Глава 40. Грани справедливости

      Увитый корнями зев пещеры Сибиллы предстал перед глазами, а феи-фавны поприветствовали свою гостью с искренней радостью и почтением. Невольно Блум улыбнулась им в ответ — впервые за несколько казавшихся бесконечными дней.       Всё было плохо, несмотря на последние успехи.       Винкс смогли открыть книгу Сиреникса и приступить к испытаниям, а перед этим Текна последней получила Блумикс способом, до которого могла додуматься лишь она. Она проанализировала условия, при которых превратились девочки, степень сложности и катализаторы и сделала вывод, что искре Огня Дракона достаточно крохотного толчка, чтобы разгореться. Всё гораздо проще, чем с Энчантиксом и даже Чармиксом. И хотя все сомневались, но с помощью медитации и самовнушения фея технологий смогла восстановить магию и воссоединиться с Винкс.       Но их состав всё равно оставался неполным, и феи Винкс ни на секунду об этом не забывали.       Муза тяжело переживала настолько страшную и мучительную потерю крыльев. Сначала она плакала и проклинала Гантлоса, корчась от боли в спине. Сказали: последствия изувеченного ядра, боль не убрать ни лекарствами, ни магией и пройдут годы, прежде чем она стихнет совсем. Потом Муза закрылась у себя и начала играть — и это оказалось страшнее, чем слёзы и крики. Гитара, саксофон, синтезатор, флейта, скрипка… Муза бралась за все инструменты, что у неё были, и играла, играла, играла, играла. Играла вместо еды, играла вместо сна, играла вместо общения, и мелодии кричали о её чувствах лучше любых слов, терзая чужие души болью и скорбью, переполнявших искалеченную фею.       От игры Музы всем становилось ещё хуже, но ни у кого из девочек не хватало жестокости сказать об этом подруге. Та прерывалась лишь когда не оставалось сил противиться сну или когда приходили Лейла и Ривен, единственные, с кем она соглашалась говорить. А вчера она собрала вещи и тихо вернулась домой на Мелодию, лишь оставив записку, что в Алфее и Винкс ей места больше нет.       Следом за ней пропал Ривен. Никто не знал куда, он никому ничего не говорил, не оставлял записок. Просто разругался с ребятами, обвинив в бездействии, и исчез, как призрак.       Ещё раньше ушла Рокси. Без Энчантикса она не могла претендовать на Сиреникс, но подводное превращение ей и не нужно, потому что ей не было дела до Тритануса. Она хотела остановить магов, которые еженощно приходили к ней в кошмарах, освободить мать и найти отца, она не могла просто продолжить учёбу в Алфее и ждать новостей, поэтому отправилась к Небуле. Рокси недавно позвонила и рассказала, что королева-регент направила её под крыло Дианы, ведь та могла лучше раскрыть силы феи животных и именно она возглавила военные действия на континентах Америки, открыв охоту на Тритануса, Трикс, магов Чёрного Круга…       …и Селину, которую заочно приговорила к казни наравне со всеми её союзниками. Винкс были с ней согласны, а Блум не стала спорить, зная, что лишь рассорится с подругами. Но это не значит, что она смирилась! Вовсе нет, она всё ещё верила, что в глубине души Селины осталась искра добра, что тьма не поглотила её окончательно и её ещё можно вернуть на правильный путь. Блум знала, что подруги осудят её стремление защитить ведьму, но она не была в нём одинока.       Эльдора стала той, с кем огненная фея смогла поделиться переживаниями насчёт бывшей подруги. Единственной, кто поддержал её желание ту спасти.       Пока Винкс разыскивали фею-крёстную, ведомые коварством Селины в ловушку, та была на Тир Нан Ог, сумев заручиться поддержкой Небулы против Легендариума. Она показала изящную волшебную палочку — жезл Мификса — и рассказала, что это древний артефакт со страниц Легендариума, который поможет в борьбе с ним. Эльдора передала, что Небула готова отдать Винкс оставшиеся палочки, дабы они покончили с Легендариумом и лишили ненавистных магов Чёрного Круга нового козыря.       