Глава 21. Моргана

      Бар «Frutti Music» сегодня работал допоздна, собирая за своими дверями жаждущих отдыха и веселья людей. Благо никаких Винкс, после провальной погони за Лило от них ни слуху ни духу. От Трикс тоже. Выдавшееся затишье магам Чёрного Круга оказалось только на руку, облегчило задачу до смехотворного уровня.       Ведь Моргану даже не нужно было выманивать — она оставила корону и вовсю осваивалась с ролью американской домохозяйки. Зато Рокси отсутствовала. Наверное, уехала в Алфею, там как раз начался учебный год. Но ею заниматься в ближайшее время уже не собирались, она была нужна лишь как приманка.       Огрон как нацелился на Моргану, так и не собирался менять решение вне зависимости от новостей, наоборот, смена статуса экс-королевы его обрадовала — проще схватить. Селина лишь убедилась, что он не собирался рубить голову змее, ему было что-то нужно от Морганы лично. Быть может, месть за то, что создала возможность для освобождения земных фей и последующего падения магов?       Нет, слишком мелко, куда логичнее звучит предположение о предотвращении возможности бросить спасательный круг снова. Но Селина всё равно не была уверена, и никто из магов не спешил пояснять ей детали.       Так или иначе, захват Морганы не зависел от знания причин одной ведьмой.       Бывшая королева наслаждалась простой жизнью простого человека: занималась домом, мужем, начала работать в магазине и, казалось, совершенно не волновалась о появлении Трикс и минувшей гонке за цветок желаний. Её можно было бы принять за простого человека, если бы её магазин не был магазином с волшебными зверьками, который Винкс вверили в руки Морганы и нескольких пришедших с ней фей, а дом не оказался окружён могущественной защитой.       В отличие от бара, которым владел Клаус, муж Морганы и отец Рокси.       Сам Клаус тоже оказался под защитой, осторожный гипноз его не взял, но человек не дом, чтобы его можно было надолго засунуть под мощные щиты. Он куда-то ходит, что-то делает, с кем-то говорит — и оттого уже уязвим.       Вот на чём решил играть Огрон. Слабое место Морганы — её муж. Место, по которому надо бить стремительно, молниеносно, пока оба расслабились после мнимой победы и верят, что угроза миновала.       Несколько дней маги тщательно собирали информацию по Клаусу и Моргане: куда ходят, во сколько и на сколько, с кем контактируют. Задача нашлась даже для Селины, которая прикинулась очередной посетительницей бара, чтобы подсобить в установке ловушки на Моргану. Парни Винкс, работавшие в баре официантами, покинули Землю следом за своими феями, и на их место пришли новые люди — то, что нужно. Селина как раз нацелилась на одну такую, которая шустро и умело обслуживала её столик.       Со сцены приветливо помахал Энди, школьный приятель и первая любовь Блум, которой та прожужжала своей тогда ещё подруге все уши, но так и не сподобилась признаться. Селина без интереса махнула в ответ, про себя порадовавшись, что уйдёт раньше, чем парни закончат играть. Общаться с Энди у неё желания не было.       Заиграла музыка, к сцене начал стягиваться народ. В основном девушки, привлечённые не столько игрой, сколько симпатичной мордашкой Энди. Сколько лет прошло, а он всё такая же гроза девичьих сердец, которую теперь усиливали сцена и какая-никакая популярность. Селина могла лишь посмеяться в стакан с коктейлем, наблюдая за столпотворением и представляя, как после концерта Энди будет вынужден сбегать от фанаток через чёрный вход.       Ей эта небольшая шумиха только на руку.       — Ещё что-нибудь? — поинтересовалась официантка, нещадно кося глазами на сцену и слишком очевидно желая затеряться где-нибудь там вместо разноски коктейлей.       — Можете наклониться? Я за музыкой плохо слышу! — повысила голос Селина, вынуждая официантку всё-таки отвлечься от Энди с группой и посмотреть на неё, прямо в глаза. — Иди на внутренний склад.       Чужой взгляд остекленел, голова кивнула, и девушка, развернувшись, направилась к внутренним помещениям. Селина, проскользнув мимо компании подростков, защитила себя от чужого внимания простеньким отводом глаз. За барной стойкой молодой парень активно забалтывал Клауса, не давая смотреть по сторонам, и официантка избежала вопроса, куда и зачем идёт.       Закрывшаяся дверь заглушила звуки веселья, а официантка остановилась и озадаченно осмотрелась, не понимая, как здесь оказалась. Селину она заметила быстро и напряглась, мигом вспомнив, кого именно обслуживала перед помутнением рассудка.       — Посторонним сюда нельзя! Ты… что ты… — и нервно заозиралась, как будто ища поддержку среди стоек и ящиков с бутылками, продуктами и тарой.       — Усни, — приказала Селина, вновь поймав взгляд официантки.       Мозг получил команду и повиновался, девушка свернулась клубком на холодном полу. Лёгким взмахом Селина отлеветировала сопящее тело за стеллаж и приоткрыла дверь склада буквально на несколько футов. Чёрная мышь проскользнула в щель спустя пару минут.       — Всё прямо по нотам, — весело и с азартом ухмыльнулся Думан и подмигнул Селине. — Ты отлично вписываешься в нашу криминальную банду. Где улов?       Когда метаморф скрылся за указанным ему стеллажом, Селина позволила себе выдохнуть. Эта пара минут показалась ей вечностью, в течение которой она боялась, что на склад зайдёт кто-то другой. Глупое волнение, ведь ей ничего не стоит заставить вторженца уйти и забыть, что видел постороннего. Просто свою первую совместную миссию с магами Селина хотела завершить идеально хотя бы со своей стороны.       — Не парься, — из-за стеллажа Думан вышел уже в облике официантки. Он остановился рядом с Селиной и поправил бейдж с именем Кэрол. — Помешать нам некому, всё получится.       — Не парюсь я, — Селина демонстративно закатила глаза на насмешливое хмыканье Думана и пристроилась за его спиной, когда он выглянул в зал через щель. — Ну, как там?       — Чисто. Просачивайся за мной и беги к Огрону. Сейчас приведу улов для тебя.       Что Селина и сделала. Выскользнула со склада и под верным отводом глаз побежала на выход, напоследок успев услышать, как «Кэрол» начала что-то обеспокоенно говорить Клаусу. Шумный бар сменился пляжем, а вскоре и складом внешним, который стоял отдельно от бара на некотором расстоянии и был выбран для ловушки.       Ведьма коротко сказала Огрону, что всё идёт по плану, и пристроилась рядом с подпиравшим стену Анаганом, чуть морщась от стойкого запаха зверья, который, казалось, въелся в каждую доску пола, каждую подушку, каждую коробку. Наверное, мелкая фея животных содержала здесь зверинец, чьи следы не смогла смыть никакая уборка.       Вскоре вновь повернулась ручка входной двери. На пороге возник недовольный Клаус.       — Если бы сюда залезли подростки, мы бы их уже услышали, — бросил он застывшей за спиной официантке и демонстративно щёлкнул переключателем. — Тебе просто показалось, Кэрол. Больше не разводи панику на пустом месте.       — Конечно, как скажете…       По губам официантки скользнула злая усмешка. С выброшенных вперёд пальцев сорвались тёмные искры, от которых Клаус отшатнулся с таким напряжением и испугом, с каким может только хлебнувший волшебных проблем человек. Девушка досадливо цокнула и не по-женски мощным ударом в живот заставила Клауса согнуться. Второй удар отправил мужчину в нокаут.       — Как Моргана расстаралась, никакие наведённые чары не действуют, — проворчал Думан и из девушки-официантки превратился в Клауса. Растянул губы в злорадной ухмылке и припечатал: — Ну, её муженьку же хуже. Что там от Гантлоса?       — У тебя пятнадцать минут, — Огрон выступил из самого дальнего угла, который от двери не видно. Маг был серьёзен и собран, но уголки губ нет-нет да подрагивали в намёке на зловещую улыбку. — Анаган, Селина, подготовьте сюрприз для Морганы.       Выключив свет, Думан снова ушёл, чтобы передать работникам наказ сказать Моргане, что Клаус готовит ей сюрприз на складе.       Анаган оттащил Клауса к дальней стене так, чтобы не было видно с порога. Селина свою часть выполнять не спешила, ждала вестей от пасшего Моргану Гантлоса. Фея после работы в магазине всегда заходила к мужу в бар и с концом его смены они уезжали вместе. Сегодня она не стала изменять расписанию. Совсем скоро экс-королева будет здесь.       Вернулся Думан и коброй затаился в тени коробок у входа.       Селина задержала взгляд на его укрытии и вздохнула в лёгком приступе зависти — ей до подобного ещё учиться и учиться. Пока она лишь закончила с анатомией. Экзаменовал Думан жёстко, выспрашивал про каждую даже самую незначительную деталь, а каверзным вопросам, казалось, не было конца, и сдать своеобразный зачёт Селина смогла лишь с третьего раза, про себя браня Думанову дотошность на все лады. Сам метаморф, когда всё закончилось, похлопал её по плечу и довольно заявил, что теперь Селина точно не навредит себе неосторожным превращением.       После Морганы надо будет напомнить ему про занятия.       Голос Огрона выдернул ведьму из мыслей — Моргана на пороге бара. Да уж, Селина ещё удивлялась, почему пасти фею отправился именно Гантлос, а его способности телепата позволяли передавать информацию сразу и без шума.       Что ж, пора ей снова поработать.       Селина присела перед заложником и открыла ему рот, складывая пальцы сужающимся конусом. На миг грудь кольнуло неприятное чувство, от которого она отмахнулась. Да, бить ведьму в пылу битвы и вливать беспомощному человеку яд в рот вещи разные. Но ведь яд не летальный, вызовет всего лишь недомогание. Клаус не умрёт ни сейчас, ни потом. Анаган сказал, что сотрёт ему память и скинет где-нибудь на другом конце страны, ведь этот человек лично магам ничего не сделал, ему просто не повезло с женой и дочерью.       Не то чтобы Селине было дело до участи Клауса, но она почувствовала облегчение от того, её союзники придерживаются определённых принципов и не собираются бить всех подряд. Им нужны только феи.       Краткий шёпот вербальной формулы создал тонкий ручеёк прозрачной жидкости. Клаус дёрнулся, поперхнулся, но в себя не пришёл. Моргана защитила мужа от волшебства, но даже созданный магически яд имеет физическое действие, и теперь не меньше получаса Клаусу будет очень и очень плохо. Ведь сам он не наделён магией, что могла бы ослабить и сократить деструктивное воздействие на организм.       С загорелой кожи ушли краски. Дыхание участилось. Выступили крупные капли пота. За малейшим изменением, порождённым её магией, Селина наблюдала с живейшим интересом учёного, который потеснил остатки сомнений.       Кадык дёрнулся, из горла пленника вырвался характерный звук. Селина очнулась от завороженного наблюдения и поспешила попросить Анагана перевернуть Клауса на бок, чтобы заложник не захлебнулся рвотой.       Маги рассредоточились по укрытиям, незамысловатым позиционированием взяв вход в полукольцо. Селина отступила за полку и достала из кармана флакон, в котором обычно держала зелья. Теперь до самого конца её роль будет ограничена присмотром за заложником и при необходимости маленьким блефом. Ведьму устраивало, что не придётся лезть в гущу, пусть охотники на фей разбираются с Морганой слаженной четвёркой.       