Часть 8 «Проигравших нет» 18+

Валериану предстояло опуститься до роли домашнего питомца, и мне хотелось позаботиться о нем. Я пыталась предусмотреть все и немного больше, и чувствовала большую ответственность, но, вместе с тем, во мне бурлили азарт, возбуждение и предвкушение. Когда я предлагала пари, не ожидала от себя глубокой вовлеченности в процесс. Выигрыш представлялся маленькой шалостью, невинной забавой, где я в шутливой форме прикажу ему “сидеть”, “лежать” и “дай лапу”, полюбуюсь его унижением, а затем стану подтрунивать над ним время от времени, доводя до белого каления. Но, увидев блестящие глаза маркиза и его лихорадочный румянец, проступивший, пока я сидела верхом, словно равная ему, а может, и выше - не по происхождению, но по духу, я поняла - все будет всерьез.   Разумеется, я не была неопытной девственницей. У меня даже имелись какие-то предпочтения в постели, но они никогда не отличались экстравагантностью. Я не чувствовала потребности бить партнера (если он не вел себя как свинья, разумеется), не стремилась доминировать или быть сверху. Тематическое порно, которое однажды попытался подсунуть мне бывший парень, выглядело как плохо отрепетированный школьный спектакль с нелепыми костюмами и вымученными стонами. К тому же, оно было про мужскую доминацию, что не вызвало во мне ни капли интереса. Секс казался несколько навязанной частью отношений, в целом обязательной, но дающей меньше, чем забирающей. Проблемы с доверием, проросшие во мне с детства, проведенного в обществе пьющего отца и слабой бесхребетной матери, не позволяли как следует расслабиться при тесных физических контактах. Я считывала в мужчинах, что нависали надо мной, держали в объятиях, сжимали мои бедра и грудь и страстно пыхтели в ухо, потенциальную угрозу, опасно близко подобравшуюся к самой уязвимой моей части.   Валериан был иным. Здесь я обладала им, а не он мной. Я была в роли той, кто держит мужчину в своих руках, и это опьяняло, проникало под кожу сладким ядом, расслабляло напряженное раньше тело и онемевший в ожидании нападения мозг. Я предчувствовала, что удовольствие быть Верхней не сравнится ни с чем из того, что происходило со мной в постели в прошлом. Наверное, так ощущалась безопасность, ранее недоступная мне, и я хотела с головой окунуться в это чувство, плавать в нем, как в теплом ласковом море. Я. Здесь. Власть. И казалось логичным, что имеющий Власть нес ответственность за того, кто полностью вверял себя этой Власти. Я хотела оправдать это хрупкое доверие, обеспечить своему партнеру комфорт и чувство защищенности, показать, что он может положиться на меня, что он - не просто игрушка, а ценен и оберегаем даже в самом уязвимом своем состоянии.   Поэтому подготовка была так важна. Несмотря на то, что времени оставалось впритык, я скрупулезно продумывала будущую “игру”. Ужин для молодого господина я выбрала сама: легкое мясо, фрукты, сыр и хорошее вино - и подала чуть заранее в столовой, хотя Валериан обычно предпочитал ужинать уединенно в своей спальне. Я хотела немного разграничить пространство, расслабить парня, но сохранить его достаточно бодрым для вечера. Сейчас мы молча шли по коридору к господским покоям. Я держалась на шаг позади, но догадывалась, что мой “щенок” по мере приближения к цели нервничает все сильнее. Одинокий охранник поклонился своему господину и слегка кивнул мне. Пока я открывала дверь, Валериан обратился к нему.   - На сегодня ты свободен. Разрешаю тебе отдыхать до утра.   - Но как же, ваше сиятельство, я же в патруле… - растерялся мужчина.   - Ступай. Если спросят, то можешь сослаться на мой прямой приказ.   Страж тревожно покосился в мою сторону, но я только смиренно склонила голову, продолжая придерживать створку. Охранник нахмурился, однако приказу последовал. Он не спеша удалился по коридору, бормоча под нос, что все-таки сделает небольшой обход позднее, на всякий случай, и что он ответственный работник, и что он давно на этой службе, и что-то еще, чего уже было не расслышать. Валериан проводил взглядом удаляющуюся фигуру и вошел в комнату. Я закрыла за нами дверь.   