III. Жертва

      Темнота. Тяжёлая, давящая на мозг и источающая до тошноты противный запах крови вперемешку с гарью. Казалось, что она поглотила собой всё вокруг, впиваясь в каждую частичку пространства.       Янг Чул не знал масштабов помещения, в котором находился. Может, это лишь крохотная комнатка, похожая на ту, где он прожил два проклятых месяца своей жизни, по прошествию которых на затылке засеребрилась седина. А, возможно, это огромное пространство, которому нет ни конца ни края, и оно уходит далеко-далеко, в бездну неизвестности.       Возможно, здесь было вовсе и не темно, но Янг Чул не мог сказать точно. На глаза давила тугая повязка, через которою нельзя было разглядеть ровным счётом ничего.       За спиной скрипнула дверь, послышались торопливые шаркающие шаги, словно незнакомец (или незнакомка, всё возможно) шёл по бетонному полу в домашних тапочках.       — Ну что? Как дела, красавчик? — послышался до боли знакомый женский голос, который Янг Чул слышал уже бесчисленное количество раз.       Повязку грубо стянули с лица. Мужчина принялся судорожно моргать, пытаясь привыкнуть к приглушённому свету. Рядом с Янг Чулом стояла Бок Сун, уперев руки в бока. Повязка, ещё пару секунд назад бывшая на мужском лице, теперь валялась в стороне.       — Ты! Чёртова сука! — прорычал мужчина, пытаясь встать со стула, на который его кто-то любезно усадил. Но его агрессивные попытки не увенчались успехом: руки и ноги были крепко привязаны к предмету мебели жёсткими верёвками, которые только лишь больнее врезались в кожу. — Я так и знал, что вы психи… Убийцы! Грёбаные маньяки, охотящиеся за чужими жизнями ради своего удовольствия!       Женщина рассмеялась, подойдя ближе к мужчине. Запах её тяжёлых сладких духов забивался в ноздри, перекрывая душок крови и гари. Янг Чул скривился, отвернувшись в сторону.       — Ну, чего ты так, красавчик? — Бок Сун взяла мужчину за подбородок и повернула его голову к себе, вынуждая смотреть в маленькие женские глаза. — Я вот тебе покушать принесла…       Хозяйка отошла в сторону и подняла с пола контейнер с мясом, один из тех, что стояли в холодильнике на общей кухне. Открыв его, она взяла небольшой кусочек и поднесла ко рту Янг Чула.       — Кушай!..       Мужчина сжал губы. Лишь от одного взгляда на мясо к горлу подкатывала тошнота. Янг Чул знал — это далеко не говядина, как утверждала Бок Сун. Одно время мужчина работал на мясокомбинате, поэтому толк в этом деле знал.       — Отвали от меня! — крикнул мужчина, собрав все оставшиеся силы в кулак. — Ты не заставишь меня это съесть!       — О, ошибаешься. — Бок Сун ухмыльнулась, смерив мужчину властным взглядом. Женщина прекрасно понимала, что в данной ситуации довольно крепкий Янг Чул беспомощен. Верёвки держали его тело крепко, уж насчёт этого Нам Бок постарался.       Хозяйка с силой, необычной для женщины в уже почтенном возрасте, сжала мужской подбородок, заставляя Янг Чула против воли открыть рот. Второй рукой она буквально затолкала кусок мяса в глотку мужчине. Затем Бок Сун двумя руками сжала челюсти жертвы, чтоб он ненароком не выплюнул лакомство.       Вкус мяса был слегка сладковатый, но эта сладость щедро перекрывалась огромным количеством специй и какой-то химией для усиления вкуса. Кусочек был чуть склизким и холодным.       Содержимое желудка тут же       поднялось по горлу вверх, но женщина не давала раскрыть рот, поэтому пришлось проглатывать всю эту мерзкую массу.       — Вот, молодец, — протянула женщина, опуская руки. — Можешь же, когда хочешь.       Янг Чул хватал ртом воздух в надежде убрать этот мерзкий привкус с языка. Но получалось из рук вон плохо. Бок Сун смотрела на эту картину с широкой улыбкой.       — Раз уж мне всё равно суждено сдохнуть, — проговорил Янг Чул, чуть отдышавшись, — ответь… Что это за мясо?       Бок Сун вновь рассмеялась.       — Действительно хочешь знать правду, а, красавчик?       Янг Чул кивнул. Плевать, что бы она не сказала, уже всё равно. Смерть настойчиво стучалась в дверь, и мужчина ясно это чувствовал. Значит, терять уже нечего.       — Это человечина. — Короткая фраза прозвучала как гром среди ясного неба. — Готовлю по своему фирменному рецепту. Хотя, в этот раз получилось не очень, — она указала на контейнер, — та девушка была довольно худой и болезненной.       Янг Чул бешено смотрел на хозяйку, ища в её эмоциях хоть небольшой намёк на шутку. Но женское лицо было полностью серьёзным, из чего следовало, что она говорит правду. Жуткую правду, которую не хотелось слышать. И зачем он только попросил её сказать об этом?       — Чёртовы каннибалы, — выдавил Янг Чул, обессилено опуская голову.       Бок Сун ухмыльнулась, погладив мужчину по волосам с какой-то странной нежностью.       — А ты вот ничего. Хорошее тело и жира достаточно… Надеюсь, девушке из 303 понравится твой вкус. Сколько же пакетов ты займёшь? — она театрально закатила глаза, словно что-то высчитывая. — А впрочем, скоро узнаем. — Хозяйка перевела взгляд на дверь, где уже возник Нам Бок с топором в руке. Из-за его спины выглядывал Дык Чон, противно хихикая.       — Мы будем тебя кушать, хи-хи, — он забежал в комнату и принялся кружиться вокруг Янг Чула. — Кушать…

