Мелькание 2.3
26 мая 2025, 00:00 Мне действительно нужно было придумать, как удобнее перевозить свою броню. Пока что я оставила её вместе с Аэглос в штабе СКП на ночь. Кажется, теперь у меня там был личный, надёжный шкафчик. Он был не высоким, но довольно вместительным. В него меня бы точно не смогли бы запихнуть.
Папа забрал меня с Вышки вечером, примерно к ужину. Я ожидала, что у него будут вопросы. И первый из них:
— Что происходит между тобой и Софией?
— Я даю ей ещё один шанс, — устало сказала я. — Она… она хочет быть героем, просто у неё это очень плохо выходит.
— С чего ты взяла? — спросил он жёстко. — Она точно не вела себя как герой, когда травила тебя.
— Я просто знаю, — ответила я. — Просто… у неё два сильных желания, пап. Софии нужно быть на вершине, доминировать, демонстрировать свою силу. Ей важно не чувствовать себя слабой. Но одновременно с этим она хочет считать себя героем. Мне нужно показать ей, что эти желания противоречат друг другу — и помочь ей сделать выбор.
— Почему это нужно? — В его голосе под глухим рычанием проскальзывала нотка растерянности. — Ты ей ничего не должна!
— Кроме своей силы.
Он не ответил.
— Это не совсем так, — мягко сказала я. — Нет, я делаю это не из чувства долга. Просто… быть героем — это значит не только избивать злодеев. Герой — это тот, кто делает мир лучше. И Призрачный Сталкер — часть этого мира. Если я смогу сделать из неё настоящего героя — значит, в мире станет на одного героя больше. А за это стоит бороться. Герои мне нужны.
Папа вздохнул, заходя с другой стороны.
— Не уверен, что смог бы быть настолько самоотверженным, — тихо сказал он. — И не уверен, что одобряю, что ты такая самоотверженная. Ты тоже важна, понимаешь?
— Я знаю, пап. — Я улыбнулась. — Но есть и хорошие новости: скоро мне придётся иметь с ней дело только в качестве Стража.
— Ох? — Папа удивился. — Тебя уже перевели из Уинслоу?
— Меня ускоренно оформляют в Аркадию, — ответила я. — Это займёт пару недель, но до того момента я смогу держать Софию в узде.
— Вот и отлично, — твёрдо сказал папа. — Я не хочу, чтобы ты когда-либо возвращалась туда.
Я просто улыбнулась.
***
На следующий день у меня был урок Глэдли, и в том же классе была Мэдисон. Впервые за долгое время на моем стуле не оказалось ничего неприятного. Ни клея, ни сока, ничего. Мэдисон полностью игнорировала меня весь урок, хотя сидела довольно близко. Тем не менее, всю работу в группе снова пришлось делать мне одной. София восприняла перемены немного иначе. На уроке математики она тоже почти всё время меня игнорировала. Отсутствие презрительных усмешек с её стороны было непривычным. Не то чтобы она вовсе не смотрела в мою сторону — смотрела, просто не так часто, как раньше. Но у неё был хмурый вид и она не скалилась. Она была сбита с толку, а не злилась. Что странно — выражение её лица не было тем злобным оскалом, который я бы ожидала, если бы не знала её так хорошо. Я завоевала её уважение и теперь, после нескольких часов и ночи на размышления, она вписала меня в свою картину мира. Теперь я была выжившей — такой же, как она и Эмма. И это только к лучшему. Разрушить её мировоззрение изнутри будет куда проще, чем снаружи. Я не видела Эмму до самого обеда. У неё был свой способ справляться с происходящим. Здоровым его назвать было нельзя. — О, Тейлор! — приторно-сладким голосом окликнула она меня через всю столовую. — Ты наконец вернулась! А я уж надеялась, что ты задержишься подольше. Я подняла глаза от своего бутерброда с ветчиной, лицо осталось непроницаемым. Я сидела одна за столом, тогда как она сидела за другим, на противоположной стороне столовой. Рядом с ней София опустила взгляд, но по напряжённой челюсти было видно, как сильно она сдерживается. Когда Эмма не продолжила, я молча вернулась к еде. — Всё это оказалось для тебя слишком тяжёлым? — спросила Эмма с мрачной насмешкой в голосе. — Пришлось сделать перерыв, поплакать перед сном пару ночей? По крайней мере, в этот раз ты пропала не на целую неделю. Я почти не осознавала, что делаю, когда резко встала и повернулась к ней лицом. Не знаю, что увидели в этот момент остальные, но я видела как Вилья на моем пальце засияла почти ослепительно. Я сжала кулаки и стиснула зубы. Я встретилась с ней взглядом. Продолжая говорить, она постепенно подходила всё ближе ко мне, но сделала шаг назад, когда я встала — её глаза едва заметно расширились. Это было бы так просто. Всего лишь протянуть руку, коснуться её гладкой кожи, запустить пальцы в её