Глава четвëртая. Магия?..

– Ну, и где она? – довольно раздражённо проворчала Эпплджек, смотря на часы. Обычно Рэйнбоу приходит на репетицию самая первая, а сейчас даже опаздывала. – Надеюсь, она не забыла… – тихо пробормотала Флаттершай, сжимая в руках бубен. – Чтобы Рэйнбоу и забыла о репетиции? Особенно, когда предстоит соревнование? – усомнилась бас-гитаристка. – Вряд ли она перед репетицией может быть занята чем-то… – Или кем-то, – ввернула сидевшая на пианино Сансет с загадочной улыбкой, скрестив руки на груди. Рэрити усмехнулась, поправляя локон. – «Кем-то»? Дорогая, наша Рэйнбоу вряд ли бы могла- – её прервала влетевшая в музыкальный класс Рэйнбоу, державшая в руках кофр с гитарой, и зашедший более спокойно парень. – Решила прийти не одна? – Сансет чуть усмехнулась, чувствуя себя более расслабленно в присутствии лучшей подруги. – Ну… Может быть… – она чуть покраснела. – Представлю ещё раз, это Соарин, наш сегодняшний зритель и… мой парень. Сказать, что девочки удивились, ничего не сказать. У Эпплджек откровенно отвисла челюсть, Флаттершай тихонько ахнула, прикрыв рот ладошкой, а Рэрити выронила ноты из рук. Пинки Пай, казалось, вот-вот взорвется от возбуждения. Эта новость была бы не такой шокирующей, если бы не личность девушки. Рэйнбоу всегда была из тех, кому, кажется, совершенно не нужны отношения. Даже само это слово, применяющееся рядом с её именем, казалось чем-то инородным. Вздорная, дерзкая, излучающая ауру самоуверенности и независимости, она презирала все эти «девичьи штуки». Нет-нет-нет, её стихия – спорт, а уж на футбольном поле она была просто богиней. Джинсы, мяч или скейтборд? Да. Косметика и обсуждение шмоток и мальчиков? Увольте. Поэтому появление у неё парня было чем-то невероятным, совершенно не вписывающимся в привычную картину мира. Просто… Рэйнбоу Дэш и отношения?.. – Рада, что ты наконец-то решила нам его официально представить, – подмигнула Сансет, разряжая обстановку и спрыгивая с пианино. Она подошла к Соарину и протянула руку. – Сансет Шиммер. К её внутреннему облегчению, Вондерболт пожал ей руку в ответ. Так же представились и остальные девочки. – Кхм, ну… Начнем? – пробормотала Рэйнбоу, всё ещё чувствуя себя неловко. Она достала из чехла свою гитару, подключая к усилителям. Заняв свои места, девочки приготовились играть. Пинки привычно ударила барабанными палочками. – Раз, два, три! Не вместе были раньше мы, Но изменилось всё. С другой взглянули стороны, В каждом дружбы свет живёт. Музыка заполнила аудиторию. Всё волнение испарилось, стоило только взяться за инструменты. Пальцы Рэйнбоу ловко скользили по грифу, медиатор в её руках высекал из струн дерзкие аккорды. Бас-гитара Эпплджек уверенно вела за собой ритм, соединяя электрогитару и барабаны Пинки. Рэрити колдовала над клавишами клавитара, извлекая из него нежные переливы, а бубен добавлял яркости и акценты в мелодию. Челюсть Соарина отвисла, когда он увидел, что у девочек появились понячьи уши на голове, волосы отросли, имитируя хвосты, а у Флаттершай и Рэйнбоу появились крылья. Сансет тоже была удивлена, но не так сильно, как он. А для девочек это, казалось, уже обычное дело – они стали казаться даже счастливее, чем были. Магия… Им казалось, что с уходом Твайлайт и закрытием портала она исчезла, но когда они играли все вместе, она вновь переполняла их, и это было лучшим ощущением в мире. А раньше общие черты Мы упускали в нас Не соглашались я и ты, Но изменилось всё сейчас Вместе они создавали нечто большее, чем просто музыку. Это была… история. История их дружбы, которая преодолела все разногласия и трудности. Каждая нота, каждый звук, каждый новый перебор сливались в потрясающую мелодию, пронизанную взаимопониманием и единством группы. Девочки играли, вкладывая в каждую секунду песни всю свою душу, и в этот момент они были единым целым – пять сердец, объединенных музыкой, магией и дружбой. Связью, которую, как они надеялись, больше никогда не порвётся. О да, мы лучше, чем прежде! Последняя строчка была пропета а капеллой – исключительно вокалом, без сопровождения музыкальных инструментов. Вместе с этим исчезли уши, «хвосты» и крылья. Девочки переглянулись с довольными улыбками. Сансет поаплодировала, восхищённая выступлением девочек. Соарин с расширившимися от удивления глазами тоже пару раз хлопнул в ладоши, до сих пор не уверенный, как реагировать. – До сих пор не верится, что это происходит, когда мы играем! – Рэрити перекинула ремень клавитара через плечо, снимая, и прислонила его к ножке пианино. – А можно с этого момента поподробнее? – Вондерболт определённо мало, что понимал, и хотел знать ответы. – Что это вообще было? Эти ваши крылья, уши и… Что это? – Ну, как бы тебе объяснить… – Рэйнбоу немного замялась, но прежде чем она успела что-то рассказать, в дело вступила Пинки. – А, ну просто статуя в дворе школы – это магический портал, который ведёт в параллельный мир, в котором все магические пони, и не так давно к нам пришла принцесса Твайлайт, чтобы забрать свою корону, магический элемент, который попал сюда случайно, и её приход в конечном итоге привёл сюда и её магию! – протараторила девушка. Брови Соарина поползли вверх. – Ла-а-адно… Допустим, с этим разобрались. А вы тут причём? – А мы собственно представители других пяти магических элементов, – ввернула Эпплджек. Совместно девочки поведали Соарину о том, что произошло на Осеннем балу, о параллельном мире Эквестрии и магии дружбы. Он слушал, то открывая рот от изумления, то хмурясь в попытках уложить услышанное в голове. Не чтобы он был чуваком, помешанном на логике и науке – совсем нет, он тоже был не прочь зачитаться историями о параллельных мирах, но рассказ девочек казался чем-то нереальным. Он бы не поверил, если бы своими глазами не видел, как всего пару минут назад у них были уши, крылья и «хвосты». – Но всё же… Почему это всё вообще происходит? – Мы сами не знаем, но у меня тот же вопрос. Принцесса Твайлайт забрала свою корону в Эквестрию, разве это не должно означать, что она забрала с собой всю магию? – спросила Эпплджек. – Хах, да какая разница? – Рэйнбоу беззаботно отмахнулась. – Это только делает мою группу ещё более потрясной! – Ха? Твою группу? – переспросила удивленная Рэрити. – Да! В конце концов, это была моя идея создать «Рейнбумс», чтобы мы участвовали в соревнованиях! – Рэйнбоу, казалось, не замечала недовольный взгляд модницы. – Плюс я солистка и гитаристка. Соарин тихо фыркнул, стараясь скрыть смешок. Она не меняется.

