Глава 29

Я не знаю, могу ли я верить тому образу, что был построен у меня в голове. Кто ты на самом деле, Арик? Не знаю, смогу ли тебя простить. Но прошу, выживи, чтобы мы это выяснили. Из личной переписки реликта Лоредены Векслер и вестигия Арика Орланда На следующий день я уже думаю не только о причинах войны, но и конкретно о словах дельфи про свою магию. Если верить девушке, я могу развить свои силы до невероятных возможностей. Если верить той, что погибает у меня на глазах. Если бы на кону была жизнь Воанергес, я бы незамедлительно пожертвовала всем, что у меня есть, лишь бы спасти ее. Почему же сейчас я должна поступить иначе? Но не только это побуждает меня искать выход, спасение. Я просто верю, что это правильное решение. Верю, что обязана поступить так. Мой отец когда-то сам хотел этого. С другой стороны, с мыслями о войне я совершенно запуталась в своих чувствах к Гильаду. Он – мой учитель, вестигий Риммона, с самого начала знал обо мне. А то, что я считала влечением – только магия. Разве? Кручу в руках кулон, пока мы сидим на лекции Савары. Я начинаю разглядывать учителя. Проседь в волосах, косой шрам на лице. Он знает, что происходит? И если да, то какой стороны придерживается? Я невольно начинаю перебирать в уме возможных союзников. Перевожу взгляд на Хендрика и задумываюсь. Его сестра попала в Мессис, так как в ней было недостаточно магии. Согласится ли Хендрик помочь, учитывая то, что все наше деление на академии основывается на многовековой лжи? Кулон в моей руке больно пронзает кожу, но я даже не шиплю. С минуту смотрю на каплю крови на пальце. – Лоредена? – Ракель встревоженно обводит меня взглядом. – Потом, – говорю я, вытирая палец о белоснежную ткань кофты.

***

После занятий мы собираемся в моей комнате. Ракель и Озрик сидят на моей кровати. Цезония занимает стул у входа, а Марк и Ярса встают у окна, в то время как я тихо закрываю дверь за нами. – Не знаю даже, с чего начать, – я неловко заламываю руки, смотря на Цезонию, потом перевожу взгляд на Ракель. – Война, то, какой нам ее преподают – ложь. – О чем ты? – Озрик озадаченно смотрит на меня, затем его взгляд цепляет задумчивые выражения лиц Цезонии, Ярсы и Марка. – Вы все что-то знаете? Ракель неуверенно ерзает на месте. – Я лишь догадываюсь, – произносит она. Мои глаза округляются. – Но как? – Я слишком много провела времени с отцом. Он главный архивариус в Арбе. Мне были доступны некоторые тексты. – Почему ты мне не сказала? – в моем тоне звучит обида. – Прости, – шепотом произносит она. – Да о чем вы говорите? – Озрик недовольно оглядывается. – Наша магия нам не принадлежит, – отрезает Цезония. – Она всегда была магией дельфи. Его глаза округляются все больше, пока мы с Цезонией рассказываем подробности. Ярса по мере моего рассказа сильнее хмурится, а у Марка впервые не возникает вопросов. – Но если верить тому, что говорит Гильад, – Озрик переводит взгляд на меня, – то у тебя есть шанс вернуть им эту магию, верно? – Мы все еще не знаем, как сдвинуть Макх и Вейхалу. Я думаю, ответы на эти вопросы заключены в рунах, которыми исписана Макх. – Поэтому Гильад дал тебе ту книгу, – делает логичный вывод Ракель. Я киваю. – Я полагаю, что ответы можно найти в священных писаниях, – продолжаю я мысль. – По крайней мере, они нам доступны, в отличие от сведений о дельфи. – Я видела одну секцию в архивах, – говорит Ракель. – Думаешь, если Гильад и Гавриэла в курсе, они не перерыли уже все архивы? – Цезония скептически смотрит на Ракель. – Думаю, что нет. У нас по-прежнему целая башня, набитая свитками и пергаментом разного времени. Куча информации из учебников и личных дневников. Судя по моему опыту в Арбе, чем больше людей ищет что-то, тем больше шанс на успех. Цезония хмыкает. – Как я уже сказала Гильаду, а потом и Лоредене, это может быть бессмысленная трата времени. Но вы делайте, что хотите. – В каком смысле «вы»? – Ярса переводит на нее строгий взгляд. – Остынь, – Марк опасливо смотрит на Ярсу, затем на Цезонию. – Она с нами. Минуту они буравят друг друга взглядами, после чего Цезония сдается и кивает. – Ну ладно, хорошо. Будем вместе искать, – она закатывает глаза. – И только не говорите потом, что я вас не предупреждала. – Итак, – Марк смотрит на меня. – Когда собираемся идти? – Я знаю одного тельерца архивариуса, – перебивает Ракель, – он может нам помочь. – А он точно не сдаст нас? – Я вспоминаю ситуацию с Гавриэлой. – Орен тоже чувствует, что что-то не так, – Ракель пожимает плечами, и я вспоминаю, что это тот самый парень, о котором она мне давно говорила. – Тогда попросим его взять для нас несколько книг о Макх и Вехайле. И если ему попадутся под руку писания о веровании Авадхани, пусть и их захватит, – говорит Марк. – Захватит, – отвечает Ракель. Мы еще некоторое время обсуждаем план действий. На момент, когда наш рет решает разойтись, за окном уже темно. Я вспоминаю про пещеру. Сегодня мне предстоит занятие с Гильадом, которого в прошлый раз я оставила не в лучшем настроении. Хорошо, что сегодня с ним не было занятий. Ракель ждет, пока все выйдут, и поворачивается ко мне. – Ты скажешь Хендрику? Я неопределенно пожимаю плечами. – Я не знаю, как искать союзников. Она кивает. – Просто поверь, что их может быть больше, и все они рядом с тобой. – Я уже один раз доверилась человеку, и этот человек растрепал мои секреты всем вокруг. – Не всем вокруг, а лишь тем, кто на твоей стороне. Это большая разница. – Наверное, ты права. Мне просто… – я морщусь, подбирая слова. – Мне не просто, – небольшой смешок срывается с моих губ, и я вижу на лице Ракель улыбку. – Никому бы в твоем положении не было бы просто. Не оставайся одна, Лоредена. – Спасибо.

