Жених и невеста

Даже поздняя ночь за полярным кругом мало чем отличалась от вечера. Солнечные лучи всë ещё освещали коридор, в котором у двери одной из гостевых комнат стоял Номер Один из Предвестников Фатуи. В своëм особняке он появлялся не так уж часто: регулярные миссии в других регионах не позволяли, да и, что уж таить, даже находясь в Снежной мужчина нередко выбирал остаться в Заполярном Дворце, а не возвращаться "домой". ...Но сейчас известие о необычном презенте выбора не давало. Чужой Глаз Бога в кармане с поличным выдавал личность неожиданного гостя, спустя долгое время вновь запев об одной по-детски наивной мечте. Устало вздохнув, Капитано всë же открыл дверь и прошёл в комнату, встретившись взглядом с той, которая год назад должна была стать его женой. Девушка, одетая в простенькую ночнушку, до того сидевшая на кровати, тут же вскочила и, с секундным запозданием осознав, что видит Капитано без маски, испуганно отвела взгляд. Реакция на разложение? Едва заметно поджав губы, Первый Предвестник осмотрел свою гостью — тот факт, что девушка была практически раздета, никаких чувств в нëм не вызывал. В целом, хоть обладательницу коротких голубых волос и нельзя было назвать королевой красоты, она была достаточно приятна на вид... Вот только отчего-то на еë лице виднелись ссадины, на острых, не скрытых одеждой локтях расцвели синяки, а учащëнное дыхание было коротко, излише отсторожно, будто могло причинить голубоволосой боль. Девушка, как бы сильно ни старалась сохранить внешнее спокойствие, заметно дрожала, очевидно боясь своего визави, и прикрывала небольшую грудь руками, всë же чувствуя ещё и некоторую долю смущения. Всë в еë поведении напоминало Капитану Фатуи, насколько она младше него, заставляя вновь пожалеть о принятом год назад решении. А ведь девушка, мнением которой, как оказалось, даже не интересовались, была рада ему не больше Предвестника. Она имела полное право уйти, когда еë волей так бесчестно пренебрегли, и не должна была стоять сейчас здесь. Предвестнику потребовалось ещё несколько мгновений на то, чтобы вспомнить еë имя — Феодора, не так ли? — Д-да, Ваше Высокопревосходительство — слабым голосом ответила она, едва избежав оговорок в сложнопроизносимом обращении, и набрала воздуха в грудь, собираясь сказать что-то ещё, как вдруг немного поморщилась — Я х-хочу сказать, что я... Ни в коем случае не хотела Вас оскорбить и- Капитано жестом показал ей остановиться и покачал головой — Не стоит — его голос был спокоен, что сильно контрастировало с еë взволнованным тоном. Мысленно он прикинул, что могло вызвать дискомфорт при дыхании — Останьтесь здесь на ночь. Утром Вас осмотрит врач, а после Вы отправитесь домой. Голубоволосая шокированно посмотрела на него, на мгновение даже перестав трястись. Отсутствие злобы или гнева в голосе Предвестника было неожиданно: как бы много хорошего о нëм не говорили в свете, привычки верить слухам девушка не имела. Спокойствие мужчины немного успокаивало, но он всë ещё безумно пугал Феодору — Т-то есть, Вы... Поможете мне вернуться в Ли Юэ? — сглотнув, неуверенно спросила она. Феодора понимала, какой именно дом имел в виду Капитано, но искренне хотела избежать попадания туда. Номер Один ненадолго прикрыл глаза, задумавшись. Выполнение этой просьбы — сущая мелочь для Предвестника, но... — Вы не хотите навестить семью? — спросил он. То, что у Феодоры были трудные отношения с родителями, понял бы любой хоть сколько-нибудь знакомый с дворянством человек, но мужчина точно помнил ещё нескольких обладателей еë фамилии, служащих в Фатуи, и они вполне могли относиться к родственнице с куда большим теплом. Девушка отвела взгляд, не произнеся ни слова. Посвящать чужого человека в подробности своей жизни абсолютно не хотелось, а отказ от ответа мог разозлить собеседника. Молчание становилось всë напряжëннее. Капитано тяжело вздохнул — Хорошо. Вы вернëтесь в Ли Юэ первым же паромом, билеты на который ещё не распроданы. До тех пор — будьте моей гостьей. Голубоволосая помолчала с секунду — Спасибо... — с оттенком недоверия поблагодарила она. Первый кивнул. Молча запустив руку в карман, он легко нашëл в нём бирюзовый камень. Артефакт, вернувший себе ровное сияние, тут же ответил на прикосновение приятным теплом. Мужчина протянул Глаз Бога Феодоре — Это принадлежит Вам. Она промолчала, широко раскрытыми глазами рассматривая, будто гипнотизируя взглядом, вещицу на ладони Предвестника. Голубоволосая знала, чувствовала, что еë драгоценная побрякушка всë время диалога был у Капитано, но всë равно лицезреть кусочек своей души спустя год разлуки было... Завораживающе. Сделав неуверенный шаг вперëд, она всë же забрала свой артефакт, случайно коснувшись пальцами чужой руки — Спасибо... — куда искреннее протянула она. Капитано ещё раз кивнул и, бросив короткий взгляд на собственную ладонь, что ещё чувствовала тепло чужого Глаза Бога, развернулся, чтобы покинуть гостевую комнату.

