Глава 13. Жёсткое столкновение

Они все застыли на месте. Между ними и разбегающейся толпой светился огромный кобальтово-синий портал, спиралью медленно заворачиваясь в центр. Кацуки выступил вперёд и пригляделся. Это был тот же портал, через который прошли дети, в этом не было сомнений, но… Когда в прошлый раз он бросился в атаку, то чуть не грохнул собственного ребёнка. Нельзя допустить, чтобы это повторилось. Временные врата засияли и из них вышли два человека, сразу же повернувшись лицом в их сторону. Стоило только увидеть их, как сразу стало понятно, что это вовсе не студенты Юэй. Это были взрослые мужчины, одетые в рваные грязные шмотки – вот уж точно не геройские костюмы. Кацуки напряг мозги, пытаясь вспомнить, как же описывали злодея дети. Что там сказал Влад Кинг на пресс-конференции? Зеленые волосы и… голубые глаза? Нет, глаза были фиолетовыми. Он внимательно пригляделся к этим двум: тот, что слева, был в черной шапке и солнечных очках, однако волосы, висящие на шее, были светло-серыми. Его кожанка без рукавов выглядела так, словно он сам её разорвал, являя миру очень длинные, худые, нездорового цвета розовые руки. Рядом с ним был мужчина пониже, и его глаза были такими светлыми, что, кажется, могли бы без проблем пронзить всё на своём пути. Голубые волосы растрёпанной гривой падали на огромное длинное тёмно-зелёное пончо. - Всем отойти! – приказал Очкарик, вытянул руку в сторону, словно ограждая всех от беды. Затем он повернулся к ребятам из будущего – они в страхе и замешательстве уставились на новоприбывших, - вы узнаёте их? Мальчики покачали головами, и Дикобразиха ответила: - Нет… Нет, мы никогда с ними не сталкивались… Они не похожи на тех, кто напал на нас. Четырёхглазый уставился на незнакомцев так, словно уже готовился сразиться с ними. - Тогда нам не стоит подходить к ним. Про-герои, должно быть, уже в пути, так что не будем вмешиваться и вернёмся на стадион. - Стой, а что, если они здесь из-за детей? – спросил Киришима, делая шаг в сторону мужчин, которые, ни на секунду не останавливаясь, шли вперёд, направляясь в их сторону, - что, если они здесь, чтобы вернуть их? Очкарик на секунду задумался, сосредоточенно нахмурившись. И повернулся к неизвестным. - Вы вторглись на территорию Старшей Школы Юэй. Если у вас нет специального пропуска, позволяющего вам заходить в места, не предназначенные для посетителей, то пройдите к справочному пункту у главного входа. Если мои подозрения верны, и ваш визит не связан со спортивным фестивалем, то как представитель класса 2-А я прошу вас представиться и обратиться к начальству, чтобы избежать двоякого определения ваших намерений! Мужчины остановились и переглянулись. Тот, что был в очках, просиял, обнажая свои длинные желтые зубы. - Ты Иида Тенья? – громко и хрипло прокричал он, встав расслабленно - почти что дружелюбно. Очкарик нахмурился ещё сильнее. - Определённо я. У тебя есть какое-то дело ко… - БЕРЕГИСЬ! – крикнул Киришима, мгновенно твердея и отталкивая Очкарика в сторону. Секундой позже массивный клинок отскочил от его груди, разлетевшись на мелкие осколки. - Киришима! – взревел Кацуки, оглядываясь на двух отморозков, и ярость неконтролируемой волной накрыла его. Тот, что был в пончо, приподнял ткань и левой рукой взял то, что прятал под ней. Это было массивное оружие, что-то типа сложно составленной винтовки с огроменным стволом. - Ребята, отступаем! – закричал упавший Очкарик, поднимаясь на ноги. - Как отступать? На нас напали! – в панике ответил Долбанутый. Диалог прервал мужик в очках – он побежал в их сторону, а его длинные руки горели ярким фиолетовым светом. - В бой не вступать! – приказал Четырёхглазый. - Чего ты, блять, сказал?! – заорал Кацуки, глядя на бегущего к ним человека, - они пришли за нами, нужно