Уют. Фауст VIII/Элайза (PG-13)

      Проходя по квартире, в которой когда-то они жили вдвоём, Иоганн ностальгически осматривал обстановку. Настенные часы, массивные, в резном деревянном корпусе, с маятником, которые Элайза так упрашивала приобрести, больше не работали. Стрелки застыли в безвременье, как и их хозяйка. Они когда-то так успокаивающе тикали. Фауст ласково провёл рукой по деревянному корпусу, вспоминая, что совсем недавно всё было по-другому.       Фауст зашёл домой, повесил пальто, положил шляпу, надел тапочки. Часы были близки пробить семь часов. Из кухни доносился аппетитный аромат сочетания мяса и овощей, и другой, едва ощущаемый запах песочного теста и малинового джема. Он прошёл по коридору, стены которого были обклеены бежевого цвета обоями и темного орехового цвета плинтусами. Всё это было выбрано Элайзой. К каждой мелочи в этой квартире она приложила свою руку, начиная с того, что всё блестело от чистоты.       — Я дома, милая Элайза.       — Рада тебя видеть. Вымой руки и садись за стол, мой дорогой Фауст.       — Представляешь, сегодня к нам обратились родственники девушки с такими же симптомами, как и у тебя. Благодаря нам многие пациенты, считавшие своё положение безвыходным, смогут получить помощь и шанс на счастливую жизнь, — как всегда самозабвенно рассказывал он истории о своих пациентах.       Элайза была благодарным и эмоционально включённым слушателем. Он любил рассказывать ей забавные истории, чтобы чаще видеть улыбку и слышать смех. Она сопереживала пациентам из грустных историй, словно сама чувствовала их боль, а Фауст не хотел беспокоить её и без того слабое сердце. Внезапно в дверь позвонили. Фауст засуетился. Посреди гостиной оказалась внушительная коробка. Элайза встав при входе, наблюдала.       — Знаю, ты давно мечтала о чём-то уютном, а потому я решил подарить тебе кресло-качалку.       Кресло было с мягкой спинкой и подлокотниками, и очень хорошо по цвету вписывалось в бежево-коричневый интерьер гостиной.       — Спасибо, мой щедрый Фауст, — целуя в щёку, проговорила она.       После ужина она вытирала чистую посуду полотенцем и одна тарелка выскользнула из её рук.       — Тебе не стоило так утруждать себя. Я мог бы помочь с уборкой посуды, — склонившись рядом и подбирая осколки, заговорил Фауст.       — Я не устала, это просто случайность.       — Как бы там ни было, береги себя. Ты совсем недавно вышла в ремиссию, не подвергай себя чрезмерным нагрузкам.       Элайза устало улыбнулась.       — А всё-таки жаль эту тарелку. Этот столовый набор подарила нам твоя семья.       — Не бери в голову. Мелочь. Ни одна тарелка в мире не заменит мне тебя.       Элайза отмахнулась при случае с тарелкой, называя произошедшее событие чем-то несерьёзным, случайным. Но такие мелочи стали происходить с регулярной частотой. Вещи валились из её рук, а сама она становилась раздражённой. Поддержание уюта в доме быстро истощало её силы. Иоганн же со своей врачебной чуткостью замечал: с ней явно что-то не в порядке. На ней лежало ведение быта, а вечерами она посещала колледж по специальности сестринское дело, а когда занятий не было — садилась за повторение конспектов. Ещё совсем недавно она казалась невероятно бодрой и полной сил. Теперь же часто Элайза выглядела утомлённой, кожа на её лице выглядела сухой, секлись волосы, вдобавок появлялись первые признаки простуды. При таких расхожих симптомах, которые можно было отнести к разным недугам, как ни странно, ответ лежал на поверхности. Началась весна, а значит, все симптомы говорили об авитаминозе. Ничего, это поправимо. Анализ крови лишь подтвердил догадку, указав на недостаток нескольких витаминов.       — Рановато ты сегодня, я даже ужин не успела приготовить, — с хитрецой заметила Элайза, а голос её звучал до странного хрипло. — Обычно из больницы тебя не вытащишь. А тут, словно муж-ревнивец Отелло, неожиданно являешься домой.       — По-моему, я достаточно перерабатывал, чтобы на некоторое время сменить приоритеты и подарить больше времени любимой жене, — сказал он, внося в кухню два до отвала наполненных продуктами бумажных пакета. — Сегодня готовить буду я, — добавил Фауст и надел на себя белый в красную клеточку фартук.       — Тебе идёт очень фартук. Выглядишь как настоящий домохозяин. Невероятно притягательный домохозяин, которого хочется ущипнуть, проходя мимо.       Едва она это произнесла — потянулась к носовому платку. А прекрасные голубые глаза приобрели слезливый блеск. Открытые участки рук и ног покрылись мурашками — явный признак озноба.       — Элайза, милая, тебе на больничный нужно… — произнёс он таким севшим от отчаяния голосом, словно она при смерти.       Но, за мгновение ока вернув себе самообладание, продолжал. — Похоже, самое время для срочных мер.       Фауст подхватил Элайзу на руки, отнёс в гостиную, усадил в кресло-качалку, укрыл пледом и поцеловал в лоб. А сам принялся шебуршать на кухне, готовя еду. Под плавные покачивания кресла, тепло пледа и мерное тиканье часов, Элайза задремала. На сопротивление сонливости просто не было сил. Разбудил её насыщенный запах горячего шоколада. Похоже, Иоганн не решился её разбудить и просто оставил напиток, щедро украшенный маршмэллоу, на столике рядом. «Горячий шоколад — очень полезный напиток. В нём много антиоксидантов, витамины группы B, цинк и другие, а маршмэллоу просто кладезь витаминов группы В» — услышала она фразу в голове голосом Фауста, словно он стоял рядом и говорил ей здесь и сейчас. Вкус был превосходным: не слишком сладким, не чувствовалась горечь, а сливки придавали нежности.       Болезненная слабость снова сморила Элайзу. Тело, ослабленное хронической болезнью и авитаминозом, дало слабину и подцепило простуду. В сущности, мелочь для обычного человека, но для неё, большую часть жизни проведшей в больнице под надзором врачей, любая инфекция могла стать фатальной. Только вот Иоганн стал её надёжным защитником. А спасать её теперь, чахлую принцессу, приходилось от самого непредсказуемого и незаметного противника — вируса.       — Просыпайся, милая. Знаю, состояние не из лучших, но тебе нужно поесть и набраться сил. Хотя бы немного, — поглаживая по копне светлых волос, уговаривал он.       Сильного жара не было. Иоганн надеялся, что и не будет. Открыла глаза Элайза уже в кухне, как и была, сидя на кресле с пледом. Невероятное перемещение в пространстве. А между тем удивило не только это. На столе стоял графин с чаем в меру сдобренным лимоном и сахаром. Немудрено: в её положении просто необходимо много пить. И Фауст споил бы ей цистерну этого чая, лишь бы быстрее выздоровела. Иоганн наложил ей всего понемногу.       — Рис богат витаминами В1 и В6, а ещё магнием и селеном. Способствует выведению токсинов. Треска — источник витаминов группы В, и что сейчас для тебя наиболее важно: С, Е, А.       Элайза почувствовала, как заложенный нос едва улавливает аромат запечённой с майонезом, сыром и помидором трески. Этот аромат возвращал истощенному простудой телу аппетит. А замыкал процессию блюд овощной салат с брынзой. Супруги пожелали друг другу приятного аппетита и приступили к еде. Элайза с нежностью смотрела на Иоганна. С таким мужем никакие авитаминозы и простуды страшны не будут.