Глава 46

Военная академия обязуется обеспечить безопасность всех учащихся в пределах учебной территории. Устав военной академии Тельерра, общие положения – То есть, ты все же нашла разгадку? Марк, держа за руку Цезонию, склоняется над рунами, которые я в спешке перерисовала прошлой ночью на листы. До завтрака мы собрались в комнате у Ракель, потому что моя сейчас вряд ли готова принимать гостей. Я заснула в объятиях Гильада, а когда проснулась, его уже не было рядом. Только записка, оставленная аккуратным почерком: «Знай: я всегда буду с тобой, за тебя. Я люблю тебя.» Кровать казалась ледяной, как и само помещение. Солнце слепило. С большой неохотой встав, я быстро собрала вещи и направилась сразу к Ракель. – Да, – просто отвечаю я. – А ты уверена? – Цезония скептически выгибает бровь. – Насколько могу, не зная древнедельфийского. Она хмыкает. – По большей части я хотела с вами поговорить о своих догадках, которые уже не одну неделю вынашиваю в своей голове, – я поднимаю взгляд на девушку. – По большему счету, Цезония, это относится к тому, о чем думаешь ты. – Ну наконец-то, – она сцепляет руки в замок и ждет моих слов. Я перевожу взгляд на остальных. Ярсу и Озрика, сидящих на кровати, Ракель, стоящую у окна, Марка, приобнимающего Цезонию рядом с письменным столом, все еще изучающего символы, которые вряд ли ему знакомы. Облокотившись о дверь, я выдыхаю. – На самом деле, мы не можем быть уверены ни в одном из результатов. Я не знаю, что произойдет, если мы перенесем чашу и арку, точно так же я не знаю и того, что будет, если мы их уничтожим. Сглатываю, собираясь с мыслями. – Но я подумала о войне как таковой. Что является вспышкой? Наличие магии у людей. Отнимая ее и передавая в руки дельфи, мы ставим себя под большую угрозу, лишая мощного оружия. Ради чего? Мира? Но никто нам не обещал мир. Велина давно со мной не разговаривала, а Тоар, их предводитель, кажется, живет в мечтах, надеясь на простое спасение. Мы не можем так рисковать своим народом, учитывая то, что действия дельфи непредсказуемы. Все молчат некоторое время, Цезония первой подает голос. – Это я и пыталась донести. – У тебя получилось не так складно, как расставлено в моей голове. – Возможно. А возможно, что ты больше похожа на свою мать, чем хочешь. – Не отрицаю. – При чем тут вообще это? – Озрик недовольно мотает головой. – Мы тут все ломали наши мозги, чтобы добиться хоть какого-то результата, потонули в записях и рунах, чтобы в итоге прийти к тому, что нам не нужно ничего делать?! – Как раз об этом, – я мягко беру в руки первые каменные страницы, которые дал мне Тоар. – Здесь указано, как мы можем уничтожить Макх и Вейхалу. Он хмурится, голос подает Ярса. – И ты точно также не знаешь о последствиях. – Я лишь не знаю о последствиях физических. Например, не могу быть уверена, что выживу, – из моей груди вырывается нервный смешок. – Но я могу предполагать, что это ослабит хватку дельфи, и у нас будет шанс победить в войне. Ярса снова задумывается. Мы молчим, пытаясь просчитать шаги противника, который долгое время был нам союзником. – Ты хочешь лишить их магии? – Цезония говорит чуть тише, чем следует, но ее конечно все слышат. – Мы не знаем, лишит ли это их магии, но ослабит – точно. Тоар и его движение – их мотивы кристально чисты и понятны. Но я начала об этом задумываться уже давно. Что если их слишком мало, если они боятся повторения восстания, и тогда все наши усилия не то чтобы не принесут пользу, они угробят людей. – Ты говоришь о восстании антиков? – Марк с непониманием смотрит на меня. – Разве я вам не рассказывала? Это было восстание дельфи. Они хотели вернуть себе магическую силу. – Охренеть, – весьма емко замечает Озрик. Облизываю