защищаться! Он уже был готов действовать, но Киришима успел схватить его сзади, не позволяя двинуться с места. - Бро, не надо, мы не знаем их причуд! Мужик со светящимися руками высоко подпрыгнул и, подняв над головой свои ладони, метнул в группу учеников яркие фиолетовые сгустки энергии. - Уворачивайтесь! – закричал Долбанутый. Они все кинулись в стороны, моментально разделяясь. Киришима оттащил Кацуки, и на это же место с треском упали три энергетических шара, однако трава и покрытие, как ни странно, остались не тронутыми. - Урарака, Цую… НЕТ! Кацуки оглянулся, и его сердце провалилось в бездну. Урарака со своей короткой стрижкой побежала на злодея, прямо за ней следовала Лягушка. - ЭЙ, ВЫ, ИДИОТКИ, А НУ ЖИВО ВЕРНУЛИСЬ! - Иида, нужно позвать на помощь! – закричал Долбанутый. - Каминари, иди с Иидой! – ответил Соевый, указывая на выход со стадиона, через который они прошли несколько минут назад, - идите и разделитесь, чтобы быстрее рассказать учителями и героям! - ВЕРНИТЕСЬ! – взревел Киришима, когда парень в пончо снова выстрелил из своего оружия сначала в них, а потом в сторону безумных девчонок. Вместо шрапнели полетело с десяток маленьких лезвий, и Киришима, обеими ногами уперевшись в землю, одним сильным ударом отбил большую часть назад. Те, которые он не смог отправить обратно, вонзились с резким звуком в траву. Киришима обернулся, его лицо исказилось от злости. - Иида! Отведите ребят в безопасное место и БЕГИТЕ! - Мы не бросим вас! – возразила Дикобразиха, принимая боевую стойку, - мы тоже можем драться! Парни! Она повернулась к мальчишкам. Несмотря на смертельную бледность, все они, казалось, были готовы вступить в бой. И прежде, чем Киришима или Очкарик начали читать свои лекции, Кацуки громко рявкнул: - Ладно, пускай! Ванилин, строй ледяную стену! – а когда белоголовый в замешательстве уставился на него, прикрикнул, - ДАВАЙ! Он подпрыгнул и таким же быстрым движением, как и его отец, взмахнул рукой, образовывая мощный ледяной барьер между ними и злодеями. - Бакуго, нельзя втягивать в бой детей, они же… - начал было Соевый, но Киришима резко перебил его, не отрывая от стены своего взгляда. - Им столько же, сколько было нам, когда мы впервые столкнулись со злодеями, и мы справились тогда. Пусть. - Очкарик и Долбанутый, если вы сваливаете, то валите уже!– гаркнул Кацуки, лихорадочно оглядываясь по сторонам. Где же Урарака? Четырёхглазый вскочил на ноги и направился к Пикачу. - Будьте осторожнее! Никаких поспешных решений! И постарайтесь держаться от них на расстоянии! Не спрашивая, Долбанутый запрыгнул ему на спину и показал свой большой палец. Зарычали двигатели, и в следующее мгновение они вместе помчались прочь, подняв за собой облако пыли. И как только это случилось, раздалось громкое «ТРЩК», и Жаба с Ураракой ударились о лёд с другой стороны и соскользнули вниз. Они прокатились по земле. Когда они остановились, Лягушка не двигалась, а Урарака измученно пыталась встать на ноги. Никто не успел ничего предпринять – отморозок в солнечных очках взобрался на стену и подпрыгнул высоко в воздух, метнув пять энергетических сгустков вниз. Три из них с треском приземлились на землю и исчезли. Оставшиеся две попали в девочек ровно в тот момент, когда Урарака активировала свою причуду, и ударила рукой по земле, собираясь использовать лунотрясение. Они громко закричали от боли и рухнули на землю. - НЕТ! – завопил парень, и его голос был хриплым от ужаса, а в широко распахнутых глазах плескалось отчаяние. Он наклонился и прыгнул вперёд, на ходу соединяя руки. - Вернись сюда! ЭЙ, СТАРИК, ЖИВО ВЕРНИСЬ, МЕЛКИЙ УБЛЮДОК! – парень плевать хотел на его слова, так что продолжил бежать дальше. Что, блять, не так с этими двумя, а? – Твою мать! Киришима, вперёд! Он подбежал к ледяной