Глава 15

«Слёзы предназначены лишь для сцены»

(Ронда Веллингтон-Ллойд)

             Пока Арнольд злился на Хельгу и пытался переварить новую информацию после её выходки, попутно предпринять следующие действия и решить новые проблемы в их общении, Хельга переживала уход лучшей подруги на сторону рыжеволосой лисы. — Фиби, неужели ты выдержишь с ней целый час? — запугивала её Патаки, надеясь склонить подругу к хитрости. — Давай, ты просто уйдёшь или, может, тебя заменит кто-нибудь? — Хельга, хватит меня убалтывать. Лайла староста и я часто помогаю ей с организацией класса как её зам. Мы быстро покончим с уборкой и пойдём по домам, — брюнетка подбадривающе похлопала Хельгу по плечу и по-доброму ей улыбнулась. — Мне невыносимо от одной мысли, что ты будешь с ней. Она с сентября была слишком назойливой и часто тёрлась с нами, — Патаки брезгливо дёрнула плечами и слегка поморщилась. — Особенно "мисс совершенство" часто говорила с тобой. — Ты преувеличиваешь, — Фиби махнула рукой. — Ей нужна была помощь с домашним заданием и ещё мы обсуждали дела класса. — Думай так, — не согласилась Хельга и оглядела кабинет. — Сейчас это не важно, потому что она стала реже появляться рядом с нами. «Было бы замечательно, если бы вместе с ней исчез и Шотмен», — мечтательно подумала Патаки, найдя его в компании Джеральда и Гарольда.       Парни пошли к выходу из кабинета, что-то обсуждая. Шотмен в беседе выглядел задумчивым. Сойер в классе отсутствовала. Начиная со второй недели октября, староста класса часто уходила из кабинета, если ей не давали поручений, и шаталась где-то в коридоре. Удивительно, но в столовой она больше не выглядела потерянным и одиноким щенком. Зелёные глаза быстро находили нужный стол, за которым сидели три девушки. Тогда Хельга заметила её в незнакомой компании случайно, когда рыжая копна волос прошла слишком близко с их столиком. Больше она не обращала внимания на одноклассницу.       Дальше день проходил как обычно. Уроки шли непозволительно долго. В кабинетах стояла смертная скука. — Фиби, мне ждать тебя после тренировки? — спросил у неё Джеральд, собирая вещи после окончания учебных занятий. — Не нужно. Я закончу с уборкой быстрее, чем тебе кажется. — Фиби, не смей переходить на светлую сторону, — Хельга драматично обняла подругу, как будто прощалась с ней. — Не переживай, — Хейердал засмеялась от слов Хельги. — Я никуда не уйду.       Друзья пошли на выход, оставляя Фиби в компании со шваброй, цветочными горшками, тишиной и Лайлой, которая ушла за водой. — Хельга, ты серьёзно волнуешься, что они начнут общаться? — удивлённо спрашивал Джеральд, вспоминая её слова о том, что она не ограничивает его девушку в общении. — Не в этом смысле, волосатик. Просто Сойер слишком подозрительная и странная. Не нравится она мне. Моё личное мнение о ней, — попыталась объяснить Хельга своё отношение к старосте. Пусть это и была одна из причин в её списке, зачитывать остальные пункты она не решилась. Было бы хлопотно и слишком лично объяснять свою неприязнь к ней через призму отношений со старшей сестрой. — Но даже так причина у тебя имеется, — подметил Арнольд и подозрительно посмотрел на неё. — Не всегда. Есть люди, которые не нравятся мне по определённой причине, а есть те, кто не нравится, потому что существуют. — Ясно, — кивнул Арнольд, неудовлетворённый ответом. — Понятно. Ты просто противная, как обычно, — усмехнулся Джоханссен, потрепав её по макушке. Хельга нахмурилась, и брюнет убрал руку раньше, чем она успела с ней что-то сделать. — Нам в спортзал. Мы побежали. — Хорошо. До завтра, — махнула Патаки и открыла дверь на улицу. Погода встретила скверной. По всему небу расползлось отвратительное серое пятно, а ветер шнырял по грязным городским улицам, лишённым красок, недобродушно встречая холодным ветром. С деревьев уже начали срываться парадные одеяния, расстилаясь ярким ковром на асфальте, но они быстро становились разноцветным месивом под ногами прохожих. Листья втаптывали в грязь, размазывали по дороге и превращали в настоящее уродство – из природной красоты – в маленький, страшный, убогий и пожухлый комок с прожилками.       У лестницы стояла Ллойд, а рядом с ней, как обычно, Надин. Брюнетка сверкнула синими глазами на Хельгу и высокомерно подняла подбородок, неосознанно пытаясь показать своё превосходство, когда она спустилась к ним. — Патаки, тебе ещё не надоело ошиваться рядом с Арнольдом и Джеральдом? — прозвучала претензия от наглой особы. Нортон мгновенно кивнула, шагая чуть вперёд. — Вот именно! Вам полезнее быть порознь, — поддержала Надин свою подругу. — Не я прилипла к ним как банный лист, — безразлично ответила Патаки и повернулась к ним без желания продолжать диалог. — Предлагаете мне, их игнорировать? — Да, а зачем общаться с теми, кто тебе не нравится? — поспешно сказала Нортон, уверенная в своих словах. — Как жаль, что с одним из них я поладила, — усмехнулась Хельга и пожала плечами. — Патаки, оставь их в покое, пока прошу по-хорошему. Ты им только жизнь испортишь, — начала угрожать Ронда, ощущая уверенность из-за каблуков. Она смотрела на одноклассницу сверху вниз. — А ты по-другому и не умеешь, Ллойд. Хватит лить мне в уши пустой звук. Вскидывай своё брендовое пальто, хватай свою подпевалу и исчезай в богатой тачке, — Хельга отступила в сторону, не обращая внимания на их недовольные лица. Видеть такое не в первой. Нортон громко вобрала в лёгкие воздух, тряхнув разноцветными косами, и приготовилась вылить гнев, но этого не случилось: слова осели колючим осадком на