мягкие волосы — и отпустить. Позволить Вилье сделать своё дело. Так просто. Я даже могла бы представить это как жест примирения. Если кто-то и сообщил бы об этом в СКП, то только София. Но с Софией я справлюсь. Это заняло бы всего мгновение — и Эмма снова стала бы моей. Больше, чем когда-либо. Полностью. Без остатка. Телом и разумом. Больше никакого яда в её словах, ни одного язвительного замечания — никогда. Так просто. Всего один момент слабости — и я могла бы жить спокойно. Свет Вильи померк. Ещё нет. Не здесь. И не так. Я не была уверена, что я выше этого, но уж точно — умнее. — Будь осторожен, маленький Икар, — сказала я. В тишине мой голос прозвучал особенно ясно. — Ты подлетела слишком близко к солнцу. Эмма оскалилась: — Думаешь, я... Она одержима силой. После того случая в переулке, два года назад, когда столкнулась со своей слабостью, Эмма пыталась почувствовать себя сильной, топча других. Если бы она стоила усилий, я бы пошла этим путём — превратила бы её в нечто полезное. Но сейчас... Сейчас мной двигала желание мести. Я выбрала другой путь — разрушить её. — Я знала одну девочку, — холодно перебила я, — которая любила своих друзей, дорожила правдой и умела отличать добро от зла. Эта девочка пострадала, как и мы все. Хочешь знать, в чём между нами разница? Я посмотрела ей в глаза, наблюдая, как расширяются зрачки, как быстро вздымается грудь — та самая, которой я когда-то завидовала. Я ждала, пока она попытается что-то сказать, перехватить инициативу, и в этот момент нанесла удар: — Я выжила. А она сломалась. Она что-то сказала — не знаю, что. Я не слушала. Просто развернулась и ушла.***
— Ну и как тебе работа с СКП? — спросил отец за ужином в среду вечером. — Неплохо, — честно ответила я. — Сегодня они закончили тестировать Нэнью и Вилью, так что теперь проверили все три Кольца. — А что они вообще делают? Я помню, ты использовала Надежду на мне в понедельник. Это Нарья, верно? — Верно, — с радостью подтвердила я. — Нарья, Кольцо Огня. Оно дарует надежду и защищает от воздействия на разум как своего носителя, так и союзников поблизости. Кроме того, оно усиливает мою физическую силу и заставляет окружающих проявлять больше уважения ко мне. — Звучит мощно. — Так и есть. Я, наверное, уже сейчас могла бы победить многих из самых опасных злодеев, потому что Нарья, насколько я понимаю, делает меня невосприимчивой к силе властелина. Надеюсь, в СКП перестанут тянуть время и дадут мне серьезное дело. Отец выглядел встревоженным. — Просто... будь осторожна, ладно? — Обещаю, — сказала я. — А ещё есть… Нэнья? Я кивнула. — Нэнья, Кольцо Воды, — сказала я. — Оно защищает своего носителя и союзников от опасностей с помощью щитов, усиления чувств или сокрытия от врагов. — Оно умеет всё это? — Отец был впечатлён, и неудивительно. — Да. Все кольца такие — они сочетают в себе кучу сильных способностей. — А последнее? — Вилья, Кольцо Воздуха. Самое могущественное из Трёх. Вилья даёт мне контроль — над стихиями, над людьми, над будущим. Отец уставился на меня. — Звучит... пугающе. — Иногда — да, — серьёзно ответила я. — Я использовала Вилью, когда сражалась с Лунгом. И это был мой первый бой с ней. До сих пор не до конца понимаю, на что она способна. — Что значит — "не до конца понимаешь"? — У колец нет инструкции по применению, — сказала я. — Я учусь, но до сих пор многого о них не знаю. СКП это тревожило — особенно тот факт, что мои способности иногда раскрываются сами собой в нужный момент. Это делало мои силы непредсказуемыми, трудными для анализа и планирования. Что, конечно, удобно, если работаешь в одиночку. Но теперь это было уже не так. Они настояли, чтобы я сразу сообщала обо всех новых силах — для тестирования. Я согласилась. Клятва, которую не так уж сложно нарушить, если понадобится. — Думаешь, сможешь немного приструнить банды? — с усмешкой спросил отец. — Было бы неплохо обезопасить Доки. — Думаю, могла бы, — с таким же тоном ответила я. — Но это будет не дёшево. — Правда? — с игривой ноткой в голосе сказал он. — И чего же потребует Владычица Даров? — Вечной покорности, — важно произнесла я. — Вечное служение моему тёмному трону. И… очищенного винограда. Каждый день. — Что-нибудь ещё, о великая и всесильная? — Хм, — сказала я, задумчиво подперев щеку левой рукой, чувствуя, как кожу кольнуло холодом от прикосновения к Вилье. — Ты не мог бы построить мне башню? Большую, чёрную, выше Вышки, чтобы я могла смотреть на свои владения? Он приподнял бровь. — Теперь занимаешься