стене, зная, что его друг точно следует за ним, а ладони уже были мокрые и готовые к использованию в любой момент. Парень в это время держал перед собой в ладони яркий светящийся шар и, продолжая бежать, швырнул его изо всех сил в злодея в очках, приближающегося к Урараке. Звезда ослепительно засияла, на жалкое мгновение взлетела, словно птица, и с треском сгорела дотла, развалившись на части. Через миг она взорвалась с огромной силой и мощной ударной волной, а тонкий писк, разошедшийся вокруг, заставил Кацуки и Киришиму болезненно простонать и зажать уши. Злодея откинуло назад, впечатав в лёд, но не настолько сильно, чтобы его разбить. Тогда парень создал ещё одну звезду и снова бросил её, но вот на этот раз злодей пробил стену насквозь и откатился по земле в сторону. - Цую, Урарака! – позвал Киришима, когда они приблизились к ним, - вы в… - Не подходите! – завизжала Урарака, всё ещё лежа на земле. Всё вокруг парило, даже Лягушка и она сама. Она подняла голову, и её глаза расширились от ужаса, а лицо побелело, словно полотно. - Я не могу её контролировать! Моя причуда… она не останавливается! Я… - она закрыла рот руками, а на глаза навернулись слёзы, и, как бы она ни старалась подавить тошноту, она не могла. Её вырвало. – Я… Я… я… Н-не могу… - выдавливала она из себя, - Цую… возьмите… Цу… - Серо! – заорал Киришима, - Быстро! Кацуки огляделся в поисках парня и увидел, что тот бежит за злодеем в очках. За стеной он слышал набирающие силу вопли ужаса. Гражданские. - Ваниль! – крикнул он мелким, бегущим за Соевой Мордой, - За мной! Дикобраз, создавай барьер из шипов, Клубника – огненную стену! Не позволяйте им приблизиться к вам! Киришима… - Знаю! – оборвал он, - Серо, лови Цую и Урараку! Пока Дикобразиха и Клубника засучивали рукава, а Кацуки раздавал указания, Соевый подобрался как можно ближе к девчонкам, подлетевшим за это время высоко в небо. Никто не мог их остановить от этого, не попадая под действие причуды Урараки. Над их головами она просто содрогалась, её скручивало, но желудок был пуст, и Кацуки наблюдал, как мучительно она сжалась в клубочек, как её глаза закатились, и она наконец-то потеряла сознание. Соевый поймал Цую длинной клеевой полосой, притягивая её к земле до тех пор, пока гравитация, наконец-то, не взяла своё. - Цую? Цую, ты слышишь? – спрашивал Соевый, метнув ещё одну ленту к Урараке. Кацуки не стал дожидаться ответа, он кинулся к дыре в ледяной стене. - Киришима, причуда этого мудла не даёт остановить… - Знаю! – повторил он, и на его обычно бестолковом лице сейчас не было ничего, кроме сосредоточенного внимания и гнева, - Я выстою против каждого. Ни один из них ничего не сможет мне сделать! Они прыгнули в дыру и увидели парня между этими двумя: тот, что был с огромной пушкой, небрежно сидел на стене и стрелял лезвиями в землю рядом с ним, заставляя его прыгать и уворачиваться, явно играясь с ним, пока второй, в очках, сражался с ним лично. Этот тип реально оказался шустрым, настолько, что парню действительно приходилось прилагать усилия и сопротивляться – не помогало и то, что отморозок размахивал перед лицом мелкого огромным ножом. - ОТОШЁЛ НАХУЙ, ГОНДОН! – заорал он, забыв о первоначальном плане. Просто парень попытался отойти и споткнулся. Кацуки рванул вперёд, меняя в воздухе своё направление, и бросился на злодея рядом с парнем. Однако было слишком поздно. Не имея возможности ничего сделать, он наблюдал, как парень выпрямился, между ладоней зажав маленькую звезду, и в этот же момент фиолетовая сфера прилетела ему прямо в грудь. От ярости Кацуки заревел, словно зверь, и, соединив ладони, осыпал уёбка десятками мелких разрывных взрывов, заставляя его отскочить назад. Позади он услышал крик Киришимы: - Лучше уйди! Защищай мирных, а с этими я