языке. — Патаки, ты переходишь границы! — вышла из себя Веллингтон, приближаясь к однокласснице на один шаг. Каблук с силой стукнул по асфальту, показывая стойкость своей владелицы. — Я сдержалась, чтобы не опуститься до оскорблений, которых ты заслуживаешь. Я промолчала в прошлый раз, но больше терпеть не стану. Не смей называть Надин подпевалой или ещё кем-то в этом роде. Она моя подруга. Я не дам тебе жизни до выпуска, так и знай. Нортон сильнее прижала к себе сумку Ронды и с трепетом и радостью посмотрела на подругу. Ей было приятно знать и чувствовать защиту с её стороны. — Жду с нетерпением, Ллойд! — злобно улыбнулась Хельга и бессовестно засмеялась. — Сука безмозглая! — выпалила ей в спину Ллойд, сжимая кулаки. Красные полумесяцы стремительно появлялись на нежной коже ладоней. — Слышу от полной дуры! — продолжала смеяться Хельга, всё дальше уходя от одноклассниц. — Заткнись, — донеслось от Надин. Она сердито смотрела на блондинку, полностью переняв эмоциональный и боевой настрой Ронды. — Чтоб ты спермой подавилась! — последнее, что сказала Ронда, подойдя к машине. Патаки удивлённо уставилась на них, смех стих всего на секунду, а потом накатил с новой волной. — По опыту знаешь, каково это, да? — успела закончить диалог Хельга, получив в качестве ответа многозначительный жест: четыре средних пальца. Лайла застала удаляющиеся спины одноклассников. Среди них мелькала горделивая прямая осанка, прикрытая длинными светлыми волосами с розовой лентой на них. Она хваталась за фигуру Патаки печальным взглядом, словно упускала самое желаемое из рук, а когда Хельга окончательно исчезла из поля зрения, Лайла зашла в класс и тихо прикрыла за собой дверь. Фиби уже закончила протирать доску и поднимала стулья. — Я тогда помою пол, а ты польёшь цветы. Ладно? — предложила Сойер, направляясь к швабре. — Хорошо, — кивнула Фиби и ушла наполнять лейку. Со своей задачей Хейердал справилась намного быстрее, чем Лайла. Девушка успела помыть только половину класса. Нечасто по кабинету разносился глухой стук от соприкосновения стула с полом: Фиби ставила их на место, когда пол немного подсыхал. В остальное время тут стояла тишина, от чего Фиби становилось не по себе. Сойер методично водила тряпкой по полу без эмоций на лице. Глаза – зелёные стекляшки – мертвенно смотрели в одну точку. Хейердал то и дело переминалась с ноги на ногу или отмеряла шагами, в который раз, расстояние от учительского стола до двери. — Можешь уже идти домой, — подала голос староста, заметив неловкость одноклассницы. — Всё равно ты уже выполнила свою часть. Я сама найду мистера Адамса и отдам ему ключ от кабинета. — Нет. Пришли вместе, значит, и уйдём вместе, — живо произнесла Хейердал и почувствовала облегчение от чужого голоса, который разбил тишину. — Хорошо, — согласилась Лайла и растянула губы в улыбке. Она ожидала, что Фиби после её слов сразу же возьмёт вещи и покинет класс. Ей было приятно, что она осталась с ней. — Слушай, я тут заметила, что у тебя появились приятельницы? — неловко начала разговор Хейердал, опуская стулья. Она не хотела сидеть под куполом давящей тишины и хлопать глазами, как кукла, с витрины магазина. — Верно, — коротко ответила Лайла, не поднимая глаз от пола. — А как подружились? — Ходим в один кружок, — Лайла вышла в центр класса. — На вокал, верно? — решила уточнить брюнетка. Она точно не помнила, в какие кружки ходили её одноклассники после школы. — Да, — снова сдержанный ответ от Лайлы. Фиби не решилась продолжить беседу. Она ощущала между собой и Лайлой пропасть. Может быть, она совсем не так поняла невербальные знаки старосты, и та, наоборот, хотела говорить намного больше, чем могло показаться, но её жесты и эмоции показывали обратное. Глупо было отрицать, что обычно разговорчивая, улыбчивая и отзывчивая девчонка, сейчас сторонилась общения, связанного с чем-то помимо учёбы. Обеим девушкам стало не по себе. Привычная обстановка в кабинете ощущалась по-другому. Лайла повернулась к Фиби, собираясь что-то сказать, но тут же сжала губы в тонкую линию и отрицательно махнула головой. Хейердал кивнула, понимая, что ничего важного и вообще чего-либо она от старосты не услышит. Лайла закончила с полом и умчалась выливать ведро и мыть тряпку. Покидали девушки кабинет спешно и учителя искали также быстро. Необъяснимая тишина поедала их и вызывала желание разойтись, как можно скорее. Они неловко попрощались друг с другом у ворот школы, и пошли в разные стороны. Фиби не чувствовала облегчения от завершения уборки, скорее её накрыло лёгкое недоумение после совместной деятельности. С каких пор Лайла стала такой немногословной? Хейердал решила увидеться с Джеральдом после тренировки и поделиться своими мыслями о Лайле. Дома она всё также была занята размышлениями о ней, поэтому решила позвонить Хельге. — Как прошла уборка? — сразу поинтересовалась Патаки. — Нормально. Справились быстро. Вот только Лайла вела себя, чересчур закрыто, что ли? — Фиби пыталась объяснить ситуацию и поведение одноклассницы, пока на проводе ей поддакивали и говорили «ясно», «понятно». — Фиб-с, ты придаёшь этому слишком большое значение, — успокоила Хельга и продолжила уже с аргументами. — Она всегда была такой. Это же Сойер, она же – маленькая "мисс совершенство". Возможно, у неё пропала надобность заводить со всеми бесконечные разговоры после появления друзей. — Наверное, ты права, — с облегчением выдохнула Фиби и отпустила ситуацию. — А разве может быть по-другому, милая? — Хельга улыбнулась в разговоре и после завершила звонок.

