплетались, кто-то кричал: «Ещё один круг!» — и бегал по кругу костра. Алтее захотелось присоединиться — танцевать, смеяться, быть частью этой живой энергии. Но тут она заметила: почти все танцевали в паре. И она вновь почувствовала себя сторонним наблюдателем. А вот Клаус двигался иначе. Его взгляд был сосредоточен, шаг — решителен. Он не смотрел по сторонам, не отвлекался. Он хотел найти Ребекку. Извиниться. И в то же время — не отказывался от своей уверенности, что Маркиан никуда не годится. Алтея замедлила шаг и пробежалась глазами по толпе. И вдруг — вот они. На краю поляны, под деревьями, в полутени — стояла Ребекка. Рядом с ней Маркиан. Они говорили о чём-то тихо и, казалось, мило. Ребекка смеялась, откидывая назад золотые волосы. Алтея на мгновение задумалась: может, он не такой уж и плохой? Возможно, Клаус слишком преувеличил? Девушка уже хотела не говорить ему, что нашла их, чтобы не портить подруге вечер. Но в тот момент Маркиан положил руку на талию Ребекки. Жест был мягким, но слишком уверенным. Алтея замерла, внутренне напрягшись. «Нет, — подумала она. — Всё же скажу Клаусу.» Она повернулась… Но рядом его уже не было. С удивлением и растущей тревогой Алтея начала искать его взглядом. И наконец нашла. Клаус стоял в стороне от костра, под светом огня, а рядом — темноволосая женщина. Они танцевали, её руки были на его плечах, его ладони лежали на её талии. А потом он поцеловал её — жадно, не стесняясь никого. Алтея удивлённо нахмурилась. Она не знала, что именно её задело — то, как он внезапно исчез, то, как легко забыл о сестре, или то, с какой улыбкой он теперь смотрел на эту незнакомку. «Вот так просто? — подумала она. — Он только что рвал траву от злости, а теперь танцует, будто всё прекрасно.» Она продолжала стоять посреди веселья, одна, не вписываясь в ритм. И тут, словно из ниоткуда, к ней подошёл кто-то сзади. Она вздрогнула — ведь тот подошёл бесшумно. — Это Татья Петрова, — прошептали у самого уха. Голос был ленивым, знакомым, с характерной насмешкой. Кол. Он стоял вплотную позади неё, едва не касаясь, и практически положил подбородок на её плечо. Она ощутила его дыхание и тепло. — Первая красавица в деревне, — продолжил он. — Но у неё двое детей. Муж погиб, она скорбила, но время шло, и теперь она в активном поиске. И Элайджа, и Клаус за ней чуть ли не хвостиком бегают. Оба влюблены в неё. А она пользуется их вниманием. Хотя, — парень на миг задумался, — она им ничего не обещала. В любви и верности не клялась. Так что не понимаю, чего они от неё ждут. Алтея медленно повернулась, и Кол убрал подбородок с её плеча, отступив на шаг, но при этом не теряя интереса в глазах. — Что ты здесь делаешь? — спросила она. — Ты вроде бы не любишь такие праздники. — Ага, — Кол пожал плечами. — Меня матушка выгнала. Сказала, мол, иди, найди себе невесту. — Ну и как поиски? — с лёгкой усмешкой спросила Алтея. Кол не ответил сразу. Он медленно пошёл в сторону, туда, где сложили охапку сена. Сел поудобнее, привалившись спиной, и махнул ей рукой: — Идёшь? Тут мягко. А то ты вся напряжённая — как будто погоня за тобой вот-вот начнётся. Алтея посмотрела на шумную, весёлую толпу, на пылающий костёр, на Татью с Клаусом, на исчезающую в тени Ребекку — и направилась за Колом. — Ну и… — тихо спросила она, присаживаясь рядом, — присмотрел кого-нибудь? Кол, развалившись в сене, лениво перебирал сухие стебли, глядя, как отблески огня играют в волосах Алтеи. Его голос прозвучал спокойно, почти устало: — Нет, никого я не выбрал. Глупые девицы мне не интересны. Они все как одна — только и могут, что подчиняться правилам, чинно кивать и угождать. А мне такая не нужна. Алтея невольно улыбнулась, и Кол тут же заметил это. Он приподнял бровь и повернулся к ней чуть ближе: — Что? — с лёгкой ухмылкой спросил он. — Раньше ты говорил, что тебе вообще никакая не нужна, — заметила Алтея, чуть наклонив голову. — А теперь, выходит, у тебя