Глава 11

Следующий школьный день встречал учеников тёплыми лучами солнца и редкими неторопливо плывущими по небу облаками. По улицам проходил южный ветерок, игриво шурша, пока ещё зелёной листвой деревьев. Птицы выбрались из своих тёплых укрытий и расправили крылья для полёта. Бродячие кошки растянулись под солнышком и сладко дремали. Внезапные погодные изменения наблюдались не в первый раз, осень часто была капризной и непредсказуемой, но по-своему чарующей.       Хельга уткнулась в подаренную ей на день рождения книгу, но от смысла и гнетущей атмосферы в ней отвлекали шумные одноклассники, а класс заливал солнечный свет, не давая прочувствовать весь ужас, что переживали главные герои. — Привет, Хельга, — послышалось ласковое над ухом приветствие. На губах Фиби играла нежная улыбка. Чёрные волосы лоснились приятным глазу блеском. Солнце словно поселилось в её шёлковых с ягодным ароматом прядях. Патаки захлопнула книгу и подняла глаза на подругу. — Привет, Фибс, — ответила Хельга. Хорошая погода совсем не наполняла энергией. Если бы ей дали выбор, она бы ещё спала и спала в своей обители, зарывшись под одеяло с головой. Предательский зевок рвался наружу, но зато на дне рюкзака покоилась выполненная непосильным ночным трудом домашка к сегодняшняшнему дню. — Дооброе.. эфф.. уутро, — зевнул Джеральд и с неохотой стал доставать учебник и тетради. — Ага. Доброе, — ответила Хельга, пряча за ладонью зевок. Поднялась со своего места и потянулась.       Фиби не смогла скрыть своего удивления. Впервые лучшая подруга вместо того, чтобы огрызнуться, поприветствовала Джоханссена. А тот в свою очередь, первый раз на её памяти, встретил Хельгу так, как принято в человеческом обществе. Удивительно, что они не пытались убить друг друга взглядом и не перебрасывались оскорблениями. — Джеральд! — с другого конца класса крикнул Арнольд и помахал рукой. Рядом с ним стоял Юджин. Они направились в их сторону. — О нет, к нам идёт светловолосое недоразумение, — прокомментировала Хельга и взяла Фиби за плечи. Повернула в сторону учительского стола. — Нам здесь делать нечего. Пошли прогуляемся. Хейердал сопротивляться не стала, лишь закатила глаза на новое оскорбление подруги в сторону Шотмена. Джеральд решил не утруждать себя на эмоции, фыркнул и лениво махнул на них рукой. — Давай-давай. Тебе полезно, а то больно энергичная в последнее время. — Только не говори, что вчера устал нарезать круги по комнате. Не поверю! — улыбнулась одним уголком губ Хельга, немного притормаживая шаг. Фиби с любопытством поглядывала на них вместе с некоторыми одноклассниками.       Кёрли — один из лишних слушателей — достал из кармана пиджака потёртый временем блокнот и быстро что-то в нём начеркал. — Ты снова хочешь устроить рандеву и получить краской в лоб? — поинтересовался Джеральд, не скрывая веселья в голосе. — Только если ты улучшишь свои навыки визажиста.       Шина недоумённо смотрела то на Джоханссена, то на Патаки, и в задумчивости склонила голову набок, постукивая указательным пальцем по подбородку. Многие, заставшие беседу капитана команды по баскетболу и задиры, ожидали очередного конфликта. Кто-то с интересом, кто-то с усталостью, а кто-то со страхом, заранее прикрывая уши от скорого крика. А были и те, как Лоренцо, кто, даже головы в их сторону не повернул, занятые своими делами.       Джеральд усмехнулся, хитро переглядываясь с Хельгой. Хейердал заметила в их глазах огоньки азарта и безудержного веселья. Даже зная все события вчерашнего вечера, Фиби сложно было поймать с ними одну волну. Девушки продолжили путь. Хельга держала Фиби за плечи, уверенно ведя к двери.       Шина уступила дорогу одноклассницам, довольно провожая взглядом их спины, и умиротворённо прикрыла глаза, предчувствуя, что в скором времени непогода в их классе сойдёт на нет, и наступит приятный покой. — Девочки, аккуратнее! Несётесь как танк! — громко произнёс Стинки, но больше от неожиданности, и отошёл в сторону. Не возникало желания быть сбитым с ног отличницей, а потом ещё и послужить новым паркетом на школьный пол. — Патаки, чтоб тебя! — ругнулся Сид, когда она наступила ему на ногу. Он не успел вовремя уйти с пути. — Ты что, весишь тонну? — Какие мы нежные! — елейно ответила она на колкость. — Нужно было уступить дорогу дамам, а не перебирать ногами, как черепаха. — Извини! — Фиби попыталась исправить положение дел. Её слова пользы не принесли. Гифальди уже начал ругаться, Стинки не пытался остановить лучшего друга, он только смеялся на весь класс и хлопал его по плечу. — Привет, девочки, — у самых дверей одноклассниц остановила Лайла. — Привет, — ответила достаточно доброжелательно и приветливо Фиби, в отличие от Хельги. Та скривила губы от неприязни и, показываясь из-за головы Хейердал, прищурилась, обводя глазами внешний вид Сойер. — Мисс совершенство, чего надо? Лайла пропустила мимо ушей раздражающее прозвище, но посмотрела на Хельгу, как будто она маленький непослушный ребёнок, и, тяжело вздохнув, покачала головой. Сойер была одета просто: нежно-розовая футболка, идеально сидящая по фигуре; короткий зелёный кардиган с крупной вязью и узкие джинсы. Только вместо излюбленных и привычных косичек медные волосы распущены, а часть из них собрана на затылке в пучок и заколота тёмной невзрачной заколкой. Пучок выглядит небрежно, и на лице ни грамма косметики, но это никак не мешает оставаться ей такой же милой и отвратительно привлекательной. Изумрудные глаза светятся искренней добротой и выдают неподдельное волнение за окружающих. Голос у неё нежный, словно патока затекает в уши и медленно спускается к позвоночнику. Густой, липкий и сладкий, аж до боли в зубах. — Я хотела бы сравнить домашнее задание по географии, — Лайла смотрела на Фиби. — У меня возникли некоторые сложности. — Неужели наша идеальная девочка может с чем-то не справиться? — изумилась Патаки и поднесла ладонь к губам. Фиби извиняюще улыбнулась за слова подруги, а потом поджала губы, медленно вздохнула и возвела глаза к потолку. — Хельга, я вовсе не идеальная, — устало сказала ей Лайла, но улыбка, словно припечатанная к лицу, не исчезла. — Честно-честно или очень-преочень? — не переставала дразнить Патаки и изображала детскую привычку Сойер. — Лайла, я обязательно тебе помогу. Давай, за урок до географии обсудим то, что ты не поняла? — предложила ей Фиби и слегка наступила лучшей подруге на ногу, чтобы она подавила следующее ядовитое высказывание и перестала доставать одноклассницу. Патаки зажмурилась и сжала губы, опуская лоб к затылку Хейердал. — Спасибо! Я подойду к тебе после физики, — Сойер хотела сказать что-то ещё, но прикусила нижнюю губу, отвернулась и направилась к своему месту. Наконец девушки вышли в прохладный и полупустой коридор. Многие школьники уже сидели по классам. — Хельга, хватит так обращаться с Лайлой. Даже если она тебе не нравится, это не повод её доставать, — Фиби чувствовала, что обязана провести с ней воспитательную беседу. — Да-да-да, — неохотно ответила ей Хельга и нахмурилась.       