***

Новый день встретил Хельгу грузовиком, загруженным дерьмом. Она не билась в истерике, не сидела с выпученными от ужаса глазами, оставляя царапины на руках, и не рвала на себе волосы в страшной агонии. Хельга мысленно билась головой об стену, пока свистела её фляга от желания убить Ронду. Глазами она уже прикидывала, каким предметом её можно оглушить или заколоть, чтобы потом организовать поездку в лес — только она и труп Ллойд. Романтика со всеми изысками: лес, вечер под звёздами, сырая земля и лопата, закапывающая яму с некачественным удобрением.       В начале всё было не так плохо. Грязные шутки без повода, насмешки, пропажа некоторых учебных принадлежностей во время перемены, жвачка на стуле. Всё это Хельга переживала с гордо поднятой головой. Даже внезапные предложения учителей поучаствовать в школьных конкурсах она отсекала жёстко и бескомпромиссно. Понятное дело, что во всех её бедах виновата была богатенькая девчонка. Удивительно, но сегодня она полноправно могла винить в своих неудачах именно кого-то, а не себя. Складывалось впечатление, что ребёнок пытается привлечь внимание родителя, а Хельга каменным изваянием стояла на своём: она продолжала проводить время в компании Джоханссена, к которому в наличии прилагался Арнольд, и продолжала унижать Ронду, вместе с этим затрагивая её дружбу с Надин, сильнее разжигая в них ненависть к себе. Но игры закончились, когда Хельга увидела в своём шкафчике пакет с мусором, немного сырые учебники, в некоторых из которых, в страницах, оказалась жвачка. Патаки разозлилась не на шутку, но понимала, что безмозглой Ллойд ума и смелости на такое не хватит, а, значит, кто-то другой недоразвитый посмел притронуться к её вещам, не зная, как сильно пожалеет о своём решении. — Хельга, это же настоящее издевательство! — ругался Джеральд, когда она достала из шкафчика вонючий и мокрый учебник. — А я думала, мне так в любви признаются. Какая жалость! — с сарказмом ответила блондинка и с отвращением убрала книгу в сумку. — Хельга, это не смешно! Мы должны сообщить об этом учителю, — настаивала Фиби, невольно вспоминая предыдущий опыт травли. — И что я им скажу? — с раздражением усмехнулась она, брезгливо вытирая руки салфеткой. — Мистер Адамс, тут один тупорылый ученик повадился мне в шкафчик срать. Не знаю, кто он, но проучите гада. И что я получу? Точно, нравоучительную речь, — она подняла палец вверх и продолжила низким голосом. — Ученики сто восемнадцатой школы, мы не приемлем насилия и издевательств в отношении других учеников бла-бла-бла. Были ли свидетели такого выпиющего случая! — Хельга театрально понизила голос, изображая директора. — А после все хлопнут глазами, пожмут плечами и скажут: нет я не видел, или видел, но не то, не помню и так далее, — она изобразила глупое лицо и почесала затолок, имитируя тех самых школьников. Компания невольно засмеялась. — Тут ты права. Но всё-таки, кого ты так довела? — спросил Арнольд, забирая у неё из рук пакет с мусором и помогая избавиться от его остатков в шкафчике. — С Ллойд вчера как обычно поссорилась, а она обиделась и мстит, — пожала плечам Хельга, вытирая с учебника ошмёток чего-то неопознанного. Впервые она пожалела, что не надевала их в обложки. — Каких-нибудь дуриков попросила мне нагадить и радуется теперь. — Это не хорошо. Нам надо с ней поговорить, — серьёзно начал Арнольд, а Фиби и Джеральд согласились. — Нельзя, чтобы это продолжалось. — Шотмен, тебя это не касается. Прошу, воздержись от желания исследовать мою жизнь и проблемы. Наши отношения с Ллойд тебя не касаются и вас, мои дорогие друзья, — натянуто улыбнулась им Хельга, захлопывая шкафчик. — Я сама могу обо всём позаботиться, — она демонстративно потянулась за чёрным мешочком мусора в руке Арнольда, но он ловко увёл его в сторону. — Мы тебе верим, Хельга, — с насмешкой сказал Арнольд и направился в сторону мусорного ведра. — Очень, не сомневайся! — с сарказмом добавил Джеральд и активно закивал, бросая на блондинку злой взгляд. — Хельга, я за тебя переживаю, — Фиби тревожно посмотрела на Патаки, будто той угрожала свора кровожадных бандитов, а не какой-нибудь обалдуй, который по детской глупости решил испортить её вещи, пусть и не самые ценные. — Просто не суйте свой нос, — потребовала от ребят Хельга и угрожающе глянула на каждого. Потом вздохнула, пытаясь расслабиться, и приобняла за плечи Хейердал и Джоханссена. — Я всё разрулю. Не переживайте. Договорились? С хрена ты такой высокий, Джераль-до, я не дотягиваюсь! — буркнула она на спортсмена, и тот разразился хохотом, а Фиби повеселела. Арнольд возвращался к компании уже с пустыми руками. — Но если это повторится! — начал было Джеральд, подняв указательный палец. — Да не повторится! — закатила глаза Хельга, отпуская одноклассника. — Пошлите на химию. Время поджимает.       