В комнате маркиза было тепло, я заранее как следует протопила камин и прогрела помещение, но даже со спины было заметно, что парня била мелкая дрожь.   - Ваше сиятельство, вы готовы выполнить условие пари?   Мне важно было услышать, что он понимает и принимает свое положение проигравшей стороны. Либо готов нарушить договоренность, оборвав между нами эту тонкую нить взаимного влечения. Не было ничего зазорного для дворянина отступить от уговора с прислугой, это не порицалось ни в высшем свете, ни в низших кругах.   - Я… я всегда держу свое слово. И всегда плачу по долгам.   Трепет прошел вдоль моего позвоночника и осел теплым огнем внизу живота. Была ли это лишь его глупая мальчишеская гордость, или он так же, как и я, предвкушал свое падение, уже не имело значения. Он был готов и дал мне знать об этом. Больше я не намерена сдерживаться. Игра началась.   Я прошла мимо него, все еще стоящего неподалеку от дверей, и подошла к господской кровати. Села на край, словно это была моя спальня и моя кровать, сняла рабочие туфли и выдохнула от облегчения. Приподняла подол горничного платья и начала стягивать с ноги чулок. В процессе я бросила взгляд на замершего на месте Валериана, который следил за моими движениями, не дыша.   - Почему собака до сих пор одета в человеческую одежду? Это как-то извращенно. Тебе следует снять с себя неподходящие твоему положению тряпки, и принять позу, подобающую собаке.   - Что?..   Я расслабленно откинулась назад, уперевшись в перину руками за спиной. Закинув ногу на ногу, я покачивала голой ступней в воздухе.   - Ты меня не расслышал? Я повторю, но только один раз - собаки не носят одежду. Снимай с себя все и становись на четвереньки, как подобает псу.   Красивое лицо Валериана вспыхнуло стыдом, дыхание его участилось, а бриджи в районе паха ощутимо натянулись. Я не стремилась его торопить, просто сидела и ждала, когда он сам справится и примет мой пас. Руки маркиза потянулись к шейному платку и неуверенно развязали его. Отличное начало.   Вещь за вещью вся одежда оказалась на полу. Передо мной стоял молодой мужчина, прекрасно сложенный и восхитительно голый. Он не решался взглянуть мне в лицо, только полыхал красными ушами и пытался кое-как прикрыть полувставший член, мешая в полной мере оценить будущие перспективы. Но даже из этих фрагментарных видений перспективы выглядели весьма заманчиво. Я одобряюще хмыкнула.   - Очень хорошо. А скажи-ка мне, маркиз, умеют ли собаки ходить на двух ногах, словно люди? М?   Мужчина сильнее сжал ладони на своем паху и замотал головой.   - Нет? Что ж… Почему тогда ты продолжаешь это делать?   Ответом мне было молчание.   - Поверь, ты не хочешь, чтобы я сейчас встала и сама заставила тебя опуститься на пол. Я предпочитаю послушных псов. Ну же, становись на колени.   Я знала, что Валериан сможет сделать это. Он хотел сделать это. Его пульсирующая под пальцами эрекция прямо указывала на то, что он готов сделать все, чтобы угодить мне сейчас. И ему нужно было лишь преодолеть еще одну маленькую внутреннюю преграду. Преграду на пути к ошеломительному удовольствию.   Он дрогнул. И медленно опустился на пол, становясь коленями на мягкий ворс ковра, а затем облокотился на руки, отпустив наконец свой член. Он все еще не смотрел на меня, предпочитая разглядывать пол где-то перед собой. Несколько вьющихся локонов выбилось из его хвоста, и они упали на лоб с уже почти незаметным синяком. Мазь и молодость прекрасно справлялись с заживлением.   - Ползи ко мне.   