Одно упоминание этой рыжей мисс совершенство её раздражало. Всегда улыбчивая, разговорчивая и приветливая. Безупречный внешний вид и оценки, со всеми ладит, активно участвует в разных школьных мероприятиях, ещё и староста класса. Нет ни одного изъяна. Просто копия Ольги, её старшей сестры. Разница лишь в голосе. Ольга легка и голос её разливается, словно щебетание птиц, а Сойер неприятно оседает сладостью на языке. Ещё имеет ужасные зелёные глаза. Вместо цвета пожухлой травы, всегда яркие, как наливные луга или первая весенняя травка. Они насильно притягиваю взгляд вместе с рыжими волосами и веснушками, как венерина мухоловка, но не переваривают, а медленно анализируют и пытаются узнать чужие секреты. Совсем незаметно они теряют блеск и сосредоточено смотрят на собеседника, но никогда не говорят всю правду о себе. — Хочешь узнать, как вчера я и твой обожаемый парень провели день? — решила перевести разговор Хельга. Теперь она шла не за спиной Фиби, а рядом, пряча руки в карманах джинс. — Джеральд мне уже рассказал. — Небось, жаловался, да? Какая же я невыносимая девчонка, — пошутила она, но без привычного сарказма. Вслух Хельга не скажет, но вечер в его компании был весьма неплох. — Ему всё понравилось и было весело, — уверено произнесла Хейердал и кивнула. — Думаю, он бы с радостью пообщался с тобой ещё. Но вслух он такое ни за что не скажет, тебе уж точно. — Это была разовая акция. Пусть больше и не мечтает, — буркнула Хельга и отвернула голову к шкафчикам. Принялась с интересом разглядывать их, вот только улыбка предательски выдавала её радость. После первого урока Хельга почти не прогуливалась с Фиби на перемене. То у Хейердал просили помощи с домашним заданием одноклассники, то учителя давали поручение, но это Патаки не беспокоило, такое происходило часто. Проблемой стало другое: рыжая приторная сладость, что кружилась с ней почти до самого обеда. Хельга могла влезть в их беседу и прогнать Сойер, но не хотела портить настроение Фиби и чувствовать на себе её злой и полный разочарования взгляд. Японка и без неё успела вымотаться и стать немного нервной.       На обеде как всегда было почти не протолкнуться. Хельга потеряла Хейердал в толпе. В таких случаях они договаривались встретиться у свободного столика. А где там шатался Джоханссен с Шотменом, её не волновало, поэтому она смело пошла в шумный строй разношёрстных учеников с подносом в руках получать свой законный бесплатный обед и пускать слюни на то, что продавали за деньги. Сверху на витрине она заметила предмет в знакомой обёртке, который быстро расхватывали ребята в очереди. Она и глазом не успела моргнуть, как их осталось два, а потом всего один. Хельга сразу поняла, что это шоколадный пудинг, который Джеральд вчера за весь день так и не попробовал. Перед ней стоял мальчишка, на вид младше на пару классов, он гипнотизировал шоколадный десерт и готов был потянуться за ним в любой момент. «Он, правда, такой вкусный?», — задумалась Хельга, с сомнением поглядывая на десерт, а после преступила к действиям. Патаки шумно схватила мальчика за плечо с другой стороны. Он вздрогнул и повернул голову к чужой ладони. Хельга воспользовалась его секундным замешательством и выхватила последний пудинг прямо у него из-под носа, пряча за своей тарелкой с едой. Позже мальчик непонимающе посмотрел на неё. — Перепутала со знакомым. Извини, — соврала Хельга и получила сомнительный взгляд от ученика. — Ничего, — мальчик натянул улыбку и отвернулся. Неосознанно потрогал плечо, за которое его больно схватили. — Люди ждут. Двигайся давай, — уже грубо потребовала Патаки. Школьник испуганно кивнул, щёки слегка покраснели, он продолжил движение. Когда мальчик посмотрел на корзинку, что стояла на витрине, сверху, и обнаружил, что пудинга нет, то растроился. Он неуверенно оглянулся по сторонам, ища воришку шоколадного десерта, и с досадой вздохнул.       После длиннющей очереди Хельга направилась к столу, где заметила Фиби. Через пару минут к ним присоединились Джоханссен и Шотмен. Джеральд выглядел печально, как будто только что проиграл баскетбольный матч или получил неуд. Где-то за ними замелькала знакомая рыжая копна волос, совсем одинокая, ища какой-нибудь свободный столик. Она присела к Шине и Юджину, те приветливо ей улыбнулись, но стали менее разговорчивыми. «Неужели мисс совершенство так и не обзавелась друзьями?», — с превосходством подумала Хельга и перевела взгляд на ребят за своим столом. Джеральд грустно ел свой обед, иногда поглядывая на соседние столы, где кто-то уплетал пудинг. — Приятель, это просто шоколад в пластике, — Арнольд пытался объяснить, что десерт не стоит его переживаний. Слегка потряс его за плечо, но друг ничего не ответил. — Джеральд, давай я куплю тебе этот пудинг после школы, — предложила Фиби, массируя виски, и с раздражением выдохнула. — Он не такой дорогой, чтобы переживать по поводу цены. — Не надо мне ничего покупать! — встрепенулся Джеральд и посмотрел на Хейердал. Он воспринял её предложение в штыки. — Всё! Не грущу я. Со мной всё хорошо. — Нет уж, я куплю! — упрямо ответила Фиби и со злостью добавила. — Теперь я очень хочу купить своему парню пудинг, из-за которого он готов расплакаться. — Фиби, Джеральд, давайте не будем ругаться из-за какого-то пудинга, — успокаивающе заговорил Арнольд и