Теперь Патаки перестала обороняться и начала атаку. Она наступала на Ронду, сбивая её моральный дух. После химии Хельга оставила своих друзей в классе и пошла за Ллойд. Она выхватила брюнетку из компании Надин и отвела на переговоры в сторону. Нортон с недоверием и злостью смотрела на Патаки. — Веллингтон, на мне твои приёмы не работают. Пугай ими какого-нибудь другого, — хищно улыбнулась она сопернице. — Я буду продолжать тебе назло, пока ты ведёшь свои детские игры, а когда я вычислю твоих поклонников, поверь, они пожалеют о том, что сделали. — Ты о том, что кто-то испортил твои учебники? — Ронда изящно указала на плохо пахнущую книгу, торчащую из сумки. — Ох, это не моих рук дела. Ты, наверное, не подумала, редко этим занимаешься, но это совершил твой личный недоброжелатель, — она приложила руку к груди и сочувственно посмотрела на блондинку. — У всех моих недоброжелателей кишка тонка. — Не знаю о чём ты, но не трать моё время, — Ронда убрала блестящий локон своих чёрных как ночь волос за ухо и направилась к подруге. — Собачка заждалась хозяйку, — шепнула Хельга и поймала на себе пылающий ярости взгляд. — Я же сказала, буду продолжать тебе назло, пока ты не остановишь свои детские игры.       В отличие от врага, который бил с закрытыми глазами, Хельга прекрасно знала её слабые места и куда нужно надавить, чтобы сделать больнее. Она чувствовала себя победительницей, в ещё незаконченной битве. Ронда кусала губы от раздражения, а Хельга довольная собой пошла вперёд по коридору, оставляя одноклассниц позади. Она уже знала, что ей следует предпринять дальше. — Гаммельторп, есть минутка? — девушка нашла парня среди разношёрстной компании. — Конечно, — деловито улыбнулся Кёрли и повернулся к своим друзьям. — Подруга, — махнул головой в её сторону. — Я на секунду. — Ребята кивнули и продолжили разговор. — Что такое? — Вот и приспичило тебя на улице торчать, — поёжилась от холода Хельга. — Есть дело. — Слушаю, — Кёрли поправил очки, внимательно рассматривая её лицо. В отличие от Хельги, которая вышла на улицу в одной кофте, он стоял с накинутой на плечи курткой и не чувствовал такого холода, как она. — Какая-то крыса облюбовала мой шкафчик, хотелось бы узнать, кто именно. — Я тебя понял, — улыбнулся брюнет. В худых бледных ладонях тут же материализовался блокнот, не такой потрёпанный как его записная книжка, но тоже подпорченный временем и потолстевший от большого количества записей. — Найду кого надо. С тебя пятнадцать долларов за услугу. — Просишь деньги? — Хельга подняла одну бровь и полезла в скрытый карман рюкзака за кошельком. — Обычно ведь нужна информация. — Да, но сейчас мне необходима одна вещь, поэтому я отказываюсь от ценных сведений ради денег на её покупку, — рассказал Кёрли. В ладонь приятно легли купюры, и он пересчитал полученную сумму. — Сообщу тебе, как только что-то узнаю. Хельга кивнула и продрогшая от холода пошла в школу. Нос слегка покраснел и шмыгал. К тому моменту, как она пришла в столовую, еды в пластиковых ёмкостях за витринами почти не осталось. Большинство столов опустело. С подносом в руках Патаки начала высматривать Фиби и макушку Джеральда. Она надеялась, что ребята ещё здесь, но даже если и нет, грустно ей без них не станет. Желудок выл от голода. — Хельга! Мы тут! — крикнула Фиби и поманила рукой. Хельга обернулась и увидела привычный состав. Радостный Джеральд энергично подзывал к столу, Арнольд сидел с доброжелательной улыбкой, а Фиби смотрела с ожиданием и волнением. Картину портили другие одноклассники, которые сидели с ними за большим столом. Стинки весело заиграл бровями и толкнул под бок Сида. Гифальди недовольно закатил глаза, заметив Хельгу. Ронда и Надин зашептались между собой как две змеи в серпентарии. Гарольд и бровью не повёл, неспешно доедал свою порцию. — Только в этот раз, — прошептала себе под нос Хельга, направляясь к их столу. Хейердал принялась двигать своего парня, чтобы освободить место, а тот по инерции остальных. — Пожаловала стерва, — пробубнил Сид, сталкиваясь с локтём Бермана. В компании повисло резкое напряжение. Хельга поставила поднос, но в тишине звук показался чересчур громким. Все смотрели на прибывшую одноклассницу, и у многих взгляд был недовольным. — А мы тебя заждались! — заговорил Джеральд, оттягивая воротник футболки. Его душило явное напряжение. — Говори за себя, — холодно произнёс Сид, подливая масло в огонь. — Гифальди, я пришла не к тебе, поэтому не утруждай себя разговорами. Твой мозг не выдержит настолько активной работы, — ядовито бросила Хельга и приступила к еде. — Ты что ржёшь, придурок? — Сид отвлёкся на смех Стинки. Он сидел, прижав ладонь ко рту. — Тебе реально смешно? Скотина. — Гифальди играючи ударил его в плечо. Стинки больше не выдержал и засмеялся. — Прости меня. От всего сердца, прости! — от смеха у Стинки покраснели глаза. — Но иногда Патаки как скажет, ржать хочется, что не могу. Его смех подхватили Арнольд, Джеральд и Фиби, Надин показала только лёгкую улыбку, которую тут же подавила. Берман веселья не разделял, он посмотрел на Хельгу изучающим взглядом, но не нашёл в ней ничего нового. Ронда и Сид молчали, на их лицах не показалось и капли радости. — Могла бы поесть и одна. Как раньше. Тогда тебе ничего не мешало, — нескрываемая злость шла от Ллойд. — Могла, но «как раньше» я уже не хочу. Особенно, когда в моей жизни нарисовалась обиженная маленькая принцесса, — с насмешкой ответила Хельга, довольствуясь её багровыми пятнами на щеках от злости. — Тварь бездушная, — прошипела ей Ронда. — Не ругайтесь за едой, — влезла в конфликт Фиби. — И обе воздержитесь от оскорблений, — она посмотрела сначала на Ронду, а затем на свою подругу. — Как скажешь, зам-старосты, — повинуясь её приказу, Хельга продолжила трапезу уже в тишине.       