Валериан шатко переступил ладонями, затем сдвинул одно колено вперед, потом другое, и снова, и снова. Он полз на четвереньках, неуверенно и медленно, но все же двигался в мою сторону, и его отвердевшее достоинство покачивалось под животом при каждом движении. Оказавшись прямо передо мной, маркиз в нерешительности замер. Я любовалась его крепкими плечами и широкой спиной, покорно согнутой у моих ног. Ноги Рози были коротковатыми, но стройными, с красивыми полными икрами и лёгким пушком волос. Стопы были маленькими и белыми, с небольшими пухлыми пальчиками, и я уже придумала им достойное применение сегодня ночью.   - Смотри на меня.   Мужчина не шелохнулся. Тогда я наклонилась вперед и властно погрузила пальцы в его волосы. Каждое утро я бережно расчесывала эту гриву, и ее мягкость была мне хорошо знакома. Но сегодня не я буду служить ей, а она - мне. Я слегка сжала волосы в кулаке и мягко потянула за пряди, откидывая голову Валериана назад. Его глаза выглядели затуманенными. Он был будто пьян, радужку почти полностью поглотили расширившиеся от возбуждения зрачки.   - Когда я говорю тебе смотреть на меня - ты смотришь. Понял?   Валериан судорожно кивнул.   - Хороший мальчик, - я нежно улыбнулась, протянула свободную руку и погладила ладонью его щеку. Мужчина потерся о нее, словно кот, не отводя больше взгляд.   - Какой ласковый, - я одобрительно провела пальцами по линии его подбородка, отпуская волосы. - Мне это нравится. Покладистые собаки получают награду за выполнение команд. Ты же хочешь награду, милый?   Валериан еще раз кивнул, плавясь в блаженстве под моей рукой, словно лед на солнце. Я остро ощущала сейчас его неприкрытую жгучую потребность в чужом контроле и похвале.   - Так послужи мне, малыш. Лизни мою ногу.   - Я…   - Нет-нет-нет, - сразу же прервала я его попытку. - Собаки не разговаривают, дорогой. Они молча и преданно служат своей хозяйке, выполняя приказы. Верно?   Окутанный чувственными чарами подчинения, мужчина снова завороженно кивнул. Он приблизил лицо к моей ноге, которую я великодушно подняла чуть выше. Я ощутила жар тяжелого возбужденного дыхания. Его губы разомкнулись, влажный подрагивающий язык коснулся моих пальцев, тепло и щекотно. Нежность от его прикосновений разлилась по моей коже теплом, концентрируясь в солнечном сплетении и внизу живота. Валериан приподнял подбородок, проверяя мою реакцию на выполнение приказа.   - Молодец, ты прекрасно справился, - я ободряюще погладила “пса” по голове. - Теперь оближи как следует мою ступню. Ты должен тщательно вылизать ее и увлажнить, и тогда я дам тебе твою награду.   Я заметила, как при упоминании награды его член дернулся в предвкушении. На лице маркиза расцвела полубезумная улыбка, и он припал к ноге, как к роднику с вином, уже более напористо работая языком. Его неподдельное желание заражало, его азарт и трепет проникали прямо под кожу. Горячая волна поднималась все выше и выше по ноге, забиралась под юбки, опаляя меня прямо между ног. Он вылизывал ступню, едва слышно постанывая, на кончике его члена выступила жемчужная капля смазки. Мы оба были полностью готовы приступить к “поощрению”, и, признаюсь, я ждала этого не меньше, чем сам Валериан.   Я попыталась отнять ногу от его рта, но мужчина потянулся всем телом вслед и мне пришлось удерживать его на месте.   - Стой, остановись, - я со смехом отпихнула его лицо от себя. - Нога уже достаточно чистая, глупый пес.   Маркиз едва слышал меня, пребывая сознанием в ином мире, его губы блестели от слюны, а глаза заволокло дымкой похоти.   - Сидеть, малыш!   Команда с трудом проникала в его распаленный мозг, но Валериан все-таки принял более вертикальное положение, опираясь на руки перед собой, и замер в ожидании следующей команды.   - Убери руки и дай мне посмотреть, каким возбужденным и твердым тебя сделали мои приказы.   Валериан тут же убрал руки за спину и даже слегка прогнулся в пояснице, давая мне полный доступ к своему телу. Я любовалась румянцем на его щеках и груди, розовыми напряженными сосками, впалым животом и членом, чей напряженный твердый ствол указывал прямо на потолок. С головки развратно стекали полупрозрачные капли предэякулята.   - Какое грязное животное, - я нервно облизнула губы, пересохшие от этой невероятно горячей сцены. - Настолько пошлое, что его член стал твердым из-за облизывания ног хозяйки. И ты думаешь, что заслуживаешь похвалы за подобную дерзость?   Я резко прижала влажную ступню к его паху, вдавливая упругую горячую плоть члена ему в живот. Валериан резко выдохнул, наклонился и заскулил. Я шевельнула ногой, скользя по стволу вверх, а затем вниз, и скулеж перешел в хриплый стон. Валериан схватил меня за лодыжку, удерживая ногу в неподвижном состоянии.   Это был первый открытый жест неповиновения и я насторожилась. В голове резко всплыло воспоминание из мейнстримной мелодрамы про миллиардера-БДСМщика и его возлюбленную глупышку-дурнушку, в котором фигурировали правила взаимодействия во время “игр”. У практикующей пары обязательно должно было существовать стоп-слово на случай дискомфорта сабмиссива. Слово, о котором я постыдно забыла. И это была очень плохая и очень стыдная ошибка. Тупая неопытная Госпожа допустила, чтобы ее саб оказался в сложном положении и не мог безопасно об этом сообщить. Стоило непременно учесть это в будущем, если оно будет, конечно же, а сейчас стоило проявить максимальную лояльность.   - Что-то не так, дорогой? Тебе больно? - я бережно приподняла его подбородок вверх, заставляя смотреть на меня. - Можешь сказать об этом, я разрешаю.   Маркиз затряс растрепанной головой. Он не хотел выходить из образа, но мне необходимо было удостовериться, что он находился в безопасности.   - Я приказываю тебе ответить голосом. Скажи, что все в порядке, или объясни, что не так. Давай.   - Х-хозяйка…   От внезапности этого обращения я опешила. Мы не договаривались об обращениях, но Валериан прекрасно вжился в роль и держался за нее изо всех сил.   - Хозяйка, - уже четче произнес он. - Мне п-просто слишком хорошо. Я не хотел из… излиться без твоего дозволения…   И парень стыдливо отвел взгляд в сторону, не выдержав откровенности собственного признания. Где он нахватался подобного?! Это было… бесподобно прелестно! Он как-то узнал, или может сам догадался, что следует просить разрешения о подобном, и ему это было важно. Важно так же, как и мне. Мы так хорошо чувствовали друг друга, наши потребности идеально совпадали, складывались искусными узорами в единую страстную картину общего желания. В моем сердце трепетала безграничная нежность к той его части, что молила о покорности и подчинении. Я хотела холить и лелеять моего питомца, одаривать ласками за послушание, приручать и дрессировать его в моменты дерзости и непослушания. Это чувство невозможно передать и описать тому, кто никогда его не испытывал. Это нечто на ином уровне от привычной классической любви: ты принимаешь своего партнера целиком и полностью, как если бы действительно существовали половины, идеально совпадающие всеми своими выемками и выступами друг другу.   Эти мысли проносились в голове, пока я любовалась трепетом влажных слипшихся ресниц своего “пса”, движением его груди от тяжелого дыхания, пульсацией его тяжелого от страсти члена под своей ногой.   - Молодец, - наконец произнесла я. - Ты так прекрасно обучен, мой хороший мальчик. И за это ты удостоишься высочайшей награды.   Я отпустила его лицо и шевельнула коленом, широко отводя его в сторону. Мои юбки поползли наверх, обнажая сначала белоснежные бедра, все выше и выше, а затем и пушистый треугольник лобка. Панталоны сегодня вечером были оставлены мной в моей спальне. Я чувствовала, что уже сильно потекла в процессе игры, и теперь моя киска призывно блестела от смазки в бликах свечного огня.   