разберусь! Не подпускай их к порталу! Кацуки приземлился, грохнувшись на бок, но сразу же поднялся и подбежал к пацану, свернувшемуся калачиком на земле. - Эй, старик! Ты в?.. Он схватил его за плечо, разворачивая лицом к себе, и на секунду ослеп. Пришлось сощуриться, чтобы понять, что у парня в руках был яркий пылающий шарик, и почти в тот же момент Кацуки почувствовал волну жара. Парень оттолкнул его плечом, заставляя отступить. - Не подходи! – закричал он, расширив от ужаса свои красные глаза. Его лицо было белым и влажным от страха, - Я не контролирую это, не могу ничего сделать, а оно не перестаёт расти! Останови его… Парня в кожаной куртке… Останови его! Папа, если я не перестану… если звезда вырастет, а я больше не смогу потеть, то гелий начнёт свой цикл ядерного синтеза, начнутся соединения, и… тогда я не смогу с этим справиться! Я не смогу… я не… Тебе надо… - он сильно сморщился, прикусив губу, и его руки задрожали. Звезда между его ладоней была размером с баскетбольный мяч, - Папа, ДАВАЙ! Кацуки стиснул зубы с громким «Блять!» и огляделся в поисках этого ублюдка в кожанке. Позади Киришима дрался с челом в пончо в своей «несокрушимой» форме, но злодей не прекращал швырять в него лезвие за лезвием. Очевидно, Киришима разрушил лед, на котором этот уёбок и сидел, однако даже так у него были какие-то странные ботинки, позволяющие ему подпрыгивать до смешного высоко, и этого было достаточно, чтобы оставаться вне досягаемости Киришимы. В нескольких футах от них Ваниль воздвигал огроменную ледяную стену, отделяющую гражданских от битвы, а рядом с ней все ещё сиял ярким синим огнём портал, медленно закручиваясь спиралью к центру. - Бакуго! – Ваниль проскользил по дорожке, которую создал одним ударом ноги о землю, и добрался до парня с Кацуки. Он хотел подойти ближе, но жар, исходящий от звезды, уже становился невыносимым. - ДАВАЙ! – повторил тот, и его коричневые патлы, мокрые от пота, упали ему на лицо. - Ваниль, пошли! – приказал Кацуки, неохотно отворачиваясь и стараясь игнорировать его тяжёлое дыхание. С мужиком в пончо разбирался Киришима, и вместе с мелким он направился к дыре в стене, - Ты видел этого ущербного с огромными руками? - Да! – выдохнул он, - там, где мы стояли! Думаю, он… Хиро? Ваниль остановился, и Кацуки шокировано уставился на то, что их ждало за стеной. Жаба лежала на земле без сознания. Урарака парила в воздухе без движения, удерживаемая лишь Соевой Мордой, но даже до него каким-то образом, похоже, добралась её причуда, и теперь он одной рукой держался за землю, надёжно привязав себя к дереву. А Клубничный пылал. Огромные, ревущие красные и рыжие языки пламени поднимались так высоко, словно мечтали дотянуться до неба своим обжигающим, словно солнце, жаром. И от его криков в жилах стыла кровь. - Хиро! – Ваниль бросился к близнецу так быстро, что даже успел обогнать ушедшего вперёд Кацуки, наполовину проскользив, наполовину пробежав по своей ледяной дороге, возникшей под его ногами, - ХИРО! - РЕЙ! – завыл он пронзительным визгом боли, - ПОМОГИ МНЕ! ПОМОГИ МНЕ! - ХИРО, ПРЕКРАЩАЙ! ОСТАНОВИСЬ! – Ваниль бесстрашно бросился в огонь, пытаясь затушить его, и Кацуки остановился, ведь, блять, понятия не имел, что ему, мать вашу, сейчас делать, - ХВАТИТ, ХИРО! - Я НЕ МОГУ! РЕЙ, НЕ МОГУ! ПОМОГИ МНЕ! ЖЖЁТСЯ! ПОМОГИ! – орал он, и пламя становилось всё выше и сильнее, оно опаляло вокруг него воздух. Ванильного отбросило силой огня, и чтобы не улететь, ему пришлось покрыть руки и ноги огромными кусками льда, просто чтобы воткнуть их в землю и приблизиться к нему, рыдая и умоляя, снова и снова рыдая, снова и снова умоляя брата просто остановиться. За языками пламени Дикобразиха выла и билась в конвульсиях на земле, её одежда порвалась в клочья из-за шипов, а затвердевшая