Ронда с волнением подняла глаза на Арнольда. Ей не хотелось выглядеть перед ним совсем уж ужасной и не следящей за языком девушкой. Раз уж он стал возиться с этой сумасшедшей блондинкой, стоит и ей быть чуть мягче с ней в его присутствии. Хотя бы попытаться нацепить маску вежливости. Получалось не очень. Словно ребёнок взял в руки скрипку в первый раз и смычком рвал струны на столь прекрасном инструменте. Улыбка у Ронды выходила кривой. Блаженное спокойствие длилось недолго. Цепочку взрыва запустил Сид, не выдержав корячек Веллингтон, а Хельга, желавшая поставить ту на место, подхватила волну шуток. Слово за слово и троица уже крыла друг друга не по-детски. — Хватит ругаться! — выкрики одноклассников остановил Арнольд. — Ронда. — Я!? — возмутилась Веллингтон и посмотрела на Шотмена. — Да это всё ваш Гифальди! — Сид, — теперь Арнольд обратился к другу. Остальные сидящие за столом переводили взгляд с одного человека на другого, слушая нравоучения от Шотмена. — Собственной персоной, — он важно поправил спортивную кофту и поднял подбородок. — И я не совершил ничего противозаконного. Всего лишь пошутил над Ллойд. — И Хельга, — голос Арнольда прозвучал устало. — А я что? Я не при делах, — ответила она и допила свой сок. Поднос опустел. — Ваши ссоры уже у всех в печёнках сидят. Завязывайте уже! — Давайте жить в мире! — предложил Джеральд с яркой улыбкой. — Что за хмурые взгляды? — Джеральд, ты несёшь хрень, — буркнул Гифальди. — А вот я с ним согласна. У меня от ваших криков голова болит. Уже не маленькие, а ведёте себя как дети! — Фиби отчитывала одноклассников, зажмурившись. Прохладные кончики пальцев снимали боль с висков, которые она массировала. Хельга виновато прикусила губу. — Для начала Патаки и Гифальди придётся закрыть свои рты, — грозно заговорила Надин, вставая на защиту подруги. — Они сами напрашиваются на грубые ответы. — Сид и Хельга с раздражением посмотрели на блондинку с косичками. — Надин, а может не стоит воспринимать все их шутки так близко к сердцу? — миролюбиво предложил Стинки, но столкнулся с ледяным взглядом Нортон. Её ноздри раздувались от недовольства, а губы сжимались в тонкую линию. — Не злись, красавица! — испугался Стинки и поднял руки вверх. Девушка хмыкнула и отвернулась, пряча лёгкий румянец на щеках. — Честно, иногда мне кажется, что Хельга и Сид – это брат и сестра, которых разлучили в детстве, — внезапно заговорил Гарольд. Бас с хрипотцой приятно коснулся слуха. — Змеи те ещё. — Что за чушь? — Хельга подняла одну бровь и с вызовом глянула на крепкого парня. — Дружище, ты умом тронулся? — Сид покрутил пальцем у виска. — А он прав, вы об этом подумайте. Может, ваши родители что-то не договаривают, — весело вставил Стинки и внимательно посмотрел сначала на Сида, а затем на Хельгу. Будто у них действительно могло быть что-то общее. За столом повисла секундная тишина, а затем взорвалась оглушительным смехом со всех сторон. — Я не понимаю, почему вы до сих пор и не смогли подружиться, если так похожи, — Гарольд утёр слезу кулаком. Мышцы заметно поднимались под обтягивающей кофтой. — Тогда бы от школы и камня не осталось, — ответил Арнольд с ухмылкой и незаметно посмотрел на Хельгу. — Я сваливаю с вашей тусовки, — сообщила Патаки и подхватила поднос. Одноклассники не успели среагировать, девушка ушла быстро. «Если такой сбор повторится, я пойду есть в одиночестве», — решила Хельга, покидая столовую. Ей было странно и непривычно сидеть в большой компании и общаться с некоторыми личностями, с которыми она не имела ничего общего.       Уроки подошли к концу и ученики стремительным потоком покидали стены второго дома. Облака угрожающе стояли в небе на одном месте. В воздухе чувствовалась влажность, казалось, что вот-вот пойдёт дождь. — Тут мы и расходимся, — объявил Джеральд у остановки. — Рад, что вы наконец нашли общий язык, — он хлопнул Арнольда и Хельгу по плечу, последняя слегка качнулась от силы удара. Радости не было предела. — Увидимся завтра. — Я очень рада, что вы перестали спорить. Надеюсь, что больше не услышу ваших ссор, — Фиби довольно прикрыла глаза и вдохнула свежий осенний воздух. — Мечтать не вредно, — шепнула ей Хельга на ухо, когда обнимала. — Пока. Ребята направились в разные стороны. Впервые Хельга шла не домой к Джеральду, чтобы выполнить совместную работу, а с Арнольдом, потому что им, чёрт возьми, по пути. Девушка воровато поглядывала на противоположную сторону дороги, поджидая момент, когда машин станет меньше. «Это мой шанс!», — подумала Хельга, когда проезжая часть опустела, и ступила в сторону бордюра. — Эй, куда собралась!? — спохватился Арнольд, заметив движение сбоку, схватил её за локоть и дёрнул к себе. — С головой совсем не дружишь? Тут нет пешеходного перехода. — Замолкни, — Хельга скинула с себя его руку и недовольно посмотрела на Шотмена. — Ты меня раздражаешь. Машин нет, поэтому я хочу свалить на другой тротуар. Да и какая тебе вообще разница, что я перехожу в неположенном месте? — Это опасно. Не рискуй, — Арнольд встал между ней и бордюром, вынуждая отказаться от побега. — Тогда я ускорю шаг и оставлю тебя позади, святоша, — она поправила рюкзак и приготовилась идти, но ей снова помешали: парень вцепился за ручку на сумки. — Да что б тебя! Чего надо, Шотмен? — она угрожающе посмотрела на блондина, но он и не думал убирать руку с рюкзака. — Пообщаться хочу. — А я нет, — она резким движением направилась вперёд и также потянулась обратно. — Отпусти! — его рука осталась на спине. — Ладно, тащи, раз тебе так надо. — Хельга сняла рюкзак с плеч и оставила его у Арнольда. — Как быстро ты находишь