***

Пробудившись от беспокойного сна, Фирн увидела уже знакомую ей горничную, одну из слуг, что прошлым днëм встретили еë в особняке Первого Предвестника. Получив назад свою уже чистую одежду: широкие штаны и рубашку в стиле Ли Юэ — голубоволосая отказалась от помощи и сняла ночную сорочку, вновь увидев огромную гематому, занявшую значительную часть грудной клетки. Ещё свежая, причиняющая боль травма так и притягивала взгляд, напоминая кляксу, оставшуюся от пролитого на светлую кожу ночного неба. — Г-госпожа? — неуверенно позвала горничная, когда Феодора на несколько секунд замерла, рассматривая переливы цветов от тëмного, почти чëрного фиолетового до желтовато-красного, разлившиеся на еë груди. Что-то для себя решив, она подошла к голубоволосой и мягко улыбнулась — Госпожа, не переживайте, доктор уже скоро прибудет. Уверена, от этого ужаса не останется и следа — ободряюще сказала она. — А? — отмерев, обронила Фирн — Да... Да, конечно, я сейчас... — пробормотала она, продолжив переодеваться. Закончив застëгивать рубашку, девушка встала с кровати и, под протесты служанки и с болью заправив постель своими руками, собиралась уже покинуть комнату, как вдруг еë взгляд упал на бирюзовый камень. Отвыкла же она от Глаза Бога... Да и само его возвращение чувствовалось... Странно. С одной стороны, Феодора не могла не испытывать радость, вновь обретя важную часть себя, а с другой... За год пустота в душе не исчезла полностью, но успела отчасти заполниться чем-то новым, из-за чего сейчас артефакт, хоть и не причинял дискомфорта, слушаясь голубоволосую как и раньше, не чувствовался идеально подходящим кусочком пазла. С мыслью о том, что ей просто надо немного времени, чтобы снова привыкнуть к Глазу Бога, Фирн встряхнула головой и положила камень в карман. Упомянутый горничной доктор не заставил себя ждать: голубоволосая не успела даже попросить завтрак, как в особняк прошëл мужчина лет сорока на вид, под тëплой шинелью которого, на поясе, висел гидро Глаз Бога. Обследование заняло достаточно много времени, не в последнюю очередь из-за чрезмерной обходительности мужчины, но не выявило ничего неожиданного. Феодора скорее удивилась, что брат, тот ещё садист, на самом-то деле, не стал избивать еë дальше, всего лишь сломав пару рëбер и оставив несколько неприятных синяков и царапин. Как и ожидалось, владелец гидро Глаза Бога оказался целителем и, предварительно поставив девушке несколько уколов местной анестезии, приступил к лечению. Во время этого процесса Фирн чуть не поклялась больше никогда в жизни не провоцировать брата: несмотря на отсутствие боли, всë время исцеления она могла чувствовать, как у неë внутри двигаются мышцы и кости, как принудительно рассасывается большая, глубокая гематома на груди. Ощущения, далëкие от приятного. Спустя примерно пол часа от травмы, как и говорила служанка, не осталось и следа, и доктор, не забыв высказать свои наилучшие пожелания, откланялся. С радостью на душе и чувством облегчения, девушка вернулась в ту гостевую комнату, в которой ночевала. Дела складывались как нельзя лучше: Предвестник на неë