Часть 14. Фиолетовый дым

После тренировки Гарри задержался в раздевалке дольше обычного. Он переоделся — медленно, почти машинально, — убрал форму в сумку, потом зачем-то еще раз проверил ремешок на «Молнии», хотя с ним было всё в порядке. Пальцы прошлись по коже ремешка раз, второй, третий — слишком внимательно для обычной проверки. На самом деле ему просто нужно было несколько минут тишины. Перед глазами всё еще стояла трибуна. Блейз Забини — спокойно смотрящий вниз, с идеально ровной осанкой и руками на перилах. Его улыбка. И собственная реакция, которую Гарри впервые сумел удержать. Это было странно приятно. Не победа, конечно. До настоящей победы было еще далеко. Но что-то вроде маленького шага в нужную сторону. Гарри выдохнул — медленно, почти бесшумно, — закинул сумку на плечо и наконец вышел из раздевалки. Поле уже почти опустело. Ветер стал холоднее, небо над Хогвартсом потемнело, а окна замка светились теплым желтым светом. У самой лестницы, ведущей к трибунам, стоял Драко. Он стоял так, будто ждал уже давно, — лениво опираясь бедром о перила, руки в карманах, подбородок чуть приподнят. Лицо скучающее, но глаза слишком внимательные. — Ты серьезно? — Гарри остановился и устало посмотрел на него. — Ты теперь живешь возле поля? Он сказал это с раздражением — но без настоящей злости, — поправляя ремень сумки на плече. — Не льсти себе, Поттер, — Драко оттолкнулся от перил и спустился на пару ступеней ниже. — Я пришел забрать тебя до того, как ты решишь устроить дуэль с Забини под видом спортивной подготовки. Драко произнес это сухо — почти буднично, — но уголок его губ дрогнул. — Я не устроил дуэль, — Гарри прошел мимо него, закинув сумку на плечо. Он пошел вперед — нарочито спокойно, — будто само предположение было оскорбительным. — Именно поэтому я здесь, — Драко пошел рядом, бросая на него оценивающий взгляд. — Проверяю, не заболел ли ты. Гарри фыркнул. — Очень смешно. — Нет, правда, — Драко чуть склонил голову набок. — Я видел, как ты посмотрел на Блейза. И как не полез к нему. Гарри на секунду замедлил шаг. Плечи едва заметно напряглись — не от злости, скорее от того, что Драко заметил слишком много. — Ты тоже видел? — Поттер, он стоял на трибуне так, будто собирался открыть собственную выставку «Как раздражать Гарри Поттера одним взглядом», — сухо сказал Драко. — Конечно, я видел. Гарри усмехнулся, но быстро отвел взгляд. Усмешка получилась короткой — почти довольной, — хотя он явно не собирался это показывать. — Я просто не дал ему реакции. — Удивительно разумно. Драко сказал это так серьезно, что прозвучало почти как комплимент. — Не привыкай. — Даже не собирался, — Драко сунул руки в карманы мантии. — Но, признаю, выглядело неплохо. Почти взросло. — Почти? Гарри повернул к нему голову — с прищуром, уже готовый спорить. — Не переоценивай себя. Драко невинно пожал плечами. Гарри хотел ответить, но они как раз вошли в замок. В коридоре было шумно: ученики возвращались с ужина, кто-то стоял у стенда с объявлениями, кто-то спорил о парах на бал, а несколько девочек из Пуффендуя сразу замолчали, когда увидели Гарри. Одна из них быстро отвернулась — слишком быстро, чтобы это выглядело естественно. Другая, наоборот, задержала взгляд чуть дольше, чем нужно, и тут же покраснела. Драко заметил это и хмыкнул. — Кажется, твой алфавитный список поклонниц пополнился. — Заткнись, Малфой, — пробормотал Гарри, ускоряя шаг. Он даже не посмотрел в сторону девочек — только сильнее сжал ремень сумки. — С радостью. Но только после того, как ты выберешь пару. — Я выберу, когда захочу. — То есть за пять минут до бала, когда Макгонагалл уже будет смотреть на тебя так, будто готова лично вывести тебя на танцпол? Драко чуть наклонился к нему — с совершенно серьезным лицом, — будто действительно представлял эту сцену. — Отличный план. — Ты безнадежен. Драко покачал головой — медленно, почти с сочувствием. Они вошли в Большой зал. Гарри сразу заметил несколько вещей. Во-первых, Рон сидел с Лавандой и снова делал вид, что Гарри не существует. Рон смеялся чему-то, что говорила Лаванда, — слишком громко, слишком нарочито, — но взгляд его ни разу не поднялся к Гарри. Во-вторых, Гермиона сидела одна, уткнувшись в книгу, но страницы почти не переворачивала. Пальцы