Тем более что Селине будет интересно понаблюдать за их работой.       Наконец открылась дверь.       — Клаус, Мишель передала мне… — в проёме застыла статная женщина, футболка и джинсы на которой смотрелись чуждо и неуместно, как яркий рекламный постер на пьедестале античной статуи. — Клаус?       Моргана почувствовала что-то неладное прежде, чем увидела. Она нахмурилась, похожее на мраморный лик лицо утратило выражение мягкости, сменилось тревогой и строгостью. В воцарившейся тишине оглушительным шелестом шумело тяжёлое дыхание пленника. Моргана сделала пару торопливых шагов вперёд, чтобы увидеть своего бессознательного мужа и охнуть из-за его ужасного состояния.       Но вместо того чтобы сломя голову броситься к нему, фея окуталась коконом магии.       Красивой, но опасной угрозой распахнулись изящные крылья. Взметнулись полы салатового платья. Новый облик Морганы выглядел естественным, органичным и величественным. Совершенно не то, что приторная сладость Эльдоры или эстрадная яркость Винкс.       Стало даже немного жутко.       Селина тряхнула головой и попыталась взять себя в руки. Она не беспомощная девочка, и у неё есть роль, потому ведьма сделала шаг вперёд. Если она запорет план Огрона, ничем хорошим это не кончится. Пальцы коснулись Легендариума в поиске успокоения. Даже бывшей королеве земных фей не тягаться с творением Ашерона.       — Не делай глупостей, — Селина демонстративно вытянула руку, в опасном положении державшую флакончик за тонкое горлышко. — Или я разобью противоядие.       — Низкий поступок даже для ведьмы! — процедила сквозь зубы Моргана. В её пальцах горел свет заклинания, но не срывался, а ноги остались неподвижны. Лишь крылья яростно трепетали, а лицо застыло бледной маской разгневанной богини. Так могла выглядеть проклинавшая Горгон Афина. — Говори, кто ты такая и что хочешь. Но знай: если ещё хоть как-то навредишь Клаусу, я сотру тебя в пыль.       И то была даже не угроза, нет. Обещание, клятва. Селина хмыканьем и вскинутым подбородком запрятала проблеск испуга поглубже и крепче сжала флакон. Всего лишь вода, всего лишь блеф. Единственная преграда между неопытной ведьмой и разъярённой древней феей.       — На самом деле хотим мы, Моргана. Хотим кое-что конкретное — тебя, — Огрон зловещей тенью выступил из укрытия. Бледное лицо исказилось в гримасе презрения и ненависти, сдобренных злой насмешкой от реакции Морганы. — Мы не виделись пару недель, но такое чувство, будто прошли годы. Ведь ты даже не пришла помочь своим служкам на Омеге, мы немало из них оставили там навеки, пока ты… напомни, что ты делала? Как обычно — убежала подальше, сбросив заботы на Небулу с этими Винкс? Ну хотя бы теперь ты открыто признала, какая из тебя королева.       Злые насмешки кинжалами летели в застывшую статуей фею, норовили найти щели, слабые места, впиться иглами в душу. Но Моргана лишь поджимала губы и в гневе щурила глаза, похожие на серое осеннее небо, готовое вот-вот разразиться дождём.       Какой бы королевой она ни была на деле, по-королевски держать лицо умела превосходно.       — Смейся сколько сможешь, Огрон. Кто бы ни вызволил вас из Омеги, он впустую потратил силы и время, — Моргана развернулась, чтобы держать в поле зрения выступившего Анагана и стоявшую над Клаусом Селину. В попытке отрезать возможность зайти за спину сделала шаг назад, к двери. Пошарила глазами по помещению в поисках Гантлоса. Не нашла и отступила ещё на шаг. — Ты уничтожил Чёрный Круг и потерял Думана. Вы, маги, никогда не вернётесь к былому могуществу, пока феи с каждым днём становятся сильнее. Вырви мне крылья, убей меня, но истины — что неизбежно проиграешь вновь — тебе не изменить.       