кожа так пропиталась кислотой, что вздувалась и сочилась даже на лице, разрывая его на части. И именно сейчас, когда он подумал, что хуже, кажется, быть уже не может, на землю прямо перед ним легка огромная тень. Обернувшись, он увидел, что пацана медленно поднимает в воздух с широко раскинутыми руками звезда, которая стала в два раза больше него. Его лицо было почти белым. Круги под глазами – чёрными. Из ушей и носа текла кровь, заливая его рот и стекая по подбородку, а широко распахнутые глаза смотрели на пылающую красным тревожным светом звезду. Одежда уже медленно подгорала по краям, даже воздух вокруг наполнился невыносимым жаром. Очень медленно он повернул голову к Кацуки, и от одного вида выражения его лица перевернулся весь мир. Глаза парня наполнились слезами, и он глубоко вдохнул. - ПАААААААП! Этот крик отозвался до самых костей, и Кацуки забыл обо всём. И о злодеях, и о гражданских, и о всех остальных. Он просто побежал. Блять. Он знал, что нужно сделать. Он знал, что не было других решений. Не было выбора. Надо было это сделать. Надо. Блять. Выпуская из ладоней взрывы, он уворачивался от энергетических фиолетовых сфер, которые, кажется, летели со всех сторон, и бросился к парню – тот морщился от обжигающего жара. Кацуки приблизился и раскрыл к нему ладони. Блять. Используя все свои силы, используя свой холодный от ужаса пот, он выпустил мощный залп в живот пацана, отталкивая его от звезды. Сила удара отбросила Кацуки назад, и пришлось сделать сальто с использованием ещё одного взрыва, чтобы поймать парня до того, как тот шлёпнется на землю. Кацуки врезался в него всем телом. Сердце пропустило пару ударов от одного лишь факта, что тот совершенно обмяк, и как бы ни старался Кацуки удержать равновесие при приземлении рядом с полыхающим огнём и разрастающимся льдом, всё равно оба покатились по траве. Кацуки покачал головой, приподнялся на руках и лихорадочно осмотрелся. Хватило пары секунд, чтобы глаза наткнулись на неподвижную фигуру с мокрыми от пота каштановыми волосами. - Старик! – он вскочил на ноги и подбежал к нему, приподнимая и мягко придерживая за плечи. Глаза парня были закрыты, и Кацуки не мог понять, был ли слышен пульс – слишком сильно дрожали его собственные руки, так что он не мог ничего нащупать. Круглые щёки были такими белыми, что казалось, будто… - Старик! – он заорал, встряхивая его снова и снова, раз за разом прикладывая всё больше силы, - Старик! – он крепко прижал его к себе, и снова сильно встряхнул, готовый почти буквально на всё, чтобы добиться от него хотя бы какой-нибудь реакции, - Кента! КЕНТА! - Что-то не так? – спросил скрипучий голос слева от него. Не раздумывая, Кацуки вытянул левую руку и отправил мощный взрыв в этого уёбка. Когда дым рассеялся, мудак, чтобы черти его переебали, всё ещё спокойно стоял на ногах, каким-то невероятным образом сумев увернуться от его атаки, и улыбался ему, демонстрируя желтые зубы. – Бакуго Кацуки, - его слова были медленными, словно бы он наслаждался каждой секундой, - ты не представляешь, как же я долго мечтал об этом моменте. - Кто ты, нахуй, такой?! – прорычал ему Кацуки. Ярость внутри была такой сильно, что, кажется, вот-вот прорвёт его кожу. Уебан громко рассмеялся, поправляя свои солнечные очки. - Разумеется, ты меня не знаешь, да? Какой позор. Но, видишь ли, я знаю тебя. Я потратил часы, дни, годы, изучая тебя, надеясь, что однажды смогу загнать тебя, наконец-то, в угол. А теперь глянь-ка на себя. Не так уж ты и крут без своей маленькой команды помощников, скажи? Не очень здорово без поддержки Алого Бунтаря, Деку и Креати? Куда же подевалась твоя гордость теперь, когда ты остался без своей драгоценной Уравити? Он снова рассмеялся, как будто рассказал лучшую, блять, шутку, которую только слышал