уже есть определённый типаж. Значит, кто-то всё-таки заинтересовал тебя? Кол посмотрел ей прямо в глаза, его взгляд стал чуть серьёзнее, но улыбка осталась: — Возможно. — И кто же это? — поинтересовалась Алтея, не отводя взгляда. Кол на миг отвёл глаза в сторону, будто обдумывая, стоит ли отвечать. Потом медленно повернул голову обратно и с усмешкой произнёс: — Боюсь, если мы с ней когда-нибудь будем вместе… эта деревня сгорит к чертям. Алтея тихо рассмеялась: — Ну, значит, она тебе идеально подходит. Ты же сам — как хождение по лезвию. Любишь загадки, тайны, приключения. Так что кем бы она ни была… я рада за тебя. Кол улыбнулся в ответ, но в следующую секунду его взгляд помрачнел. Он опустил глаза на траву у своих ладоней, заиграл пальцами с сухим стеблем, и на его лице появилось выражение, которое Алтее ещё не доводилось видеть — задумчивое, почти тревожное. Она наклонилась чуть ближе и мягко спросила: — Я сказала что-то не так?.. Ты вдруг стал таким серьёзным. Кол не ответил сразу. Вместо этого он поднялся и, не глядя на неё, протянул руку. Алтея, не колеблясь, вложила свою ладонь в его. Он помог ей подняться, и уже тогда она задала вопрос: — А куда мы?.. Парень взглянул на неё с лёгкой ухмылкой, заметил засохшую травинку, что запуталась в её волосах, и осторожно вытащил её: — Танцевать. Алтея просияла. В глазах загорелся тот самый интерес, что был у неё с самого начала вечера. А Кол, взглянув на неё, весело добавил: — Думаешь, я не заметил, как ты смотрела на них? На каждого, кто веселится, кружится в танце? Мы покажем им, что такое настоящее веселье. Готова прыгать через костёр? Но он не дал ей ответить — схватив её за руку, он потянул её за собой. Они рванулись вперёд, прорываясь сквозь толпу, как два непослушных порыва ветра. Сначала никто особо не обратил внимания — ну мало ли кто пустился в пляс. Но потом кто-то узнал Кола, который обычно предпочитал тень, циничные замечания и что покрепче в кружке. Теперь же он в центре веселья. Вместе с Алтеей, которая выглядела удивлённой, но счастливой. Толпа начала провожать их взглядами, кто-то приостановился, кто-то перешёптывался. Подбежав к самому костру, Алтея резко замедлила шаг. Огонь был выше, чем она ожидала. Со стороны всё было куда проще. Он плясал и трещал, излучая жар и силу. — Кол… — прошептала она, бросив на него взгляд. — А мы точно перепрыгнем?.. Это же… ну, страшно немного. Он повернулся к ней лицом, и в его взгляде появилась та самая искорка, ради которой многие влюблялись в него без памяти: — Ты мне доверяешь? Она не колебалась ни секунды — просто улыбнулась и кивнула: — Да. Парень ухмыльнулся, сжал её ладонь крепче и сказал: — Тогда бежим! И они рванули. Не отпуская рук, не замедляя шага, как будто в этом прыжке было нечто большее, чем просто преодоление огня. Это было — освобождение, вызов, обещание. Они оторвались от земли, и в следующий миг — их ноги приземлились по другую сторону пламени. Костёр остался позади. На долю секунды Алтея просто стояла в шоке, с открытым ртом, и только потом — радость взорвалась в ней с новой силой. Она воскликнула и крепко обняла Кола, не задумываясь. Он удивлённо моргнул, но тут же обнял её в ответ. Его руки легли на её спину, и он на миг прикрыл глаза, наслаждаясь не только этим безумным моментом, но и — её улыбкой. Её жизнью. Её яркостью. А вокруг, тем временем, раздавались удивлённые возгласы и весёлый смех. Но для Кола и Алтеи всё это стало фоном. Потому что именно сейчас они были центром своего собственного праздника. Пламя костра потрескивало позади, когда их веселье было прервано — сначала не звуком, а взглядом. Он приближался, как холодный ветер перед грозой. Алтея ощутила его почти физически, ещё прежде, чем повернулась. Кол же просто закатил глаза, бросив мимолётный взгляд через плечо. — О, только не она сейчас… — пробормотал он себе под нос. К ним уверенно приближалась Ребекка. Даже издалека было ясно: она