***

Через четверть часа я не спеша иду по тропинке к пещере. Лес мне всегда казался каким-то безопасным. Теперь же я понимаю, что он в действительности является для меня таковым. Мои ноги ступают по грязи – последствия дождей. Сейчас почти середина лета, погода в Тельерре заставляет обмануться и выскочить из башни в одной кофте. И вечером, когда на академию и близлежащий лес опускаются сумерки, пожалеть о своем решении. Я иду в уже привычном для себя длинном белом плаще. На правом бедре надежно закреплены ножны с деревянным стилетом – настоящие носить нам все еще нельзя. Лес вокруг меня живет своей жизнью. Где-то вдалеке я слышу крик птицы, а совсем рядом – как капли прошедшего дождя падают с листьев деревьев. Воздух постепенно становится холоднее, но я уже вижу впереди себя небольшой шарик света. Пещера. Вероятно, Гильад на месте. Я преодолеваю последние метры, перед тем как что-то в движениях тени заставляет меня остановиться и затаиться в ветках. В пещере я разглядываю два силуэта. В одном угадываю Гильада. Другой мне смутно знаком, но узнать сразу мне не удается. Невысокая девушка с волосами цвета воронова крыла. Она активно жестикулирует, а затем отходит к противоположной от входа стене. Вот ее лицо задевает свет яркой вспышки, и я узнаю в ней Селиму. Черт. Ее я точно не ожидала здесь увидеть. Гильад тем временем поворачивает голову в мою сторону. Авадхани, он же может чувствовать меня, как и я его. Я прикрываю глаза от своей глупости и выхожу из укрытия. – Лоредена, – Гильад слегка наклоняется, и на меня снова смотрят его яркие, белые глаза. – Возможно, ты уже знакома с моей сестрой, Селимой. Она хмыкает, а я отвожу взгляд. – Знакома, – просто отвечаю я. – Селима одна из лучших в бою, она будет тренировать тебя три раза в неделю. Я замечаю недовольное лицо Селимы и предполагаю, что это была далеко не ее идея. – Я и Ракель тренируемся каждое утро, а каждый вечер я прихожу сюда. – Ты можешь оставить тренировки с товарищем по рету, но в пещеру тоже будешь приходить каждый день. К сожалению, я не могу выделить больше времени. Селима должна восполнить пробелы. Я буквально кожей чувствую, как до сих пор ничего не сказавшей Селиме это не нравится. Ей явно неприятно от сложившейся ситуации. – Селима, – Гильад переводит на нее взгляд. – Вы будете тренироваться здесь. Твоя задача – научить Лоредену достойно сражаться. Она снова хмыкает и произносит: – Все от нее зависит. – Я не собираюсь больше это слушать, – отрезает Гильад. Я впервые вижу в нем столько строгости и решимости. – Ты можешь идти. Селима фыркает и выходит из пещеры, не удостоив меня взглядом. Тренироваться с девушкой, для которой я не более, чем грязь на ее ботинках… По крайней мере так все выглядит. – Не принимай на свой счет, – Гильад расстегивает свой красный плащ и кладет его на камень. – Она часто в таком настроении. – Понятно, – я тоже освобождаюсь от плаща. – Я хочу, чтобы ты показала мне, какие руны нападения знаешь, и как ты их сочетаешь с рукопашным боем. Я киваю, принимая боевую позицию. Мы двигаемся по пещере в жестоком танце. И я уже не та девушка, что впервые пришла в это холодное, каменное помещение. Я чувствую внутри себя бурлящую силу и энергию, способную как защитить меня, так и нанести достойный удар. Все мои бесконечные тренировки укрепили меня как внешне, так и внутренне. Я чувствую магию внутри себя, и я могу ее достойно реализовывать. Но Гильад старше минимум на четыре года, и преподает боевые руны. Он явно жалеет меня, обращаясь со мной аккуратнее после того случая в зале. Его пальцы на моей спине… Его шепот так близко ко мне... То, как он встал когда-то на колени, чтобы меня исцелить… Я часто моргаю, отводя наваждение. Я пропускаю руку, летящую по направлению к моему боку, и воздух шумно выходит из моих легких. – Не отвлекайся, – Гильад дает мне время прийти в себя. Мы продолжаем, но через считанные минуты он останавливает наш поединок. – Передохни, – он кивает на камень, а сам отходит к выходу из пещеры, всматриваясь в темноту. Я тянусь за водой, которую захватила из академии. Немного неуверенно протягиваю флягу ему: – Будешь? Он слегка улыбается: – Нет, спасибо. Я пожимаю плечами. – То, что я сказала тогда… – начинаю я, и у меня в горле снова пересыхает. – И ты имела на это полное право. Я сглатываю, смотря под свои ноги. – Мы собираемся искать информацию о Макх и Вейхале. – Правильное решение, – Гильад поворачивается ко мне. – У нас с Гавриэлой не так много возможностей изучить все самим. – Ты думаешь, это реально? Перенести их. – Думаю, да, – он делает шаг в мою сторону. – Но вмешиваться в магию чаши может только тот, в чьих жилах течет кровь дельфи, течет их магия. – Почему тогда этого не сделать самим дельфи? – Сейчас у них не хватит сил на такую сложную магию. То, что ты человек, дает тебе преимущество. Я задумываюсь над его словами. – И ты общаешься с кем-то из них? Гильад садится рядом со мной. – Как и тебе, мне снился сон. Велина, дельфи, была первой, от кого я узнал про остальные чаши и арки. А потом она рассказала мне о тебе. – Значит, девушку из моих снов, – я осекаюсь, – видений, зовут Велина? Гильад кивает. – Думаю, она бы рассказала тебе больше при других обстоятельствах. Но у нее едва хватало сил пробиться к нам. – А как она это делает? Это какая-то ментальная магия? – Что-то вроде того. Она может мысленно перемещаться к другим в головы и вытаскивать их астральные тела куда ей заблагорассудится. – Этим владеют все дельфи? Он отрицательно мотает головой. – Так же, как все люди способны использовать сложные руны. Эту способность можно развить, но многое зависит от врожденных навыков. – Дельфи, то есть, Велина, сказала, что я тоже так могу. – Наш магический потенциал действительно огромен, по сравнению с другими людьми. И сейчас все, что нам нужно – это вернуть все на свои места. – У нас много союзников? – Достаточно, – расплывчато отвечает он. – Кто еще видел сны? – Велина общалась только со мной и тобой. Есть еще дельфи, владеющие астральными перемещениями. Один из таких приходил к Арику. Только я думаю, что знаю достаточно, как мне открывается новая дверь, которая ранее была даже незаметна. – Ну конечно, Арик, – я сжимаю кулаки. – Как и Риммон, Арик тренировал реликтов в Оранди. Сейчас он, кажется, в восточной части Свагата. Я киваю, уже зная эту информацию из его писем. Мне хватило духу отправить ему лишь одно. – Продолжим? Гильад поднимается с камня и встает к противоположной стенке. Все это время я ощущаю, будто разговариваю со старым знакомым. Словно мы уже знали когда-то друг друга. Будет сложно отделить свои собственные чувства от магии. Мне помогает осознание, что магия – это лишь толчок, искра. Но все, что происходит дальше: мои мысли, мои ощущения – вот, что проникает под кожу и живет там. Что истощается, если я не вижу его слишком долго. Что просит, до бесконечности просит никогда не отводить глаз. Я наступаю на Гильада с серией приемов, но он уворачивается и берет меня в захват. Прижатая спиной к его груди, я тяжело дышу. Он не торопится отпускать. Его руки нежно держат мои, и я начинаю чувствовать, что внизу живота тянет. – Ты должна быть внимательнее, Лоредена, – он шепчет мне это на ухо, и по спине проходят мурашки. Я через силу разворачиваюсь лицом к нему. Мои глаза неотрывно следят за каждым мускулом на его лице. – А если с тобой я не хочу быть внимательной? – я смотрю на него не отрывая взгляд. Ловлю каждое движение, даже самое незначительное. Его губы слегка подрагивают, когда он произносит: – Есть множество причин, по которым мы не должны этого делать. Я шумно выдыхаю, чувствуя, как он закрывается от меня, надевает на себя маску преподавателя. Я делаю небольшой шаг к нему, чтобы уничтожить то расстояние, которое еще разделяет нас. – Я полностью с тобой согласна, – выдыхаю, ловя взглядом игру теней на его губах. Он мягко кладет руку на мое плечо. – Не делай того, о чем пожалеешь. – Почему я должна буду об этом пожалеть? Я не даю ему отступить, не даю шанса уйти от меня, но его следующие слова разбивают все мои фантазии. – На сегодня мы закончили. Он мягко отходит от меня, и тянется к плащу. – Завтра тренировка с Селимой в это же время. Гильад выходит из пещеры, даже не посмотрев на меня.