Проблески жизни

«Если уж всё так прекрасно сложилось, что вы ухитрились как-то сегодня проснуться, вам теперь ничего не страшно» ©

      Должен признать, в библиотеке мне нравилось куда больше, чем в тренировочном зале. Читать я любил ещё в прошлой жизни, а уж после попадания это стало, пожалуй, единственным моим увлечением. Многие привычные вещи стали недоступны, а то, чем занимались другие дети, меня в силу ментального возраста при новой жизни не привлекало. Книги тут, конечно, были роскошью, но, к счастью, в посёлке Богу расположились несколько читальных залов, куда я мог спокойно попасть — это и библиотека при храме какого-то бога литературы, чьё имя я уже не помнил, в которую пускали вообще всех желающих, и библиотека при школе, которой могли свободно пользоваться ученики и студенты. А уж потом удалось получить рекомендацию, открывшую мне доступ и в другие общественные библиотеки. Увы, подобное счастье для меня завершилось с появлением в моей жизни истинного пустозвона. Когда каждый твой день становился борьбой за выживание, времени на то, чтобы заниматься чем-либо другим, больше нет. Да и не хотелось. Мысли о чтении книг больше не доставляли мне радости, и, добыв достаточно еды, чтобы дожить до завтра, хотелось просто уснуть. Уснуть и оказаться в мире, где ничего плохого со мной не происходило.       Но теперь не было пустозвона. Не было необходимости каждый день выгрызать у судьбы право на жизнь. И я постепенно начал вспоминать вещи, которые когда-то любил.       Библиотека розового дворца предлагала такие вещи, которые вряд ли нашлись бы даже в частных коллекциях богачей, но сейчас меня больше интересовала специфическая литература для демонов, причём не художественная. Забавно, но там и весьма подробные трактаты о небожителях нашлись. Уж не знаю, кто и когда это изучал, но и там можно найти разные полезные вещи. Например, информацию о том, что если помешать небожителю пройти небесное бедствие, он ослабнет настолько, что любое существо, которое окажется хоть немного сильнее, сможет полностью лишить его божественных сил. Но имелась и ещё одна информация где-то на уровне баек.       Что, якобы, можно заставить небожителя добровольно отдать всю свою силу, если убедить в том, что он её недостоин.       Впрочем, всё это будет ещё не скоро, так что я решил сосредоточиться на другой информации, так сказать, более актуальной, и вот тут-то обнаружились сложности. Подменить небожителя в момент вознесения было возможно, но требовало удачи и тщательной подготовки (первое точно придется выпрашивать у Хуа Чэна, со вторым пообещал помочь Ци Жун, если сам не справлюсь), был ещё способ добровольной передачи, где не требовалось практически ничего, кроме согласия и нахождения обеих сторон в нужном месте в нужное время, но такой сказочный вариант я даже не рассматривал. Это ж кто в здравом уме отдаст своё законное место на небесах демону, даже если на время? Но попасть на небеса — ещё половина дела, ведь там ещё надо удержаться, и речь не только про манеры. Небожители живые. А значит, у них есть присущая всем живым энергия ян, которую призраки самостоятельно не вырабатывали. Способов добычи данной энергии было несколько, и все они отличались по своей эффективности. Питьё живой крови хоть и давало ян, но инь оно давало ещё больше, что для маскировки под живого не особо подходило. Самым эффективным, согласно сразу нескольким источникам, являлся способ, так сказать, «через постель», причём партнёр должен быть живым мужчиной. Подобный способ позволял достаточно быстро получить большое количество нужной энергии, хоть и варьирующейся от таких факторов, как возраст «партнёра» и твоё желание ему навредить (изъятием жизненной силы так-то и убить можно, если взять слишком много). Впрочем, как бы заманчиво ни звучала перспектива получить много энергии в короткий срок, сомневаюсь, что хоть однажды стану к нему прибегать, так что просто отметил данный способ в своей голове, как очередной любопытный факт, а сам выбрал тот, который лично для меня был наиболее подходящим. Поглощение ян из окружения. Требует весьма прилично времени, чтобы получить необходимый объём энергии, но при этом никаких рисков не имеет. Разумеется, если не использовать для данного дела заклинателей и небожителей, которые могут почувствовать, что через них вытягивают ци, и заподозрить неладное.       