***

      — Чон Хва, ну что там? — громкий голос напарника вырвал девушку из размышлений. — Здесь ещё один труп, — молодая полицейская стояла около стены небольшого магазинчика и озадаченно пялилась на тело рыжего кота.       Её напарник подошёл ближе и тоже принялся разглядывать неприятную картину.       — Уже третий на этой неделе, — невесело заметил мужчина, убирая тельце в чёрный пакет.       — Я думаю, что это всё как-то связано… — протянула Чон Хва. — Знаешь, все серийные убийцы обычно начинают с животных.       Напарник удивлённо приподнял бровь. Доводы девушки казались ему притянутыми за уши.       — Мне кажется, что ты себя накручиваешь. Может, среди животных распространяется какая-нибудь инфекция. Один кот переносит заразу к другому, вот и мрут. — Попытался накинуть идеи полицейский.       — Всё может быть, но что-то по-прежнему не даёт мне покоя… — девушка отвела взгляд в сторону. — О, постойте! — она заметила женщину, которая сообщила им о мёртвом коте. Та не спеша подошла к полицейской. — Вы владелица этого магазина?       — Да, — женщина кивнула.       — Скажите, вы не видели никого подозрительного в последнее время? Может, кто-то приходил покормить котов?       — О, вчера здесь околачивался паренёк из того общежития, что на конце улицы. — Женщина сделала неопределённый жест рукой, показывая куда-то вдаль.       — Общежития? — переспросила Чон Хва.       — Да, оно уже давно здесь есть. И этот парень, кажется, живёт там.       — Вот как. Что ж, спасибо за информацию. Если вдруг заметите этого парня вновь, свяжитесь с нами, до свидания! — девушка улыбнулась владелице и пошагала к машине, где уже ждал её напарник, сверлят Чон Хва нетерпеливый взглядом.       «Нужно будет как-то наведаться в это общежитие», — подумала Джун Хва, бросив взгляд на злосчастный магазинчик.

