Часть 2. Что может быть прекрасней всего в шесть утра?

«Я не герой книги, но если цена твоей жизни — моя, я готов платить сколько угодно.»

***Ян***

Середина недели. Среда. Подъём в 6:00 утра. Каждый день одно и то же. Тренировки, построение, задания, отчёты. Ничего не меняется. Разве что… я сам. С того самого дня, когда увидел её впервые. Лэйн. До сих пор помню тот день, когда нашел отряд и пришел на базу. Дмитрий готов был разорвать меня на куски, его когда-то друга… Мне чудом удалось выжить после нападения отродий, хотя, лучше бы умер. От меня практически ничего не осталось. Разодранное и уродливое лицо, которое я теперь каждый день вижу в зеркале, сводит с ума. На теле практически не осталось живого места и пришлось пришивать к себе шкуру отродий. Всё можно спрятать за бинтами и снаружи ничего не будет заметно, но вот внутри… Эту рану ничто не излечит. Я помню, как она выглянула в окно. Как внимательно разглядывала меня, а потом… её взгляд скользнул по лицу и я уверен, что она смотрела на шрам. Маленькая, такая хрупкая девочка, сжимавшая край шторы. Она смотрела на меня так, словно я не урод с изрезанным лицом, а что-то… иное. Будто она увидела во мне мужчину. И именно это сломало во мне всё. Я никогда не позволял себе лишнего. Держал чувства внутри, потому что понимал: таким, как я, любовь не положена. Но с того самого дня, искал её глазами повсюду. В столовую я приходил не ради еды. Никогда. Иногда хватало пары глотков воды, чтобы оправдать своё присутствие. Настоящая причина сидела чуть дальше за длинным столом, вечно уткнувшись в поднос, будто там скрывалось что-то жизненно важное. Я садился так, чтобы видеть её боковым зрением. Учил себя не пялиться слишком откровенно, но всё равно ловил каждый её жест. Как она поправляла волосы. Как в пальцах крутила вилку, будто пыталась занять руки. Как иногда, слишком редко, поднимала глаза и мельком смотрела не меня. В эти секунды мир вокруг растворялся. Я забывал, что рядом Дмитрий, вокруг десятки бойцов. Я просто ловил её взгляд, такой короткий, осторожный. Ловил эти секунды, как утопающий ловил воздух. Зеленые глаза задерживались на мне чуть дольше, чем нужно, и сердце начинало стучать в груди невыносимо громко. Но потом она тут же отворачивалась, краснела, словно её застали за преступлением. Я понимаю причину. Ей неловко. Ей неприятно. Её пугают мои шрамы. И всякий раз, когда я пытался удержать её взгляд чуть дольше, Лэйн пряталась за прядью волос или отодвигала поднос, убегая из столовой раньше, чем доедала. А я сидел, слушал Дмитрия и делал вид, что всё равно. Но на самом деле… я ждал её каждый день. Искал глазами тонкие плечи среди десятков других, и каждый раз, когда она садилась в поле моего зрения, внутри загоралось желание. Дикое, болезненное. Я хотел подойти, заговорить. Хотел услышать её голос, увидеть, как она улыбается не кому-то, а мне. Но всякий раз, когда поднимался с места, она уже успевала уйти. Будто сама судьба играла со мной в эту пытку. Посмотри, но не трогай. И я снова оставался за длинным столом, сжав кулаки под столешницей, мечтая хотя бы раз прикоснуться к ней без страха, что она вздрогнет от отвращения. Библиотека была единственным тихим местом на базе. Я знал, какие полки она выбирала чаще всего. «Случайно» садился рядом, открывал первую попавшуюся книгу, не вчитываясь в строчки. И ждал. Шаги Лэйн узнавались сразу. Лёгкие, чуть торопливые, будто она всегда куда-то спешила. Девушка открывала дверь и воздух вокруг становился другим. Но каждый раз было одинаково. Она лишь мельком бросала взгляд в мою сторону, короткий и быстрый. И тут же спешила отвести глаза, прижимая к груди книги так, словно они могли стать щитом. Я пытался убедить себя, что всё надумываю. Ей просто неловко. Возможно, её тяготит моё присутствие. Возможно, шрамы пугают её