Часть 19

      Юнги неотрывно следовал за Да Ной, стараясь не терять её из виду. Каждый раз, когда её макушка скрывалась из поля зрения в людском потоке, его сердце начинало биться чаще, словно пытаясь вырваться из грудной клетки. Но стоило ей вновь появиться в толпе, как пульс постепенно возвращался к нормальному ритму.       Наступил час пик — время, когда тысячи работников спешили домой после трудового дня. Юнги без труда растворился в этом человеческом море, его фигура слилась с серой массой спешащих людей. Лишь однажды он позволил себе обернуться, быстро и незаметно бросив взгляд через плечо — нужно было убедиться, что никто не ведёт слежку за ним.       У центрального здания тем временем разворачивалось настоящее представление: толпа, поглощённая демонстрацией протеста против него, даже не подозревала, что настоящий Мин Юнги уже покинул здание через запасной выход. Он растворился в городской суете, оставив позади себя шум недовольства и гневные выкрики.       Да На уверенно направилась к жилому комплексу. Её шаги эхом отражались от асфальта, пока она не достигла нужного подъезда. Как только стеклянная дверь скрыла её силуэт, в кармане Юнги завибрировал телефон. На экране высветились цифры: код доступа, этаж и номер квартиры.       Он держался на расстоянии около десяти метров, достаточно, чтобы не привлекать внимания, но не терять её из виду. Когда женщина вошла в подъезд, Юнги не спеша последовал за ней.       В подъезде царила тишина. Никто не встретился ему на пути: ни соседи, возвращающиеся с работы, ни почтальоны, ни случайные посетители. Это было на руку. Лифт мягко скользил вверх по шахте, унося его всё выше и выше.       Последний этаж. Здесь было тихо и пустынно. Пока он шел, каждый его шаг, отскакивая от гладких стен, рождался заново, множился и растекался по полу. Теперь он стоял перед дверью квартиры, указанной в сообщении, и решительно набрал код.       Тихий писк электронного замка разрезал тишину, и дверь медленно приоткрылась. Юнги осторожно взялся за ручку и потянул дверь на себя. Перед ним открылась тёмная прихожая, окутанная полумраком.       Мужчина переступил порог квартиры, позволив двери бесшумно закрыться за спиной. Его глаза постепенно привыкали к темноте, и он заметил слева едва уловимый свет. Сняв обувь, он направился в его сторону.       Приглушённый свет вёл его через пространство квартиры, выводя в просторную гостиную, объединённую с кухней. В этом полумраке Да На, полностью поглощённая своими делами, рылась в кухонных ящиках, не подозревая о появлении незваного гостя. Её сосредоточенное лицо и быстрые движения выдавали спешку и озабоченность поисками чего-то важного.       Юнги нервно кашлянул, и этот звук эхом разлетелся по комнате, мгновенно привлекая внимание Да Ны. Она резко вскинула голову, её глаза расширились от неожиданности.       — М-м! Ты уже пришёл, — начала она, но тут же смущённо осеклась. — К моему стыду, в доме совсем нет еды. Ничего такого, чем можно было бы угостить гостя.       — Не стоит беспокоиться, сойдёт и рамен, — спокойно ответил Юнги.       Да На подняла на него взгляд, но тут же опустила глаза.       — Проблема в том, что рамена тоже нет. Я его не особо люблю, поэтому у меня его никогда не бывает, — пожав плечами, призналась она.       — Как это у тебя нет рамена? — искренне удивился Юнги и с лёгкой усмешкой добавил: — Ты же кореянка?       — Абсолютно точно кореянка, хотя, видимо, не совсем правильная, — с улыбкой ответила она. — Никогда не любила рамен.       — Если ты скажешь, что не любишь кимчи, то нам не о чем разговаривать. Ты предаёшь свою родину, — проговорил Юнги, и уголок его рта дёрнулся в усмешке.       Его слова повисли в воздухе. Да На на мгновение замерла, а затем не смогла сдержать улыбку.       — Кимчи — это святое, — наконец ответила она, и в её голосе прозвучала нотка улыбки.       Её глаза заблестели, и она, кажется, немного расслабилась.       — Сбегаю в ближайший супермаркет, а ты устраивайся пока, — предложила Да На.       Юнги немного занервничал:       — Может, доставку лучше закажем? — ему было неуютно оставаться одному в квартире.       — Доставку придется ждать два часа, а я через двадцать минут вернусь. Так быстрее получится поужинать, — возразила женщина.       — Да, наверное, ты права…       Да На замялась:       — Слушай, у меня даже переодеться тебе не во что… Не подумай ничего такого, просто я обещала, что ты сможешь здесь укрыться, а если ты останешься, то может стать неудобно.       Юнги только сейчас осознал свою оплошность:       — Чёрт, об этом я не подумал. Не переживай, в своих вещах обойдусь.       Женщина смущённо опустила глаза:       — Понимаешь, если захочешь переночевать, то и переодеваться будет не во что. Я просто хочу, чтобы тебе было комфортно.       Она закрыла лицо руками:       — Надеюсь, ты меня правильно понял, Юнги!       Юнги не мог сдержать улыбки, глядя на её смущение.       — Всё нормально, Да На. Я всё понял. Слушай, а в том магазине одежда есть?       Да На кивнула.       — Тогда купи, пожалуйста, футболку, спортивные штаны, может, кофту какую-нибудь… И… — он немного покраснел, — нижнее бельё.       — Без проблем. Напишешь размер, я фотки буду скидывать, что выбираю.       — Хорошо. И карту возьми, — Юнги протянул ей кредитку, — плати ей.       — Ладно, — буркнула Да На, направляясь к выходу, — скоро вернусь!       Когда Да На вышла, Юнги остался один в просторной гостиной. Он наконец-то смог как следует осмотреться вокруг. Планировка квартиры напоминала его корпоративное жильё, но была значительно компактнее.       Интерьер в спокойных, нейтральных тонах. Строгая лаконичность обстановки разбавлялась уютными деталями: мягкими подушками на диване, тёплым пледом и изящной цветочной композицией на журнальном столике. Эти небольшие акценты создавали особую атмосферу домашнего тепла и комфорта.       Особое внимание привлекали две стеклянные стены, через которые открывался захватывающий вид. С высоты птичьего полёта были видны извилистая река и перекинутый через неё мост. Пасмурный вечер придавал пейзажу особую глубину; тяжёлые тучи затянули небо, погружая город в приглушённый полумрак, который только усиливал впечатление от открывающейся картины.       Юнги невольно залюбовался видом, чувствуя, как напряжение постепенно покидает его тело. Несмотря на скромные размеры, квартира обладала особым шармом и уютом, который создавала её хозяйка.       На телефон пришло сообщение. Развернув изображение, он увидел несколько фото с одеждой, которую Да На подобрала. Он совсем забыл написать ей размер. Ответив на сообщение и уточнив размер, он также добавил, чтобы она выбирала все сама.       Да На вернулась спустя сорок минут, нагруженная пакетами. Юнги всё это время оставался в гостиной, не решаясь самостоятельно исследовать квартиру. Женщина аккуратно расставила покупки на кухонном острове.       — Я приобрела несколько видов рамена, чтобы ты больше не сомневался в моей корейской принадлежности! — с улыбкой объявила она.       Юнги, не скрывая улыбки, подошёл к пакетам. В одном из них лежала его новая одежда.       — Ты сразу переоденешься или сначала постирать? — поинтересовалась хозяйка квартиры.       — Надену сразу, ничего страшного не случится, — ответил Юнги, извлекая футболку. — Можно воспользоваться душем?       — Конечно! Ванная комната рядом со спальней, — указала Да На.       Юнги направился вглубь квартиры и, не раздумывая, толкнул первую попавшуюся дверь. К своему удивлению он оказался в спальне хозяйки. Комната, как и гостиная, была оформлена в серых тонах, а панорамные окна открывали вид на городской пейзаж — бесконечный лабиринт высотных зданий.       — Ой, я забыла дать тебе щётку и полотенце! — раздался голос Да Ны позади.       — А я ошибся дверью, — смущённо признался Юнги.       — Ничего страшного, — спокойно ответила женщина. Она ловко проскользнула мимо него к шкафу, достала новую зубную щётку в упаковке и свежее полотенце.       Юнги взял у Да Ны необходимые принадлежности и толкнул следующую дверь. Ванная комната оказалась компактной, но продуманной — зона душевой была отделена стеклянной перегородкой, что создавало ощущение уединености.       