посмотрел на друзей. — А кто тут ругается из-за "какого-то пудинга"? — обидчиво ответил брюнет и сложил руки на груди. — Мы совсем не ругаемся! — Да, Арнольд, тебе показалось, — с сарказмом ответила Фиби, также складывая руки на груди. Наверное, личная драма Джеральда пришлась последней каплей терпения после многочисленных просьб за пол дня. — Просто кто-то ищет решение проблемы, а кто-то предпочитает ныть, — она с укором посмотрела на своего парня, а тот возмущённо поднял брови. — Друзья, давайте подумаем, как взрослые люди. — Арнольд решил подойти к ситуации более дипломатично. — Джеральд сам может позволить себе покупку пудинга. Ему будет, как бы выразиться, — он задумчиво почесал левую щёку. — Не очень приятно, если ты потратишь свои деньги. Фиби, ничего не говоря, бросила на парней высокомерный взгляд и подняла одну бровь: — И как это понимать? Я что, не имею права сделать покупку, потому что это заденет его хрупкое мужское эго? Патаки молча ела до этого момента. Она почувствовала, что напряжение за столом растёт. Джеральд пылал от ярости, пока Фиби придавала себе ледяное спокойствие. Арнольд продолжал предлагать решения проблемы, но их отбрасывали аргументы Хейердал и сдерживаемое возмущение Джоханссена. — Так! — Хельга ударила ладонью по столу и с приказным тоном вмешалась в перепалку ребят. — Если вы сейчас посрётесь из-за кусочка шоколада, — она смотрела на подругу и её парня, — то это будет самое смешное, что я увижу за весь день, но при этом – самая тупая ссора, свидетелем которой я стану. — Ты хочешь увидеть незабываемое шоу? — сдержанно поинтересовался Джеральд, натягивая на лицо улыбку. Фиби нахмурилась сильнее после его слов. — Незабываемое шоу – моя прерогатива, — взмахнула хвостом Хельга и гордо подняла подбородок. — Ваша задача: захлопнуть ветродуйки и продолжить есть. — Ты только масло в огонь подливаешь, — устало проговорил Арнольд и прикрыл глаза, массируя переносицу. Против воли на лице проскочила ухмылка. Джеральд готов был направить злость на Хельгу. — Кстати, по пути я взяла десерт, но он не понравился мне по вкусовым предпочтениям, а возвращать его уже поздно, поэтому лови, — Патаки перекинула через стол сладость и Джоханссен ловко её поймал. Он снова нахмурился, но опустив взгляд на ладонь, не поверил своим глазам. Он держал шоколадный пудинг. Тот самый столовый десерт, из-за которого случился весь сыр-бор. — Как ты могла взять его, если не любишь шоколадный пудинг? — скептично поднял бровь Арнольд и кинул саркастичный взгляд на блондинку, усмехнулся. — Интересно узнать. — Случайность, Шотмен, я думала, что это миндальный, но меня постигло разочарование, — пожала плечами Хельга, не поднимая глаз в его сторону. Фиби уже догадалась, что она взяла десерт специально, с мыслями о Джеральде. Хотела его порадовать, сама того не осознавая. Хейердал незаметно для всех улыбнулась, но радость быстро поглотила тихая злость. Она перестала смотреть в сторону своего парня и отвернулась к подруге.       Джеральд с трудом верил, что десерт в его руках настоящий. Весь негатив, как рукой сняло. Он бросал взгляд то на свою шоколадную мечту, то на блондинку, беззаботно болтающую с Фиби. Наконец вскрыл и опустил ложку в густую шоколадную смесь. Довольно прикрыл глаза, чувствуя волшебный вкус у себя во рту, а потом уставился на Хельгу. — Что? — Патаки изобразила недовольство. — Вот только не надо бесполезных благодарностей. Я случайно взяла его. — Джеральдин, я тебя обожаю, — брюнет светился щенячьей радостью и продолжал уплетать десерт. Хельга автоматически вздрогнула от обращения по второму имени. — Мартин, сделай одолжение – ешь молча, — вернула его же слова и уткнулась глазами в тарелку с остатками еды. Арнольд вопросительно взглянул на Фиби. Он не понял, когда атмосфера между ними успела так сильно измениться. — Они на своей волне, — ответила Хейердал на немой вопрос Шотмена. — Я потом расскажу, — воодушевлённо вставил Джеральд и глянул на друга. Наклонился в его сторону. — Знаешь, Джеральдин вчера.. — Мартин, эти салфетки сейчас станут твоим кляпом, если не замолчишь, — бросила угрозу Хельга и приготовилась потянуться за ними. — Вчера был обычный день. — Ведьма! — с игривой обидой ответил Джеральд и показал ей язык. — Фиаско! — не осталась молчать Хельга, почти хватая салфетки. — Всё, молчу, — Джоханссен глянул исподлобья, принимая поражение, и поднял руки вверх. — Так-то, — Хельга довольно растянула губы в улыбки, убирая руку от салфеток. Теперь уже Фиби не понимала, что происходит. Она что-то упустила из вчерашнего рассказа Джеральда? Он не всё ей рассказал? Или эта были обычные слова, смысл которых знали только они?       У Арнольда непонимание росло в геометрической прогрессии. Как его лучший друг за один вечер мог поменять своё отношение к ненавистной ему девушке, когда буквально на днях ныл о том, как она ужасна и невозможна? Он бы соврал сам себе, если бы сказал, что его не волновало то, что случилось вчера после его ухода, и что он не завидовал Джеральду. Неужели лучший друг смог разрушить стену Патаки всего за вечер? Джоханссен, который никогда не интересовался её личностью и выходил из себя от одного только её оскорбления? Звучит как бред сумасшедшего. Ему ужасно сильно хотелось узнать из первых уст, что же вчера произошло. Он готов был хоть сейчас, схватить друга за локоть и потащить из-за стола.       И только Джоханссен знал смысл последних слов. Титул "Господин проигравший" закрепился за ним ярким ярлыком, который он продолжал от всех утаивать.       После длительного перерыва школьники неохотно потянулись в кабинеты. Хельга воспользовалась моментом и выцепила Джеральда в толпе. — Только попробуй хоть что-то рассказать Шотмену про вчерашний вечер и тогда вся твоя команда, и школа узнает о том дне, — прошипела ему в ухо Хельга, насильно заставляя наклониться в свою сторону. — Ладно. Только зачем это скрывать? Ничего ведь не произошло, — тихо проговорил спортсмен и пожал плечами. — Не твоё дело, — ядовито сказала она, но вздохнула и через секунду добавила. — Просто не говори. Или соври. Пожалуйста.       