этот мир! - Не знаю, выживет ли она теперь. Видишь ли, вон тот, Блейдс, - он указал через плечо на ледяную стену, где всё громче становился бой Киришимы, - позаботился о ней в нашей реальности, вот только я теперь думаю… Насколько приятнее было бы просто разорвать её на части прямо у тебя на глазах? А если бы мы разобрались с ней прямо здесь и сейчас, она бы не доставляла нам столько хлопот в будущем, правда же? - Ты, сучье… Кацуки попытался встать, следя за тем, как мягко голова Кенты падает на землю, и поднял ладони, однако злодей в очках завёл руку за спину и вытащил чёрный, блестящий в лучах заходящего солнца пистолет и усмехнулся. - Я бы на твоём месте не делал бы этого. Не могу поверить, ты даже в детстве такой сквернослов. Кто бы мог подумать, - он шагнул к Кацуки, целясь ему в голову, и уголки рта подрагивали в безумной улыбке. Он почти что шептал: - я так давно мечтал об этом дне. Часами мог не спать по ночам, просто мечтая о том, как убью тебя, о том, что скажу тебе перед твоей смертью… А теперь посмотрите на меня, я просто несу всякую чушь! – он снова засмеялся, слетев от радости с катушек. - И это, по-твоему, хорошая заключительная речь? – сплюнул Кацуки. Тяни время. Как угодно, но тяни, - что за бред, просто пустая трата моего времени и твоих слюней. Уёбок недоверчиво рассмеялся. - Ну прямо как настоящий герой, храбришься даже на волоске от смерти. Ну, на самом деле, это не то, что я хотел тебе сказать. Видишь ли, несколько лет назад ты штурмовал дом в районе Роппонги, ты и твои коллеги. Вы уничтожили в доме вообще всё: каждую мебель, каждую дорогую вещицу, каждое воспоминание. Так сильно вы хотели найти владельца дома, что почти не обращали внимания на детей, наблюдавших за всем этим из сада. А потом в подвале вы обнаружили женщину с приспешниками, главу очень влиятельной банды наркоторговцев. И когда она попыталась использовать причуду, вы решили сразиться с ней, семеро против троих – все они были мертвы через пару минут. Кацуки прищурился, не испытывая ни капли сочувствия. Единственное что его беспокоило – усиливающийся жар, и даже не надо было смотреть на небо, чтобы в ужасе понять: парящая в небе звезда медленно опускается на землю. - Эта женщина была моей матерью, - продолжал парень в солнечных очках, - не обращая внимания на маячащую перед глазами опасность, в которой находились все в радиусе этой звезды, - ты убил её прямо на моих глазах только потому, что её работа не соответствовала стандартам общества. С тех пор, как мы разработали этот план, я всё время думал, какое же у тебя будет выражение лица, когда ты услышишь о том, каким героем стал. Ублюдок, который без колебаний готов убить невинного человека и разрушить честную семью. Герой, который… - Невинный человек? – прервал его Кацуки, невесело усмехнувшись, - честная семья? Дай мне подумать. Если я правда штурмовал ту помойку, где ты жил, то на это была причина. А что касается твоей матери, то, если она торговала наркотой, то на её совести, должно быть, было намного больше смертей, чем три нарика. И эта сука получила по заслугам. Удовлетворение Кацуки от мысли, что он сумел стереть с лица злодея самодовольную ухмылку вмиг сменилось осознанием своей огромной ошибки. Злодей крепче сжал пистолет, его рука начала слегка подрагивать. - Вот как, - просто ответил он напряженно, - значит, ты даже в детстве был испорчен до мозга костей. Он глубоко вздохнул, но вдруг за его спиной раздался громкий треск, и Киришима, сброшенный с верхушки ледяной стены, покатился по земле. Мужик не обернулся, чтобы посмотреть, в чём дело, а только криво ухмыльнулся Кацуки. - Что ж, тогда продолжим. Скажешь последние слова? Мозг Кацуки снова заработал на полной скорости, пытаясь найти что-нибудь, придумать что угодно – подошло