Именно через палочку Мификса Эльдора засекла активность артефакта в Гардинии и позвала на помощь Диану, едва осознала, какое зло и вместе с кем принялась творить её ученица.       Тогда, глядя на раздавленную осознанием фею-крёстную, которая показалась Блум кем-то вроде Фарагонды, только более мягкой и домашней, хранительница Огня Дракона не могла понять, как у Селины хватило чёрствости предать эту добрую и заботливую старушку. А потом всё встало на свои места: Эльдора рассказала про Ашерона и его пагубное влияние на юную ведьму, которое усилили маги Чёрного Круга.       Конечно, во всём виноваты тёмные маги! Если избавиться от них, то Селину получится спасти — в том Блум убедилась и поклялась себе сделать всё возможное для своей подруги детства.       И не только. Блум твёрдо решила защитить Землю и поэтому тайком под ночь сбежала туда, едва уговорив Локетт остаться в Алфее и прикрыть её отсутствие. С тех пор как малышка-пикси почувствовала, что из её феи пытались вытянуть магию, она не отлетала от неё ни на шаг. Чтобы Локетт не сильно переживала, Блум пришлось клятвенно пообещать, что после пещеры Сибиллы сразу вернётся в Алфею.       — С возвращением, Блум, — Сибилла встретила её на каменном троне, улыбаясь тепло и искренне, почти по-матерински. — Я не вижу остальных Винкс. Ты пришла одна?       — Да, девочки набираются сил, чтобы противостоять Тританусу, но я хотела поговорить с вами о чём-то очень важном.       Девушка сделала шаг вперёд навстречу мягкому взгляду старшей феи, которая без слов предлагала: изложи своё дело и я помогу чем смогу. И Блум знала, что всё так и будет. Сибилла была самой невероятной феей из всех, кого довелось встретить на пути. Она была мудра и сильна, само воплощение Справедливости, но не жестокой и карающей, а милосердной и внимающей. Такой, что способна протянуть руку даже заклятому врагу, причинившему ей и её близким немало боли.       Блум не могла ею не восхищаться. И очень надеялась, что Сибилла станет ей союзницей в нелёгком деле.       — Понимаете, в последнее время произошло столько всего, что у меня голова идёт кругом, но есть то, что особенно не даёт мне покоя, и только вы можете дать честный ответ. Пожалуйста, Сибилла, скажите, как вера в волшебство влияет на ведьм и магов Земли?       Улыбка ушла с лица Сибиллы, и Блум напряжённо застыла. Если старшая фея так отреагировала, то проблема точно есть и серьёзная. Значит, она не ошиблась, решив прийти сюда.       Старшая фея справедливости долго смотрела на свою гостью, но вот изящно поднялась с трона и поманила за собой жестом.       — Твой вопрос говорит, что ты узнала про древний конфликт. Что ж… Я хочу, чтобы ты отнеслась к нему со всей ответственностью, потому что он куда серьёзнее, чем проблема магов Чёрного Круга. Они порождение этого конфликта, страшное и беспощадное, но далеко не первое и, боюсь, не последнее, — Сибилла взмахом руки заставила открыться каменную плиту в стене коридора и первой переступила порог. — Прежде чем я продолжу, я хочу задать ответный вопрос: почему ты заинтересовалась влиянием веры на тёмных?       — Потому что не хочу, чтобы на Земле началась война волшебников, — Блум ответила сразу, не задумываясь. Но видела, что Сибилле этого недостаточно, что та ждёт ещё чего-то, и огненная фея признала, надеясь, что её слова не обидят собеседницу: — Это ведь наша, Винкс, ответственность. Не подумайте, я не жалею, что мы защитили Рокси и освободили фей, но… будет неправильно, если из-за этого пострадают те волшебники, которые просто жили здесь.       