Он аккуратно сложил полотенце и новую одежду на крышку унитаза, затем начал раздеваться. Тёплые струи воды окутали уставшее тело, постепенно снимая напряжение и усталость. Мышцы расслаблялись под ласковыми потоками, словно растворяя все тревоги дня.       Закончив с водными процедурами, Юнги тщательно вытерся и приступил к распаковке покупок. Вещи, выбранные Да Ной, оказались в сдержанной цветовой гамме: футболка и худи светло-серого оттенка, а спортивные штаны — глубокого, почти чёрного цвета. Одежда сидела комфортно, словно была сшита специально для него.       Освежённый и переодетый Юнги почувствовал себя значительно лучше.       Вернувшись в гостиную, Юнги на ходу вытирал влажные волосы и замер на пороге кухни. Да На хлопотала у стола, расставляя закуски и дымящиеся контейнеры с готовым рисом. В глубокой миске что-то аппетитно побулькивало, распространяя по кухне соблазнительный мясной аромат.       Желудок Юнги предательски заурчал, напоминая, что за весь день во рту не было почти ни крошки. Голод внезапно дал о себе знать острой болью в желудке.       — Всё в порядке? — обернулась Да На, заметив его появление.       — Я чувствую себя совершенно другим человеком, — искренне ответил Юнги, вдыхая аппетитные запахи.       — Присаживайся и начинай есть, я только переоденусь и присоединюсь, — сказала Да На, направляясь к выходу.       Юнги опустился на барный стул, с нетерпением наблюдая, как пар поднимается над блюдами. Его взгляд скользил по столу, где уже стояли маринованные овощи, мисо-суп и несколько видов закусок. Живот снова заурчал, напоминая о долгом голодном дне, и Юнги с трудом сдержал желание немедленно приступить к трапезе. Но мужчина решил дождаться Да Ну, чтобы начать есть вместе. За окном сгущались сумерки. Небо окончательно затянуло тяжёлыми тучами, и первые капли дождя начали барабанить по стеклу.       Юнги прислушивался к звукам и ждал возвращения хозяйки квартиры, чувствуя, как приятная усталость разливается по телу после душа и долгожданного отдыха.       Время текло медленно, но это ожидание не тяготило — напротив, оно казалось правильным и естественным. В этой тишине, разбавленной лишь шумом дождя, было что-то умиротворяющее. Из задумчивости его вырвал нежный женский голос:       — Почему не притронулся к еде?       — Тебя ждал, — коротко ответил Юнги, улыбнувшись.       Да На заняла место напротив него, и они приступили к трапезе в уютной тишине. Звуки дождя за окном, шёпот столовых приборов о тарелки и аппетитные ароматы блюд создавали особую атмосферу. В этом молчании не было неловкости, оно было естественным и тёплым, словно ещё один элемент их необычного вечера. Юнги наслаждался не только едой, но и моментом, чувствуя, как напряжение постепенно покидает его тело.       После ужина Юнги твёрдо настоял на том, чтобы самому убрать со стола, позволив Да Не лишь направлять его. Женщина, неспешно попивая свой напиток, давала указания, куда и что поставить.       Вскоре они устроились на диване. Да На включила какой-то сериал, и хотя Юнги видел его впервые, он не стал возражать — хозяйка дома явно была знакома с сюжетом с самого начала. Она полностью погрузилась в происходящее на экране, увлечённо следя за развитием событий.       А Юнги… Он не следил за сюжетом дорамы. Его взгляд был прикован к другому — к тому, как меняется выражение лица Да Ны в зависимости от происходящего на экране, как она неосознанно прикусывает губу в напряжённые моменты, как улыбается счастливым сценам. В полутёмной комнате, освещённой лишь экраном телевизора и приглушённым светом ламп, эта сцена казалась особенно интимной и значимой. Постепенно усталость взяла своё, и Юнги начал погружаться в дрему. Он то проваливался в сон, то вздрагивал от резких звуков дорамы. Мужчина откинулся на спинку дивана, запрокинул голову и сквозь полуопущенные веки пытался следить за происходящим на экране.       Тихий голос Да Ны вырвал его из полудрёмы:       — Юнги-я, я принесла тебе подушку и одеяло. Можешь устроиться поудобнее.       — М-м, я точно не буду тебе мешать, если останусь? — сонно пробормотал мужчина.       — Всё в порядке, спи, — мягко ответила она.       Юнги вытянулся на диване, погружаясь в мягкую подушку, заботливо подложенную Да Ной. Она бережно укрыла его одеялом, и он почувствовал, как тепло и уют окутывают его со всех сторон. За окном монотонно шумел дождь, создавая идеальный фон для сна. В полусне Юнги ощущал, как напряжение покидает его тело, а усталость отступает под влиянием заботы и спокойствия, которые дарила ему эта ночь.       Да На тихо вернулась в свою комнату и легла на кровать. В отличие от Юнги, сон никак не приходил к ней. Мысли крутились в голове, не давая покоя.       Встреча с Юнги на парковке — измождённым, в слезах, полностью разбитым — перевернула что-то внутри неё. В тот момент её собственное сердце словно раскололось на части, отзываясь на его боль.       Та обида, которую она так долго носила в себе, та недосказанность, что разъедала душу — всё это развеялось, словно пепел на ветру после пожара. Остались только беспокойство и желание защитить, помочь, быть рядом.       Она смотрела в темноту, прислушиваясь к шуму дождя за окном и надеясь, что Юнги наконец-то сможет отдохнуть. Она позволила себе признаться, насколько сильно переживает за этого человека, который сейчас мирно спит в её гостиной.       В темноте комнаты мысли Да Ны становились особенно ясными. Она признавала то, что так долго пыталась отрицать — она всё ещё любит Юнги, несмотря ни на что. Эта любовь жила в её сердце, словно тихий огонёк, который никогда не гас, как бы она ни старалась его потушить.       Мысли о другой женщине она гнала прочь. Да На понимала — существует вероятность, что Юнги может вернуться к ней. От этой мысли внутри всё сжималось, становилось тяжело дышать, но она не позволяла себе погружаться в эти страдания.       Сейчас Юнги здесь, рядом, и это единственное, что имело значение. Всё, что Да На могла дать ему сейчас, — это временное убежище. Она не ждала ничего взамен, не строила иллюзий о будущем. Она просто хотела быть рядом в этот трудный момент, поддержать, помочь ему восстановить силы.       За окном неистово барабанил дождь, а вдалеке грохотали первые раскаты грома. Две яркие вспышки молнии озарили комнату, на мгновение превратив темноту в ослепительный свет. Да На мгновенно вскочила с кровати и бросилась в гостиную.       Юнги сидел на диване, растерянно озираясь по сторонам, всё ещё не отойдя от испуга. Женщина поспешила к панорамным окнам, чтобы задёрнуть тяжёлые шторы.       — Гроза начинается, — пояснила Да На.       — Боже, я так испугался этой вспышки! — признался Юнги.       — Сейчас закрою окна, и свет молний больше не будет тебя беспокоить, — она с усилием потянула плотные шторы, полностью закрывая стеклянные стены.       — Да На…       — М-м? — отозвалась она.       — Спасибо, — тихо произнёс Юнги.       — Ничего особенного. Просто один из недостатков жизни со стеклянными стенами, — ответила Да На.       — Я имел в виду… — Юнги замялся. — Спасибо за то, что пустила меня к себе.       — В этом всё ещё нет ничего особенного, — смущённо ответила женщина.       — Я не заслуживаю твоего хорошего отношения, — виновато произнёс Юнги.       — Давай не будем об этом, — резко оборвала его Да На. — Просто отдыхай.       Она быстро вышла из гостиной и почти убежала в свою комнату. Юнги остался в полной темноте, которую больше не нарушали вспышки — плотные шторы надёжно защищали от них.       Целые выходные Да На и Юнги не покидали пределов квартиры. Дни текли размеренно и спокойно, наполненные простыми моментами. Они коротали время за просмотром телевизора, увлечённо беседовали, вместе готовили еду на кухне.       После совместных трапез часто устраивались на диване с журналом кроссвордов, который Да На принесла из супермаркета. Они по очереди предлагали варианты ответов, поддразнивали друг друга, когда кто-то застревал на сложном вопросе.       В этих простых занятиях было что-то особенное — они помогли Юнги отвлечься от тревог и просто быть здесь и сейчас, наслаждаясь обществом Да Ны. Время словно замедлило свой бег, позволяя ему восстановить силы и обрести душевное равновесие.