лежали на краю листа — будто она собиралась перевернуть страницу, но уже несколько минут не могла заставить себя сделать это. В-третьих, Джинни была за гриффиндорским столом рядом с Дином. И Дин слишком близко наклонился к ней. Гарри остановился на секунду. Всего на секунду — но Драко, конечно, заметил. Драко проследил за его взглядом и тихо выдохнул. — О нет. — Что? — Гарри резко повернулся к нему. — Ничего, — Драко поднял руки, но на лице у него была та самая раздражающая понимающая улыбка. — Просто я чувствую, как вся твоя недавняя выдержка умирает в мучениях. — Ничего не умирает, — процедил Гарри. Он сказал это сквозь зубы — слишком тихо, слишком жестко. — Конечно. Драко кивнул — с видом человека, который совершенно не верит ни одному слову. Гарри сел рядом с Гермионой, слишком резко поставив сумку на пол. Сумка глухо ударилась о каменный пол — громче, чем нужно, — и Гермиона подняла взгляд от книги. — Тренировка прошла хорошо? — осторожно спросила она. Она говорила мягко — но глаза сразу скользнули от лица Гарри к Драко, потом к Джинни и Дину дальше по столу. — Нормально, — ответил Гарри, потянувшись за кубком. Он взял кубок слишком резко — будто хотел занять руки. — Это у тебя значит «плохо» или «очень хорошо, но я не хочу признавать»? Гермиона чуть приподняла бровь — спокойно, почти невинно. Драко сел напротив, хотя это всё еще вызывало недовольные взгляды у некоторых гриффиндорцев. Он сел так уверенно, будто делал им одолжение своим присутствием. — Второе, — ответил он за Гарри, с невозмутимым видом беря яблоко. — Он даже улыбался. Гермиона удивленно посмотрела на Гарри. — На тренировке? В её голосе прозвучало такое искреннее удивление, что Гарри сразу нахмурился. — Малфой преувеличивает, — буркнул Гарри. Он сделал глоток из кубка — слишком большой, чтобы не отвечать дальше. — Я видел, как ты хвалил Уизли, — Драко откусил яблоко и довольно улыбнулся. — Это было почти трогательно. Гарри медленно повернул к нему голову. Поворот был очень медленным — предупреждающим. — Ты следил за моей тренировкой? — Я наблюдал за стратегией будущего противника. Драко спокойно пожал плечами — будто это объясняло абсолютно всё. — Ты не играешь в команде. — Но я морально поддерживаю Слизерин. — Ты морально сидел на трибуне и сплетничал сам с собой. — Тоже вклад. Драко откусил яблоко еще раз — хрустко, с довольным видом. Гермиона прикрыла рот рукой, скрывая улыбку. Гарри хотел съязвить в ответ, но в этот момент со стороны Джинни и Дина донесся тихий смех. Гарри не хотел смотреть. Правда не хотел. Но всё равно посмотрел. Дин что-то сказал Джинни — наклонившись к ней чуть ближе, чем нужно, — и она улыбнулась. Не так, как улыбалась Гарри на поле. Не с вызовом. Не с этим огоньком в глазах. Обычно. Просто по-дружески. Почему-то это раздражало не меньше. — Гарри, — тихо сказала Гермиона. Он резко перевел взгляд на неё. — Что? — Ты сейчас опять сжимаешь кубок так, будто он виноват. Гермиона кивнула вниз — осторожно, почти незаметно. Гарри посмотрел вниз. Серебряный кубок действительно опасно хрустнул в пальцах. Он медленно поставил его на стол. Очень медленно — будто кубок был взрывоопасным. Драко чуть наклонился вперед. — Глубокий вдох, Поттер, — сказал он почти беззвучно, но с явной насмешкой. — Одна мысль. Один приказ. Не убивать Томаса. Гарри бросил на него убийственный взгляд. — Еще слово, и одной мыслью будет «заткнуть Малфоя». — Видишь, уже прогресс. Ты формулируешь точнее. Драко улыбнулся — довольный собой до невозможности. Гермиона нахмурилась. — О чем вы вообще? Гарри и Драко одновременно замолчали. Оба слишком резко. — Ни о чем, — быстро сказал Гарри. — Подозрительно, — Гермиона прищурилась. — Очень, — согласился Драко, и Гарри пнул его под столом. Удар получился точным. Драко поморщился — едва заметно, — но улыбаться не перестал. Через несколько минут Джинни поднялась из-за стола. Дин тоже встал рядом с ней. Они оба направились к выходу из Большого зала, и Гарри машинально проследил за ними взглядом. Глаза сами пошли следом — быстрее, чем он успел остановиться. — Не ходи за ними, — сказала Гермиона, даже не поднимая глаз от книги. Гарри резко повернулся к ней. — Я и не собирался. Голос прозвучал слишком возмущенно, чтобы быть убедительным. — Ты