решения, — Арнольд поразился её находчивости и посмотрел на рюкзак. Вещь была не новая, но функционировала исправно. Пережила больше, чем могло показаться. — Идём. Хельга сунула руки в карманы куртки и нахмурилась так, что выглядела страшнее любой собаки. Не хватало только намордник нацепить, чтобы она не обругала какого-нибудь мимо проходящего школьника. Шотмен предпринял пару попыток завести разговор, но быстро сдался, не получив ответы или получив их в яркой форме ругательства. Шли они чересчур медленно и в тишине. Патаки пару раз незаметно поворачивалась к нему, с ощущением того, что к ней прикован его взгляд. Арнольд даже не пытался скрыть свой интерес и продолжал внимательно изучать недовольную одноклассницу. — Не знала, что я на столько не отразима, — горделиво заговорила Хельга и повернулась к парню. — Хватит глаза пучить. Выглядишь страшнее рыбы. — Для сведения, я смотрел на серьги. Если их подарила Фиби, то у неё хороший вкус, — Арнольд решил не повышать ей и без того завышенную самооценку. — И для справки , Ронда и Лайла.. — Вот и катись к ним, а меня, — перебила его Патаки, напыщенно махнула волосами и сжала руку в кулачок, как любила делать Ллойд, когда рассматривала свои ноготочки. — Звезду – оставь в покое. Данная сцена не могла остаться без смеха. Хельга хмыкнула на полученную реакцию и взялась за лямку рюкзака. Вырвать сумку из чужой хватки не удалось. — Не напрягайся. Я донесу, — ответил Арнольд, с ощущением превосходства. Патаки сама отдала свою собственность ему в руки и теперь не могла покинуть его до самого Сансет Армз. — Больно надо, — буркнула она себе под нос и пнула попавшийся под ноги камушек. На светлые макушки упала капля, одна, другая. Дождь решил стремительно наступать на головы прохожим, отрезвляя своей прохладой. Ребята ускорили шаг. — Шотмен, я тороплюсь домой. Не хочу промокнуть, — сообщила Хельга, накидывая капюшон на голову. — Прекращай дурью маяться и верни сумку. Он без слов вернул вещь владелице. Взлохматил свои влажные волосы и сказал. — Наперегонки до общежития? — Делать мне нечего, — раздражённо ответила Хельга, надевая рюкзак. — Как хочешь, — парень пожал плечами и сорвался с места.       Капли начали неистово вбиваться в асфальт и разлетаться вдребезги. Через секунду Хельга тоже перешла на бег, дыша Шотмену в спину. Ботинки утопали в прозрачных и мутных лужах, брызги летели в разные стороны. Где-то вдалеке громыхнуло. — Решила сыграть? — спросил Арнольд, когда они поравнялись. — Иди к чёрту! — пыхтела Хельга и смахивала капли воды с лица.       Другие прохожие тоже торопились укрыться от непогоды. Улица почти опустела. Редкие люди торопливо шли под зонтами. — До завтра, Хельга! — крикнул ей Арнольд, когда добежал до общежития. — Не говори со мной, Шотмен! — недовольно бросила Патаки, не поворачивая головы. Вся одежда стала влажной. Хельга грезила о том, как попадёт домой, заварит горячий какао и завернётся в тёплое мягкое одеяло у себя в комнате, а мерзкий холодный дождь останется за дверью.       Когда все благополучно покинули кабинет, а мистер Адамс зарылся в бумажки и вышел, что-то бурча под нос, Сид и Ронда приступили к уборке помещения. Брюнетка села на стул, закинула ногу на ногу и скучающе оглядела пустой класс. — Чё сидишь? Пятую точку оторви хотя бы для приличия, — вмешался в её покой Гифальди. Он ходил и поднимал стулья. Девушка цыкнула и подошла к доске. Стала лениво протирать поверхность. — Ронда, я бы посоветовал тебе сдаться. — Что? — она подняла одну бровь, не понимая смысл слов своего одноклассника, и посмотрела на тряпку в руке. — Тебе не нравится, как я мою доску или что? — Арнольд. Ты ему не интересна. Просто сдайся. Знаешь, как смешно сегодня ты выглядела со стороны? — злобно улыбнулся Гифальди и поймал сырую тряпку, брошенную ему в лицо. Ллойд разозлилась и сложила руки на груди. — Неплохой бросок. — Сид, мне не интересны твои мысли. И с чего ты взял, что я хочу его внимания? — она надула щёки и почувствовала себя уязвимой. — Твои корячки только слепой не заметит. Жаль, но Арнольду плевать на твои попытки, — парень снова усмехнулся и проигнорировал злой взгляд синих глаз. — Переключи внимание на других своих обожателей. — Ты это о себе? — ядовито уточнила Ронда, пытаясь поменять ход ситуации. Гифальди наигранно скривился. — Ронда, у вас с ним даже метки разные. Неужели так сильно хочешь его в постель? А ведь у тебя тако́й выбор, — он показательно раскрыл руки в стороны, чтобы продемонстрировать масштаб. Девушка покраснела от злости и хлопнула ладонью по парте. — Заткнись, Гифальди! У Веллингтон имелось всё: высокий рост, стройное тело, блестящие чёрные волосы, большая грудь, подтянутая попа, шикарные бёдра, аккуратные и прелестные черты лица, на которых лежало минимум косметики. В губы хотелось впиться, ощущать тонкую талию под ладонью и понимать её миниатюрность, словно прижимаешь к себе куклу, а не тёплого и живого человека. Сид без стеснения и чувства совести мог признаться себе и остальным, что переспал бы с Рондой. Вот только стоило ей открыть рот, как весь её кукольный и притягательный образ развеивались словно иллюзия. Табачный дым возбуждал его в разы сильнее, чем беседа с ней. — И что мы снова сели? — поинтересовался Сид у девушки. Она обиженно отвернулась в сторону, не желая продолжать диалог. — Принцесса, здесь работают все. Дома будешь сидеть с таким лицом. — Отвяжись от