сильнее, чем я хочу признать. Лэйн приходила, брала то, что нужно, и всегда слишком поспешно уходила. Даже «Привет» звучало так, будто ей не терпелось сбежать. А я… я ждал этих мгновений. Как идиот. И наслаждался каждым. Каждый раз, когда её плечо скользило мимо меня, когда её волосы слегка касались воздуха рядом, я с жадностью вдыхал аромат яблочного мыла. Как же я хотел задержать её. Сказать что-нибудь. Спросить хоть про книги, хоть про погоду. Хоть что-нибудь, чтобы удержать её рядом ещё на минуту. Хотелось прижать к себе. Не отпускать. Впиться в слегка пухлые губы и узнать, насколько же они мягкие. Прикоснуться к коже и узнать, пахнет ли стройное тело яблочным мылом так же как и длинные волосы. Но стоило мне открыть рот, как девушка уже сворачивала за угол, будто сама тень. И я оставался с тем же открытым томом, где буквы сливались в пустоту. Как-то раз я заметил её в спортзале. Словно принцесса на горошине, она пыталась зачем-то пристроиться между матов. «Как-будто хочет за кем-то подглядывать…» — мелькнуло в мыслях. — Лэйн? — сказал тихо, но она вздрогнула, словно я выстрелил. Я успел ухватить её за предплечье, когда девушка едва не рухнула. Тепло кожи прожгло ладонь, и я выдохнул, глядя сверху вниз. Так близко, что мог уловить её дыхание. — Осторожней, — прошептал, не доверяя собственному голосу. Она произнесла моё имя так, будто это признание. «Ян…» — и я готов был умереть от этого. Отпустил её слишком быстро, боясь, что пугаю. Что моя рука для неё не защита, а напоминание о том, как я могу ломать и калечить. — Ты в порядке? — выдавил, чувствуя, как сжимается грудь. Она заговорила… и это был полный бред. «Боевая растяжка». Господи. Я должен был усмехнуться, но вместо этого почувствовал, как сердце уходит в пятки. Она металась, оправдывалась, краснела, словно я застал её за чем-то запретным. И я… поверил. Подумал, что она так нервничает, потому что ей неприятно. Потому что рядом с чудовищем с шрамами трудно оставаться спокойной. — Если хочешь, я могу показать, как правильно, — всё же рискнул предложить. Хотел, чтобы осталась. Хотел бесстыдно наброситься на неё на этих злосчастных матах. Сжать талию, прижаться между бедер, впиться в губы. От грязных мыслей, в штанах стало теснее. «Как же хорошо, что не успел переодеть джинсы. Хоть не так заметно…» Но Лэйн отшатнулась, пробормотала какую-то чепуху про Дмитрия, и сбежала. Буквально вылетела из зала, будто её преследовал сам Баал. Я остался среди гантелей и матов, с пустой грудью и недоумевающим Дмитрием. — Что за хрень это сейчас была? — Спросил генерал и я лишь пожал плечами. Я и сам не понимал. Может в этом укрытии она хотела подсмотреть за генералом? Укол ревности тут же прожег насквозь. Захотелось тут же обозначить, чья она. — Какие-то проблемы, генерал? — с вызовом бросил я. — А у тебя? — Спокойно ответил тот. — Между вами что-то есть? — Я и сам не понимаю, как этот дурацкий вопрос слетел с губ. Мысленно уже готовился к перепалке с бывшим другом, но он был абсолютно спокоен. — Нет. — Послышался уверенный ответ, а вот встречный вопрос пронзил сердце словно кинжалом. — А между вами? — Нет… — обреченно выдохнул я. — Несмотря на то, что между мной и криптографом нет никаких отношений, я несу за нее прямую ответственность. И если ты посмеешь обидеть девушку, уверяю, тебе не понравятся последствия. — Дмитрий говорил глядя прямо мне в глаза. Что ж… — Поверь, Дмитрий, я точно не тот человек, который хочет ей вреда. Но я однозначно тот человек, который разорвет любого, кто посмеет её тронуть. В глазах генерала промелькнуло одобрение. Он ничего мне не ответил, лишь развернулся и пошел к гантелям. Выползая из воспоминаний, я отправился на построение. «Что может быть прекраснее всего в шесть утра?» — спросил мысленно сам себя. — Правильно. Лэйн. — Ответил себе же, хлопнув дверью.