Лёгкая напряжённость с предплечья исчезла, и блондинка растворилась в толпе учащихся. Её просьба резала уши. Непривычный тихий голос осел где-то внутри, неприятно перекатываясь по всему телу, с просьбой, раздающейся эхом в голове. Он тряхнул ей, смахивая странное наваждение и избавляясь от внезапно накатившей меланхолии. Среди учащихся Джеральд быстро нашёл женскую чёрную макушку и ускорил шаг, насколько позволяла толпа. Почти неощутимо коснулся её плеча и потянулся к ладони, но та легко ускользнула от него. Уже на выходе Джеральд догнал Фиби и остановил её. — Что случилось? — мягко поинтересовался он у Хейердал. — А то ты не знаешь, — обидчиво заговорила она с явным в голосе раздражением. Джоханссен промолчал, выжидающе глядя на неё. Девушка выдохнула, сдерживая себя, и встряхнула руками. — Почему я не могу позволить себе что-то купить для тебя за свой счёт? Это, правда, так пошатнёт твоё мужское достоинство? Джеральд пришёл в замешательство. Никогда на его памяти девушки не желали тратить свои деньги на парней, даже на мелочёвки. Только исключительно в праздничные дни. Он почесал затылок и задумался. Маска спокойствия Хейердал начинала трескаться: она поджала губы, брови сильнее сводились к переносице, а нога отчётливо стучала по полу, соблюдая определённый темп. — Я не хочу, чтобы ты тратила деньги на меня. В моей семье так не принято, поэтому я против, — осторожно ответил Джеральд, а потом удивлённо уставился на Фиби. Он мог поклясться, что только что увидел точную копию Патаки перед собой. Брюнетка хмыкнула и холодно усмехнулась, подняла одну бровь и как-то самодовольно глянула на него. — Ну, а у моих родителей не принято, что деньги на женщину тратит мужчина. Семью больше обеспечивает мама, — она лениво пожала плечами и отступила от шкафчиков, направляясь в класс. — Или ты считаешь, что так жить неправильно? Джоханссен ощущал себя словно на иголках – одно неверное слово и вся пятая точка превратиться в решето – он виртуозно избежал эмоционального приземления на стул с иглами и предусмотрел возможность быть разорванным на куски от подрыва. С точностью – может и нет – он выбросил гранату и крепко удержал чеку, надеясь, что не перепутал. Джеральд смело взял Фиби за руку, пусть та и отмахивалась, и весело заговорил. — Я уже знаю, что попал тебе под горячую руку. — Тебе, кажется, я вовсе не злая, — сквозь зубы проговорила Фиби, пытаясь разжать их пальцы. Безуспешно. — Зато я точно знаю, что злая. Давай вместе найдём компромисс? — Джеральд слегка сжал ладонь и дёрнул Фиби к себе. Она подняла голову вверх и недовольно посмотрела на него. — Молчание – знак согласия. Предлагаю игру "камень-ножницы-бумага". Старинный способ решения споров. Я часто использую его с пацанами, когда нам лень идти в магазин. — А монетку подбрасывать не пробовали? Чтобы уж точно, — с сарказмом ответила Фиби, продолжая дуться. — Милая, твои слова – закон для меня. Хочешь монетку, будем подбрасывать монетку, — заверил Джеральд, ничуть не обижаясь на её грубость. Хейердал возвела глаза к потолку и тяжело вздохнула, хотела ударить себя по лбу, но не успела. Парень резко потянул вперёд. — Фиби, скоро звонок!       От злости и раздражения на Джоханссена не осталось ни следа, ни намёка. Теперь она подгоняла себя паникой, чтобы не опоздать на урок. — Фиби, я за тобой не успеваю, — посмеялся ей в спину Джеральд. — Ты всегда так бегала? — Мы опаздываем на химию! — в ужасе крикнула она, не сбавляя темпа.       Дальше день шёл как обычно. Хельга огрызалась на Арнольда, когда тот пытался с ней заговорить, или ругалась с Рондой. Одноклассников баталии уже не удивляли, они привыкли к подобным зрелищам. Только шум, споры, крики, но никаких маханий кулаками. В целом, достаточно цивилизованно, если не брать во внимание нецензурную лексику, которой бездумно перекидывались некоторые личности. Хельга окидывала своих опоннентов скучным взглядом и продолжала жаркий спор, умело избегая брани. Резко, лаконично, била точно в цель их скудного ума. Она не показывала явного восторга, лишь выдавала незаметную ухмылку. Фиби была слишком занята, чтобы влезать в их разборки и разнимать: она ходила с Лайлой по делам учителей, помогала заполнять бумажки, объясняла одноклассникам их ошибки в домашних заданиях. Сойер почему-то именно сегодня решила ходить за Фиби хвостиком и вместе с ней заниматься школьными делами. Можно было легко запутаться, кто из них староста, а кто её помощник. К всеобщему удивлению одноклассников и даже некоторых учителей, ссор и ругани между Джеральдом и Хельгой не слышалось. Они сидели тихо, иногда даже перебрасывались парой фраз. Когда Стинки засвидетельствовал миролюбивые отношения между ними, то даже открыл рот. — Не верю, — тихо прошептал он и потёр глаза, считая, что перед ним галлюцинация. — Петерсон, ты не веришь в то, что у нас был экономический кризис? — поинтересовалась Хельга и подняла одну бровь. Джеральд перестал что-то ей активно бормотать и с вопросом глянул на Стинки. Брейни поправил очки и тоже уставился на него, тот сидел прямо перед ним. Ронда листала журнал и не обращала на них внимания. — Первый ряд, третья парта, внимание на доску, — потребовала женщина, важно расхаживая из стороны в сторону. Петерсон встрепенулся и быстро повернулся к ней. — Извините. Штукатурка на стене очень красивая, — выдал первое, что пришло в голову, а потом покраснел. Учительница не прокомментировала его слова, зато в классе послышались тихие смешки. После уроков Хельга торопилась на остановку, поэтому выхватила Фиби за лямку рюкзака и потянула за собой. Хейердал даже не успела обнять Джеральда перед уходом. Девушки испарились, как по щелчку. — Ну, так? Может расскажешь, как вы поладили? — спросил Арнольд, когда они направились в спортзал. — Что? — опомнился Джеральд и удивлённо захлопал глазами. — А, ты про Патаки. Шотмен кивнул. Джеральд отчётливо вспомнил образ изрисованной жёлтой краской Хельги с весёлой улыбкой и Хельгу, вальяжно сидящую сегодня на стуле в столовой, и её многозначительный взгляд с тихой просьбой. — Да я интриги навести хотел, — соврал он. — Вчера был сложный день. Думал, мы устроим драку, — махнул устало рукой в сторону Шотмена. — Короче, не парься и забудь. Она мне надоела. — Ладно, — согласился Арнольд, но не поверил ни единому слову. Он знает Джеральда с детского сада, поэтому, как он может не знать, когда тот врёт? К тому же только слепой не заметит, что в их отношениях с Хельгой наступили изменения.       