5. Риня, "Не хочу!", шесть

      В семье Поповых прошел еще один месяц, за время которого дети успели выздороветь, и в целом много чего еще. Но думать об этом они не успевали, новый месяц сносил с ног. Так, осенним вечером Кьяра принесла из школы согласие на прививку, а Антон еще не подозревал, что его ждет. Лишь следующая неделя ввела его в курс дела. Прививка ждала не только Кьяру, но и его.       Около поцедурного кабинета выстроился целый ряд из маленьких стульчиков, на которых сидели явно переживающие малыши, потому что младшая утренняя группа, ушедшая недавно, вселяла страх своими слезами. А товарищи тоже не могли порадовать. Уверял друг друга в том, что это не больно со слезами на глазах. Антон им уже не верил. Несмотря даже на тех смельчаков, которые выходили из кабинета без намёка на слезы.       В коридоре уже ждали обеспокоенные родители, а дети из-за этого сильнее переживали. Кого-то приходилось держать, несмотря на все попытки Арсения договориться. Последним был Антон. Воспитательница взяла его за крошечную ручку, и завела в кабинет, по пути объясняя, что это совсем не больно, и слезы ронять не стоит. Шастун лишь кивал головой.       —Арсений Сергеевич, это последний. Давай, Тошенька, подходи к доктору, — улыбнулась девушка малышу.       —Это мой сын, — пояснил Арсений, — поэтому можете идти, мы тут справимся, и тихонечко уйдём.       —Ой, как замечательно! Хорошо, удачи, Антоша, — она погладила ребенка по голове и вышла из кабинета.       —Идем ко мне, малыш, — улыбнулся Арсений и расставил руки для объятий, — вот это у тебя сердечко стучит! Распереживался?       —Да. Просто много деток плакали.., — признался Антон, стараясь удержать слезы. Хотелось показать папе, какой он смелый.       —Они просто испугались. А мы с тобой успокоимся, и все будет замечательно, — спокойно рассказывал Попов, уже поставив ребёнку градусник подмышку, — о, ну хоть в космос! — увидев показатель, заключил он и надел на уши фонендоскоп, поднял футболку мальчика, — как у тебя прошёл день, чем занимались?       —Хорошо. Играли, — крато ответил Антон и поежился от холода мембраны. Арсений провел осмотр до конца, не забыв про шпатель, и посадил ребенка к себе на колени.       —А во что играли? Расскажешь? — педиатр поднял рукав футболки и начал надевать перчатки.       —Конструктор... Я рисовал... И в котиков! — начал вспоминать мальчик, пытаясь отвлечься от действий папы, даже закрыл глаза.       —А как это — в котиков? — мужчина беззвучно открыл спиртовую салфетку, протер детское плечо.       —Ой... Не надо, пап, — со слезами на глазах жалобно голоском попросил ребёнок, — я боюсь...       —Тош, мы хорошо идём, ты умничка. Лучше давай разговаривать, угу? — Арсений прижал голову ребенка к себе, и начал её поглаживать, предварительно сняв с неё перчатку, а в другую взял шприц, — так как там вы играли в котиков?       —Ну... Маша была мамой, я ребёнком, а Димка папой, — начал рассказывать мальчик, смаргивая горячие слезы.       —Вот это да! — Попов снял колпачок с иглы и поцеловал Антона в макушку, — а какая роль тебе больше нравится?       —Наверное, котёнка. Это весело, если родители хорошие, — на этих словах брюнет ввел иглу и начал давить на поршень, — мяукаешь, всякое такое...       —И шкодничаешь, да? — улыбнулся Арсений, уже прижимая ватку к детской руке.       —Угу.., — всхлипнул Антон, — я не хочу прививку...       —А я её уже сделал, зайка. Ты умница, — мужчина поцеловал юного пациента в лоб.       —А как это? Я даже не заметил.., — совсем запутался ребенок и смотрел на Арсения, не понимая, что вообще происходит.       —А вот так! Я же говорил, что детишки просто испугались. Ты у меня такой молодец, Тош, ни одной слезинки, — Попов смахнул одну единственную детскую слезу и встал со стула, взяв ребенка на руки. Антон просто улыбался. И пока шёл до раздевалки, и пока одевался, и когда шёл домой, и дома... Не было больно!

      

***

      —Мне кажется, что "Акварель" неплохо обучают, с малышами умеют работать, — Алёна листала бесчисленные сайты на ноутбуке вместе с мужем.       —Нет, не вариант. Воля говорит, что они как раз не умеют работать с малышами, нам такое не подходит, — Попов снял очки, вновь взглянул на предлагаемые результаты, — а "Фундук"?       —Здание доверия не внушает... Как будто вот-вот упадёт, — брюнет кивает, — а как тебе "Фея"?       —О, и сайт нормальный есть! Записываемся! — хлопает в ладоши Арсений после короткого взгляда на отзывы.

