Часть 2

**Глава 2: «Призраки прошлого»** --- Ночь. Казармы. Кошмар ворвался, как граната без чеки. Эви снова была тринадцатилетней — худенькой, с веснушками, которые отец называл «грязью на лице». Его ручищи, пропахшие виски и порохом, сжимали её плечо у ржавой двери сарая. «Армия выбьет из тебя сопли, девочка. Или сломает хребет. Как меня». Во сне она билась о замок, а снаружи гремел его смех, сливаясь с грохотом выстрелов. Щупальца дыма обвили её горло, превратив крик в хрип: «Слабая! Ты всегда будешь ничтожеством....» Реальность. Эви проснулась с воплем, впившись ногтями в простыню. Сердце колотилось так, будто рвалось через рёбра. Зеркало напротив кровати отразило бледное лицо, мокрое от слёз. «Не сейчас. Только не сейчас». Она судорожно схватила подушку, пытаясь заглушить рыдания, но тело трясло, как под обстрелом. --- Коридор. Гоуст замер у двери, услышав приглушённый стон. Его пальцы сжали косяк — этот звук не был похож на обычный ночной кошмар. «Шоу». Он постучал трижды, резко, по-военному. Ответа не последовало. Дверь поддалась с третьего удара плечом. Эви сидела на кровати, обхватив колени, рыжие волосы слиплись от пота. Увидев его, она дёрнулась назад, ударившись спиной о стену: — В-вы… не трогайте… Он снял маску. Впервые за годы. Шрам через губу дрогнул, когда он опустился на колени перед ней, медленно, как перед диким зверем: — Это я. Саймон. Её зелёные глаза расширились. Он протянул руку, давая время отпрянуть, но она вцепилась в его ладонь, как утопающий в спасательный круг. — Про… простите, — выдохнула она, содрогаясь. — Молчи, — он обнял её, прижав голову к груди, где под футболкой прятался шрам от пули. — Ты в безопасности. Она разрыдалась, кусая губу, чтобы не кричать. Его пальцы водили по её спине, рисуя невидимые узоры — код, который он не мог расшифровать сам. --- Комната Гоуста. Он нёс её по тёмным коридорам, прикрывая своим телом от сквозняков. Его комната оказалась непохожей на казарму: стены цвета хаки, но с акварельным рисунком горной гряды над кроватью. На полках — книги по тактике с закладками из гильз, коллекция ножей в стеклянном шкафу и… плюшевый медведь в углу с нашивкой «Bravo Six». На столе — модель вертолёта, собранная из спичек, а на подоконнике — герань в жестяной банке из-под патронов. — Ты… садовод? — Эви хрипло рассмеялась сквозь слёзы, когда он уложил её на кровать с тёмно-серым бельём. — Цветы не предают, — он натянул на неё свой свитер с капюшоном, слишком большой, пахнущий порохом и ментолом. Она уснула, вцепившись в его руку. Он остался сидеть на полу, спиной к кровати, слушая, как её дыхание выравнивается. --- Утро. Эви проснулась от тепла. Её лицо уткнулось в голую шею Гоуста, рука лежала на его животе, где шрам-молния пересекала закалённые мышцы. И ещё… что-то твёрдое упиралось в бедро. — Спокойно, солдат, — его голос звучал хрипло от недосыпа. — Это не мина. Она дёрнулась, но он обвил её талию, прижав ближе. Маска лежала на тумбочке, открывая лицо — карие глаза, тёмные волосы с проседью, шрам на губе, будто рот располосовали нитью. — Вы… это… — она покраснела, как сигнальная ракета. — Биология, — он усмехнулся, и шрам изогнулся. — Хочешь провести эксперимент? Эви ёрзнула, специально усиливая трение. Гоуст застонал, впиваясь пальцами в её бедро: — Шоу… — Что, сэр? — она невинно подняла брови. — Просто пытаюсь встать. — Ты играешь с огнём, — он перевернул её под себя, прижав к матрасу. — Урок третий: не дразни голодного зверя. Его губы коснулись её шеи, оставляя след жара. Эви засмеялась нервно, выкручиваясь, и с грохотом свалилась на пол вместе с одеялом. — Беглянка, — он бросил ей носки. — Надевай. Твои промокли. --- Коридор. Эви, в его свитере до колен и с растрёпанными волосами, столкнулась с Лизой, выходившей из душа. — О боги! — Лиза уронила мыльницу. — Ты… у него? Всю ночь?! — Это не… мы не… — Эви попыталась прикрыть ноги, но свитер сползал. — Не врёшь, — Лиза тыкнула в её шею. — Синяк! Он тебя пометил! — Это на тренировке произошло! — Ага, в постели, — Лиза засмеялась, как пулемёт. — Жду приглашения на свадьбу! Эви бросилась в свою комнату, где на пороге ждала банка чёрного лака. Записка: «18:00. Стрельбище. Придёшь — узнаешь, как целоваться без укусов. Не придёшь — буду считать, что боишься». Она разорвала бумагу, но кусок с подписью «С.Р.» сунула в карман. Внизу, мелким шрифтом: «P.S. Медведя не трогай. Он кусается». Конец главы 2: «Призраки прошлого» --- P.S. Даже у призраков есть свои демоны. И иногда эти демоны носят рыжие веснушки и пахнут порохом.