Джоханссен не мог объяснить, почему соврал. Он бы хотел всё выдать, как на духу, не привык умалчивать что-то лучшему другу, но не мог. Голос Патаки словно молотом нависал над его головой, готовый ударить в темечко, чтоб аж искры из глаз летели. Извертелся он вовсе не потому, что она заняла важное место рядом с его друзьями, и сам он уже вцепился ей в руку, чтобы оставить её там раз и навсегда. «Напарники друг друга не выдают. А ещё она меня шантажирует!», — придумал себе оправдание Джеральд и легонько ударил кулаком в грудь, как бы уверяя, что так и есть. — Джеральд, что она с тобой сделала! Неужели она нашла твоё грязное бельё и теперь им шантажирует? — сзади налетел Стинки, обхватывая Джохансена и Шотмена за плечи. — Ты что несёшь? — капитан покосился на друга и слегка ущипнул того за щёку. — Да я сам видел! — Петерсон выпучил глаза и пальцами растянул веки сильнее вверх и вниз. — И это не галлюцинации. — Джеральд, ты всегда можешь сказать нам, если эта гарпия что-то затеяла против тебя, — тут же в поддержку хлопнул его по плечу Гифальди. — Мы можем с ней разобраться и заткнуть её базар. — Юджин, ты что скажешь? — крикнул Стинки рыжему пареньку, что шёл впереди и насвистывал себе под нос. — На задних партах в кои-то веки тишина. Я рад. Мне уже надоело слушать эту ругань. Почему вы за столько лет не смогли найти общий язык? — спросил Юджин и обвёл друзей взглядом, слабо поднимая один уголок губ. — Ты сам себя слышишь? Найти общий язык с кем? С Патаки? Да с Веллингтон проще обсудить новую модель обуви и определить оттенок помады, — от злости выпалил Сид и нахмурился. — Тогда начни хотя бы с Ронды. Ты ж даже не пытался, — пожал плечами Юджин и беззаботно улыбнулся. Сид зарделся и направился вперёд, схватил приятеля за плечо и взял в тиски, кулаком натирая тому макушку. — Ах ты мелкий, — мстительно приговаривал Гифальди, не давая Хоровитцу вырваться. — Оставь наш талисман удачи! — Стинки пошёл выручать самого низкого члена их команды. Подошёл к Гифальди и защекотал того под рёбрами. — Кыш! — Значит, не мне одному показалось, что вы поладили, — негромко, даже снисходительно, сказал Арнольд и посмотрел на Джеральда, скептично подняв бровь. — Без понятия, о чём ты. Я вёл себя, как обычно, — отмахнулся Джоханссен и крикнул остальным. — Парни, шевелите булками. Мы уже должны быть в раздевалке! Дальше разговора не состоялось. Шотмен уже понял, что друг утаивает правду. Если что и поможет развязать тому язык, то это хорошая порция алкоголя. Но не факт. Хорошо или нет, но Джеральд умел быть партизаном и хранить самые страшные секреты, которые ему доверяли.       Хельга вышла из автобуса. Солнце слепило, на улице было тепло. Погода располагала к прогулке, вот только гулять было не с кем. Она уже начала осматриваться, как её окликнули. — Хел, я тут, — из-за остановочной стены показалась рыжая голова. Вышел парень чуть выше Хельги в простой расстёгнутой куртке и в шапке. — Сэм! — Патаки не смогла сдержать радости и шагнула к другу. Тот заключил её в крепкие объятия и они забавно закачались, на месте медленно вращаясь вокруг своей оси. Потом Хельга сдавленно проговорила. — Из меня сейчас весь воздух выйдет. — Извини! — Сэм сразу отстранился, ощупал руки и оглядел лицо. — Ну, не синяя, значит, живая. — Да! Просто рёбра поломаны и лопнуло лёгкое. А так я в порядке, — с сарказмом ответила Патаки, ощупывая бока, секунду назад сдавленные в приветственных объятиях. — Ну и отлично! — заключил Сэм, легонько хлопнув её по плечу, а затем протянул пакет с аккуратно сложенными вещами. — Твой костюм. — Спасибо, — Хельга заглянула в пакет, чтобы осмотреть наличие и качество вещей. — Ничего себе, даже галстук положил. Какая щедрость. — У меня этих удавок на шею вагон и маленькая тележка. Буду только рад избавиться хотя бы от одного. — Кстати, ты один. Я думала, ты будешь со своей девушкой, — Хельга оглянулась в поисках девушки индийского происхождения. — У Анники сегодня кружок, а ещё много разных планов, — тяжело вздохнув, он начал перечислять всё, что успел запомнить из её списка. — Погулять с подругами, сходить по магазинам, убраться дома, позаниматься танцами с младшим братом. Ну, ты знаешь, в шестнадцать энергия так и хлещет. — А ты себя в восемнадцать уже в старики записал? — Хельга с сомнением глянула на друга и ухмыльнулась. — Нееет! — по-детски запротестовал Сэм. — Но у неё действительно очень много энергии, — он задумчиво поднял глаза к небу и продолжил. — Хочешь, провожу тебя до остановки и подожду с тобой автобус? — Отличное предложение, давай, — согласилась Патаки и они направились вперёд по улице в сторону продуктового магазина. — А Анника не будет ревновать? — Хел, ты бьёшь по больному. Единственный, кто ревнует в отношениях, это я. Она везде и со всеми, а я когда как, — пожаловался Сэм, но улыбнулся. Он был полностью уверен в своей возлюбленной и поддерживал её порывы участвовать везде, где только можно, и заниматься различными хобби. — Помню её маленькой. Так забавно, что она получила метку в четырнадцать и сразу же встретила тебя, — нежно улыбнулась Хельга, давая ностальгии взять вверх. — Ага, мне шестнадцать, а тут малолетка с точно такой же отметиной как у меня, и я с приключениями на пятую точку и друзьями-имбецилами. Весело, что словами не передать, — он поправил шапку бини и истерично посмеялся. — Кстати, решила, наконец, воспользоваться подарком Ника? — он кивнул на перчатки. Они дошли до остановки. — Да. Не хочу никому показывать отметину на руке, — помрачнела Хельга и непроизвольно спрятала левую руку в карман куртки. — Точно! Оно же всё равно настигает всех в восемнадцать. Я же свою раньше получил, — осознав, Сэм хлопнул себя по лбу. — Но ты же понимаешь, что от судьбы не уйти? Оно рано или поздно придёт за тобой, — он легонько толкнул её в плечо, как бы приводя в чувства и сбрасывая нахлынувшую серость. — Пошла твоя судьба в жопу. Я её переиграю, — закончила Патаки и уверенно вскинула голову, возвращая на лицо улыбку. — Допустим, — пожал плечами Сэм и поинтересовался. — Но как же тот парень, что обещан тебе по всем правилам жизни? Что будет с ним? — А мне какое дело? — бессовестно посмотрела на рыжего паренька, тот ничего не выдал, кроме изумления. — Я просто обойду систему, всего-то, — уверенно закончила она и пошла к подъехавшему автобусу. — Хел, но так нельзя! — крикнул он, взывая к совести подруги. — Судьба всё равно нагонит! — Пускай. Я покажу ей фак, — подхватила Хельга, и двери автобуса захлопнулись. Она прошла к свободному месту, автобус тронулся. Сэм провожал её с удивлением и лёгкой усмешкой. — Ставлю десять долларов на то, что она проиграет, — он поднял голову к небу и прикрыл глаза, наслаждаясь солнечным теплом.       