Когда я не читал книги и не отдыхал в своей комнате, которую, к слову, по-прежнему считал слишком роскошной, то пытался установить связь со скелетами на «костяном острове», чтобы смотреть на мир их глазами. Так как они были оживлены моей собственной духовной энергией, это могло сработать. Возможно, Хуа Чэн с его бабочками знает больше, но после той тренировки мы с ним не пересекались и не разговаривали. И я не думаю, что готов сейчас к диалогу.       Отложив наконец книгу, я потянулся в кресле, отчего хрустнул чуть затёкший во время чтения позвоночник. Хорошо, что, в отличие от прошлого раза, я не разорвал ткань обивки собственными рогами. Было очень неловко, как бы Ци Жун ни отмахивался, что ничего страшного не произошло. Кстати, о нём… вроде как слуги в коридорах говорили, что они с Хуа вышли в город по делам? Значит, в любом случае, расспросить никого пока не выйдет. Закрыв толстый том, который являлся трудами некого учёного-заклинателя с пометками и исправлениями уже от местных демонов, я покинул помещение библиотеки и на одних лишь рефлексах тела спустился на свой этаж.       Стоило открыть дверь в комнату, как в нос ударил насыщенный запах еды. В этот раз на столе меня ждали блестящие от соуса жареные утиные ножки, булочки из рисового теста весьма нехарактерной для китайской кухни формы, травяной чай, а так же несколько цветных шариков, которые при ближайшем рассмотрении оказались примитивным видом мороженого из молока и раздавленных фруктов. Кажется, приготовили это всё не так уж и давно — чай и утиные ножки ещё не успели остыть, а от мороженого даже поднималась лёгкая морозная дымка. Как же давно я не ел ничего подобного…       Впрочем, в комнате изменилось ещё кое-что, что я с первого раза не заметил. Вместо медвежьей шкуры, которую ранее подложил мне Ци Жун, теперь лежало одеяло, судя по всему, набитое перьями или пухом. Конечно, Ци Жун и раньше забирал эту шкуру, если считал, что её надо почистить, вот только обычно вместо неё он клал другую такую же, либо, например, тигриную, но никак не одеяло или что-либо ещё. Кто-то из подчинённых случайно уронил все звериные шкуры в горящий очаг при переноске с места на место и пришлось импровизировать? В любом случае, сейчас я хотел поесть, а не разгадывать загадку постельного белья.       С тех пор, как Ци Жун начал добавлять свою духовную энергию в еду, блюд на столе стало гораздо меньше, просто потому, что в таком количестве больше не было необходимости. Иногда после такой трапезы, когда чувство бесконечного голода отступало, мне на какие-то мгновения начинало казаться, что всё нормально, что то, что произошло со мной, лишь долгий затянувшийся кошмар. Не было пустозвона, череды несчастий, голода в тюрьме и смерти в одиночестве. Но… Это всё было. Было и закончилось. Быть может, я и в самом деле смогу когда-нибудь вернуться к нормальной жизни?.. Нет. Не выйдет. Как минимум потому, что для возвращения к нормальной жизни нужно быть хотя бы живым.       Я бегло кинул взгляд на окно с рамой в форме гексагона. Синяя штора слегка колыхалась на воздухе, но не закрывала вид на Призрачный город. Снаружи маняще светили красные и розовые огни, а откуда-то снизу доносились голоса жителей. С тех пор, как меня привезли сюда, я выбирался наружу лишь дважды: когда проверял жителей деревни на берегу и когда меня решили «выгулять» в Сянлэ. Кроме этих двух случаев, я не покидал стен розового дворца. Не было необходимости. Сейчас, когда эффект от еды Ци Жуна только вступил в силу, и я не рисковал набросится в приступе голода на ближайшую помойку, или, что ещё хуже, на кого-то из демонов… Может, стоит нарушить привычный распорядок?