***

      Казалось, что моё сердце упало вниз и теперь неистово билось где-то в животе. Липкий страх сковал, растёкся по венам мерзкой субстанцией, не давая двинуться с места.       Я точно закрывала дверь.       Эти слова стучали в голове в такт сердцу. Я отчётливо помнила, как вчера вечером испуганно забежала в комнату и повернула замок. Картинка ясно впечаталась в память.       Но почему тогда дверь открыта? Неужели, у кого-то из жильцов есть ключ от моей комнаты? А может это хозяйка? У неё должен быть второй ключ, но зачем ей посреди ночи понадобилось заходить в мою комнату?       Страх начал постепенно отступать, а на замену ему пришло чувство гнева. Кто, чёрт возьми, посмел зайти в мою комнату без моего на то согласия? Поднявшись с кровати и накинув на плечи халат, я стремительно направилась по узкому коридору к Бок Сун, дабы выведать всю правду.       — Доброе утро, милая... — начала было хозяйка, но я резко оборвала её.       — У кого-то, кроме меня, есть ключи от комнаты 303?       Женщина немного опешила от такого внезапного вопроса, но быстро вернула самообладание.       — О, конечно же нет, даже у меня нет вторых ключей от комнат жильцов! — залепетала Бок Сун, при этом улыбаясь. Но улыбка эта выглядела до жути неестественно, будто бы ей, как кукле, растягивали рот. — А что, что-то случилось?       — Да. Когда я проснулась, то обнаружила, что дверь слегка приоткрыта. Но я точно помню, что закрывала её вчера.       Женщина чуть поджала алые пухлые губы. Было заметно, что она растеряна и лихорадочно пытается найти выход из сложившейся ситуации.       — Наверное, ты сама забыла закрыть дверь, — сказала хозяйка после недолгой паузы, — с кем не бывает! Не переживай, у нас все приличные, никто бы не стал заходить в твою комнату, даже если дверь открыта.       Я вздохнула, чуть прикрыв глаза. Гнев кипел в крови, но я старалась держать себя в руках. Сейчас не время устраивать сцены, пора собираться на работу.       — Ладно, — я примирительно вскинула руки. — Возможно, вы правы. Мне пора собираться, так что я пойду.       — О, постой, — женщина аккуратно взяла меня за запястье, не давая покинуть коморку, — возьми. — В руке Бок Сун оказалась небольшая стеклянная бутылочка без этикетки. — Это травяной чай, помогает расслабиться и успокоиться.       — Спасибо, — я взяла напиток и стремглав вышла из комнаты, вспомнив о времени, которое неумолимо шло вперёд, оставляя всё меньше драгоценных минут на подготовку к первому рабочему дню.       А подготовиться было необходимо, ибо я жила по устою, что в первый день нужно произвести впечатление на все сто с хвостиком. Уж не знаю, в какой момент это убеждение сформировалось у меня в голове, но следовала я ему исправно, и поэтому не могла позволить никому и ничему его нарушить.       Умывшись прохладной водой, дабы хоть на немножко взбодриться после не очень приятной ночи и утреннего происшествия, я надела заранее приготовленный костюм, состоящий из свободных брюк, пиджака, угольно-чёрного цвета, и обтягивающей белой футболки. Глажка этого костюма вчера мне далась, мягко говоря, не очень: доска и утюг были достаточно старым (как и, собственно говоря, всё в этом общежитии) и со своей задачей справлялись на троечку.       Собрав волосы в аккуратный пучок и сделав лёгкий макияж, я направилась на кухню, чтобы хоть чем-то перекусить, потому что идти на работу на голодный желудок — идея явно не из лучших.       Кухня пустовала. Скорее всего из-за того, что сейчас было достаточно рано и никто из жильцов, ну, за исключением хозяйки, ещё не проснулся. В общем-то, это было мне только на пользу.       Заварив чай и взяв одну из купленных давеча булочек, я уселась за небольшой кухонный столик, который уже трещал по швам, грозя сломаться в любой момент. На телефон пришло сообщение от Хёна, в котором он желал удачного первого рабочего дня. Это было, пожалуй, единственным, что вызвало у меня улыбку за всё утро.       — Прочитали что-то хорошее? — голос раздался внезапно где-то над ухом, заставляя меня дёрнуться и чуть ли не схватиться за сердце.       Я подняла глаза, столкнувшись с изучающим тёмным взглядом уже знакомого мне стоматолога. На нём уже не было привычного элегантного образа: рубашку заменил чёрный лонгслив, а идеально выглаженные брюки — спортивные штаны.       — О, да так, — делиться подробностями своей личной жизни с практически незнакомым человеком не очень-то и хотелось. — Просто мне пожелали удачного дня.       — О, вот как, — мужчина присел на соседний стул, чему я была не особо-то и рада. — Вы выходите на работу?       — Да. — односложно ответила я, отхлебнув чая.       — Тогда я тоже пожелаю вам удачи, — Мун Чжо натянул фальшивую улыбку, всё также фокусируясь на моих глазах. От этого тяжёлого взгляда меня словно вжимало в пол. — Но разделить участь работяги с вами я не смогу, мне повезло получить сегодня выходной. — Буднично проговорил стоматолог, откидываясь на спинку хиленького стула.       — Что ж, надеюсь, вы сможете отдохнуть, — я старалась придать своему голосу как можно более дружелюбный тон, при этом пытаясь быстрее допить горячий напиток.       — Спасибо, — коротко ответил Мун Чжо, положив тонкие руки на колени.       — А мне пора бежать, — я встала из-за стола, мысленно радуясь возможности прикатить не очень приятный разговор.       — До свидания, — кинул мужчина вслед, — увидимся вечером.       От конца фразы по телу пробежались мурашки. От одной только мысли, что мне вновь придётся остаться наедине с этим жутким типом, голова начинала кружиться, а на коже выступал холодный пот.