бы вообще всё. Он открыл рот, не зная, что, блять, ему нужно сказать, чтобы не получить пулю в лоб, и вдруг внезапно все ледяные стены взорвались, разлетелись на миллион осколков, а огонь поглотил всё вокруг. На-хуй-конец-то Двумордый решил показать своё грёбанное личико. Не прошло и… Нет. Что-то не так. Это был не огонь Половинчатого, - вот, что понял Кацуки, когда даже злодей перед ним обернулся, чтобы посмотреть на внезапный хаос позади. Пламя не бушевало яростной стеной, оно не распространялось повсюду. Его языки танцевали, кружились и собирались вместе, поднимались высоко над землёй всё выше и выше, пока не сформировали плотное тело, когтистые огромные лапы и сильную челюсть со вставленными острыми пылающими зубами. Возвышаясь даже выше, чем горящая звезда, огненный дракон громко заревел, сотрясая землю. Дракон извивался, вращался и, широко раскрыв пасть, нырнул прямо туда, где стоял злодей в пончо. Киришима едва успел встать на ноги, как из ниоткуда появилась маленькая девочка в круглых очках, пролетела над землёй и схватила его, едва успевая до момента, когда драконье пламя обрушилось и распространилось вокруг, словно лесной пожар. Злодей в пончо подпрыгнул высоко над землёй, уворачиваясь от огненного потока, и из оружия в своих руках выпустил сотни лезвий. Среди пламени раздался громкий «БАХ!», очень похожий на оглушительный выстрел, и через стену огня пролетела сильная девушка с длинными светлыми волосами, свирепо и бесстрашно направляясь к лезвиям. За секунду до того, как они вонзились в неё, девушка выставила вперёд обе руки, и снова по округу разнёсся громкий «БАХ!», а все лезвия отбросило обратно к ублюдку в пончо. Злодей едва успел увернуться от своего же оружия, но девушка уже развернулась в воздухе, сделав сальто, и с невероятной скоростью закружилась над землёй, издавая несколько «БАХ!», кажется, с помощью причуды. Она бросилась на злодея с громким боевым кличем, выставила вперёд правую руку и с новым звуком взрыва отправила злодея в полёт, далеко-далеко от них. Только после этого она позволила себе упасть, хотя её так или иначе бы подхватила черноволосая девчонка в очках – она летала с помощью чего-то, очень похожего на двигатели, встроенного в её подошвы. - Что… - выдохнул злодей в солнечных очках, опуская пистолет и наблюдая за разыгравшейся перед ним сценой. Кацуки поднял глаза, насквозь мокрый – и это не было хорошей новостью в привычном понимании, - и увидел, как на них медленно и верно опускается звезда. – Что всё это значит, это… Он внезапно повернулся к Кацуки, как раз, когда тот попытался подняться на ноги, и прорычал, скривив рот. - Ты никуда не пойдёшь, Динамит. Я прикончу тебя прямо здесь, пря… Он не успел закончить фразу. В него врезался огромный молот изо льда, отбросив в сторону и впечатав в дерево, за которое продолжал цепляться Соевый. Когда он ударился и упал, Соевая Морда и Урарака приземлились обратно, а огонь и лёд близнецов успокоились. Кацуки оглянулся на бессознательного Кенту и поднял его, с кряхтением пытаясь положить себе на спину. Им нужно было убираться отсюда к чёртовой матери, да побыстрее, если они не хотели в итоге расплавиться из-за падающей грёбанной звезды. - Давай, Кента, - прорычал он и побежал с обмякшим телом на плечах, - вставай, твою мать! Давай! Рядом с ним промелькнула девушка с этими странными подошвами, и когда она подлетела в небо, Кацуки понял, что она держит в руках злодея в очках, чьи очки разбились от удара, а сама она босиком – двигатели не были строены в обувь, они были вживлены прямо в её ступни. Она подлетела повыше и без предупреждения отпустила мужчину. Тот резко закричал, и его подхватил высокий, мускулистый черноволосый парень. Он раскрыл свою левую руку, и вся левая сторона его обнажённой груди