пересохшие губы, переводя взгляд от одного к другому. Цезония ведет себя так, будто уже догадывалась, как и Ярса. – Значит, попробуем второй вариант? – спрашивает Ракель. Все молчат. Первой нарушает тишину Цезония. – Знаю, что ты в любом случае жертвуешь слишком многим, – говорит она, глядя мне прямо в глаза. – И я бы была в любом случае за тебя, ведь ты мой ретовец. – Я с Цезонией, – просто добавляет Марк. Я перевожу взгляд на Озрика. – Озрик, это будет правильнее. – Ты же понимаешь, что можешь погибнуть? – спрашивает он. – Да, – тихо отвечаю я. Озрик вздыхает и взъерошивает волосы. Затем резко выпрямляется и твердо произносит. – Да, я с тобой. – Ярса? – я смотрю на него, не представляя, что он выберет. – Если бы можно было, я бы придерживался нейтралитета. Не хочу, чтобы хоть кто-то из нас жертвовал собой. Но я прекрасно знаю, что такое война, и готов к ней уже довольно давно. Так что я пойду туда, куда пойдет мой рет. Я просто киваю ему, выражая свою благодарность. Ракель пусто смотрит перед собой, кажется, пропустив мимо ушей последние несколько минут, потом ее словно передергивает, и взгляд становится более осознанным. Я знаю, что не должна причинять ей такой боли, но от меня, моих знаний и сил зависят жизни других людей, жизнь моей сестры, ее брата. – Да, – тихо говорит Ракель. – Я тоже с тобой. И я понимаю, чего стоят ей эти слова. – Какой у нас план? – вовремя прерывает Марк затянувшийся скорбный момент. – В конце этой недели мы должны отправиться в Дельту. Полагаю, все должно пройти именно тогда. – Значит, у нас есть неделя? – Вроде того. Не успеваю я закончить фразу, как помещение разрывает громкий звук сирены. – Неужели они считают, что сейчас самое время для учебной тревоги? – недовольно морщится Озрик. – Это не учебная, – побелев от страха произносит Ракель. Всем ретом мы выбегаем из комнаты и устремляемся вниз по лестнице. На ступеньках сталкиваемся с другим нашим кворетом, Хендриком, Иской. Они тоже бегут перепуганные, но собранные. Огибая стены академии, мы влетаем на площадь, но тут же останавливаемся, не в силах поверить в то, что видим. Огромный анхелит, кружащий над Тельеррой, пытается сбить кого-то огнем. Вдалеке. Но это только пока. Я слышу шевеление мощных крыльев, слышу топот толпы. Дельфи. Они нападают на академию. Савара пытается собрать реликтов, одновременно отдавая приказы Арику, контролирующему пехоту. Это не учебная тревога. Не учебная. В толпе я пытаюсь высмотреть Войнергес, пока мои глаза не ловят светлую макушку. Забывая обо всем, я прорываюсь вперед. Спрятать. Защитить. Убрать ее подальше отсюда. «Что происходит?» Я кричу мысленно, повторяя одну и ту же фразу, пока бегу к сестре. – Их несколько сотен, они двигаются в сторону академии. Я пытаюсь их остановить, но мой огонь на них не действует, – проносится у меня в голове голос Эринейя, и тело охватывает ледяной ужас. Несколько сотен. Я не знаю, каким богам молиться, чтобы все, что происходит сейчас, остановилось. Сколько людей в пехоте Арика? Я не обратила вчера внимание, просто знаю, что толпа приличная. Если мы отобьемся хотя бы от половины, у нас будет шанс. Авадхани, какой шанс? Их слишком много. Я уже нахожусь почти близко к светлой голове. Хватаю девушку за руку, но она отталкивается и в недоумении поворачивается ко мне. Это не Гесс. Мои глаза округляются от ужаса. Я никогда не видела этого реликта раньше, возможно, она пришла с пехотой. Задыхаясь от страха, я начинаю искать снова. – Лоредена! Кто-то кричит, но я не обращаю внимания. В общей неразберихе для меня самое важное – найти ее, найти свою сестру. – Лоредена! – Эста, подруга Гесс одергивает меня так сильно, что я пошатываюсь и чуть не теряю равновесие. Я хватаю ее