не гневался, "радостной" встрече с семьëй состояться не суждено, Глаз Бога вернулся к законной владелице и даже дорогу назад в Ли Юэ искать не нужно — всë сделает Капитано. Единственной ложкой дëгтя в бочке мëда оказалась скука. Капитано, ожидаемо, покинул особняк ещё до того, как Фирн проснулась, так что она, по сути, осталась в доме одна: слуги, конечно, были всегда рядом, готовые исполнить любой каприз, но каждый разговор с ними казался девушке натянутым, вынужденным и каким-то приторно сладким. Даже в отчем доме прислуга улыбалась искреннее... Вспомнив о так и несостоявшемся завтраке, девушка уже собиралась позвать кого-нибудь из слуг и даже успела позвонить в колокольчик, как вдруг дверь в комнату резко распахнулась — Феодора аж подпрыгнула от неожиданного шума. Выдохнув, она повернула голову в сторону прохода, но тут же пожалела об этом. Не стоило ей ставить крест на встрече с семьëй, ох не стоило... В дверях стояла одетая в тëмную телогрею знакомая, высокая женская фигура. Голубоволосая вдруг поняла, что значит выражение "сердце ушло в пятки" — взгляд медовых глаз Анастасии был нечитаем, но ничего хорошего точно не предвещал. — Давно не виделись, Феодора — опасно спокойно произнесла брюнетка, в два быстрых шага преодолев расстояние до голубоволосой и схватив сестру за руку. Еë стальная хватка заставила Фирн взвыть, но серьëзных травм не нанесла: Анастасия сдерживалась, чтобы не сдавить чужую конечность ещё сильнее, ломая кость так, что ни один целитель не вылечит — Пойдëм-ка прогуляемся. Мне есть что тебе показать — с желчью в голосе продолжила она и, развернувшись, потащила сестру на выход, не обращая и капли внимания на отчаянные попытки Феодоры вырваться. Только когда девушка начала кричать, надеясь на помощь слуг, Анастасия грубо дëрнула ту вперëд, заставляя Фирн потерять равновесие. Светло-бирюзовые ленты анемо элемента тут же оплети талию голубоволосой, помогая той сохранить вертикальное положение, и следом потянулись к чужой руке, чтобы ослабить хватку черноволосой. Фирн снова чуть не упала, когда сестра резко остановилась. С немым вопросом она подняла голову, чтобы заглянуть той в глаза, но тут же отвела взгляд. Анастасия всегда обладала удивительный умением объяснить свою позицию не произнося ни слова, одним только выражением лица, и сейчас Феодоре ясно дали понять: ещё один раз она использует Глаз Бога, и церемониться с ней перестанут. Могла ли Фирн что-то ей противопоставить? Пожалуй, ответ наподобие "воспользоваться силой элемента" заставил бы девушку истерически рассмеяться. Сестра максимум потратила бы на расправу две секунды вместо одной, и то Феодора не была в этом уверена. Оставалось лишь покорно следовать за брюнеткой, сохраняя тишину, даже когда та повела девушку, у которой не было с собой никакой тëплой одежды, на улицу, и благодарить Архонтов, Бездну и Селестию за то, что Анастасия, в отличие от Андрея, к причинению боли страсти не питала. А ещё надеяться, что небольшое путешествие с любимой сестрëнкой не займëт много времени: получить обморожение и ещё раз заболеть Феодоре уж очень не хотелось.