недвижимостью? — Да уж, прибрежная собственность сейчас в моде! Он рассмеялся, и я присоединилась к его смеху. Давно мы так не смеялись вместе — как отец и дочь, делящиеся своим маленьким шутливым секретом. На кухне засвистел чайник. — Ой, я сейчас, — сказал папа. — Без кофеина, да? — Пожалуйста. Я наблюдала, как он подошёл к столу и начал заваривать травяной чай из пакетиков. — Итак... — начал папа, нарушая тишину, — чем вы со Стражами занимались? — Они ещё даже не объявили ни о моём вступлении, ни о моём существовании, — ответила я. — И я фактически ограничена Вышкой и штабом СКП, пока этого не сделают. — Наверное, они всё ещё решают, как это преподнести. — Наверное, — согласилась я. — В конечном счёте решение остаётся за мной, хотя у них есть право вето, если я сделаю что-то глупое. Де... эм... Стояк получил своё имя потому, что объявил о нём в прямом эфире без согласования. — Неудивительно, что они были недовольны, — папа открыл шкаф и начал искать пару кружек. — Это не совсем правильно, — кивнула я. — Разве он не имеет права на свой собственный бренд? В конце концов, он рискует жизнью ради других. Я пожала плечами. — Возможно, — сухо ответила я, — но герои не являются обычными людьми. Они должны быть примером для всех — идеальными образцами пиара. — Что-то я не слышу в твоем голосе злости, — с усмешкой заметил папа. В каждую кружку он опустил пакетик с чаем и начал заливать его горячей водой. — На самом деле я не злюсь. Они меня любят. Я буквально стану рыцарем в сияющих доспехах. Пока не сделаю глупостей, всё будет хорошо. Мне всё ещё не нравятся эти бесконечные поклоны и подобное, но могло быть и хуже. — Думаю, могло, — согласился папа, возвращаясь к столу с двумя кружками. Одну он протянул мне. Я взяла тёплый фарфор в обе руки, наслаждаясь теплом на пальцах. — Спасибо, — улыбнулась я. — Не за что. Но если ты не гоняешься за преступниками, чем же занимаешься? — В основном возилась с вещами. Закончила своё... ой, подожди, покажу! Я отложила чашку, перешла через комнату, споткнулась о диван, добралась до рюкзака и достала маленькую мифриловую шкатулку, которую я сделала на Вышке. Папа рассмеялся надо мной. Я высунула язык в ответ и снова встала. — Это, — сказала я, возвращаясь на место, — Шкатулка для украшений. Я закончила её вчера. — На ней нет замка, — удивлённо заметил папа. — Попробуй открыть, — передала я ей ему. Он попытался. После небольшой попытки он вернул её обратно. — Ух ты, какая крепкая коробка. Крышка и не сдвинулась. Я взяла её, провела пальцем по линии, где должна была появиться щель, и тихо произнесла команду: — Edro a adlenc! Мерцающее сияние Колец Власти пронзило воздух и коробка распахнулась, наполнив тусклую комнату разноцветным светом. Красно-золотые отблески Нарьи играли на стенах вместе с серебристо-белыми бликами Нэньи. Их переплетение создавало эффект, похожий на солнечные лучи, пробивающиеся сквозь несколько метров прозрачной воды. Папа втянул воздух ртом, который остался приоткрытым, а его большие карие глаза отражали мерцание, словно тёплый свет костра. — Она защищена фразой на синдарине, — объяснила я. — Поскольку никто другой не знает синдарин, это довольно надёжно. — Звучит полезно, — согласился папа, его голос чуть ослаб, а взгляд всё ещё следил за узорами света на стене. Я закрыла шкатулку и поставила её рядом с тарелкой. Папа стряхнул с себя задумчивость и повернулся ко мне. — В общем, ты много ковала на Вышке, — сказал он. — Почему бы тебе не заниматься этим здесь? — В общем, они хотят чтобы я работала там, — задумалась я. — Но это не главная причина. Там просто лучшее оборудование. Для ковки нужен жар, иногда — ледяная ванна для закалки. Плюс мне нужен доступ к хорошей стали и другим металлам, потому что из них легче всего получить мифрил, а ведь не всё вокруг сделано из мифрила. Папа задумчиво кивнул. — Понимаю, почему тебе удобнее там работать. Только… скажи мне, если будешь оставаться там на ночь, ладно? — Конечно, — пообещала я. — Вряд ли это скоро понадобится. У меня теперь есть почти всё необходимое для работы в ближайшем будущем. Скорее всего, я буду обеспечивать команду снаряжением. Знаешь, Виста ходит в бой без оружия? Ей бы хотя бы кинжал, а Рыцарю подошёл бы меч к доспехам. Папа улыбнулся. — У тебя полно идей. Надеюсь, они ценят то, что ты для них делаешь. — Обязательно оценят, — уверенно сказала я. — Когда получат всё, что я могу им предложить.Пока нет комментариев. Авторизуйтесь, чтобы оставить свой отзыв первым!