меня. Сам занимайся своей уборкой! — она резко встала со стула и подхватила свои вещи. — Так не пойдёт, — он преградил ей путь к выходу. — Давай, бери швабру, — брюнет кивнул в сторону деревянного арсенала, который ждал своего выхода. — Шевелись, принцесса. Ронда прекрасно понимала, что так он смеётся над её происхождением. Вышла из богатой семьи и ничего не может кроме, как красиво выглядеть. Девушка, которая ничего не умеет и не знает о мире. — Не называй меня так, — сквозь зубы злобно потребовала Ронда и, не отступая, пошла вперёд. Пройти ей так и не дали. Она никогда не поддерживала решение проблем с помощью физической силы, до этого момента. Она с силой, особо не сдерживаясь, пнула Сида в голень. Тот тихо застонал от боли и схватился за ногу. — Свали! Ронда с грохотом хлопнула дверью и сорвалась на бег, не желая более находиться среди давящих школьных стен. Ллойд никогда не обладала внутренним стержнем и не отличалась стойкостью, но сегодня она была сыта по горло. Жгучие слёзы обиды и злости требовали выйти наружу, вот только сама Ронда не хотела плакать из-за своих обидчиков. Под конец дня она уже пожалела, что развязала войну с Хельгой, но отступать не собиралась. А Сид своими действиями довёл её нервную систему до предела. Патаки и Гифальди — худшее, что случалось с ней в жизни. Дождь на улице добивал ещё сильнее. У Ронды появилось желание упасть на мокрый асфальт и залиться слезами. Драматично, как в фильмах, как мечтало её актёрское сердце. Оказавшись в своей машине, она стукнула по рулю и крикнула пару нелестных фраз. Ладонями прикрыла глаза и судорожно вздохнула. Влага не выступила. Брюнетка провела рукой по мокрым от дождя волосам и посмотрела в лобовое стекло, по которому беспощадно стучали капли. — Слёзы предназначены лишь для сцены, — тихо сказала Ронда и завела машину.       Сид взялся за голень и бросил раздражённый взгляд на дверь, за которой только что скрылась его одноклассница. — Полоумная! — ругнулся он и поднялся с пола. Работа предстояла долгая, а в ногу била пульсация. — Принцесса, что б тебя, — последнее, что сказал Сид, а после пошёл за шваброй.

***

Новый день не привнёс красок в жизнь. Пароль на шкафчике, который Хельга сменила в тот же день, снова разузнали. На этот раз его железные стенки измазали краской. — Сука! — не сдержалась она и хлопнула по дверце. Многие учащиеся бросили на неё настороженный взгляд. Патаки остервенело искала виновного в толпе. — Найду – убью! — пообещала она себе. — К твоему счастью учитель не услышал, как ты ругаешься, — с облегчением сказала Фиби и тихо выдохнула, всё ещё высматривая в толпе взрослых. — Да мне уже срать на всех. Какая-то тварь портит мои вещи. Я сейчас очень злая, поэтому не надо мне давать советы и успокаивать, — предупредила Хельга и снова открыла шкафчик. Влажной салфеткой, пыталась оттереть пятна краски. Ронда поубавила свой задор, но продолжала устраивать мелкие пакости. Даже пыталась записать Хельгу на участие в совместном конкурсе от школы с Лайлой и активно продвигала её кандидатуру. Сойер почти поверила и подумала вписать её в списки участников, но Хельга успела вовремя вмешаться и свернуть чужую идею.       Арнольд продолжал держать баланс: при всех Хельга сохраняла на лице улыбку и казалась спокойной, а наедине давала ощутить весь холод и неприступность, выбивая почву из-под ног каждой безжалостной насмешкой. Вот только она не подозревала, что в его голове постепенно собиралась схема решения проблемы.       Перед последним уроком к Хельге подошёл Таддеус. Кёрли всегда надевал чистые глаженые рубашки, которых, казалось, у него в запасе вся цветовая палитра и всевозможные дизайны, и брюки, чаще всего тёмных цветов, но и яркие тоже имелись. И сегодня он тоже не изменял своему официальному стилю. Тёмно-красная рубашка в клетку, чёрные брюки и пиджак. В свободной одежде его можно было застать только вне школы.       Таддеус показал Хельге жест и пошёл на выход из класса. Она последовала за ним, соврав друзьям, что идёт в туалет. У стены её ждал брюнет с раскрытым учебником. Он огляделся по сторонам, нет ли лишних любопытных глаз, и перевернул страницу, на которой лежали фотографии. Хельга выхватила снимки и сунула их в карман джинс. — Я снял доказательства того, как они портят твои вещи, — негромко заговорил Кёрли, опуская глаза в учебник. — Их двое. Оба Футболисты. Имена написал на фото, класс и возраст там же. Воздыхатели Ронды. Насколько я понял, ты с ними не пресекалась. — Как всегда работаешь быстро и чисто. А сколько сведений. Это дополнительная плата? — поинтересовалась Патаки, создавая иллюзию чтения. Брюнет улыбнулся уголком губ и поправил очки. — Люблю, когда клиент понимает это сам. Десять долларов. — Отдам сразу после урока. Они разошлись в разные стороны, будто между ними и вовсе не было диалога. Хельга вернулась в класс в преподнятом настроении и быстро спрятала важную информацию в потайном кармане рюкзака, и насчитала нужную сумму. По окончании занятий она расплатилась с Таддеусом и пошла домой с Фиби.       У себя дома Хельга разложила заветные фотографии на кровати и стала придумывать план по поимке обидчиков. На снимках были изображены обычные парни, но, как оказалось, и правда безмозглые, раз позарились на её добро. — Я вам завтра такую взбучку устрою, Нейтон и Стив. На всю жизнь запомните, — угрожала она незнакомым ученикам школы сто восемнадцать.