На этот раз Сибилла приняла ответ Блум. Она неспешно прошла вглубь пещерки, оказавшейся удивительной красоты гротом, усыпанным цветами и светящимися кристаллами. Вода в маленьком озерце была ровной и чёрной, как зеркало в ночь.       Сибилла чуть улыбнулась при виде искреннего восхищения своей гостьи и присела на изгибающийся у воды корень.       — Нравится? Я прихожу сюда, когда хочу поразмышлять в тишине и покое, особенно над серьёзными темами. Присаживайся, разговор будет долгим, потому что для того, чтобы понять глубину несправедливости, расколовшей волшебников Земли, придётся глубоко погрузиться в историю.       Блум послушалась и пристроилась на другом корне, вся обратившись в слух. Она успела дочитать томик греческой мифологии и с новым знанием пришла в ужас. Если богами считались феи, ведьмы и маги, то они просто чудовищно относились к людям и друг другу! Особенно невозможным казалось то, что феи были частью бесчинств, что светлые, добрые, рождённые защищать допускали отношение к людям как к игрушкам, несколько месяцев назад Блум бы в такое не поверила.       Но земные феи успели подточить её веру в фейскую непогрешимость.       — Когда-то давно не только феи Беливикса могли становиться сильнее от веры людей, — заговорила Сибилла, убедившись, что её слушают. — Это мог сделать любой, обладавший должным уровнем волшебства и умения, и то были тёмные времена. Сила и власть опьяняли многих, особенно и без того подверженным пагубному влиянию собственной магии ведьм и тёмных магов. Они начинали всё больше терзать людей, чтобы давали им веру, а также воевать друг с другом, чтобы избавиться от конкурентов. К сожалению, как и всегда, от конфликтов сильных больше всего страдали слабые вокруг них. Древние старшие феи решили прекратить бесчинства путём лишения тёмных доступа к вере и воздействовали на саму планету, на её ядро, чтобы изменить порядок мироздания. Столь великая дерзость стоила им жизней, но своего они добились и создали превращение Беливикс… и тем самым начали новый виток тёмных времён.       Блум слушала с открытым ртом, стараясь уместить информацию в голове. Для них с девочками Беливикс стал чем-то удивительным и прекрасным. Превращением, которое помогло защитить невинную девушку, одолеть страшных злодеев и тронуть сердца людей, чтобы вернуть на Землю светлое волшебство. Никто из них представить не мог глубину теней, что простирались за крыльями Беливикса.       Сибилла ещё много рассказывала об ужасах прошлого.       О том, что, когда Беливикс отнял силу веры у всех, кроме фей, тёмные ожидаемо не смирились и начали восставать. А земные феи постановили, что только жёсткий контроль раз и навсегда урезонит их и принялись усмирять ведьм с колдунами силой.       О том, как радикально могли решать проблемы земные феи, становясь ничуть не лучше тёмных, и как доводили веру в себя чуть ли не до религиозного почитания. Некоторые особо фанатичные феи ратовали за изгнание ведьм и колдунов с планеты… или же за истребление. Таких осуждали свои же и старались держать в узде, но рано или поздно появлялись новые фанатички.       О том, как с усилением давления фей яростнее и отчаяннее огрызались тёмные, заставляя страдать себя, фей и простых людей, которым не повезло оказаться рядом. Они прибегали к любым, даже самым грязным и бесчеловечным методам, чтобы добраться до фей или заставить их отступить. Могли вырезать даже целые селения, поклонявшиеся свету.       О том, как для контроля тёмных была создана Инквизиция, но людская жестокость и категоричность фей превратили организацию в чудовище, что кроваво-огненным колесом прокатилось по Европе. А потом, когда феи начали слабеть и терять позиции из-за Чёрного Круга, Инквизиция вышла из-под контроля и начала кидать в костры и их.       И о том, как однажды пришли маги Чёрного Круга, рвавшие крылья феям всем подряд без разбора, не выясняя степени вины и становясь сильнее с каждой новой жертвой.       — Быть может, кто-то из них начинал сражаться во имя справедливости, но спустя столько лет и пролитой крови в них осталась только ненависть. Обман Огрона подтвердил мои худшие опасения: они не остановятся. И, насколько я знаю, начали привлекать к своему делу других. Я боюсь, что это может привести к возвращению старых жестоких времён, — Сибилла устало вздохнула, словно древний конфликт давил её к земле, как небесный свод давил на плечи Атланта. — Я была рада узнать, как изменились законы в Волшебном Измерении и что оно стремится к равновесию света и тьмы вместо доминации одной из сторон. Но многие феи Земли пропитались ненавистью и болью, что жаждут излить хоть на кого-то, они не примут новых порядков и прошло слишком мало времени, чтобы те закрепились в нашем обществе. Неизбежность такова, что война света и тьмы на Земле разгорится вновь.       От мрачной уверенности в голосе Сибиллы Блум сжала кулаки. Всё-таки её страх оказался реален. Хотя бы в том, что ведьмам и колдунам не ужиться с феями, Селина не соврала. Пусть Блум не очень любила тёмных, успев претерпеть от них немало зла, она признавала, что не все такие ужасные, как Трикс, Валтор и маги Чёрного Круга. Та же директриса Гриффин не раз доказывала, что она за мир и просто борется со злом его же оружием. И её ученицы — грубые, высокомерные, любящие напакостить, но точно такие же девушки, как феи Алфеи, которые не стремились к абсолютному злу и вставали на защиту Магикса, когда требовалось. Вряд ли земные тёмные волшебники в большинстве своём от них отличались, поэтому то, что по ним ударят вера и крутой нрав земных фей — это неправильно.       — Но можно же как-то его остановить? Так, чтобы раз и навсегда, чтобы все смогли жить мирно?       — Способ есть, но многие земные феи его не примут. Но ты и твои подруги другие. Вы особенные, я поняла это ещё когда вы впервые предстали моим глазам, — Сибилла подалась вперёд и коснулась рукой груди Блум — и в тот же миг огненная фея почувствовала, как внутри неё что-то разгорается. Это было не её Пламя, но тоже что-то тёплое, приятное, наполняющее каждую клеточку тела энергией и уверенностью. — В каждой из вас сияет свет справедливости, вы сражаетесь во имя высоких целей, желаете сделать мир лучше и принести добро. Поэтому я искренне надеюсь, что вы поможете мне вырвать Землю из бесконечного цикла несправедливости и крови.       — Конечно, Сибилла, мы с девочками на вашей стороне! Только скажите, что нам делать, — пылко заявила Блум, не сомневаясь в своём решении. Никто из Винкс не останется в стороне и не позволит Земле погрязнуть в войне волшебников, в своих подругах девушка была уверена.       Взгляд Сибиллы был полон искренней благодарности, словно она наконец перестала быть одна, словно увидела надежду. Блум это удивило, и она задалась вопросом: неужели за столько времени у неё не появилось ни одного союзника в её деле? Но почему?       Дальнейшие слова старшей феи всё расставили по местам.       — Мир, в котором нет фей или в котором колдуны и ведьмы гонимы и угнетаемы, в уязвимом положении и лишён баланса. Принятие одной из сторон не поможет делу и, чтобы стих вековой конфликт, чаши весов должно привести в равновесие. Былое положение дел, когда каждый волшебник в глазах людей мог стать богом, уже не вернуть, и это к лучшему. Я всегда верила, что самый благоприятный исход для Земли и её жителей — когда никто не сможет использовать столь большую и непостоянную силу.       Теперь Блум начала понимать, почему Сибилла не искала союзников среди других фей Земли. Потому что догадалась, какое решение старшая фея справедливости нашла для уравнивания земных волшебников.       И та подтвердила её догадку.       — Необходимо уничтожить Беливикс. Ты мне поможешь?