После обеда Хельга пришла к Джеральду. Им потребовался час или два, чтобы завершить работу. Одноклассники деловито положили ногу на ногу, любуясь проделанной работой и попивая тот самый клубничный чай. — Боже, что это за уродство? — в комнату ворвалась Тимберли и крикнула, разрушая приятный купол тишины и уюта. Напарники вздрогнули и повернули головы к ней. — Тимберли! — разозлился Джеральд на младшую сестру. — Я ухожу к подруге. Рози. Скажи родителям, что вернусь к ужину, — сообщила девочка и также быстро исчезла за дверью. — Мелкая козявка. Как же бесит, — ругнулся Джеральд и посмотрел на композицию. — Ничего она не смыслит в красоте! — Главное, чтобы красоту ветром не сдуло завтра по пути, — предупредила Хельга, оглядывая их работу на наличие дефектов. Будет очень плачевно, если по пути всё рухнет. — Кстати, я нашла костюм. Поэтому наше грандиозное выступление состоится. — Серьёзно?! Ты не шутишь?— удивился Джоханссен и неверяще глянул на напарницу. Она спокойно попивала чай, прикрывая глаза от наслаждения. — Мы устроим незабываемое шоу, — хитро улыбнулась Хельга, предвкушая чужие эмоции и смех. Джеральд смог удержать себя от порывистых, крепких объятий в сторону блондинки. Хотя по его искрящимся детской радостью глазам было заметно, что если бы она ушла минутой позже из его дома, то попала бы в крепкие тиски, выпуская из себя последний вздох и слыша хруст своих рёбер. А любимая причёска от активных, шутливых поглаживаний по голове, превратилась бы в гнездо с наэлектризованными волосами.

***

Следующий день начался с официозного настроения. Джеральд вошёл в школу в чёрном идеально сидящем на нём костюме, с белоснежной выглаженной рубашкой и чёрным галстуком. Волосы уложил гелем, чтобы придать себе более серьёзный вид. Выглядел он достаточно эффектно и необычно, по-взрослому. Многие школьники оглядывались на него с любопытством и перешёптывались. — Ты оделся сегодня для какого-то праздника? — всё же решила поинтересоваться Фиби. Она никак не ожидала, что её парень будет выглядеть так красиво. Они шли к классу биологии, чтобы положить проектную работу. — Что-то вроде того, — ответил ей Джеральд и довольно подмигнул. Фиби помогла открыть ему дверь, чтобы он, случайно, не сломал их работу с Хельгой, пытаясь открыть её самостоятельно. Они подошли к столу, уже заставленному чужими работами и примостили проект к остальным. После пара направилась в класс истории, где все взгляды устремились на них, а точнее на Джеральда. — Что за прикид? — присвистнул Гифальди, скользя взглядом по его пиджаку. — Вот это я понимаю: встретил при параде, — одобряюще закивал Стинки и добавил. — Мне даже завидно, что я не Фиби. Хейердал просияла улыбкой. Обняв Джоханссена, она направилась к своей парте. — Предлагаешь в следующий раз тащить тебя в магазин в таком образе? — спросил Джеральд и нарочито поправил пиджак. — Только не за пивом, — согласился Стинки. — За виски, например. — А у тебя есть на такое деньги? — засмеялся Сид и стукнул друга по плечу. — Нет, но мечтать не вредно, — пожал плечами тот и залился хохотом. — Джеральд, привет. А Патаки специально надела костюм как у тебя или во вселенной произошёл сбой, что вы так вырядились? — к беседе присоединился Хоровитц, указывая на блондинку. Теперь Джоханссен заметил, что одноклассники глупо посматривали то на него, то на Хельгу.       Она сидела, закинув ногу на ногу. Пиджак приталенный, рубашка чистая, белоснежная. Штаны утянуты ремнём и отлично сидят на талии. На ногах лакированные ботинки. Идеальный образ для офисной леди. Даже розовая лента отлично гармонирует с нарядом. Единственное, что заставляет дёргаться глаз в этой картине, небрежно закинутый галстук на плечах. — Ну привет! — громко поприветствовал её Джеральд, прошествовав к ней через весь класс. — Привет, — без интереса ответила она и снова уткнулась в книгу. — Позволь поинтересоваться, что ты сделала с галстуком? — навис над ней Джоханссен, сложив руки на груди. — А ты не видишь? — Хельга посмотрела на напарника и взялась за кончик чёрной удавки. — Я не могла надеть его, как полагается. Вообще хотела оставить дома, но притащила. — Как же тебе повезло, что у тебя есть такой замечательный напарник, как я. Поднимайся, я помогу. — Улыбнулся Джеральд. Хельга картинно закатила глаза и, нехотя, встала. Ткань скользнула с плеч в чужие руки. — А теперь запоминай. Когда ещё ты сможешь научиться завязывать галстук? — принялся показывать ей технику с подробным объяснением. — Вот сюда продеваем и готово, а потом затягиваем. Да я же на все руки мастер! И добрый, и ловкий, и сильный, ну какой я молодец. — Как много лести для самого себя. Удивлена, думала, задушишь, — Хельга поправила галстук и с ухмылкой глянула на брюнета. — Свидетелей слишком много, — ухмыльнулся ей в ответ Джеральд и сказал тише. — А ещё без тебя будет не так весело. Джеральдин. — Мартин, ты уж определись: со мной невозможно общаться или же ты слетел с катушек? — возможно, для кого-то её слова могли прозвучать обидно, но Джеральда они развеселили.       