***

      Замерев на пару секунд перед стеклянными дверьми, отражающими свет июньского солнца, я глубоко вздохнула. Нужно было постараться не ударить в грязь лицом, а то закреплю на себе какое-нибудь неприятное клеймо на всё рабочее время.       Собравшись с духом, я зашла в просторный холл. На ресепшене сидела приятная на вид девушка с короткой стрижкой и узким очками, чуть съехавшими к кончику аккуратненького носика.       — Ким Арин, верно? — произнесла она, подняв на меня подведённые чёрным глазами, обрамлённые длинными ресницами.       — Да, — ответила я, сдержанно улыбнувшись.       — Хорошо, — девушка опустила руку вниз к небольшому шкафчику и выудила оттуда белую карточку, — вот ваш пропуск.       Взяв карточку, я бодро зашагала к лифту, попутно читая в голове успокаивающие мантры. Вместе со мной в кабинку зашли ещё несколько человек, весело переговаривающихся на какую-то тему. Почему-то от этого мне сразу стало спокойнее.       Выйдя на нужном этаже, я приложила пропуск к специальному датчику около двери, ведущей в офис. Та приветливо пикнула, запуская внутрь.       Офис же, вопреки моим ожиданиям, оказалась не таким уж большим: несколько столиков, разделённых перегородками, были расставлены по периметру комнаты, возле одной из стен стояло несколько стеллажей с бумагами. Свободное пространство на полках этих самых стеллажей было занято цветами в горшочках.       — О, здравствуй, Арин! — из-за одного из столиков показалась госпожа Пак. Её лицо было озарено приветливой улыбкой. — Это наша новая работница — Ким Арин.       Мои будущие коллеги, которых было почему-то всего три человека, почти синхронно повернули головы в мою сторону. Мужчина с короткой стрижкой и пирсингом на брови махнул мне рукой.       — Я Чён Хо, приятно познакомиться!       — Взаимно, — кивнула я.       — Мин Сон, — отозвался парень из-за соседнего столика.       Единственной, кто не поздоровался, была девушка за дальним столиком. Она увлечённо болтала по телефону и, кажется, не замечала никого вокруг. Чён Хо смерил её осуждающим взглядом, жестом подозвав меня к себе.       — Она у нас немного с синдромом королевы, — шепнул он мне на ухо, — считает себя лучше всех вокруг.       — Что ж, хорошо, буду знать.       — Твоё место рядом с Мин Соном, — госпожа Пак указала на пустующий столик. — Если тебе вдруг понадобится помощь, можешь обращаться к нему.       — Поняла, госпожа Пак.       — О, зови меня просто Джи Юн, не люблю формальности. Вот твои задачи на сегодня. Ничего сложного, просто отредактировать пару статей. — Она вручила мне несколько листов.       Я кивнула и присела на уже мой по праву стул, осматривая рабочее место.       — Что ж, работайте, ребята! — она открыла дверь в одном из концов комнаты и зашла в помещение, являющиеся, по всей видимости, её кабинетом.       «Пора вливаться в рабочие будни», — подумала я, включая компьютер.