***

      Циклопы-охранники, играющие в карты недалеко от входа во дворец, на моё появление почти не среагировали, только глянули, кто идёт краем… глаза. Впрочем, я здесь не пленник, запрета выпускать меня наружу нет. Город, кажется, почти не изменился с момента, когда я посетил его впервые. Всё так же сверкал красными и розовыми огнями фонарей, а по краям центральной улицы располагались торговые лавки, чьи хозяева старались привлечь внимание потенциальных клиентов. Их зазывания мешались с шумом улицы, превращаясь в одну сплошную какофонию голосов.       На миг я замер в растерянности. Ходить по настолько оживлённой улице мне как-то ещё не доводилось, но любопытство взяло вверх. В книгах особо много знаковых мест не было — Дворец Удовольствий, который в этой реальности заменил многоэтажный Розовый дворец, пара лавок, с хозяевами которых знакомился Се Лянь, и Игорный дом. В общем, кроме последнего, никаких достопримечательностей здесь я не знал, но идти туда мне так-то не зачем, разве что посмотреть, как люди проигрывают свои, а, порой, чужие конечности и жизни. Будь у меня хоть какие-то деньги, перепробовал бы местные блюда чисто ради интереса. На прилавках, к слову, помимо демонических блюд, вроде баоцзы с начинкой из живых червей или супа с человеческими глазами, расположились и вполне обыденные продукты, которые тут даже спокойно ели люди в демонических масках. То, что это были люди, легко понять, если присмотреться, но, вот, кроме внешности, ничто не намекало на их природу. Словно нечто скрывало их сущность полностью. Возможно, это даже не совсем люди, а кто-то из небожителей? Говорят, что они сюда периодически захаживают ради каких-то тайных дел…       Человек в зелёной маске восторженно заказал вторую тарелку овощного супа у хихикающей демоницы за прилавком, нахваливая вкус, который «не сыщешь ни в одной человеческой таверне», а мне с моего ракурса прекрасно было видно, что у хозяйки зияла огромная пасть на брюхе с длинными острыми зубами, которыми она и шинковала овощи вместо ножей. И почему я не удивлён? Оторвавшись от созерцания чудес демонической кухни, я уже собрался было развернуться, но в этот самый момент едва не оказался снесённым в сторону плечом здоровенного демона.       — Эй, не стой на!.. — демон с четырьмя руками развернулся было в мою сторону, скаля кривые зубы, но вдруг замер, — на… на…       На миг я подумал, что у меня за спиной материализовался Ци Жун, но нет. Этот демон смотрел именно на меня, а не за спину. Чего это он?..       И тут я заметил одну вещь: хотя улица всё ещё оставалась оживлённой, тем не менее, вокруг меня как-то само собой образовалось пространство. Демоны обходили меня стороной, оборачиваясь кто со страхом, кто с интересом, кто-то перешёптывался, думая, что я их не слышу.       «Новенький Непревзойдённый!» — шептались одни.       «Дорогой гость любимых Градоначальников!» — донеслось от других.       Ладно, наивно было думать, что обо мне никто и никогда не узнает. Слухи от слуг из Розового дворца коварно выскользнули наружу и поползли по Призрачному городу… и, возможно, дальше. Даже на Небеса.       Четырёхрукий демон продолжал стоять, словно статуя самому себе, вероятно, ожидая какой-либо кары за свои слова и действия. Возможно, нужно ответить что-нибудь в духе «смотри куда идёшь», да? Или всё-таки нет? Просверлив его взглядом ещё несколько секунд, но так и не сообразив, как стоит ответить и стоит ли вообще что-либо отвечать, я просто молча развернулся, спугнув нескольких оказавшихся на моём пути мертвецов.       Демоны боялись. Кто-то просто шарахался, стоило мне пройти мимо, кто-то ещё успевал потоптаться на месте, словно бы хотел что-то сказать, но сам не знал, как это сделать, чтобы не оказаться съеденным. Как много они вообще обо мне слышали?       