Валериан тяжело сглотнул и сильнее сжал свои ладони на моей лодыжке. Его взгляд был прикован к пространству у меня между ног. Его член неистово дергался под моей ступней, и я слегка согнула пальцы, чтобы поласкать влажную от смазки головку. Валериан тут же отреагировал стоном и попытался двинуть мою ногу самостоятельно по члену. Довольно дерзко с его стороны.   - Фу, плохой мальчик! - я шлепнула его по щеке кончиками пальцев, привлекая внимание. - Отпусти мою ногу, иначе мне придется отменить твою награду.   Он тут же разжал пальцы.   - Умничка. Будь хорошим пёсиком и исправь свою дерзость. Ты доставишь мне удовольствие своим языком, прикасаться руками запрещено. И к себе ты тоже не прикоснешься. Тебе запрещено кончать раньше меня, так что придется потерпеть. Если ты будешь старательным и прилежным, я позволю тебе излиться.   Валеран зачарованно ловил каждое мое слово, а потом перевел взгляд ниже и робко потянулся вперед. Я еще сильнее отвела колено, приспосабливаясь к его широким плечам. Горячее дыхание коснулось влажных складок. Я была заворожена видом этого прекрасного существа, благородного, высокомерного и величественного, не по-человечески прекрасного. Он был буквально книжным героем, который здесь, сейчас почитал за великую честь вылизать мою промежность, доставить мне, обычной девушке, ставшей для него Госпожой, выбранной им стать его Госпожой, чувственное удовольствие.   Я ощутила его гибкий горячий язык - он нежно провел им снизу вверх, собирая влагу, пробуя меня на вкус. От нежной ласки и его довольного мычания меня пронзило блаженство. Оно накатило от самых кончиков моих пальцев, нежно потирающих бархат кожи на члене, до самой макушки. Его язык уже увереннее двигался длинными сильными мазками, а я дышала все глубже, постанывала, гладила и прижимал его ствол, ласкала скользкую головку, а затем опускалась ниже, к мошонке, массировала ее, играя с напряженными шариками яиц, словно с парой маленьких упругих мячей.   Я чувствовала, как Валериан укрощал собственное желание, замирал под моей ступней, задерживал дыхание, но не отрывался от меня ни на мгновение. Я чуть шевельнула бедрами и схватила его за волосы, притягивая к самой чувствительной точке, где его старание было необходимо мне сейчас больше всего. Я хотела кончить.   - Вот здесь. Лижи прямо здесь, - я уже не могла управлять голосом и неразборчиво бормотала.   Но дважды повторять не пришлось. Язык оказался там, где его больше всего жаждали, и я почувствовала, как стремительно приближаюсь к краю, за которым меня ждал оргазм, глубокий, как Марианская впадина. Ритмичные влажные движения подталкивали меня все ближе и ближе, движение за движением. И вот я уже падала туда, в самую пропасть, и чистое наслаждение проходило пульсацией сквозь мое тело. Я откинулась на спину в судороге и непроизвольно надавила на член Валериана чуть сильнее. И тут же почувствовала, как он содрогнулся подо мной. Продолжая жадно вылизывать, маркиз сам вдавился в мою ступню и начал изливать свою сперму тугими толчками. Он вел себя, как самый настоящий кобель в период гона, и это делало момент еще более чувственным и необузданным, по-настоящему животным. Его неистовые стоны посылали в мою киску приятные вибрации, что продлевало отголоски удовольствия в теле.   Валериан обессиленно замер, его голова тяжело упала мне на бедро. Я приподнялась на локтях, чтобы взглянуть на него. Он тяжело дышал, его плечи чуть подрагивали. Губы раскраснелись и блестели от влаги. Он выглядел как ангел, переживший самое восхитительное грехопадение.   Я протянула руку к золоту его кудрей и мягко провела по ним. Он вяло потянулся за лаской, даже не открыв глаз. Перебирая пальцами мягкие пряди и любуясь величайшим произведением местных богов я произнесла:   - Запечатлей же в своей памяти момент, когда ты, как похотливый пес, кончил от ноги своей горничной.   По лицу маркиза расплылась мечтательная улыбка. Удивительно, как она могла быть столь развратной и невинной одновременно.   Я расхохоталась.