В ответ на попытку Морганы уронить магов в грязь раздался лишь презрительный короткий смех Анагана. Тёмная змея замерла перед прыжком, не двигалась в тени ящика, незаметная, если не знать, куда смотреть.       Ещё шаг феи назад. Неуверенный взгляд на страдающего от яда мужа. Если бы не он, Моргана бы не колебалась в том, как поступить, но страх потерять любимого человека сковал ей руки надёжной цепью.       Вспышка тёмной магии ударила в спину из казавшегося безопасным проёма, раздался болезненный вскрик, кажется, даже хрустнула кость.       Моргану бросило вперёд, на колени, но в последний момент вокруг неё сверкнула плотная сфера барьера. Вспышка защиты остановила новую атаку Гантлоса в последний момент. Слитным движением Моргана вернулась на ноги, но не стала ни атаковать, ни бежать. Левая рука повисла сломанной плетью. Фея застыла с сосредоточенным лицом, шевелила губами, двигала пальцами правой руки. Готовила что-то эффективное, пока защита держала атаки Огрона и Анагана.       Гантлос направил на барьер концентрированную волну разрушительной энергии, от которой щит замерцал, а лицо Морганы заострилось от скачка напряжения.       Но даже он не успевал пробить защиту и прервать заклинание бывшей королевы.       Селина не хотела выяснять, чем именно Моргана собралась их «порадовать». Испытывать мощь старшей феи на себе ведьма не желала, поэтому сделала самое, на свой взгляд, эффективное в данный момент.       — Эй, Моргана!       Разбившееся стекло сверкнуло во всполохах магии. Лужица растеклась перед лицом страдающего от яда Клауса.       Взгляд Морганы наполнился ужасом, концентрация сбилась. Выигранных секунд Гантлосу хватило, чтобы уничтожить барьер.       У феи вырвался новый вскрик, когда клыки прыгнувшей кобры вошли в плечо здоровой руки острыми зубами волка с чёрной шерстью и розовыми бакенбардами. Моргана сразу его узнала, из её груди на выдохе вырвалось судорожное «невозможно».       Огрон уже стоял у неё за спиной, отдавая приказ:       — Держи крепче!       Думан сжал зубы с такой силой, что кровь хлынула на пол. Анаган закрыл дверь склада, отрезая фею от спасительного мира снаружи.       Какой бы величественной ни казалась Моргана, даже она не могла игнорировать вгрызшиеся в неё челюсти адской боли. Но даже терзаемая волчьими клыками и болью от перелома она не проронила ни звука, не кричала и не стонала. Только шумно дышала, спрятав лицо за каштановыми локонами.       Невольно Селина отвела взгляд. Будь Моргана хоть десять раз феей, она оставалась живым существом, и смотреть, как она корчится в агонии, оказалось сложно. Не жутко, муки феи не вызывали жалости и сочувствия, скорее… дискомфорт. Желание отвернуться, зажать уши или вовсе уйти, чтобы не присутствовать при жестокой расправе.       Но Селина сделала морду кирпичом и заставила себя повернуть голову обратно. Опасалась, что маги могут принять её реакцию за слабость. И… в некоторой степени ей даже был интересен процесс вырывания крыльев.       Увидь Эльдора свою подопечную сейчас, разочаровалась бы без шансов на реабилитацию.       Пальцы Огрона впились в изящные эфемерные крылья, тёмная энергия от его рук прошла по ним до основания, впилась в фейскую спину. Она тянулась туда, куда не могли пальцы, простирала когти много глубже видного глазу. Маг резко рванул крылья на себя и вниз.       