Часть 10

Дни в детдоме текли однообразно и размеренно. Встать в семь, заправить кровать, умыться, потом завтрак, зарядка, подготовка к школе, обед, прогулка, развивающие игры, ужин, свободное время и сон. И так изо дня в день, без изменени, без потрясений. Драк больше не было, Вадик понарассказывал другим ужастиков о Сереже, якобы его глаза стали желтыми, лицо - страшным, а из пальцев выросли когти. И вообще, в Сереже живет страшное чудовище. Там жил только Птица, но не объяснять же это всем? Так что отношения с другими как-то не сложились. Его не обижали, но ловко избегали. В группе из десяти человек верховодила Стая, куда входили те, у кого мамы вообще никогда не было: сам Вадик, Антон, Миша, Лиза и Настя. Они были особенными, всегда вместе, не разлей вода. Пусть они не были родными, но очень походили друг на друга: одинаковыми взглядами исподлобья, ноющими интонациями, кривыми ухмылками вместо нормальных улыбок, даже мысли, казалось, были одинаковыми. “Домашних” чужаков они к себе не пускали. Тихоня Аня пришла недавно, перед ним, ее маму за что-то посадили в тюрьму. Она почти не разговаривала, часто плакала и так же, как и Сережа, держалась в стороне. Ее подружкой была домашняя кукла. Быстро стало понятно, что если куклу отобрать, то тихая и незаметная Аня превращалась в орущее и царапающееся существо. Последними были Паша и Никита, которыми пришлось стать друзьями. Они тоже были “домашними”. Родители Паши пили, а у мамы Никиты не хватало денег, чтобы содержать семерых детей, так что некоторых пришлось отдать. И одно место пустовало, ждало свою жертву. Воспитательницы, в принципе, были неплохими. Кроме Валентины, здесь работали еще Светлана, Надежда и Эльвира. Больше всех Сереже нравилась Валентина. Она была доброй, справедливой и часто пекла пироги, а иногда гладила его по голове и хвалила даже за пустяки. Надежда же, наоборот, не нравилась. Она была не злая, просто ей было все равно. Главное - тишина и порядок, а остальное не интересно: упала ли Аня, отобрал ли Антон у Птицы конфету, - все едино. Решение было одно - пара подзатыльников и угроза отобрать вечерний банан или мультики. У Светланы с Эльвирой все зависело от настроения: могли почитать сказку вечером или поставить ни за что в угол. Была еще учительница Екатерина Николаевна, которая готовила их к тестам. Что это такое Сережа не знал, но воспитательницы говорили, что те, кто не справятся, поедут в школу для дебилов, где все, каюк. Из людей там делают овощи. Сережа сначала испугался, что овощи получаются из людей, которые не сдали тесты, но ему объяснили, что это просто такое слово, которое означает, что ты будешь ходить, а изо рта будет слюна капать. Но тесты Сережу не пугали, он знал, что умнее всех в группе. Было видно, как остальным тяжело даются совсем простые задания: соединить картинку по цифрам, правильно расположить карточки или назвать все месяцы. К жизни в детдоме Сережа привык быстро. Авария почти не снилась. Здесь никто не молился перед обедом, никто вообще не говорил о Боге. Это было странно, но и к этому можно было привыкнуть. Иногда он вспоминал маму: рыжие, как у него, волосы, ласковые руки, запах меда и ванили, - тогда в груди становилось горячо, тогда он думал, что мама рядом и скоро его заберет. Анина мама заберет ее, как сможет, так почему его не может? Птице же было тесно за забором детдома. Он тосковал и маялся, запертый стенами и распорядком. Свои мелкие пакости он и не думал прекращать, лишь стал более осторожным. Печенье Насти, которое она отложила до ужина, оказалось в тумбочке у Вадика. Любимая машинка Антона сломалась, а подумали все почему-то на Пашу. Как ни старалась уборщица Ольга доказать, что она не выключала холодильник из розетки, никто ей не поверил. - Зачем? - спрашивал Сережа у Птицы, когда понимал, что очередная ссора - его рук дело. - Они заслужили наказание, - пожимал тот плечами. - Когда не умеешь себя вести, приходится за это расплачиваться. Однажды утром Птица разбудил Сережу воплями: - Вставай, я такое нашел! Да вставай же! Идем, покажу! Просыпаться не хотелось, но если Птице что-то взбрело в голову, то сопротивляться бесполезно. Сережа открыл глаза и понял, что стоит возле забора, на который упало дерево, так что можно было по стволу выбраться наружу. Это стало для Птицы отдушиной, он убегал на берег залива, смотрел на волны, кидал камешки в воду и успокаивался. Ссор в группе стало меньше, поэтому Сережа не препятствовал таким прогулкам. Жизнь постепенно входила в колею.