ярко засияла, когда лёд, отделившись от его кожи, превратился в гигантский ледяной столб. Схватив основание столба обеими руками, парень раскрутил его над собой и обрушил на злодея, но тому, каким-то неведомым образом, удалось увернуться, и огромный кусок льда рухнул на землю, вызвав небольшое землетрясение. Кацуки обернулся и увидел, что Соевая Морда стоит на коленях над Жабой. - Бакуго! – закричал он с бледным от паники лицом, - с Цую что-то не так! Она едва дышит, и одно из лезвий попало ей в бедро! - Бери её и вали на стадион! – крикнул он в ответ, - ВАЛИ! И возьми… - Смотри! – Соевый указал на проход к стадиону. Внезапно оттуда высыпали про-герои и учителя, устремляясь к ним. - Нет времени! – взревел Кацуки хриплым голосом, поправляя на своих плечах Кенту и подходя к Урараке, - надо эвакуироваться! Грёбанная звезда сейчас уничтожит всех нас! Он опустился на колени рядом с бледной недвижимой фигурой Урараки и осторожно похлопал её по щекам, нетерпеливо крича ей в лицо. - Урарака! Урарака! – он был готов тянуть её за руку и, если понадобиться, дотащить до безопасного места, - Давайте, вы двое, поднимайтесь, ЗАЕБАЛИ!!! Он поднял глаза на звезду и понял, что, как бы быстро они сейчас ни побежали, всё равно уйти не получится: огромный шар вот-вот обрушится на них. Он уже чувствовал, как пылающее дыхание обжигает его кожу, чувствовал ветер, который породила вращающаяся вокруг своей оси материя… Перед ним мелькнули пряди светлых волос, и сильная девушка твёрдо встала на землю, подняв руки над головой навстречу звезде. БАХ! Твёрдая поверхность под её ногами треснула, и ударная волна подняла и разогнала облако пыли вокруг них. БАХ! Она громко застонала, встав на колени под весом и мощью её причуды. Её руки дрожали, а кисти подрагивали. Звезда над ними замедлила своё вращение и, не спеша, остановилась, обдуваемая порывами горячего воздуха. БАХ! Очень медленно, дюйм за дюймом звезда начала подниматься вверх. Девушка закряхтела, её дыхание стало тяжёлым, и сначала она поставила одну ногу обратно на землю, потом вторую, поднимая плечи и опуская локти так, что ладони застыли на уровне головы. БАХ! БАХ! БАХ! БАХ! БАХ! Она громко зарычала, горячий ветер завыл, закружился вокруг неё, и стал только яростнее, когда она вскинула руки, словно поднимая тяжесть всего мира. Звезда поднималась теперь всё быстрее, всё выше, и, подобно ракете, что только что начала свой полёт, она принялась стремительно удаляться, наращивая скорость. Устремляясь в небо всё выше, выше, пока не превратилась в очень яркую точку. Девушка сохраняла прежнюю позу, дрожа всем телом с головы до ног, и тяжело дышала. Рядом с ней находились, прижавшись друг к другу, близнецы: Клубничный был без сознания, покрытый потом и копотью, а Ваниль крепко прижимал его к себе, дрожа от холода, пока его тело скрывалось под коркой инея. Он смотрел на высокого парня, с бешенной скоростью бегущего в их сторону. - Т-Т-Т-Той-То-й-йя! – запинаясь от холода, бормотал он, - Т-То-Той-Той-й-йя! Стоявшая перед Кацуки девушка, наконец, тяжело дыша, сменила положение, наклонившись и упершись руками в колени. Затем она выпрямилась, опустила плечи и развернулась полностью, показывая Кацуки своё лицо. Её большие карие глаза, переполненные яростью и недоверием, встретились с его, а лицо исказилось. Круглые щёки надулись от гнева, светлые волосы до лопаток взъерошены. Она смотрела на Кацуки, разминая дрожащие от перенапряжения руки, а затем перевела взгляд на Урараку, лежащую без сознания на земле, - Кацуки держал её за руку, - а после и на Кенту, безвольно повисшего на его плечах. За её спиной Кацуки увидел приближающегося Айзаву с его парящими бинтами. Она открыла рот за секунду до того, как белая ткань обвязала её и дёрнула назад: - ЧТО ЗА НАХУЙ, ПАП?