Бонус

Чонгук держал тебя за руку, боясь, что ты снова исчезнешь. Его пальцы были холодными, слабый пульс бился под твоими подушечками. Ты осторожно коснулась повязок на его запястьях, и в груди что-то болезненно сжалось. — Чонгук… — твой голос дрожал. Он проследил за твоим взглядом, а затем отвёл глаза, будто стыдился этих шрамов. — Прости… Ты сжала его руку крепче. — За что ты просишь прощения? Он молчал. — За то, что был слабым? За то, что не выдержал? За то, что подумал, будто я тебя бросила? Его губы дрогнули. — Да. Ты накрыла его ладонь своей. — Глупый… Ты был на грани, но не сдался. Я не знаю, каково тебе было… Какой ад ты пережил… Но я хочу быть рядом. Я хочу, чтобы ты больше не проходил через это один. Его глаза снова наполнились слезами. — Я боялся… так боялся, что ты больше никогда не посмотришь на меня так, как раньше… Ты мягко провела пальцами по его щеке. — Ты всё ещё тот Чонгук, которого я люблю. — Даже после всего? Ты кивнула. — Даже после всего. Он закрыл глаза и прижался лбом к твоей руке. — Тогда позволь мне… позволь мне искупить всё, что я причинил тебе… Ты улыбнулась, наклоняясь ближе. — Просто живи. Только это мне нужно. Он глубоко вдохнул, впитывая каждое твое слово, и впервые за долгие недели его сердце забилось ровнее. Чонгук не отпускал твою руку, даже когда в палату зашёл врач. Ты чувствовала, как его пальцы дрожат, но он держал тебя крепко, будто это единственное, что связывало его с реальностью. — Вам нужно ещё несколько дней в больнице, — сказал врач, просматривая записи. — Ваше состояние стабилизировалось, но я рекомендую курс психотерапии. Чонгук сжал губы, отводя взгляд. Ты почувствовала, как его мышцы напряглись, и нежно провела пальцем по его запястью. — Я буду с тобой, — тихо сказала ты. Он посмотрел на тебя, его глаза были полны страха и сомнений. — А если я больше никогда не буду таким, как раньше? — его голос сорвался. Ты улыбнулась, легонько коснувшись его щеки. — Тогда я буду любить тебя таким, какой ты есть. Его губы дрогнули, а потом он накрыл твою ладонь своей и закрыл глаза. — Тогда… позволь мне попробовать снова. Ты сжала его руку в ответ. — Вместе. Прошло две недели… Ты помогала Чонгуку возвращаться к жизни. Он не сразу соглашался на встречи с психологом, но ты была рядом, поддерживала его, не давала погрузиться в мрак. Первые дни он почти не говорил. Просто держал тебя за руку, наблюдая, как ты что-то рассказывала, пыталась его рассмешить. А потом, однажды ночью, он разбудил тебя, дрожащий от очередного кошмара. — Я… Я снова видел это, — прошептал он. Ты сразу обняла его, прижавшись ближе. — Всё хорошо. Это сон. Я здесь. Он закрыл глаза, вдыхая твой запах. — Не оставляй меня… — Никогда. Спустя месяц… Чонгук начал снова улыбаться. Не так, как раньше — его улыбка стала немного грустной, но в ней больше не было той пустоты. Он снова начал писать музыку, медленно возвращаясь к жизни. Иногда он всё ещё просыпался в холодном поту, иногда замирал, глядя на свои руки, но теперь он не был один. Ты всегда была рядом. А он, глядя на тебя, наконец поверил, что у него есть шанс стать счастливым снова.