раздражена. Щёки чуть розовели от гнева, подбородок напряжён, шаги — чёткие и быстрые. Алтея вышла из объятий Кола, но его рука осталась на её талии чуть дольше, чем стоило бы, прежде чем он неохотно отпустил. — Что случилось? — мягко спросила Алтея, глядя на подругу с тревогой. Ребекка скрестила руки на груди и сердито фыркнула: — Маркиан — козёл! Кол не удержался и хмыкнул: — Ты только сейчас это заметила? Алтея, стремясь хоть немного сгладить ситуацию, незаметно локтем ткнула Кола в бок. Он едва заметно склонился вбок, как будто от дуновения ветра, не выдав ни звука. Но Ребекка всё же это заметила. И в следующую секунду её глаза чуть прищурились. Она ожидала, что Кол съязвит в ответ, может, кинет в Алтею колкость или шутливо оттолкнёт. Но нет. Он стоял спокойно. Сдержанно. Не просто позволял — принимал её. И в этот момент Ребекка вдруг задумалась. Они с Колом часто были на ножах. Он не любил делиться личным, держал всех на расстоянии. Но сейчас — он здесь, в самом центре праздника, рядом с девушкой, позволяющей себе касаться его, поправлять его слова, смотреть в его глаза — и он не возражает. Что-то между ними определённо есть, — подумала Ребекка. Пусть даже они сами это не признают. Особенно он. Но тот, кто хорошо знает Кола, не может не заметить, как он смотрит на неё. Ребекка, стараясь не выдать своих мыслей, продолжила сдержанным, но напряжённым голосом: — Этот придурок хотел меня поцеловать. Я отклонилась, а он стал… более настойчив. — Что? — Алтея сразу напряглась. — И что ты сделала? — Наступила ему на ногу, дала пощёчину. Сказала, что если он ещё хоть раз окажется со мной наедине, я позову братьев. Особенно Клауса… и Кола. Кол вскинул брови: — Почему именно нас двоих? — удивлённо спросил он, глядя на сестру с иронией. Ребекка пожала плечами: — Потому что Клаус зол. И он это знает. А ты — ужасен. Особенно тем, что маг. Ты можешь наслать порчу, и он тебя побаивается. К тому же, ты же его главный соперник. Алтея обернулась к Колу с вопросом в глазах: — Главный соперник? Кол закатил глаза вверх и откинул голову назад, как будто небеса могли услышать его немой сарказм. Он покачал головой: — Он соперничает со мной. А мне… всё равно. Ни на него, ни на всех этих пустышек, что бегают за нами, я не собираюсь как-либо обращать внимание, — с лёгким отвращением произнёс он. Ребекка хмыкнула: — Ага, и длится это уже пару лет. Они же оба — самые красивые и желанные женихи в деревне. Толпы девиц бегают то за одним, то за другим. Вот и враждуют. Кол фыркнул, будто это было смешно до абсурдности. Алтея в этот момент как будто отдалённо услышала слова Ребекки, но всё остальное вокруг замерло. В её голове возник яркий образ — Кол, окружённый деревенскими девушками, смеётся, позволяет трогать себя за плечо, говорит с ними мягко… По спине пробежали лёгкие мурашки. Её охватила волна странного, неприятного ощущения. Она даже не поняла, что именно это было — зависть? Ревность? Страх? Но её тело выдало то, чего она не осознавала. Она чуть отпрянула, глаза потускнели, губы сжались. И оба Майклсона это заметили. Ребекка — сразу, с интересом и какой-то внутренней женской чуткостью. А Кол — с почти хищной полуулыбкой. Он задержал на Алтее взгляд чуть дольше, чем следовало. Его уголки губ приподнялись, но в глазах мелькнуло нечто глубже просто ухмылка. Он видел её взгляд. Чувствовал на себе. И, чёрт побери, ему это нравилось. Ребекка, заметив всё это, хитро прищурилась и мысленно хмыкнула: «Ну-ну… даже не пытайтесь отрицать. Я всё уже поняла.» В её голове всё ещё крутились образы, созданные больным воображением: Кол, окружённый девушками, смех, шелест их платьев, лукавые взгляды в его сторону… Это было неприятно. Отталкивающе. И чем больше она пыталась отмахнуться от этих образов, тем сильнее ощущала, как нарастает какое-то непонятное внутреннее напряжение. А потом — вспышка. Белая. Ослепляющая. Ноги подогнулись. Мир вокруг на мгновение