***

— К-кладбище? — с опаской спросила Феодора, стоя перед чëрными стальными воротами, и поëжилась. Для Снежной этот год выдался холодным, и ни карета экипажа, ни лëгкая одежда Ли Юэ не спасали девушку от холода и ледяного, пробирающего до костей ветра, что безжалостно отнимали у неë драгоценные капли тепла. Анастасия сдержалась от язвительных комментариев, разве что не терпящим возражений тоном приказала — Идëм. Сглотнув, девушка посеменила за сестрой, оглядываясь по сторонам и запоминая дорогу, всë же надеясь, что ей удастся покинуть это место живой и относительно здоровой. Шаг брюнетки был быстрым, уверенным, из-за чего Анастасия, казалось, летела вперëд с неизбежностью смерти, заставляя лететь за ней и Феодору, только в этот раз буквально: чтобы поспевать за сестрой и хоть как-то защитить себя от ветра девушка использовала Глаз Бога. Вдруг голубоволосая заметила знакомую скульптуру над одной из могил — склонившаяся у надгробия женщина, одетая во что-то похожее на рясу, ещё в далëком детстве запомнилась бывшей княжне своим полным светлой печали каменным лицом. Осознание, куда идëт Анастасия, нисколько не успокоило Феодору: фамильный склеп девушка не любила даже в те дни, когда не боялась умереть от рук родной сестры, и по своей воле ещё ни разу туда не пришла. Дорога заняла не так уж и много времени — вот брюнетка уже подошла к небольшой с виду мраморной часовеньке и, открыв дверь, пропустила сестру внутрь. Толстые стены защищали от холодного ветра, но ничуть не грели. Растирая плечи покрасневшими, уже начавшими болеть руками, Феодора медленно прошла в промëрзлое помещение, нарушая его мëртвую тишину шумом своих шагов. Громко хлопнув дверью, внутрь зашла и Анастасия и, схватив сестру за предплечье, нетерпеливо потянула ту вглубь склепа, туда, где хранились тела их предков. — Читай — почти ласково приказала брюнетка, подойдя к одной из гранитных плит с именем покойного. Покорно повернувшись к позолоченной надписи, Фирн шокированно распахнула глаза: "Лединский Кирилл Константинович" элегантным шрифтом было написано на могильной плите. Некоторое время девушка помолчала — Он..? — едва слышно протянула она. — Повесился — тут же ответила Анастасия и с заметной насмешкой во взгляде посмотрела сестре в глаза — Довольна? Склонив голову, голубоволосая промолчала. Да, никаких тëплых чувств Фирн к отцу не испытывала, но смерти она ему уж точно не желала... По крайней мере, не такой... Жалкой — Нет... Это всë, зачем ты привела меня сюда? — тихо, удивительно спокойно поинтересовалась Феодора. Из груди брюнетки вырвался смешок. Достав из кармана телогреи какую-то книжку с чем-то круглым, прикреплëнным к той, она бросила еë на пол, явно намекая сестре забрать эту вещь себе — Теперь всë — язвительно сказала Анастасия и развернулась, намереваясь оставить сестру одну — Живи, убийца... Пока можешь. Фирн подняла взгляд, чтобы проследить за уходом брюнетки. Анастасию она знала слишком плохо, чтобы говорить о еë чувствах, но в еë действиях почему-то видела обиду. Похоже, она действительно винила Феодору в смерти того, кто дал ей жизнь и положение в обществе... Но при этом не хотела отомстить? Голубоволосая встряхнула головой, прогоняя эти мысли: подумать о взаимоотношениях в семье Лединских можно и позже, в то время как сигнализирующие об обморожении волдыри на покрасневших конечностях причиняли боль уже как десяток минут. Одеревеневшими пальцами подняв с пола записную книжку отца — а прикреплëнный к ней крио Глаз Порчи давал понять, кто был еë хозяином — девушка торопливо покинула склеп. На мгновение подставив лицо едва согревающим лучам солнца, она со всей сил оттолкнулась от земли и, подхватив своë лëгкое тело анемо элементом, полетела в сторону, где, как она помнила, находился особняк Первого Предвестника.

***

Номер Один вернулся лишь поздним вечером, и всë равно девушка пересеклась с ним в коридоре. Чувствуя себя немного пристыженно, она отвела взгляд и спрятала покрытые неприятно пахнущей мазью руки за спиной. В этот раз Капитано отчего-то не стал снимать свою маску, и потому определить его было ещё сложнее. — Вы могли взять что-нибудь тëплое из моего гардероба — с усталой укоризной в голосе произнëс мужчина после секундного молчания. Фирн поджала губы, думая, стоит ли говорить, что ни воспитание, ни боязливое отношение к нему не позволили бы ей совершить подобное без спроса — Боюсь, мы с моей дорогой сестрой слишком торопились — она виновато улыбнулась — Но я обязательно учту это в следующий раз... Если он, конечно, будет. Капитано кивнул, но голубоволосой казалось, что он не был доволен ответом, а потому, когда Предвестник протянул ей обещанный билет, та аккуратно, чтобы не испачкать, одними пальцами взяла его в руку и торопливо ушла в "свою" комнату, избегая продолжение разговора.