Как там, кстати, говорил Хуа Чэн? «Плевать, что будут шарахаться, едва завидев»? Он оказался прав. Мне действительно было наплевать.       — Отпустите! Отпустите, я ещё могу отыграться! У меня осталась ещё одна рука!       О, а вот и тот самый Игорный дом — ноги вынесли меня с потоком жителей города на главную улицу. И, похоже, очередного буйного посетителя выносит за шкирку демон-медведь, похожий на криво сшитое чучело. За парочкой тянулся кровавый след — как раз из обрубка руки проигравшего, которого утеря конечности будто совсем не беспокоила. Что же он там такое хотел себе, что готов остаться ради этого калекой, неспособным без чужой помощи даже поесть? Демоница в улыбающейся маске то ли гейши, то ли злободневного мима заискивала перед наблюдающими за данным зрелищем гостями и распиналась за «беспорядок» у дверей. Интересно, Хуа Чэн и Ци Жун сейчас внутри? В конце-концов, кто-то должен следить за ставками, чтобы те не перешли границу допустимого, а полагаться на одних лишь слуг в таком деле чревато последствиями.       Когда посетителя унесли, по всей видимости, за ворота города, толпа начала понемногу расходиться. Крики и возмущения стихли то ли от того, что медведь отошёл уже слишком далеко, то ли от того, что кричать мужчина больше не мог. В какой-то момент на площади перед Игорным домом стало как-то сильно пусто. И едва я вынырнул из собственных мыслей обратно в реальность, как тут же наткнулся взглядом на улыбающуюся маску демоницы, что стояла на ступенях. И, похоже, что она заметила меня тоже. Она не отшатнулась и не испугалась, наоборот, подошла ближе и поклонилась в пояс, на что я на секунду даже впал в ступор.       — Приветствую достопочтенного Непревзойдённого, — под маской не было видно выражения лица, но, судя по голосу, демоница и сама улыбалась. — Не желаете ли ознакомиться с нашим скромным заведением?       Я перевёл взгляд на здание Игорного дома. Правильно ли я понял, что вот ЭТО место, больше которого в городе лишь Розовый дворец, только что назвали скромным заведением?       — Мне нечего поставить и нечего просить взамен, — ответил я.       В самом деле, даже будь у меня хоть немного удачи для посещения подобных мест, вопрос с моей местью уже решается, а ничего другого мне и не надо. Что ещё можно потребовать в качестве выигрыша? Вновь стать живым? На такое в этом мире не способны даже боги.       — Играть совсем не обязательно.       Демоница приглашающе взмахнула рукой в сторону лестницы, ведущей, как я понял, прямиком в главный зал. Она не тащила силком, но и не шарахалась в страхе, лишь держась на на некотором расстоянии впереди. Обойдя её, я поднялся по ступеням, всё ещё испачканным кровью неудачливого игрока. Аж самому интересно стало, что здесь такое можно получить, за что искусные ремесленники готовы заплатить своим талантом, певцы — голосом, а те, у кого нет ничего стоящего, отдают жизни родственников? Хотя… Если так подумать, то вряд ли они прямо-таки готовы это всё потерять. Обычно люди, что ходят по подобным заведениям, на проигрыш как раз и не рассчитывают. За них просто начинает говорить мания наживы и азарт.       Едва ступив на порог здания, я сразу заметил, что розовых оттенков здесь почти не наблюдалось: лишь редкое освещение и шёлк занавесей ложи, расположенной на возвышении в конце огромного двухэтажного зала. Пространство разделяли ширмы и линии узоров на полу, позволяя визуально понимать, где начинались зоны различных столов — с картами, с фишками, с кубиками — я не видел отсюда всего, но разнообразие игр присутствовало. Видимо, Ци Жун научил местных чему-то из нашего мира. А ещё отовсюду слышались крики.       — Ставлю пятьдесят лет своей жизни!       — Ставлю жизнь своей жены!       На лицах таких людей, даже скрытых масками, не отражалось ничего, кроме безумия. И не было здесь никакой магии — азарт неопытных игроков захлёстывал с головой, затмевая разум жаждой наживы.       