уже почти встал. Он посмотрел вниз и понял, что действительно чуть отодвинул скамью. Скамья была сдвинута всего на пару дюймов — но этого хватило. Драко тихо рассмеялся. — Великолепно. — Я просто хотел… — начал Гарри и замолчал, потому что не придумал, что именно хотел. Он замер с приоткрытым ртом — редкий момент, когда Гарри Поттер не нашел слов. — Конечно, — Гермиона закрыла книгу. — Просто хотел случайно выйти в тот же коридор, случайно пройти в ту же сторону и случайно услышать разговор. Она говорила спокойно — почти буднично, — но каждое «случайно» било точнее предыдущего. — Ты стала слишком язвительной, — мрачно сказал Гарри. — Я общаюсь с вами обоими. Это неизбежно. Гермиона кивнула сначала на Гарри, потом на Драко. Гарри снова посмотрел к дверям. Джинни и Дин уже скрылись за ними. Он заставил себя остаться на месте. Получилось. Почти. Но через пять минут он всё равно поднялся. Слишком резко. — Я пойду в библиотеку, — сказал он слишком быстро. Гермиона медленно подняла на него взгляд. — В библиотеку? Она произнесла это так, будто Гарри заявил, что идет добровольно на урок к Снейпу. — Да. — Ты? — Мне нужна книга. — Какая? Гарри замер. Пауза вышла слишком длинной. — Про… защитные чары. Драко кашлянул в кулак. — Очень убедительно. Гермиона сложила руки на груди. — Гарри. — Я правда пойду в библиотеку, — сказал он уже тверже. — Не за ними. Он сделал акцент на последних словах — слишком сильный. — Тогда я с тобой, — тут же ответила Гермиона, вставая. Гарри открыл рот. — Что? — Мне тоже нужна книга, — спокойно сказала она. Гермиона поднялась — аккуратно сложила книгу, взяла сумку, — и посмотрела на Гарри так, будто не оставляла ему выбора. Драко поднялся следом. — А я пойду, потому что это становится интересным. — Вы оба невыносимы, — пробормотал Гарри. — Мы твоя совесть, — сказала Гермиона. — И твой здравый смысл, — добавил Драко. Гарри посмотрел на них. — Ужасная команда. Они вышли из Большого зала втроем. Коридор был полон учеников, поэтому сначала Гарри даже не сразу заметил Джинни и Дина. Потом увидел их у окна, чуть в стороне от основного потока. Джинни стояла, прислонившись плечом к стене, и держала сумку обеими руками. Дин говорил что-то тихо, явно нервничая. Он то смотрел на неё, то отводил взгляд в сторону, то снова смотрел. Гарри остановился так резко, что Гермиона едва не врезалась в него. — Гарри, — прошептала она предупреждающе. Гермиона схватила его за рукав — не сильно, но достаточно, чтобы он почувствовал. — Я просто стою, — так же тихо ответил он. Он стоял слишком прямо — плечи напряжены, подбородок чуть поднят, взгляд прикован к Дину. Драко выглянул из-за его плеча. — О, кажется, Томас собирает остатки храбрости. Гарри напрягся. — Для чего? Драко посмотрел на него как на идиота. — Поттер. Гарри понял. И ему сразу это не понравилось. Дин тем временем сделал вдох, явно решившись. — Джинни, — сказал он, неловко улыбнувшись и сунув руки в карманы. — Я хотел спросить… ты уже решила, с кем пойдешь на бал? Джинни чуть удивленно подняла брови. Гарри почувствовал, как внутри всё неприятно провалилось вниз. В груди стало пусто и горячо одновременно. Гермиона тихо выдохнула рядом, а Драко, наоборот, замер с видом человека, который не хочет пропустить ни секунды катастрофы. — Нет, — ответила Джинни после короткой паузы. — Пока нет. Дин заметно обрадовался, хотя пытался выглядеть спокойно. Он тут же выпрямился — слишком быстро, слишком очевидно, — и провел рукой по волосам. — Тогда, может… — он кашлянул и быстро провел рукой по волосам. — Может, пойдешь со мной? Гарри сжал пальцы в кулак. Медленно. Так сильно, что ногти впились в ладонь. Он услышал, как Гермиона тихо сказала: — Не надо. Но Гарри и сам понимал, что не надо. Нельзя было вмешиваться. Нельзя было сказать: «Эй, Уизли!» — только чтобы она повернулась к нему, а не к Дину. Нельзя было подойти и придумать срочную капитанскую причину, по которой ей нужно немедленно уйти. Нельзя было. Джинни молчала всего пару секунд, но Гарри показалось, что прошло намного больше времени. Она посмотрела на Динa внимательнее. Не смеялась. Не отшучивалась сразу. И это было хуже всего. — Дин, — начала она мягко, и Гарри вдруг понял, что сейчас она, возможно, согласится. Драко рядом едва