Моргана забилась сильнее, стремясь вырваться из цепких зубов Думана, но Гантлос схватил её за второе плечо. Попробовала освободиться магией — синхронно с кольцом на правой руке её крылья засияли белизной, соперничавшей с тёмной пеленой Огрона. Анаган сдёрнул с пальца артефакт движением настолько быстрым, что глаз не успел заметить, и с болезненным шипением бросил на пол.       Без кольца магия лидера Чёрного Круга смела фейскую, как бурный поток хлипкую плотину.       Забыв о дискомфорте, Селина подалась вперёд, чтобы лучше видеть процесс. Она была заинтригована — крылья оказались до необычайного крепки. Выглядели так, что должны были быть выдернутыми одним рывком, но на деле Огрону пришлось прикладывать силы физические в смешении с магическими, чтобы добыча поддалась его рукам.       Даже сейчас Моргана не кричала, будто молчанием пыталась сохранить хотя бы гордость.       Нормальный человек от подобного зрелища был бы в ужасе. Что ж… выходит, Селина нашла компанию по себе. Лишь пыталась утешить себя тем, что не наслаждалась, как Думан — вот кто открыто упивался болью Морганы. Волчьей пасти было мало сомкнуться на плече, клыки терзали плоть, ослабляли хватку, чтобы вонзиться в мясо в другом месте, оставить рваные борозды. Думан сбивал тем самым попытки феи сконцентрироваться на отбираемой магии, но не скрывал, насколько ему нравилось проливать всё больше крови.       Изящные листоподобные крылья вышли из спины, оставляя за собой растущий кровавый след на платье, что без магии не сменилось современной одеждой. Как будто именно этот облик Морганы был истинным, и превращалась она не в фею, а в человека.       Гантлос выпустил обессиленную фею. Думан напоследок погрыз измочаленное плечо, прежде чем отступить и сыто облизнуть вымазанную в крови пасть. Четыре мага возвышались вокруг потерявшей крылья феи, подобно волчьей стае, готовой растерзать загнанную лань.       — Взгляни, Моргана, — улыбка Огрона была настолько неприятна, что от неё передёргивало. Маг ненависти присел перед распластавшейся на полу Морганой и продемонстрировал её собственные крылья. — Какая жалость, что Чёрный Круг уничтожен и приходится рвать крылья вручную, не так ли?       — Прямого рейса в тюрьму тоже больше нет. Вместо Тир Нан Ога со всеми его удобствами ты получишь другую клетку, из которой точно не будет выхода, — негромкий голос Гантлоса хлёсткой оплеухой грядущей участи вдарил по Моргане, заставил её пальцы до белизны впиться в неподатливый кафель.       Смешок Огрона разнёсся по складу. Листоподобные крылья были небрежно отброшены в сторону, когда маг выпрямился, возвышаясь над Морганой готовым опустить топор палачом. В нём не было ни искры жалости к павшему врагу, ни капли сочувствия. Наоборот, её положением, болью и беспомощностью он наслаждался сполна.       — Ты, как обычно, просто никчёмна и только и можешь, что прятаться и корчиться. Один раз ты нас провела, но новой возможности у тебя не будет. Бедняжка Рокси, она так расстроится, когда узнает, что вновь потеряла едва найденную маму, — презрительные слова упали тяжеловесными камнями, заставив Моргану что-то сдавленно прошептать. Слов было не разобрать, но полный ненависти и отчаяния тон звучал отчётливо. Огрон в ответ произнёс наигранно сочувствующим голосом: — Не переживай так, Моргана, быть может, я вас ещё воссоединю. Такая ирония — в прошлый раз ты стала нашей последней добычей, а в этот — первой.       Моргана с трудом приподнялась без помощи рук. На её глазах застыли слёзы боли и бессильной злости, а губы сжимались в тонкую бескровную нить. Но даже в таком положении, растянувшись на холодном полу, с кровоточащей спиной и отнятыми силами, она умудрялась смотреть на Огрона свысока, не как жертва.       Маг на то опасно сощурился.       — Всё равно вам не победить… — в голосе феи прорывалась дрожь. Но Моргана держалась, не опускала прямого взгляда, не позволяла отразиться на лице чему-то, кроме презрения. — У вас был шанс сбежать на задворки измерений и жить, не показывая носа, но вы взялись за старое. Бессовестные, жадные мерзавцы!.. Если не старшие феи, так Винкс, но рано или поздно с вами покончат. Слышишь меня, Огрон? Покончат раз и навсегда!       Лидер Чёрного Круга рассмеялся, будто услышал хорошую шутку.       — Это мы ещё посмотрим. Но будь уверена, для тебя уж точно всё кончено. Спасибо за Белый Круг. Удивлён, что ты не отдала его Рокси или Небуле, это так любезно с твоей стороны. Он обратится против тех, кого создан защищать, и станет погибелью фей, как Белый Круг Игрэйны когда-то. Прощай, Моргана. Селина, она твоя.       Услышав своё имя, Селина будто вынырнула из полного дискомфорта транса, в котором наблюдала за происходящим. Она не позволила и тени чувств проскользнуть на лице, лишь молча раскрыла Легендариум. Когда-то маги Чёрного Круга выбрали для фей вечное страдание в неволе вместо быстрой смерти. Не собирались менять намерения теперь, лишь поменяли Тир Нан Ог на Легендариум. Селине предстоит основательно подумать над тем, как раскидывать по артефакту будущих пленниц, ведь последняя пустая страница стала темницей для своего создателя.       Но с Морганой всё проще. Существует среди легенд страница с готовой историей, но без иллюстрации, без персонажа. Как будто готовая темница, ожидающая пленника. Конкретного.       — Они утянут тебя за собой на дно, — глаза цвета грозового неба смотрели в карие и в них не было ничего, кроме обещания неизбежного рока. Не угроза, не шантаж, а жестокая констатация, звучавшая подобно приговору судьи: — Земные феи больше не одни, а Небула будет рада возможности своей рукой довести месть до конца. Маги Чёрного Круга будут уничтожены, и все, кому хватило безрассудства встать на их сторону — тоже.       — Это ты так думаешь. Я уже лишила Винкс магии, к вам на помощь они не придут, — равнодушно бросила Селина, но на проблеск беспокойства в глазах Морганы не хотелось даже улыбнуться. Лишь поскорее закончить дело и выйти на свежий воздух. Здесь слишком воняло кровью. Разорвав зрительный контакт и не желая больше слушать ту, кто обречён, ведьма опустила глаза на строки: — Давным-давно, когда Британией правил король Артур, в тени трона Камелота стояла Моргана — сестра короля и посланница королевства фей…       Знакомая всем легенда о британском короле на страницах Легендариума представала в новом свете, рассказывала о связи Камелота с Авалоном, как здесь именовался Тир Нан Ог, вызывала недоумение и немало вопросов о том, где правда.       И не только.       Подняв глаза от страниц, Селина успела увидеть, как изменилось лицо Морганы. Побелело, застыло, бывшая королева фей выглядела так, словно увидела призрака прошлого, давно и тщательного похороненного в глубинах памяти.       — Легендариум, заточи Моргану в своём мире.       Жадные цепкие путы энергии пронзили фею насквозь, оплели, сдавили, словно изголодавшийся зверь, догнавший наконец давно желанную добычу. Кокон сияния окутал скорчившуюся фигуру и поглотил. Когда он опал, внутри никого не было. А пустая легенда обрела иллюстрацию женщины с ранами на спине.       Медленные аплодисменты разрушили короткую, но оглушительную тишину.       — Прекрасная работа, Селина. Поздравляю нас всех с успешным открытием нового сезона охоты, — торжественно провозгласил Огрон. Льдисто-голубые глаза горели довольством и радостью, как у режиссёра-постановщика, чей сценарий был в совершенстве отыгран от и до. — Скоро мы вновь избавим мир от присутствия назойливых фей. В этот раз навсегда.