Лица его друзей стоило снимать на камеру. Гифальди открыл рот от немого шока, а Стинки судорожно тряс его за плечи из стороны в сторону и что-то пищал. Юджин смотрел недоумевающим взглядом, часто моргая. К нему подкралась Шина и что-то шепнула в самое ухо. Рыжеволосый вздрогнул, внимательно вслушиваясь и покрываясь румянцем, а после понимающе кивнул, и они обменялись улыбками. — Нет! Ну, ты видел?! Видел!? — разносился по классу удивлённый возглас Стинки. — Да ну нафиг, — бесцветно выговорил Сид, насильно закрывая рот. Тёмные глаза вперились в костюмный дуэт. — Ай! Ты что щипаешься? — спросил он у Стинки, тряхнув рукой. — Проверяю, не галлюцинация ли это, — заворожённо пробормотал он, глядя на Джеральда и Хельгу. — Себя и щипай, идиотина! — рявкнул Сид и демонстративно ущипнул его за бок. Тот заверещал и отошёл от друга. — Ну что, больно? — Петерсон кивнул. — Тогда, хочу расстроить, ведь то что мы увидели – грёбаная правда. Джеральд и Хельга переглянулись и загадочно улыбнулись друг другу. Лица одноклассников определённо стоили того, чтобы вырядиться как офисный планктон и, как считала Патаки, отыгрывать роль дружелюбных напарников, которые два дня назад с радостью перегрызли бы друг другу глотки.       Сойер, в отличие от Фиби, что готова была прыгать от счастья, не верила собственным глазам. В них промелькнула надежда, и слабая улыбка коснулась губ. Она сжала край свитера и тихо выдохнула. — Что за шум без драки или драка уже закончилась? — возле её парты появился Арнольд с взлохмаченными волосами. Он приехал с Рондой на машине за десять минут до начала урока и только что совершил марафон, пробежав от кабинета биологии до кабинета истории. — Привет, Арнольд, — тепло улыбнулась ему Лайла, а затем прошептала. — Не поверишь, но, кажется, Хельга и Джеральд поладили. — Правда что ли? — Шотмен хотел показать искреннее удивление, но в вместо этого послышался сарказм. Лайла слегка смутилась, пожала плечами и взяла в руки учебник, открывая на заданной странице. Арнольд перевёл взгляд на друга в костюме и Хельгу рядом с ним. — Да, ну и картина. Он направился к своему месту, небрежно скинул на парту учебные принадлежности и цыкнул языком. Арнольд чувствовал себя обманутым. Когда Джеральд махнул ему, он вяло ответил на приветствие и сделал вид, что готовится к уроку. Оставшийся день он был малоразговорчив и отвечал Джоханссену с сухостью. Брюнет устало массировал виски, не зная, как исправить положение. Так продолжалось вплоть до последнего урока: биологии.       У каждой пары уходило на представление по пять - шесть минут. Хейердал как всегда справилась на отлично. Они с Юджином сделали идеально ровную и точную композицию и оба выступили без проблем. Сид и Гарольд еле вытянули на тройку: они запинались почти в каждом предложении и слова их совсем не вязались с тем, что они представляли. К окончанию их выступления, работа и вовсе развалилась. Лайла со Стинки представили приятную глазу проектную деятельность. Особенно комично смотрелось то, как Сойер преподносила проект с неизменной улыбкой и слегка хмурилась на Стинки, пока тот пускал шутки и одаривал лёгким сарказмом их труд. Командная работа Ронды и Шотмена тоже не оставила одноклассников без смеха: Ронда рассказывала о проекте с каким-то эффектом и придавала выступлению экстравагантности, Арнольд от смущения кашлял и пытался вывернуть актёрское представление напарницы обратно в приемлемое для школы русло. Тем не менее, выступившие получили положительные оценки, кроме одной пары. Выступления продолжались, пока очередь не дошла до них. Хельга и Джеральд синхронно встали и прошли в центр класса. Глаза миссис Бинс, учительницы биологии, округлились — такая реакция на костюмы была почти у всех преподавателей — на её губах расцвела добрая улыбка. — Представляем вашему вниманию нашу проектную работу! — громогласно начал Джеральд, добавляя голосу больше артистичности. — Наш Хиллвудский парк, — монотонно произнесла Хельга, указывая ладонью на работу. На вид поделка выглядела необычно. — И почему же мы решили соорудить именно парк? Спросите вы! — А зачем нам придумывать что-то новое и лезть из кожи вон, когда есть уже что-то готовое, — Хельга пожала плечами и развела руки в стороны. Их дуэт казался странным и смешным одновременно. Джеральд специально выдавал палитру эмоций, в том времени как Патаки изображала незаинтересованную в чём-либо и уставшую напарницу. Они решили сыграть на контрасте. — Но! — Джеральд весело улыбнулся и поднял палец вверх. — Вы только гляньте, сколько здесь пёстрых деревьев, цветов и даже пруд! — Ого, — Хельга не выдала и капли удивления, хватаясь за свои щёки. — Да, я вижу. Бутылки, крышки, покалеченная бумага, и много-много клея. — Ещё здесь есть спортивная площадка! В настоящем парке, конечно, нет, но было бы замечательно, если бы её построили. — Зачем мы несём эту бесконечную чушь? Может, уже подойдём к сути? — спросила Хельга, подняв одну бровь. Одноклассники стали тихо смеяться. Мисс Бинс не вмешивалась в творческий процесс, с интересом наблюдая за усилиями своих учеников. — Хорошо-хорошо! — активно закивал Джеральд и добавил в свои жесты больше экспрессии. — Парк – сердце Хиллвуда, — он прижал руку к груди. — В нём всегда собирается много людей. Встречают праздники. Гуляют компаниями друзей и парочками. — Это место покоя и отдыха, — снова монотонно проговорила Хельга. — Но оно не вечно, — со всем трагизмом произнёс Джоханссен и опустил плечи, свесив голову, тяжело вздохнул. — Находятся некоторые индивидуумы, что оставляют после себя кучи мусора, — слегка поморщилась она и сложила руки на груди. — Поэтому мы просим, сохранить парк и не только его. Нам бы хотелось видеть чистоту и свободно дышать во всём городе, — раскинул руки Джеральд и благодарно улыбнулся слушателям. — Спасибо за внимание, — словно одолжение бросила Патаки и высокомерно оглядела публику. — Выступление окончено. Напарники повернулись к учителю, чтобы послушать её комментарии и получить оценку. Но одно из импровизированных деревьев покачнулось и упало, задевая остальные. Маленькая версия парка начала с шумом разрушаться. — А вот этого мы не планировали, — устало пробормотала Хельга, наблюдая как их общее творение медленно исчезает. — Друзья, вот такие последствия нас ждут, если мы не будем заботиться о нашей окружающей среде! — вырулил ситуацию Джеральд, направляя руку на их проектную работу. В классе засмеялись. Кто-то даже апладировал и свистел. Одноклассники начали выкрикивать шутки и слова