слышно пробормотал: — Поттер, держись. Гарри резко выдохнул. В этот момент за спиной кто-то толкнул первокурсника. Тот вскрикнул, уронил стопку книг, и одна из них ударилась Гарри прямо о ботинок. Глухой стук раздался слишком громко. Все в коридоре на секунду обернулись. Включая Джинни. Её взгляд сразу нашел Гарри. Гарри замер. Пойман. Дин тоже повернулся и нахмурился, увидев его. — Поттер? — Джинни чуть склонила голову набок. — Ты что тут делаешь? Она смотрела на него внимательно — с удивлением, подозрением и уже появляющейся насмешкой. Гарри открыл рот. Ни одного нормального объяснения в голове не было. — Иду в библиотеку, — сказал он наконец. Джинни посмотрела на него, потом на Гермиону, потом на Драко. Медленно. Слишком медленно. — Втроем? — Групповое чтение, — быстро сказал Драко, не моргнув глазом. Он произнес это с таким уверенным лицом, будто такие мероприятия происходили каждый день. Гермиона закрыла лицо рукой. Гарри медленно повернул голову к Малфою. — Мог бы придумать лучше. — В стрессовой ситуации работаю с тем, что есть, — невозмутимо ответил Драко. Джинни смотрела на них несколько секунд, потом вдруг рассмеялась. Не громко, но искренне. Дин, правда, не выглядел таким же веселым. Гарри почувствовал, как напряжение в груди чуть отпустило — совсем немного, — потому что она смеялась. — Ну конечно, — сказала она, чуть прищурившись. — Поттер внезапно заинтересовался библиотекой. — Я интересуюсь многими вещами, — с достоинством ответил Гарри. Он выпрямился — будто защищал честь своего внезапного интереса к книгам. — Например, чужими разговорами? — спросила Джинни, и в голосе уже появился знакомый вызов. Гарри сделал шаг вперед. — Я не подслушивал. — Ты просто стоял в коридоре и смотрел в нашу сторону. — У меня есть глаза. — Поздравляю. Она улыбнулась уголком губ — коротко, колко, — и Гарри почти почувствовал облегчение: это была обычная Джинни. Дин неловко кашлянул. — Джинни, так что насчет бала? — спросил он, явно пытаясь вернуть разговор туда, где Гарри не существовал. Гарри застыл. Всё раздражение мгновенно вернулось. Джинни перевела взгляд на Дина. Пауза вернулась. Теперь уже все четверо молчали. Гермиона выглядела так, будто мечтала оказаться где угодно, только не здесь. Драко, наоборот, явно наслаждался происходящим, хотя старался не показывать этого слишком открыто. Джинни наконец выдохнула. — Я подумаю, — сказала она Дину мягко, но твердо. — Хорошо? Дин на секунду заметно расстроился, но быстро кивнул. — Да. Конечно. Он попытался улыбнуться — получилось неловко. — Спасибо, — она чуть улыбнулась ему, потом повернулась обратно к Гарри. — А ты, Поттер, если идешь в библиотеку, иди. Не стой тут как памятник самому себе. Драко тихо фыркнул. Гарри сжал челюсть. — Эй, Уизли, — сказал он, прежде чем успел остановить себя. Джинни уже собиралась уходить, но обернулась. — Что? Гарри на секунду замолчал. Он сам не знал, зачем позвал её. Опять. Гермиона рядом буквально застыла. Драко чуть склонил голову, явно ожидая, как Гарри выкрутится. Гарри быстро нашел первое более-менее безопасное объяснение. — Завтра тренировка всей команды, — сказал он. — Не забудь. Джинни медленно подняла бровь. — Я играю в этой команде, Поттер. Я помню расписание. — Напоминаю. — Как заботливо. — Как капитан. Она посмотрела на него внимательнее. Секунду, другую. Потом вдруг улыбнулась — чуть-чуть, почти незаметно. — Конечно, капитан. Она ушла вместе с Дином по коридору, но перед поворотом оглянулась. Всего на мгновение. Гарри не был уверен, на кого именно она посмотрела. Но почему-то ему очень хотелось думать, что на него. Когда Джинни и Дин скрылись за углом, Гермиона резко повернулась к Гарри. — Ты невозможен, — сказала она шепотом, но с таким выражением лица, будто едва сдерживалась, чтобы не ударить его книгой. Она действительно прижала книгу к груди чуть крепче — подозрительно крепко. — Я ничего не сделал, — возмутился Гарри. Он развел руками — слишком широко, слишком невинно. — Ты почти вмешался. — Почти не считается. — Считается, если речь о тебе, — сухо заметил Драко. Гарри посмотрел на него. — Ты вообще сказал «групповое чтение». — Я спасал ситуацию. — Ты её похоронил. — Зато красиво. Драко чуть поклонился — с гордым видом человека, который не признает