***

      Янг Чул вновь открывает глаза. К его большому сожалению. Почему он просто не может умереть? Плевать, что эти уроды сделают с ним после смерти, ему по очевидным причинам будет всё равно. Но почему весь этот ужас приходится переживать при жизни?.. Неужели, божественная кара всё же существует, и сейчас он искупляет все свои грехи путём нескончаемых мучений?       Привыкнув к полутьме, Янг Чул понимает, что находится уже в другом помещении. Оно уже не такое крохотное, по размерам напоминает кухню в общежитии, только без мебели. Руки и ноги вновь крепко связаны, но только теперь мужчина располагается не на старом деревянном стуле, а на кресле дантиста. Причём (вы только подумайте!) относительно новом и чистом.       Повернув голову насколько это возможно, Янг Чул увидел, что пространство вокруг кресла огорожено прозрачной клеёнкой, прямо как в фильмах ужасов. Да и вообще вся эта картина складывалась в один большой хоррор-фильм, почему-то переместившийся в реальность.       И вновь шаги. Но теперь не те шаркающие, а другие, по-кошачьему осторожные. Спустя пару секунд из-за клеёнки показался широко улыбающийся Мун Чжо.       — Ну, как вам тут у нас? Нравится? Не перехотелось съезжать? — в звенящем тембре сквозила издёвка, мол, что? Добился чего хотел? Смог прикрыть всю эту лавочку психбольных?       Янг Чул не ответил. На это уже не было сил. По грубым смуглым щекам текли слёзы, смешиваясь с запёкшейся кровью.       Мун Чжо надел фартук из белой материи, чем-то напоминающий мясницкий. А, возможно, так и было. Мужчина подкатил к жертве маленький столик на колёсиках, где покоились различные инструменты.       Взяв в руки щипцы, стоматолог насильно раскрыл рот Янг Чулу; он же особо не сопротивлялся: понял, что всё бесполезно. Легче принять свою участь, чем пытаться вырваться из этого Ада, никак по-другому и не выразиться.       Мун Чжо зацепил щипцами один из дальних зубов, а затем сделал резкое движение рукой. Послышался довольно громкий хруст. Рот Янг Чула стремительно заполнился кровью. Багровый капли стекали по подбородку, оставляя следы на белых латексных перчатках, надетых на руках у Мун Чжо, и на обивке кресла. Крови было настолько много, что она начала стекать в горло, заставляя тяжело хрипеть и кашлять.       — Ну вот, первый готов, — стоматолог вытащил окровавленный зуб и бросил в заранее подготовленный металлический сосуд.       Почему, почему он не теряет сознание от адской боли? Не захлёбывается в собственной крови? Янг Чул не знал. Сейчас ему хотелось одного — забыться, погрузиться в спасительную темноту. Не видеть, не чувствовать…       — Осталось ещё два, — улыбнулся Мун Чжо, — не так уж и много, верно?