за плечи и разворачиваю к себе. – Где Гесс?! – Они забрали ее. Их было много, они прибыли сюда группой и забрали некоторых. Сердце внутри меня падает. Кажется, я забываю дышать. – Что ты говоришь? Куда?! – Я не знаю, они просто увели ее с остальными, мы не могли ничего сделать, их было слишком много. А потом тревога… В ужасе я перевожу взгляд на толпу, не имеющую для меня теперь никакого значения. – Лори! Это Озрик. Наверное, это он. Нет, навстречу бежит Арик. – Лори, где Гесс? – Нет, – мертвым голосом говорю я. – Нет… И меня начинает бить мелкая дрожь. – Лори, они скоро дойдут до академии! Мы направили первую волну пехоты в ту сторону, вторая волна остается у стен, ретовцы защищают здание внутри, на площади. Ты меня слышишь, Лори? Нет… Арик трясет меня за плечи и начинает чуть ли не кричать. – Лоредена Векслер, приди в себя, на нас напали! Его крик выводит меня из транса. – Арик, они забрали ее… – дыхание учащается, на глаза наворачиваются слезы, – Арик, они ее забрали! – ору я. – Лори… – Арик мягко сжимает мое плечо. Сглатывая боль, не чувствуя ничего, кроме агонии, я впиваюсь мыслями в первостепенную проблему. Она у них. Возможно, в плену. Сейчас я не смогу ничего сделать. Нужно сосредоточиться. – Что… что мне делать? – я смотрю на Арика. Мой голос бесцветный, но полон решительности. – Ты и твой рет, вместе с ретами Хендрика и Селимы, защищаете южный проход. Они как раз пойдут оттуда. – Все ясно, – я поворачиваюсь, ища глазами хоть кого-то. – Лори, – Арик сжимает мою руку. – Мне так жаль… – Ты не мог ничего сделать. – Пожалуйста, выживи. – Ты тоже. Постарайся выжить. Мы обмениваемся последним взглядом, и я бегу туда, откуда несколькими минутами раньше мы вышли из здания, к северному входу. Мой взгляд резко ловит Озрика. Продираясь через толпу, я хватаю его за руку. – Где остальные? – Лори, я потерял тебя. Гесс? Я отрицательно мотаю головой, стряхивая с себя наваждение. – Озрик, нам нужно собраться у южных ворот. Всем кворетом. – Ракель побежала искать брата. – Марк, Ярса… Не успеваю договорить, как вижу приближающуюся к нам Цезонию с парнями по обе стороны. – Мы здесь, – кричит Марк. Я быстро повторяю им, что мы должны сделать, ища в тот же момент глазами Хендрика, Селиму, хоть кого-то… – Лор, я иду за Хендриком, ты ищи Селиму, ясно? Вы трое – найдите Ракель, нужно предупредить ее. Мы все киваем. Прегер и Савара уже выстроили реликтов, прибывших в академию неделю назад. Многие столпились у северных ворот и по бокам площади. Страшно представить, что нам надо будет сдерживать осаду, но думать об этом совершенно нет времени. По высокому парню, и у меня нет сил думать, как его зовут, но я дралась с ним давно на занятии Прегер, я понимаю, что рет Селимы где-то в восточной части площади. Бегу туда, расталкивая уже более-менее строящуюся толпу. Взгляд цепляется за длинную черную косу. – Селима! Она оглядывается, и устремляется мне навстречу. – Селима, вы должны… – Мы в курсе, успокойся. Мы уже идем к северу. Я киваю. – Первая волна должна отбить… Я не успеваю закончить фразу, как прямо над нашими головами пролетает Эриней. Площадь погружается в крики, но не все реагируют на анхелита так остро. Кто-то просто смотрит в небо, не веря своим глазам. – Нам не выстоять против него… – тихо говорит Селима. – Нет, он за нас! Она, не веря, смотрит на меня. – Нет времени, – я оборачиваюсь, проверяя, где находится мой рет, – мне пора к своим, – кидаю ей. – Собери всех у северных ворот! Снова пробираюсь через толпу и сама встаю на нужную позицию. Тело трясет, глаза бегают по пространству впереди меня. Дождавшись бегущих ко мне ретовцев, вместе выходим за пределы академии. Прямо к лестнице, ведущей в Деорсум. Прямо к своей гибели.