провала. Гермиона глубоко вдохнула. — Гарри, — сказала она уже спокойнее, но очень серьезно. — Ты не можешь каждый раз дергать Джинни, когда тебе не нравится, что рядом с ней кто-то другой. Гарри напрягся. Плечи тут же стали жестче, взгляд ушел в сторону. — Я её не дергал. Гермиона посмотрела на него так, что спорить стало сложнее. — Ты сам понимаешь, что дергал. Гарри отвел взгляд. — Мне просто не нравится Томас. — Тебе не нравится любой, кто стоит рядом с ней дольше двух минут, — тихо сказал Драко. — Я тебя сейчас прокляну, — предупредил Гарри. Он сказал это тихо — но очень отчетливо. — Вот видишь, — Драко кивнул Гермионе. — Защищается. Гермиона сложила руки на груди. — Разберись с собой до того, как обидишь её снова. Гарри молчал. Эта фраза задела сильнее, чем он хотел показать. Обидишь её снова. Он вспомнил озеро. Вспомнил, как сказал про Чжоу. Как у Джинни изменилось лицо. Как она ушла, даже не став спорить. И вдруг понял, что Гермиона права. Самое неприятное было в том, что он не знал, как перестать делать это. — Я пойду, — сказал Гарри наконец. Голос вышел глуше, чем обычно. — В библиотеку? — уточнил Драко. Гарри бросил на него мрачный взгляд. — На самом деле в библиотеку. Гермиона нахмурилась. — Зачем? Гарри уже пошел вперед, но ответил через плечо: — За книгой. — Про защитные чары? — спросил Драко. Гарри чуть усмехнулся. — Про контроль. В библиотеке Гарри пробыл почти час. Точнее, час он делал вид, что читает. Перед ним лежала книга «Эмоциональные искажения в невербальной магии», рядом — конспект Гермионы, который она сунула ему почти насильно, а напротив сидел Драко, которому явно было скучно настолько, что он начал складывать из обрывков пергамента маленьких журавликов и зачаровывать их клевать край чернильницы. Гарри смотрел в книгу — брови нахмурены, пальцы на странице, — но взгляд застрял на одном и том же абзаце так давно, что даже сам текст начал расплываться. — Малфой, — прошипела Гермиона, не поднимая глаз от книги. — Если твоя бумажная птица еще раз клюнет мои заметки, я её сожгу. Драко лениво посмотрел на журавлика, который как раз тянулся к пергаменту Гермионы. — Слышал? — тихо сказал он журавлику. — Она угрожает детям. Журавлик тут же спрятался за чернильницу. Гарри фыркнул. Гермиона медленно подняла взгляд. — Вы оба пришли сюда читать или изображать цирк? — Я читаю, — сказал Гарри, быстро опуская глаза в книгу. Он даже перевернул страницу — слишком резко и совершенно не туда. — Ты уже десять минут смотришь на одну и ту же строчку. — Она сложная. Драко наклонился и посмотрел в книгу. — «Глава третья», — прочитал он вслух и поднял брови. — Да, Поттер, крайне сложный материал. Гарри захлопнул книгу и посмотрел на него исподлобья. — Хочешь помочь? — Нет, — Драко откинулся на спинку стула. — Я хочу выбраться отсюда до того, как мадам Пинс решит, что я стал частью мебели. — Тогда уходи, — спокойно сказала Гермиона. Она даже не подняла голоса — просто сказала это с такой холодной вежливостью, что Драко на секунду прищурился. — Без Поттера? — Драко приложил руку к груди. — Никогда. Мы же, как выразился Рональд Уизли, теперь всё время вместе. Гарри поморщился. — Не начинай. — Я не начинаю, — Драко поднял руки, изображая невиновность. — Я продолжаю. Гермиона тяжело вздохнула и закрыла книгу. — Всё. Уходите. Гарри удивленно посмотрел на неё. — Что? — Уходите, — повторила она, указывая на дверь. — Вы оба слишком шумные для библиотеки, даже когда молчите. Драко тут же поднялся. — Грейнджер, впервые за день ты сказала что-то по-настоящему разумное. — Малфой, — Гермиона взяла четвертый том и приподняла его над столом, — хочешь проверить, насколько у меня хорошая меткость? Драко посмотрел на книгу. Потом на Гермиону. Потом на книгу снова. — Уже ухожу, — быстро сказал Драко и потянул Гарри за рукав. — Пошли, Поттер. Пока нас не убили знаниями. Гарри забрал книгу, которую всё-таки решил взять с собой, и они вышли из библиотеки в коридор. Дверь за ними тихо закрылась, отрезая библиотечную тишину. Драко тут же глубоко вдохнул. — Свобода, — произнес он с таким чувством, будто провел в Азкабане десять лет. Он даже прикрыл глаза — театрально, с облегчением. — Ты просидел там час, — заметил Гарри. — Самый длинный час моей жизни. — Уверен, Снейп