поддержки. Мисс Бинс потребовала тишины и поставила оценку, предварительно объяснив, почему у них «хорошо», а не «отлично». И тогда дуэт комедиантов выступил на бис. Они резким движением вытянули из нагрудного кармана своих пиджаков чёрные очки, недели их, а затем достали ручки. Хельга улыбнулась учительнице, а Джеральд классу. — Вам безумно понравилась наша работа, поэтому вы поставили нам «отлично», — во всеуслышание заявила Хельга. Сразу после неё заговорил Джоханссен. — Вам так понравилась наша работа, что вы нам аплодировали. Вы все согласны с тем, чтобы мы заслужено получили «отлично»! И сразу после его слов, они щёлкнули ручками. Пару секунд в классе стояла тишина. За это время напарники вернули обратно в карманы ручку и очки. А потом раздался взрыв смеха. — Я знаю, откуда это! Это из комикса «Люди в чёрном»! — победно выкрикнул Лоренцо и захлопал. — Браво! — поддерживала их одноклассница. — Я обожаю этот комикс! Они доставили классу кучу эмоций своей сценкой. Они уже хотели возвращаться на места, но их остановил голос учителя. — Самое оригинальное выступление из класса. Самая интересная подача. Креативный подход. Умение повернуть ситуацию в свою пользу и, конечно, слаженная работа, — женщина тихо посмеялась в кулачок. — Это заслуживает оценки «отлично», — она быстро черканула в журнал. — Я бы посоветовала вам записаться в театральный кружок. — Ес! — Хельга победно сжала кулак. — Мы это сделали! — Ура! — выкрикнул Джеральд одновременно со звонком. Он перестал себя сдерживать и обнял Хельгу, та скорчила недовольное лицо и попыталась выбраться. — Хельга, спасибо. Ты лучший напарник! — Если ты хочешь меня задушить, то души быстрее, — буркнула она и прикрыла глаза. Мисс Бинс отпустила класс без задания. Ребята довольные пошли, кто куда. Сойер торопливо собирала вещи, чтобы пойти на кружок пения. Команда по баскетболу никуда не бежала: их тренер освободил от занятий по личным причинам.       Патаки скрылась в туалете, чтобы переодеться в повседневную одежду. Костюм, аккуратно сложив, бросила в средний карман рюкзака. — Я думала, вы ушли, — сказала она, глядя на Фиби и Джеральда. — Ну хотя бы Шотмен. — Я же ещё даже ничего не сказал, — он заметно огорчился и сложил руки на груди. — Тебе и не надо. Достаточно стоять у меня перед глазами, чтобы я уже проклинала тебя, — ответила Патаки и направилась к выходу. — Хельга, ну хватит быть врединой, — высказывала недовольство Фиби и схватила блондинку за руку, чтобы слегка замедлить её. — Ребята, я считаю, что нам нужно это отпраздновать! — развеселился Джеральд и приобнял за плечо Патаки и Шотмена. — Предлагаю пойти в кафе. — Ну ничего себе! Значит, теперь я вписываюсь в круг ваших друзей? — с сарказмом поинтересовался Арнольд и скинул с себя руку лучшего друга. Джоханссен поднял глаза к потолку и устало вздохнул. — Да я тебе уже сто раз говорил, что ничего из ряда вон выходящего не произошло. Грызлись как собаки, нам надоело, нашли компромисс. Шотмен только ускорил шаг и первым вышел на улицу. — Я твою ложь за километр учую, Джеральд. Хельга тяжело посмотрела на Хейердал, которая с тревогой наблюдала за мальчиками. Она была признательна Джоханссену за то, что он до последнего скрывал детали вечера, и Фиби, что молчала как рыба, но чувствовала на себе груз вины. — Шотмен, ну что ты как девка обиженная, а? — вмешалась в их маленький конфликт Хельга. Джеральд и Фиби с волнением переглянулись. — Никто твоего волосатика не увёл. Ну, мы поладили и что такого? — она сложила руки на груди и с вызовом продолжила. — Какие у тебя вопросы, ревнивый ты наш? Джоханссен прыснул от смеха, Фиби скрыла свой смех за ладонями. Арнольд вскинул брови и удивлённо посмотрел на блондинку. — Что молчишь? — Патаки рано почувствовала торжество. Противник был растерян лишь пары секунд. — А почему вы тогда так упорно умалчиваете о том, что случилось? — пошёл в атаку Арнольд. — Есть что скрывать? Джеральду? Не поверю. Он прост как открытая книга. — Он уверенно шагнул вперёд и расправил плечи. Едкая бирюза впилась в Хельгу. — А вот ты точно не потерпишь правды. Интересно почему. Хельга сглотнула, еле сдерживая себя, чтобы не увести взгляд в сторону. Сжала кулаки, выдохнула и ответила. — Просто мне было стыдно, — она почесала затылок, на секунду закрывая глаза. Джоханссен с Хейердал ума приложить не могли, какой к чёрту стыд и за что. — Он соблазнил меня клубничным чаем, а я как дура повелась, — противостояние взглядов продолжалось не долго, она посмотрела в сторону парочки. — Я всё сказала. Не знаю как вы, а я пошла. — Хельга, мы же теперь друзья, — довольно улыбнулся Джеральд, снова обнимая её за плечо и не давая сбежать. С другой стороны он обнимал Фиби. Та тоже давила хитрую лыбу. — Кто тебе это сказал, волосатик? Тебе привиделось, — она придала голосу холода, но руку его не скинула. — Сердце говорит обратное, — он ей подмигнул и довольно произнёс. — Мне не терпится пойти с вами в кафе. — Ладно, — Хельга, наконец, сдалась. Джеральд был счастлив как щенок, к которому пришёл хозяин после рабочего дня, а Фиби сияла, словно ей подарили новую энциклопедию. Ещё чуть-чуть и оба завизжат в голос, а она лишится барабанных перепонок. Хельга слышала шуршание своей куртки о куртку Арнольда. Они шли непозволительно близко друг к другу. От страха её сердце забилось чаще, она машинально спрятала левую руку в карман. — Джераль-до, пусти. Я хочу идти рядом с подругой, а не между двух амбалов, — Патаки намеренно исказила имя Джоханссена и ловко вышла из его крепкого объятия, цепляясь за Фиби как за спасательный круг. — Когда-нибудь ты назовёшь меня по имени. Попомни мои слова, Джеральдин! — заявил Джеральд с улыбкой во все тридцать два зуба. «Всё же она соврала», — подумал Арнольд, продолжая внимательно изучать одноклассницу. — «Нет. Скорее дала частичную правду». — он немного улыбнулся, но после столкнулся с осознанием. В глазах зажёгся хитрый огонёк. — «Так не хотела, чтобы Джеральд ссорился со мной из-за тебя?» — он начинал понимать, как правильно надо играть с Хельгой в её игру, чтобы узнать её тайны. — Хел! Хел! — послышалось издалека. — Милашка Хел! — крикнул ещё один мужской голос. — Эй, подруга!