растворился. Словно кто-то сорвал покров с чужой памяти, с чужой жизни. Размазанные силуэты, золотой свет, незнакомый запах благовоний. Алтея слышала странные, неразборчивые голоса — будто эхо, будто кто-то говорил из другой эпохи. Среди этих образов — Кол. Но не тот, что стоял рядом с ней сейчас. Он был… другим. Длинные волосы. Иной взгляд. Более роскошная, вычурная одежда. Осанка — гордая, почти королевская. И рядом — дамы. Красивые, манерные, изящные. Взгляды полны восхищения, шелест платьев утонченнее любого танца. Она не могла разобрать деталей, но чувствовала — это не просто фантазия. А потом раздался голос: — Пора бы нам поразвлечься, не считаешь ли, брат? Клаус. Молодой. Насмешливый. Опасный. Вот что ощутила Алтея, когда попыталась разглядеть его. Кол повернулся к нему. Их взгляды встретились, губы изогнулись в одинаковых довольных ухмылках, и всё… оборвалось. Мир качнулся. Алтея моргнула — и снова оказалась здесь. Шум костра. Запах дыма. Сумерки. Кол — совсем рядом, рукой придерживает её за талию, не давая упасть. А Ребекка обеспокоенно заглядывает ей в глаза. — Ты в порядке? — спросили они почти одновременно. Алтея сделала глубокий вдох, стараясь не показать, насколько она потрясена. — Думаю… мне пора домой. Слишком много людей, шума… Всё это вымотало. — Вполне возможно, — поддержала Ребекка, поглаживая её по плечу. Кол не сказал ни слова. Он пристально смотрел ей в глаза. Слишком пристально. Словно пытался проникнуть вглубь. Он почувствовал — это было не просто головокружение. Что-то произошло… видение. Но что она такого увидела в нём? Он хотел знать — что. И почему — именно сейчас. Но Алтея выпрямилась, сделала шаг в сторону, освободившись от его поддержки. На лице — сдержанная серьёзность. — Пошли, Ребекка, — сказала она негромко, даже не глядя на Кола. Тот нахмурился. Он не понимал, чем заслужил такой холод. Что она увидела в этом видении? И почему теперь смотрит на него так, будто в нём кроется нечто опасное? Но он не стал настаивать. — Я провожу вас, — спокойно сказал он. — Мне и самому пора. — А как же празник и веселье? — спросила она, не глядя ему в глаза. — Такие праздники не по мне, — ответил он, но смотря прямо на неё, как будто это не просто вопрос от неё, а личный ответ для неё и только. Трое Майклсонов шли до дома в молчании. Ни звука, кроме шагов и ночного ветра. Ребекка то и дело бросала взгляд на Алтею, но та была замкнута в себе. Кол же шёл рядом, в привычной, чуть отстранённой манере, но с каждым шагом всё больше погружался в собственные мысли. Когда они подошли к дому, Ребекка и Алтея направились в одну комнату, Кол — в другую, даже не оглянувшись. Но они были не единственными наблюдателями. В тени, у дальнего окна, стояла Эстер. Её взгляд скользил сначала по Алтее, потом по Колу. К ней подошёл Финн. Он молчаливо встал рядом, и, спустя пару секунд, спросил: — Будем что-то предпринимать? Эстер не сразу ответила. Она продолжала смотреть в ту сторону, где скрылись её младшие дети. — Только по поводу Маркиана, — наконец сказала она. — А вот Алтею и Кола… не трогай. Посмотрим, что из этого выйдет. Финн кивнул. Эстер ещё раз окинула взглядом двор, остановившись на Клаусе, который всё ещё кружил в танце Татью. Его смех был лёгким, лицо расслабленным, но Эстер знала — это только маска. Между ним и Элайджей идёт борьба. Клаус всегда хотел добиться внимания отца, а вот Элайджа — Татьи. Но вышло совсем иначе. Татья уделяла внимание Клаусу, так как тот более открытый для общения, нежели Элайджа. Его серьёзность и была основной причиной, почему девушки не решались к нему подойти. Зато Майкл очень ценил то, что старший сын рассудителен, в отличие от младшего, что казался ему легкомысленным местами. Вздохнув, она тихо развернулась и пошла прочь, оставляя праздник позади. Тишина ночи вновь опустилась во двор Майклсонов. Но между голосов людей, ярких огней и звёзд ночи — уже начиналась новая история.