был бы польщен, что его уроки теперь не на первом месте. Драко усмехнулся, поправляя рукава мантии. — Так что ты искал на самом деле? Гарри чуть напрягся. — Я же сказал. Про контроль. — Поттер, — Драко остановился и посмотрел на него с усталой насмешкой. — Ты можешь врать Рону. Иногда Гермионе, если она очень устала. Но не мне. Гарри сделал вид, что внимательно рассматривает портрет старого волшебника на стене. — Я не вру. — Конечно. Ты просто драматично недоговариваешь. — Это семейное. — Это заметно. Они свернули в коридор третьего этажа. Здесь было почти пусто: только несколько портретов переговаривались между собой, да в конце коридора скрипела доспехами старая рыцарская фигура. Драко неожиданно остановился. — Ладно, — сказал он, бросив взгляд на книгу в руках Гарри. — Хочешь контроль? Давай проверим. Гарри медленно повернулся к нему. — Мне уже не нравится начало. — Вот видишь, эмоция мешает концентрации, — с умным видом сказал Драко. Он поднял палец — так, будто читал лекцию. — Ты сейчас цитируешь Гермиону? — Никогда меня так не оскорбляй. Драко достал палочку и указал на небольшой серебряный кубок, стоявший на подоконнике под портретом полной ведьмы в розовой шляпе. — Простое упражнение. Поднять кубок, перенести на другой подоконник, не разбить, не взорвать, не превратить в хорька. Гарри скрестил руки на груди. — Почему ты смотришь на меня, когда говоришь «не взорвать»? — Потому что я работаю с вероятностями. Портрет ведьмы в розовой шляпе возмущенно зашевелился. — Молодые люди, — сказала она, поджав губы, — надеюсь, вы не собираетесь вытворять глупости у меня под рамой. Драко вежливо улыбнулся. — Разумеется нет, мадам. Мы проводим научное исследование. Он даже чуть склонил голову — слишком благородно, чтобы это выглядело честно. — Последние ученики, которые так сказали, покрыли мой портрет лягушачьей икрой, — строго ответила ведьма. Гарри медленно повернулся к Драко. — Это были ты? — Я предпочитаю не отвечать без адвоката, — невозмутимо сказал Драко. Гарри не выдержал и рассмеялся. Смех сорвался быстро — неожиданно легко, — и на секунду напряжение последних часов будто стало слабее. — Ладно, — сказал он, доставая палочку. — Кубок. Другой подоконник. Ничего сложного. Он встал напротив кубка — плечи ровно, взгляд сосредоточен, пальцы на палочке чуть напряжены. — Вот именно, — Драко отступил на шаг. — И постарайся не думать о Джинни Уизли. Гарри резко повернул голову. — Что? — А вот и первая ошибка. Реакция. Драко поднял палец — довольный, почти сияющий. — Малфой. — Вторая ошибка. Раздражение. — Я сейчас покажу тебе раздражение. — Третья ошибка. Угроза. Гарри стиснул зубы, резко вдохнул и заставил себя посмотреть на кубок. Кубок. Только кубок. Поднять. Перенести. Поставить. Никаких лишних мыслей. Никаких Драко, который стоит рядом с самым довольным лицом на свете. Никаких Джинни. Особенно никаких Джинни. — Видишь, — тихо протянул Драко, — ты уже о ней думаешь. — Я не думаю, — процедил Гарри. Он говорил сквозь зубы — не двигая взглядом от кубка. — Ты сказал это голосом человека, который думает. — Заткнись. — Четвертая ошибка. Гарри резко взмахнул палочкой. Кубок действительно поднялся. На секунду. Потом из него с громким хлопком вырвался густой фиолетовый дым. — О, — сказал Драко, отступая назад. — Неожиданно. Он отступил слишком поздно. Дым рванул во все стороны, как живой. Он мгновенно заполнил коридор, обволок доспехи, залез под рамы портретов и накрыл Гарри с Драко с головы до ног. Портрет ведьмы в розовой шляпе завизжал. — Опять Поттер! Гарри закашлялся, размахивая рукой перед лицом. — Я ничего не сделал! Он действительно выглядел оскорбленным — насколько вообще можно выглядеть оскорбленным, когда из волос поднимается фиолетовый дым. — Ты всегда ничего не делаешь! — крикнул соседний портрет бородатого волшебника. — Твой отец тоже всегда ничего не делал! Драко, весь в фиолетовом дыму, попытался сохранить достоинство, но выглядел так, будто его только что обваляли в черничном пироге. Фиолетовая пыль осела на его светлых волосах, воротнике и плечах — особенно заметно и особенно унизительно. — В нашу защиту, — сказал он, кашляя, — дым должен был быть светлее. Гарри повернулся к нему. — В нашу защиту?! — Ну, я же не могу сказать, что