***

      —Папа, папа! Смотри! Мы рисовали грибы! — радостно выскакивает из кабинета художественного кружка Антон и протягивает Арсению рисунок, нарисованный гуашью, — красиво? — уже тише, стесняясь, спрашивает мальчишка. Мужчина с улыбкой смотрит на рисунок, целует ребенка в лоб и обнимает его.       —Очень, Антош, такая красота! Умница, — брюнет погладил мальчика по голове, — а как тебе группа? Учитель?       —Хорошо! Все веселые и добрые! — кратко заключает Антон и широко-широко улыбается. Арсений приятно удивляется неожиданной активности Антона, кажется, рисование — это его.

***

      Так и протекало время в семье Поповых. Мальчик уже почти совсем освоился, и начал перенимать черты характера Кьяры. Между детьми была удивительная связь. Пока что они не ссорились, только если немного, и это очень радовало родителей.       Но с воспитанием каждого из детей возникали трудности. Об этом по порядку.       В один из весенних вечеров, когда учебный год уже подходил к концу, наступила пора родительских собраний, на которое сходил Арсений. Собрание не доставило удовольствия. Как оказалось, Кьяра нередко пропускала последние и первые уроки, успеваемость, которая раньше была идеальной, вдруг упала. Причина мужчине не была понятна. Девочка не могла просто так прогуливать, и проблемы в учёбе были плохим звонком. Арсений вернулся домой и первым делом решил поговорить с дочерью.       —Кьяр, не молчи, пожалуйста. Просто расскажи все как есть. А дальше мы разберемся.., — говорил брюнет, сидя за кухонным столом. Девочка опустила голову и вздохнула.       —Рядом со школой есть остановка для автобусов, а за ней коробка... Я её спрятала. Там... Котенок. Рыженький, его зовут Риня, — Кьяра улыбнулась и посмотрела на Арсения, — Он кушать хочет. Вы отвозите меня в школу, и забираете оттуда, поэтому у меня есть время покормить его только утром или на последних уроках...       —А почему ты сразу не рассказала? — Попов старался сохранять спокойствие, и уже думал над тем, что делать с бедным котёнком.       —Не знаю... Я подумала, что вам с мамой не понравится эта история.       —Милая моя, нам с мамой больше не нравится та история, которая случилась сейчас. Ты прогуливаешь уроки, упускаешь знания, ещё и нас, получается, обманываешь.       —Прости, пап, я не думала, что так получится, — тихо проговорила девочка и поспешила спрятаться в кружке с чаем.       —Ладно, все хорошо. Давай лучше слушай план действий... Мы Риню забираем домой, ты подправляешь оценки, исправно ходишь на уроки. Хорошо?       —Правда? Правда можно забрать! Папа! Ты самый лучший! — девочка налетела на старшего с поцелуями и объятиями, чему тот был только рад.       —Только больше не обманывать!

***

      —Я не буду это есть! — уже на повышенных тонах общался Антон, упорно отталкивая тарелку с обедом, — не хочу!       —Антон, успокойся, пожалуйста. Не хочешь — не ешь. Зачем так шуметь? — обращается к ребенку Арсений, начиная злиться. С утра этому мальчишке все не нравится.       —Вот и не буду! — обиженно заключает ребенок, встаёт из-за стола и хлопает дверью в свою комнату.       —Арсений... Я что-то не понимаю... Что с ним?       —Не переживай, это нормальный этап. Он проверяет границы, бунтует немножко, — вздыхает брюнет, — просто надо быть спокойными, даже если сильно хочется начать рвать и метать все вокруг, — улыбается старший, моет за собой посуду и идёт к сыну.       —Антон, что это за бардак? — удивляется Попов, замечая, что по комнате ребенка будто ураган пронёсся. Шастун молчит и даже не смотрит на родителя, — уберись, пожалуйста.       —Не хочу! — снова включается в свою игру мальчик, скрещивая руки на груди.       —Антон, у меня терпение тоже не железное. Мне и маме обидно, что ты с нами так разговариваешь, — ребенок на это нервно сжимает пальчики, — Ладно, — пожимает плечами голубоглазый и начинает собирать игрушки. Прием работает.       —Прости, пап.., — прошептал Антон, — не надо, я сам, — смотрит прямо на старшего ребенок, начиная собирать конструктор в коробку.       —Я тебе помогу.

***

      —С днем рождения, Антоша, с днем рождения тебя! — хором поют Поповы, на торте гордо стоит цифра "6", дом украшен шарами, а сам Антон сидит в пижаме, ещё ничего не понимая, но загадывает желание и задувает свечу.       —Спасибо, — смущенно благодарит мальчик, улыбаясь.       —Поздравляем тебя, наш самый родной мальчик! Расти большим-большим, бесконечного тебе вдохновения, побольше здоровья и красивых рисунков, — звонко поздравляет сына брюнет.       —И много-много конфет, жизни в шоколаде! — добавляет Кьяра, и все смеются.       На кухне Антона ожидает мольберт, палитра, и все самое необходимое для юного художника, даже берет. В этот день мальчик чувствует себя особенно нужным, и наслаждается каждой секундой, ведь он наконец обрел настоящую семью.       А семья очень старается для того, чтобы Антон все это ощутил. Родители прячут слезу счастья, а Кьяра немного ревнует, но активно участвует в этом таком важном дне для её брата.       А Риня, новый член семьи, с завистью смотрит на накрытый стол и облизывает свои длинные белые усы.