***

На следующей день, после второго урока Хельга обнаружила у себя в шкафу резиновую крысу. — Ну, если бы они принесли сюда настоящую, мне было бы её жаль, — Патаки взяла в руки игрушку и без интереса взглянула на неё. — Проводить время с идиотами, такое себе удовольствие, — рядом с ней молча кивнул Арнольд. Они вынуждено остались вдвоём, потому что Фиби нужно было обсудить дела по учёбе с Сойер, а Джеральд остался её ждать.       Хельга прикрепила к дверце шкафчика изнутри заранее подготовленную записку и закрыла его, не пытаясь поменять пароль. В толпе она нашла одного из поклонников Веллингтон-Ллойд. Он с интересом наблюдал за действиями Хельги и давил злую улыбку. Теперь она стала чаще замечать своих отравителей и то, как те беззаботно проводили время с друзьями и смеялись так, будто ничего не произошло.       На одной из перемен Хельга проходила мимо парты Ллойд и швырнула ей на стол ту самую резиновую крысу. Девушка вскрикнула от неожиданности и журналом, на который упала игрушка, кинула её куда-то в сторону. — Патаки, что это? — потребовала объяснений Ронда и встряхнула руками. Кто-то из одноклассников поднял крысу. — Это подарок от твоих поклонников. Просили передать, — невинно улыбнулась Хельга и заговорила шёпотом, хотя таинственность не имела смысла, — тайно. Думаю, в их глазах ты олицетворение милой чёрной крысы. От такого ответа Ронда чуть не порвала свой журнал. Случайные слушатели прыснули от смеха. Ллойд не смогла стерпеть унижение и пошла за Хельгой, чтобы преподать ей урок. — Патаки, твоя попытка примирения выглядит слабо, — заговорила Ронда уже в коридоре. — Но если ты правильно попросишь извинения за своё поведение, то я подумаю о том, чтобы смягчить наши отношения. — Ллойд, а мне нравится, когда у нас с тобой всё жёстко, — Хельга специально внесла в ответ пошлый подтекст. От двойного смысла брюнетка возмущённо посмотрела на Хельгу и слегка приоткрыла рот. Наблюдать растерянность противника, то ещё удовольствие. — Кстати, твои воздыхатели очень настойчивы. Возможно, тебе следует переключить внимание на них. — Патаки, как тебя только родители воспитывали, что ты превратилась в такое! — Ронда стремительно теряла лицо красавицы, а её черты искажались от отвращения. Блондинка на миг замерла и перестала дышать. Любой разговор о семье заставлял её цепенеть. — Как надо, так и воспитывали, — голос приобрёл серьёзность и потерял любой намёк на шутку и привычный сарказм. Она показала Ллойд средний палец и пошла к своему шкафчику.       После школы она сообщила своей компании, что у неё есть некоторые задолженности перед учителями и ей надо взять домашнее задание. Ребята скептично переглянулись, но приняли решение идти домой без неё. Хельга мгновенно исчезла в коридоре учеников, а у одного из кабинетов выловила Гарольда. Ей крупно повезло, что он не успел уйти домой. — Берман, у меня есть к тебе выгодное предложение, — не скрывая спешки, она схватила его за плечо и отдышалась после пробежки. — Что думаешь? — И что предлагаешь? — Гарольд не испытывал явного интереса, скорее спросил, потому что этого требовала ситуация. Хельга хитро улыбнулась. — Нужно напугать двух шкодников. Я тебя позову, когда потребуется. Просто постоишь, договорились? — И что это за "шкодники", раз тебе так надо моё присутствие? — он с прищуром глянул на Патаки. С детства знал, что хороших новостей от неё ждать не стоит. — Это как-то связано с тем, что кто-то портит твои вещи? — Они так сильно воняют? — Хельга принюхалась к запаху из рюкзака, едва уловив ужасную вонь. — А ведь я проветривала их, чёрт возьми! — Хельга, — строго позвал её Гарольд, ожидая ответа. — Да какая разница? Они мне кое-что задолжали, поэтому мне надо с ними поговорить. А ты идёшь так, на всякий случай, — отмахнулась она и повела его за собой. Берман сопротивления не оказал. Если уж сама Патаки попросила о помощи, значит, дело серьёзное. Фиби покинула школу вместе с мальчиками, но тревога её не отпускала. Она то и дело оглядывалась назад, надеясь, что Хельга появится у неё за спиной и начнёт ворчать о домашнем задании. Вернее сказать, Фиби знала, что подруга им всем соврала и сейчас пошла решать свои проблемы самостоятельно, как и в прошлый раз. — Вы идите, а я её подожду, — сообщила Хейердал, останавливаясь у школьной площадки. Арнольд с Джеральдом остановились и переглянулись между собой. Сейчас Джоханссен заметил поникшее состояние девушки. Она нервно перебирала в пальцах ремешок куртки. — Я с тобой, — Джеральд разделял её беспокойство за Патаки. — Будет не очень, если это повторится, — оговорился он и прикусил губу. Фиби недовольно посмотрела на него. — Повторится что? — мимо Арнольда не ушла реакция друзей. — Это как-то связано с Хельгой? В ответ тишина. Капитан команды виновато посмотрел на свою девушку, а та лихорадочно пыталась сообразить ответ. — Подобное уже было, — Шотмен не спускал с Хейердал взгляд, внимательно следя за реакцией. Японка стала бледнее, зрачки расширились от страха, дыхание замедлилось. Неприятные воспоминания накатили волной, обдавая мурашками затылок и распространяя неестественный холод по всему телу. — Но Хельга не похожа на ту, кого травили, — он вспоминал её реакцию на испорченные вещи и даже перепалки. — Она бы не терпела. — Шотмен посмотрел на Фиби с некоторым пониманием. Появлялись новые факты о Патаки. — Издевались надо мной, — тихо сказала Фиби и увела взгляд. Джеральд приобнял её за плечо. — Прошлое осталось в прошлом. Больше никто не будет поднимать эту тему, — произнёс Джоханссен и положил конец разговору. Ребята негласно приняли решение остаться на площадке и дождаться Хельгу.