всё прошло идеально. — Ты вообще не должен ничего говорить! Дым тем временем стал гуще. Из него вылетел бумажный журавлик, каким-то образом сбежавший из библиотеки, и врезался прямо в портрет рыцаря. — Джеймс Поттер вернулся! — торжественно объявил рыцарь, хватаясь за нарисованный меч. — Поднять тревогу! — Я не Джеймс Поттер! — крикнул Гарри, пытаясь разогнать дым заклинанием. Он махнул палочкой слишком резко — больше от паники, чем от контроля. — Да, — пробормотал Драко рядом, отряхивая мантию. — Но сходство начинает пугать. — Малфой, если ты сейчас не поможешь… — Я помогаю морально. — Помоги магически! Драко взмахнул палочкой. — Вентус! Дым закрутился в огромную фиолетовую воронку, поднялся к потолку и с громким хлопком разлетелся по коридору еще сильнее. Несколько портретов тут же закашлялись, один старый волшебник исчез из своей рамы, громко заявив, что «в такие времена приличные люди уходят». Гарри медленно опустил палочку. Драко тоже. Они оба посмотрели на коридор. Стены были покрыты фиолетовыми разводами. Доспехи на конце коридора медленно выпускали дым из шлема. Кубок лежал на полу и жалобно звенел. На несколько секунд повисла тишина. Потом за их спинами раздался ледяной голос: — Мистер Поттер. Мистер Малфой. Гарри закрыл глаза. — Только не она, — прошептал он. Драко медленно повернулся. Очень медленно — с лицом человека, который уже готовится к приговору. Профессор Макгонагалл стояла в начале коридора, сжав губы в тонкую линию. Рядом с ней была Гермиона, прижимавшая к груди книги и смотревшая на Гарри так, будто очень хотела сказать «я знала», но понимала, что момент и так достаточно ужасный. Гермиона смотрела то на фиолетовые стены, то на Гарри, то на Драко — и её лицо выражало одновременно ужас, усталость и глубокое, почти научное разочарование. — Профессор, — быстро начал Гарри, убирая палочку. — Это не совсем то, чем кажется. Он сделал шаг вперед — тут же наступил в фиолетовую пыль, — и замер. Макгонагалл медленно обвела взглядом фиолетовые стены, дымящиеся доспехи, кашляющие портреты и Драко, у которого фиолетовый дым всё еще поднимался из воротника. — Правда? — сухо спросила она. — А кажется это тем, что вы взорвали третий этаж. Драко осторожно поднял палец. — Взорвали — сильное слово, профессор. Гарри резко толкнул его локтем в бок. — Не помогай. — Я уточняю. Макгонагалл посмотрела на Драко поверх очков. Взгляд был таким, что Драко тут же опустил палец. — Мистер Малфой, я настоятельно советую вам не уточнять. — Да, профессор, — тут же сказал Драко, выпрямившись. Один из портретов рядом громко кашлянул. — Это всё Поттеры! — возмущенно заявил он. — Сначала Джеймс, теперь этот! Гарри резко повернулся к портрету. — Да я просто поднять кубок хотел! Он развел руками — и с рукава тут же посыпалась фиолетовая пыль. — Его отец тоже «просто» хотел поднять кубок, — буркнула ведьма в розовой шляпе. — А потом у меня неделю из рамы вылетали синие пузыри. Макгонагалл закрыла глаза на секунду, будто собирала последние остатки терпения. — Невероятно, — тихо произнесла она. Гарри понадеялся, что это хорошее «невероятно». Судя по лицу профессора, нет. — Я уже видела это, — продолжила Макгонагалл, открывая глаза. — Слишком давно. И, к сожалению, слишком часто. Гарри замер. Драко осторожно посмотрел на него. — Ваш отец, мистер Поттер, — сказала Макгонагалл, глядя прямо на Гарри, — и ваш крестный, мистер Блэк, обладали тем же редким талантом: превращать любое «простое упражнение» в школьное происшествие. Драко медленно повернул голову к Гарри. Гарри посмотрел на Драко. На лице Малфоя появилась медленная, почти счастливая улыбка. — Она сравнила нас с Джеймсом Поттером и Сириусом Блэком, — прошептал он. Голос был тихий — почти благоговейный. — Не радуйся, — прошипел Гарри. — Я не радуюсь. Я горжусь. — Мистер Малфой, — резко сказала Макгонагалл. Драко мгновенно выпрямился. — Уже не горжусь, профессор. Гермиона за спиной Макгонагалл закрыла лицо книгой. По её плечам было видно, что она пытается не смеяться. Макгонагалл посмотрела на неё. — Мисс Грейнджер, вам смешно? Гермиона резко опустила книгу. — Нет, профессор. — Странно. Вы выглядите так, будто вам смешно. — Это нервное, профессор, — быстро сказала Гермиона. Гарри тихо фыркнул. Макгонагалл