Да уж… А ведь многие даосы, заклинатели и просто храмовые настоятели в один голос утверждают, что демоны обманывают людей, соблазняют их на ужасные поступки, превращают хороших людей в тиранов… По-моему, люди сами с этим неплохо справляются.       Возле одного из столов вдруг раздался обречённый вопль, который тут же заглушил смех демонов.       — Проиграл! Проиграл! — кричал один.       — Будет платить по счетам! — вторил ему другой.       — Н-нет… — человек в ужасе зажал рот руками, будто пытаясь не дать до него добраться. Видимо, поставил он либо свой язык, либо, что куда менее вероятно, зубы.       На мгновение я даже остановился — проклятые остатки человечности дали о себе знать, но я быстро их прогнал. В этой ситуации некого жалеть. Никто здесь не заставляет тебя играть. Если не хочешь рисковать телом или годами жизни ради мимолётного шанса на какую-нибудь высокую должность, можешь просто развернуться и выйти из помещения. Можно, конечно, порассуждать, что, может быть, некоторые из игроков приходят сюда от отчаяния и меняют своё благополучие на жизни близких, а не наоборот, но будем честны — такие люди если и есть, то они напрямую сделку с Градоначальниками заключат, а не будут испытывать удачу.       — Основной зал находится здесь, — вывела меня из очередных за день размышлений о человеческой природе моя сопровождающая, — однако с верхней галереи открывается прекрасный вид, и есть несколько комнат для отдыха. Или, если желаете, можете присоединиться к нашим Дорогим Градоначальникам для наблюдения, — она элегантно махнула рукой в сторону двойной ложи, половина которой была завешена красным, а вторая — бледно-розовым шёлком с какими-то золотыми вкраплениями на полупрозрачной ткани.       Я бегло скользнул взглядом по верхним этажам, где уже шумела толпа различных демонов, затем перевёл взгляд на укрытую балдахином ложу, к которой лишний раз никто не подходил… Думаю, выбор очевиден. Я кивнул в ту сторону, на что демоница, вероятно уже по профессиональной привычке, жестом показала следовать за ней. За свисающей тканью не видно сидящих внутри, только силуэты, но если очертания широкоплечего Хуа Чэна угадывались без проблем, то силуэт, предположительно, Ци Жуна, был явно меньше, чем обычно. Может, он сидит дальше?..       Когда мы поднялись наверх я ожидал, что демоница позовёт кого-нибудь вынести скамью или хотя бы просто стул. Я, конечно, могу и просто на пол рядом сесть, но сомневаюсь, что Ци Жун оценит такой ход. Опять веером по макушке съездит и каждую пылинку сдует. Вот только последнее, чего я ожидал, это то, что прислуга отодвинет штору, скрывающую то, что внутри.       — Прошу, проходите.       Внутри на обитом шёлком сиденье, закинув ногу на ногу, расположился Хуа Чэн, а на его плечо кокетливо опиралась демоница в розовых одеяниях, роскошных и пышных, подозрительно сильно похожая на Ци Жуна. Только секунду спустя я понял, что это Ци Жун и есть.       — Хэ-сюн! — девушка помахала мне рукой, мягким голосом поприветствовав через шум толп в зале. Однако, здесь в целом было тише. Крики демонов и людей до ложи не особо добирались. — Пришёл сыграть?       — Выполз наконец из норы? — хмыкнул в противовес радости скучающий Хуа Чэн.       — Решил посмотреть… как тут всё устроено, — ответил я, всё ещё стоя у входа, не уверенный, что мне вообще стоило сюда заглядывать.       Ци Жун сделал… сделала жест рукой куда-то в сторону, и за шторкой мелькнула пара скелетов. Тут же сбоку они, клацая костями, внесли более простой, но добротный стул из чёрного дерева и поставили третьим по счёту, то есть, первым слева. Посередине находился «трон» Ци Жуна, а справа — Хуа Чэна. Напоследок на сиденье кинули синюю подушку с серебряными нитями.       — Садись с нами, покажем и расскажем, — демоница села на своё место, поболтав ногами в воздухе и едва не потеряв розовые балетки. Женский облик Ци Жуна почти на две головы был ниже мужского. — Что тебя интересует? Кости? Карты? Фишки?       — Ставки, наверное, — я немного поколебался прежде, чем всё-таки сесть на предложенный стул.       Хоть штора и скрывала тех, кто сидит внутри ложи, мы прекрасно могли видеть происходящее снаружи. Отсюда люди и демоны, снующие между игральных столов, походили на муравьёв. Должно быть… Именно из-за этого некоторые небожители воспринимают людские жизни, как жизни насекомых? Они ведь каждый день наблюдают за ними вот так, с высоты своих небес. Не вмешиваются, используют ради своей выгоды.       Некоторое время я молчал, наблюдая за этой вознёй. Судя по крикам, люди практически ничего не ставили, кроме жизней и благополучия себя или своих родственников. Кто-то, похоже, даже поставил жизнь своего отца — неслыханная вещь для китайской культуры с их почтением к предкам. Немногие могли позволить себе поставить на кон части собственного тела. У тебя должен иметься особый дар, чтобы эту ставку могли принять. Например, искусные лучники могли поставить свои глаза, а дипломаты — языки, но некоторые действовали чуть менее радикально и отдавали лишь свои таланты. Я слабо понимал, как это работает, но… Если в этом мире можно забрать у человека его судьбу целиком, то взять один лишь навык каллиграфии не должно требовать особых усилий.       — Ци Жун, а… Бывает так, что вещи, которые просят или ставят люди, тебе кажутся неприемлемыми? — Хоть Розовое Пламя и был могущественным демоном, но по тому, что я успел увидеть, какие-никакие моральные принципы у него имеются.       Мне и самому хотелось скривиться от некоторых ставок, конкретно: от тех, в которых втягивали посторонних людей. Возможно, сказывается мой личный пережитый опыт — меня ведь тоже, можно сказать, втянули в ситуацию, к которой я был непричастен. Отдали мою жизнь ради чужого счастья. Впрочем, даже несмотря на этот факт, я не собирался нарушать устоявшийся порядок этого заведения. Не настолько важной персоной я себя считаю.       — Если кто-либо поставит жизнь ребёнка, его ждёт самая мучительная смерть, — Ци Жун протянула это скучающе, покачивая ногой, но так крепко сжала веер в руке, что тот жалобно затрещал.       — И часто приходят с такими ставками? — то, что кто-то вообще может поставить жизнь ребёнка на кон, меня даже не удивляло. Грязи среди людей водилось достаточно, что в моём прежнем мире, что в этом.       Даже небеса это вовсе не обитель праведников, как бы некоторые ни утверждали обратное — у тех же богов войны руки в крови по локоть, вот только, по сравнению с преступлениями других, это сущие пустяки. В конце-концов, все небожители это просто бывшие люди. Ши Уду не смог уйти от наказания в книге, не сможет и здесь, но… Сколько таких же, как он, не понесли наказания только потому, что их жертвы уже ничего не могли рассказать?       — Слишком много, — коротко отозвалась демоница.       И только я собрался было задать следующий вопрос, как ощутил лёгкую резь в голове, заставившуюся меня поморщиться. Обычно головные боли, отголоски прижизненной травмы, начинали преследовать меня незадолго до открытия Тунлу. Но ведь она открывается каждые лет сто, а с прошлого раза прошло не так много времени, да и остальные демоны с ума не посходили… В этот момент в моей голове вспыхнули образы какого-то места возле воды. Мгновение спустя я узнал это место. А дальше понял, что именно происходит, и, даже не удосужившись что-либо сказать Ци Жуну и Хуа Чэну, бросился на ускорении ци через весь зал к дверям и дальше, в сторону ближайшего водоёма. Защитная метка, которую я поставил на деревню освобождённых рабов, сработала. На них напали. И, судя по информации от данной метки, нападавший — не человек…