Глава 1. Часть 7. Не думай о прошлом, не мечтай о будущем

Часть 1.7

      Медленно спускался лифт, минуя этаж за этажом. Небольшая светлая кабинка с широким зеркалом по центру была заполнена привычной спокойной музыкой. Она пробегала от каждого уголка к другому и бесцеремонно касалась тела целиком. И хотя эта нежная мелодия заставляла расслабиться, со временем стала многим поднадоедать. Каждый из четвёрки расположился по разным углам. Хиса прижалась к зеркалу, затаив дыхание. Виктория уместилась рядом с панелью, сложила руки на животе и смотрела в пол, отвернувшись от зеркала. Энтони стоял в углу по диагонали от неё со скрещенными руками на груди. То же смотрел в пол, изредка поглядывая на меняющиеся номера этажей. Мэнди ютилась рядом с ним, слегка касаясь своим его плеча — одну ладонь подставила под локоть, а пальцами второй игралась с небольшим кулончиком в виде снежинки, который вытащила из-под ворота. За всю эту скромную поездку никто не проронил ни слова, хотя Мэнди пару раз даже попыталась.       Покинув стены офиса, четвёрка остановилась позади него, у чёрного хода. Все молча отошли к неподалёку располагавшимся скамейкам и стали наблюдать, как вокруг бурлит жизнь — ждали своего «водителя». Вдали, на парковке, проезжал разнообразный транспорт — кто-то останавливался на отведённых линиями местах, кто-то отъезжал. С парковки периодически раздавались голоса людей. На территорию Роланда вскоре заехал небольшой грузовик и притормозил среди остального. Иногда в небе пролетали голуби, оставляя за собой негромкое щебетание.       — А мы случайно... не будем составлять какой-нибудь план? — Тихо подала голос Хиса и поёжилась от того, как громко он прозвучал.       — По ходу разберёмся. — Сухо ответил Энтони.       — А если... если произойдёт что-нибудь серьёзное?... — Ян напрягла плечи. Она лишь искоса поглядывала на него.       — Сказал же. Разберёмся. — Отрезал тот, отчего Хиса резко вздрогнула.       — Ну прекращай. — Дала о себе знать уже Мэнди. Она видела, как всем здесь неуютно. — План нам действительно не помешал бы. Хоть какой-нибудь.       — Заходим внутрь. Смотрим участников и их проекты. Спрашиваем о старейшинах и сразу уходим. Устраивает? — Не выдержала Виктория. Она отвернулась ото всех и начала вглядываться в забитую машинами территорию.       — И это, по-твоему, план? — Усмехнулась Мэнди, проводя глазами полосу вдоль её спины. — А если действительно что-нибудь выйдет из-под контроля?       — Насчёт этого можешь не переживать. Со мной не выйдет.       — Какая уверенность. — Проговорил грубым тоном Энтони, сплюнув слюну в газон. — Небось, сама будешь той, кого придется вызволять.       — Можешь даже не напрягаться. Если такое и произойдёт, сама выберусь без проблем.       Никто не видел лица Виктории, но тем не менее в этом не было большой необходимости. Её выражение было таким же спокойным, как и речь. Складывалось ощущение, что она и вовсе не беспокоится ни о чём. Да только брови её так и норовили опуститься, затемнить веки, но она удерживала себя от этого порыва. Пока под грудной клеткой что-то неприятно ворочалось и скребло по стенкам.       — И на том спасибо. Руки об тебя лишний раз пачкать не придётся.       Энтони всё не переставал изредка коситься на чужой силуэт. Слыша до боли противный голос Вдовы, он невольно сжимал челюсти, пока пальцы наливались колким зудом. Теперь, когда они снова начали работать вместе, им придётся делить седло за лидерство. Если раньше они могли долго спорить на эту тему, по итогу приходя к компромиссу в виде поочерёдной дележки главенствования, то теперь это, вероятно, будет соревнование, завязанное едва ли не на их гордости.       — Может, нам всё-таки не стоит так.. ругаться? — Прозвучал тихий голос Хисы. Она стояла неподалёку от них, где-то между, и всё прятала руки за спиной, сдавливая пальцы. — Мы же всё-таки теперь команда...       — В твоих влажных фантазиях. — Усмехнулся Энтони, отчего Ян прикусила язык. За это ему сразу же прилетел пинок локтем в ребро. — Да чё?       Мэнди оставила его без ответа. Она сделала пару больших шагов в сторону, тем самым оказавшись рядом с Ян. И мягко приобняла её за плечо, заулыбавшись.       — Раз вы не хотите работать сообща, мы с Хисой будем сами по себе.       — Как хочешь. — В унисон буркнули Виктория и Энтони, а Мэнди на это скривила лицо.       — В общем, так! Если...! — Но не смогла договорить.       Вдали громко заревел мотор. На линии проезжей части мелькнуло ярко-красное пятно. В поле видимости вырвалась машина — резко вырулила вправо, задрифтовала на пару метров, сделала резкий разворот. Скрипнули шины по асфальту. Тачка затормозила прямо перед Исполнителями. На земле осталось несколько чёрных ребристых полос, поднялось облако пыли. Это была самая, что ни на есть, гоночная машина — низкая, вытянутая, с гладкой блестящей поверхностью и мягкими округлениями, но без номерных знаков. Алый, почти кровавого цвета, корпус не смог не привлечь внимания — он так и кричал: «Встречайте Ведьмину кошку». Из машины раздавалась громкая танцевальная музыка — она лишь усилилась, когда открылась передняя дверь. Мэнди подпрыгнула на месте, а затем замахала ладонью в приветствии. Тем временем хозяйка авто облокотилась локтем о крышу машины. Она махнула головой, откидывая назад завитые на концах рыжие волосы и следом приспустила кошачьи солнцезащитные очки на кончик носа.       — Ну что, детвора. Давно не виделись. — Женщина надула небольшой белый пузырь и лопнула его, прикусив зубами. Натянула очки обратно.       — Приветик. — Заулыбалась пуще прежнего Мэнди. А там и Хиса робко помахала ей рукой.       — Какая мы те детвора, кашолка? — Энтони подошёл ближе и окинул её оценивающим взглядом.       — Ну не обижайся, милый. Я не виновата, что ты младше меня. — Девушка улыбнулась в ответ с заметной издёвкой.       — Аж на целый год, блять!       Перепалка не развилась — Мэнди подскочила к Дагласу, резко подхватила его под локоть и потянула к машине. Тот перечить не стал — открыл заднюю дверь, пропустил её вперёд и сразу захлопнул. Сам сел на переднее пассажирское. Тем временем Хиса осторожно обошла женщину и села позади, с другой стороны. Осталась лишь одна Виктория, которая всё это время стояла на том же месте и наблюдала за передвижением товарищей.       — Ну приветули, Вдовочка. — Произнесла женщина, отлипнув от машины. Слегка виляя тазом и цокая каблуками, она подошла поближе к Аметист и сложила руки на груди.       — Давно не виделись, Ведьма... — Виктория раздражённо оглядела её обтягивающее стройную фигурку шёлковое платье чёрного цвета. Ведьма сместила вес на одну из стройных ножек и совсем стянула с себя очки.       — Какая-то ты совсем не весёлая. — Она наигранно надула губки и чуть опустила подбородок. Начала крутить очки за душко. — Тебя кто-то обидел?       — Разве меня может кто-то «обидеть»? — Виктория положила одну ладонь поверх другой. Её собственный подбородок приподнялся, а серые глаза зафиксировались на чужом лице.       — Ну да-а-а.. — Ведьма в ответ оглядела её с ног до головы, выждала пару секунд. — Такую властную женщину, как ты, очень трудно ранить. — Надела очки обратно. — В общем-то.. Мило побеседовать мы ещё успеем... Милости прошу.       