***

– Значит, вы представители Элементов Гармонии? – спрашивает Соарин, привычно устроившись на диване. – Ага, – Рэйнбоу расслабленно потянулась и бросила недовольный взгляд на валяющийся рядом со столом рюкзак, словно он виноват в заданной домашней работе. – И какой же Элемент представляешь ты? – она только лукаво улыбается в ответ. – Попробуй угадать. – Очевидно, самовлюбленность, – Соарин закатывает глаза и со смехом ловит подушку, которую девушка запустила в его лицо. – Да ну тебя! – она чувствует, как щёки невольно краснеют. Парень ещё во времена их дружбы частенько подтрунивал над ней, наслаждаясь тем, как легко она выходит из себя. Впрочем, раньше это злило её куда сильнее, сейчас же к раздражению примешивалось приятное чувство ностальгии. Соарин с улыбкой наблюдал за ней. Рэйнбоу всегда была подобна молнии – быстрая, почти ослепляюще-яркая и совершенно не умеющая скрывать свои эмоции. От неё не стоило ожидать хладнокровия и невозмутимости – это просто ей не дано. – Ладно, ладно, – он примирительно поднимает руки. – А если серьёзно? Спортсменка хитро улыбается, но не отвечает. Ей нравится эта игра. Ей нравится видеть, как Соарин пытается ее разгадать, словно сложную загадку. Крайне редкое ощущение – обычно Соарин читает её, как открытую книгу. – Верность? – он попадает в точку: хитрую улыбку на лице Рэйнбоу сменяет привычное раздражение. Вот как всегда… – Ты всегда так быстро догадываешься, – ворчит она, отворачиваясь. – Так неинтересно! Соарин не может сдержать смешка. Ох уж эти девушки… Всегда им нужно побыть загадкой для своего партнёра. Даже Рэйнбоу это не обходит стороной. Она слышит, как он встаёт с дивана и подходит к ней, садится рядом и обнимает её плечи. – Эй, – его мягкий голос вызывает мурашки. – Разве так плохо, что я так хорошо тебя знаю? Спортсменка недовольно дуется, стараясь смотреть в другую сторону. Всё равно они оба знают ответ. Ей это нравилось. Как бы ни раздражало, но так всегда легче, когда Соарин понимал её с полуслова, с полувзгляда. Всегда. Когда она без устали тренировалась на футбольном поле. Когда она прятала любой намёк на усталость или боль. Когда она усердно делала вид, что да, она самая крутая, даже когда сама мало верила в это. Она тяжело вздыхает, и это звучит, как капитуляция. Рэйнбоу никогда не может устоять перед его искренней улыбкой и понимающим – слишком понимающим – взглядом. – Да нет… – она поворачивается к нему лицом, всё ещё недовольно хмурясь, но чувствуя, как её раздражение сглаживается. – Просто иногда ты слишком внимателен, и это пугает. Ты словно читаешь мои мысли. Соарин улыбается чуть шире, и в его улыбке – любовь и нежность. – Я не умею читать мысли, – привычно мягко возражает он. – Я просто умею слушать. И видеть. Его рука ложится поверх её, и мягко сжимает. Подносит к своим губам и целует костяшки её пальцев, из-за чего Рэйнбоу краснеет, как маков цвет. – И то, что я знаю тебя так хорошо, совсем не значит, что ты не можешь меня удивить. – Ладно, ладно, убедил, – бурчит она, тщетно стараясь подавить небольшую улыбку. – Но в следующий раз хотя бы сделай вид, что задумался! Он ласково смеётся и целует её в висок. – Как скажешь. Он знает, что Дэш на самом деле не злится. Просто ей нужно немного времени, чтобы принять свои чувства и привыкнуть, что у неё есть человек, перед которым не нужно выпендриваться и носить маску сильной. Просто он умеет справляться с её импульсивностью и прямолинейностью. Собственно, за это он её и любит.