перевела взгляд на него. Он тут же сделал самое невинное лицо, на которое был способен. Получилось плохо. Очень плохо. — Отработка, — сказала профессор. — Оба. Завтра вечером. Вы будете чистить этот коридор без магии. — Без магии? — переспросил Драко до того, как успел себя остановить. В голосе прозвучал настоящий ужас. Макгонагалл подняла бровь. — Хотите послезавтра тоже? — Завтра прекрасно подходит, — быстро сказал Драко. — Очень мудро с вашей стороны. Профессор развернулась и пошла по коридору, но через несколько шагов остановилась. Гарри напрягся. — И мистер Поттер? — Да, профессор? — Гарри напрягся. Он выпрямился — быстро, почти по стойке смирно. Макгонагалл посмотрела на него через плечо. В её лице всё еще была строгость, но в глазах мелькнуло что-то почти похожее на усталую нежность. — Передайте вашему отцу, что его рекорд по фиолетовому дыму всё еще не побит. Гарри моргнул. Драко закашлялся, пытаясь скрыть смешок. Гермиона не выдержала и тихо прыснула. Макгонагалл, сделав вид, что ничего не услышала, ушла дальше по коридору. Как только она скрылась за поворотом, Драко медленно повернулся к Гарри. — Поттер. — Нет. Гарри сказал это сразу — даже не дав ему закончить. — Мы обязаны узнать этот рекорд. — Нет. — Мы обязаны побить этот рекорд. — Малфой, мы только что получили отработку. — Именно. У нас уже есть опыт. Драко говорил с таким видом, будто это был безупречный аргумент. Гарри смотрел на него несколько секунд, потом, против собственной воли, начал смеяться. Сначала коротко — почти сдавленно, — потом уже по-настоящему. Драко тоже рассмеялся. Гермиона, стоявшая напротив них, покачала головой, но на этот раз улыбалась открыто. — Вы оба ненормальные, — сказала она, прижимая книги к груди. — Зато исторически последовательные, — с достоинством ответил Драко. Гарри вытер фиолетовую пыль с очков и посмотрел на стены. — Мой отец будет невыносим. — Твой отец? — Драко усмехнулся. — Подожди, пока об этом узнает Сириус. Гарри замер. Улыбка исчезла с лица почти мгновенно. — Мерлин. — Да, — довольно сказал Драко. — Вот теперь ты испугался по-настоящему. И в этот момент из-за поворота вышла Джинни. Она остановилась — резко, почти посреди шага, — медленно оглядела фиолетовый коридор, дымящиеся доспехи, кашляющие портреты, Гермиону с книгами и двух парней, покрытых фиолетовой пылью с головы до ног. Потом её взгляд остановился на Гарри. Гарри вдруг очень остро осознал, что фиолетовая пыль всё еще была у него на волосах, очках и воротнике. — Поттер, — сказала она после длинной паузы, — я даже не буду спрашивать. Её голос был ровный — но губы уже дрожали от сдерживаемого смеха. Гарри выпрямился, пытаясь сохранить остатки достоинства. — Вот и правильно. Он сказал это как можно увереннее — хотя выглядел так, будто только что проиграл бой с черничным пирогом. Драко поднял палец. — Ради справедливости, Уизли, это было научное исследование. Джинни посмотрела на дымящийся потолок. Потом на фиолетовые стены. Потом снова на них. — Вы исследовали, как быстро Макгонагалл вас убьет? — Пока результаты неутешительные, — серьезно ответил Гарри. Он произнес это так спокойно, что Драко снова прыснул. Джинни несколько секунд держалась. Она прикусила губу — явно пытаясь не смеяться, — но потом всё-таки не выдержала. Потом рассмеялась. Не тихо, не сдержанно, а по-настоящему. Смех эхом разошелся по коридору — живой, звонкий, тёплый, — и Гарри смотрел на неё, не сразу понимая, что сам тоже улыбается. Гарри смотрел на неё и вдруг понял, что ради этого смеха фиолетовый коридор был почти не такой уж плохой идеей. Почти. — Эй, Уизли, — сказал он, стараясь выглядеть самоуверенно, хотя фиолетовая пыль на очках этому мешала. — Ты ничего не видела. Он чуть приподнял подбородок — будто пытался вернуть себе привычный вид, — но Джинни только рассмеялась еще сильнее. Джинни вытерла уголок глаза и покачала головой. — Видела, Поттер. И это было ужасно глупо. Гарри чуть прищурился. — Но? Он шагнул к ней на полшага — почти незаметно, — и в голосе появился тот самый вызов. Она улыбнулась. — Но смешно. Драко медленно повернулся к Гарри с таким видом, будто только что стал свидетелем великого исторического события. Гарри не улыбнулся. То есть попытался не улыбнуться. Получилось плохо.