И залезла на водительское. Виктория протяжно втянула воздух, но спустя мгновение всё же прошла к тачке и села назад к Мэнди. Ведьма завела мотор, и они плавно тронулись с места. Машина сделала небольшой разворот и выехала с территории Нойманна. Они двигались по уже привычным дорогам Элеваторных путей. Иногда сворачивали на соседние улицы. Иногда останавливались на перекрестках, когда вспыхивали красные лампы светофоров. Казалось, обстановка вокруг пыталась всеми силами окунуть пассажиров в свою безмятежную обыденность. Рядом проезжали машины (какие-то совсем ржавые и дёрганые, другие начищенные до блеска), на бордюрах мирно шли пешеходы. Какое-то количество человек ютились на остановках в ожидании автобусов или троллейсов. Они как раз проехали мимо одного такого последнего — самый обычный общественный транспорт, прикованный тросами к троллеям над его макушкой. Тем не менее бурлящая жизнь района так и не смогла пробраться внутрь тачки — в воздухе повисло напряжение. Ведьма немного убавила громкость музыки. Она сидела расслаблено, постукивала длинными острыми ноготками чёрного цвета по обивке руля, переключала скорости. Покачивала головой и порой двигала губами, повторяя слова в песнях. А ещё она иногда поглядывала на рядом сидевшего Энтони из-под очков. Он развалился на сидении так, что колени вжались в нижнюю часть бардачка, и стал покручивать в ладони зажигалку. Одна из его стоп вытаптывала под собой невидимую ямку, хотя плечи были опущены. Ощутив на себе чужой взгляд, Даглас отвернул голову к окну.       — Что такой грустный, а, Джек? — Усмехнулась Ведьма, внимательно смотря на соседние машины и выворачивая руль направо.       — Завались. — Тихо выдал тот.       — Какие же вы скучные... — Ведьма наигранно приподняла бровки. Но затем заулыбалась и бросила взгляд на зеркало заднего вида. — Эй, ребзя. Что молчим? Хоть расскажите что-нибудь любимой тётушке.       Мэнди первая посмотрела на Ведьму. Она сидела по центру и немного склонилась вперёд, пока ладони удерживали собственное личико. Улыбнулась и заглянула в зеркало.       — Ванесса, а ты не будешь с нами заходить?       — Вот ещё. Мне, по-вашему, заняться, что ли, нечем? — Она снова улыбнулась. Большие кольца на ушах дрогнули и закачались сильнее.       — А чем ты тогда будешь заниматься? — Продолжила Мэнди.       — Секрет фирмы, дорогая.       Мэнди нахмурилась, надув разок щеки, а затем повернулась к Виктории. Она заметила, как та смотрит в окно, старательно избегая отражения, и практически не двигается.       — Вик... Что именно ты планируешь делать, когда приедем?       — Ничего помимо того, что ты уже слышала. — Виктория так и не оторвалась от стекла.       — Может быть, всё-таки детальнее это обсудим?... — Продолжила Мэнди. Аметист же резко зыркнула на двух впереди сидящих и отвернулась обратно.       — Воздержусь.       — Вот скажите мне на милость. — Мэнди резко откинулась на спинку кресла, тем самым слегка толкнув двух коллег, и начала чесать затылок. — Раз уж Четвёртый собирается смотреть на всяких там изобретателей, почему бы ему просто не открыть курс обучения для них в своём училище? Он сразу сможет понаблюдать за учениками и отобрать себе лучших.       — Это, наверное, слишком долго... — Ответила вдруг Хиса. — Зачем растягивать на несколько лет, если проблему можно решить одним вечером?       — Ну-у. Может быть, и так. — Нахмурилась та в раздумьях, но чуть позже подскочила и прищурилась.       — Тогда другой вопрос. Зачем ей изобретатели?... Что такого они там собираются делать? Кто-нибудь задумывался об этом, м?       В ответ ей тотчас прилетело сразу несколько реакций. Виктория закатила глаза. Энтони спокойно посмотрел на неё через зеркало. Ведьма открыла окно рядом с собой, положила локоть на него и скучающе вздохнула. Хиса же начала смотреть на неё с лёгким интересом, разглядывать лицо.       — Нет смысла голову ломать. — Отозвался Энтони, переставляя ногу в более удобное положение. — На месте всё узнаем.       Мэнди не нашлась, что ответить, и притихла. Остальные тоже ничего не сказали. Только Хиса продолжала поглядывать на неё— спустя пару минут набралась смелости.       — Мэнди... А твои волосы.. не привлекут лишнего внимания?       — Волосы? — Переспросила та. Она подхватила один из салатовых локонов, разгладила его. — Точно... Наверное, привлекут.       Хиса дёрнулась, словно собираясь что-то сказать, но понурила голову. Мэнди же решила не давить на неё и даже успела отвернуться. Однако, повернулась обратно, почувствовав лёгкое шевеление слева. Хиса завела руки за голову и принялась развязывать бандану, а как отвязала, вручила платок Мэнди.       — Тебе нужнее будет... — Проговорила та смущённо, поправляя волосы.       — Ой, Хи-иса.. Спасибо. — Ласково улыбнулась Мэнди. Она приняла платок и повязала его на голове, запрятав под него волосы полностью. — Я верну его тебе, когда вернёмся.       — Ну.. можешь.. оставить себе. Я всё равно редко такое ношу... — Хиса немного отвернулась к окну, а затем выпалила, глянув в зеркало на Ванессу. — А м-мы будем там до конца выставки?...       — Не знаю, как вы. Я — да. — Вдруг ответил Энтони спокойным голосом.       — Что ты там делать собрался? — Подключилась Мэнди, полностью переведя внимание на него. Она немного выдвинулась вперёд и положила руки на его кресло.       — Не важно.       — А вот и важно!       — Прекращай. — Энтони выставил руку себе за кресло, а затем поймал голову Мэнди и осторожно отодвинул её обратно в салон.       — Нет! Говори!       Тем временем Ведьма скучающе протянула руку к встроенному магнитофону на панели автомобиля. Пара движений, и в салоне ещё громче заиграла ритмичная музыка.

***

      «Кошка» притормозила неподалёку от одного небольшого торгового центра. И пока почти все пассажиры начали покидать авто, Ванесса внезапно остановила одного из них.       — Вдовочка. Не найдётся лишней минутки? — И улыбнулась в зеркало, глядя ей в бледные глаза.       Остальные поспешили выйти, но Виктория так и осталась сидеть вместе с Ванессой в машине.       — Вместе пойдём или всё-таки разделимся? — Протянула Мэнди. Она подошла к Энтони, но иногда поглядывала на тонированные окна.       — Разделимся. — Ответил тот, просовывая руку в карман куртки, чтобы нащупать там пачку сигарет. Но вытащив её наружу, скомкал и бросил в сторону. Оставалась всего одна сигарета, и он тут же её поджёг зажигалкой. — Можете идти вперёд. Позже вас догоню.       Мэнди поджала губы, опустила взгляд на тлеющую сигарету в его руке. Перечить не стала. Пока Виктория разговаривала с коллегой, Мэнди с Хисой притормозили в одном из скверов. Энтони же поплёлся к ближайшему табачному ларьку. Он быстро закупился тремя пачками «Тихого Гилда», ещё раз перекурил на дорожку и направился немного не к музею. Он шёл окольными путями — скрылся меж соседних зданий, миновал несколько переулков и оказался позади нужного двухэтажного здания. Энтони целенаправленно двигался к двери заднего хода, приглядел неподалёку пожарный выход, начал озираться по сторонам. Не обнаружив никого постороннего, Даглас приблизился к металлической чёрной двери и попробовал её открыть. Заперто. Тогда он прикрыл её собой и протянул к замочной скважине руку. Один из пальцев за долю секунды покрылся чернотой, прорезался длинный коготь. Джек с минуту постоял так, изредка поглядывая в стороны, и вскоре подобрал нужную комбинацию. Прозвучал тихий щелчок и дверь приоткрылась.       Энтони аккуратно заглянул в проём, прислушался к звукам, и не найдя ничего, что вызвало бы подозрений, прошмыгнул внутрь. Он вышел из-под лестницы, ведущей на второй этаж, и быстро поднялся наверх. Его встретил длинный коридор с несколькими дверьми. Над каждой была табличка, но привлекла Энтони только одна с надписью «Главный директор». К счастью, здесь было пусто и тихо — все толпились на нижнем этаже — а потому он быстро переместился к нужному кабинету и медленно опустил ручку. Дверь также медленно раскрылась. Даглас, тихо вышагивая вперёд, осмотрелся. По центру разместился длинный стол перед широким окном, по углам шкафы. Рядом с одним из них стояла низкая девушка с собранными в пучок русыми волосами. Вокруг всё было украшено растениями, ярких цветов оригами, а в углу красовался огромный глобус.       — Мужчина, вы что себе позволяете? — Резко обернулась девушка, и Энтони увидел её миловидное личико. — Немедленно покиньте кабинет, пока я...       Энтони закрыл дверь, повернул замок на ручке и посмотрел на директрису. Та прижалась плечом к шкафу и сдавила в руках папку, которую взяла ранее. Даглас нерасторопно направился в её сторону.       — Мужчина... — По её лбу стекла пара капель пота, а дыхание участилось. Она начала бегать глазами, ища обходные пути. — Зачем вы сюда пришли?       Энтони приблизился. Его руки были сжаты, но не напряжены. Он смотрел директрисе прямо в глаза. И та в момент вздрогнула, стоило ей заметить, как из-под чужой челки на неё смотрят два холодных голубых огонька.       — За ответами.       Джек замахнулся — прозвучал глухой стук. Он подхватил директрису, опустил её на пол, но поднялся не сразу. Сидя на корточках, он поднес руку к её лицу, чтобы проверить дыхание, чуть позже осторожно оттянул одно из век. Директриса была без сознания, и, удостоверившись в этом, наконец поднялся. Подошёл к офисному столу, закрыл шторами окна, стараясь не показываться в них, рухнул на кожаный стул и залип. Он принялся разглядывать экран светопроектора, включил его, дождался, когда система загрузится. И первая же проблема, с которой он столкнулся — пароль. «Блятство». — Выругался Джек, откатываясь на стуле назад. Он начал слегка покачиваться на нём из стороны в сторону, свободно раздвинув колени, почесал нос. Несколько секунд спустя тихо встал на ноги, повернулся к окну и приоткрыл край шторы. Вдали, за деревьями, показался небольшой сквер с лавочками. Среди стволов мирно сидели Хиса и Мэнди. Они разговаривали о чём-то, но отсюда даже лиц их практически не было видно. Джек заметил, как Мэнди встала перед Хисой, но напрягся — потому что в коридоре послышались шаги. Голова резко повернулась к двери, рука отпустила штору, дыхание замерло. Несколько звонких стуков.       — Селерия Атью? Пришли новости от лизаров из Лизенборга. — Послышался мужской голос по ту сторону двери, за ним спокойное дыхание. Джек нахмурился сильнее, прищурился. — Вы у себя?       Ещё с минуту мужчина постоял в коридоре, дёрнул ручку пару раз, но, не дождавшись ответа, ушёл. Джек сплюнул в мусорное ведро и полез рыться в столе директрисы. Он перебирал рабочие бумаги, раскладывал в порядке, в котором доставал, изучал блокноты и тетради. Заглянул в шкатулки и пустые баночки в самой нижней выдвижной полке, но ничего кроме побрякушек и бижутерии не нашёл. Протяжно вздохнув, он посмотрел на директрису. Она продолжала лежать без сознания, медленно дыша. На её руке держался коммуникатор, сама она была одета в строгие юбку-карандаш и светлую блузку. Джек подошёл к ней, осторожно снял устройство и вернулся с ним на кресло. Как только перед ним всплыл дисплей, он отложил саму свечку на стол, принялся вертеть зажигалку в свободной руке. А затем Джек обратил внимание на фон дисплея — на рабочем столе стояла фотография, сделанная кем-то со стороны: сама Селерия, одетая в растянутые футболку с шортами, сидела на полу рядом с трёхгодовалым мальчиком и протягивала ему бумажную, но почти живую лошадку, когда кончики её пальцев источали белые искры. Энтони замер — лишь на мгновение. Пальцы застыли. А сбоку мигнул слабый огонёк, который заставил обратить на себя внимание. Но Энтони, не глядя, тряхнул головой, сорвал с предплечья появившийся один крохотный цветок и полез во вкладку с личными заметками.