Сколько ещё осталось?

..До конца истории, автор?

Немного. Лаконично, да, я знаю.

Автор (с.)

***

Стояла чудесная пора. Светило солнышко, пели птички – в общем, сплошная тишь да благодать! Вот и Палладиум тоже так считал, рассматривая красочный пейзаж за окном Алфеи со слегка мечтательным выражением лица, опираясь руками о подоконник. Лучи солнца целовали его румяное лицо, подставленное специально для этой нежности, а тихий гул от студенток с улицы, радостно болтающих о наступивших – наконец-то! – выходных, ласкал слух. Не день, а сказка! Однако миг абсолютного благоговения прервался резко, но вполне ожидаемо вставшим пред глазами образом одной новой ученицы... Девушка с мрачным видом и устрашающим взглядом на его уроках вела себя как подобающе, подбадривая эльфа своим пристальным вниманием (и одновременно этим напрягая), не особо активничала на занятиях, но отвечала правильно, когда её спрашивали. Делала записи, не шумела, изредка задавала уточняющие вопросы по теме – идеал студента! Однако... что-то его в ней беспокоило. И связано то было не столько с её внешним видом, (хотя он тоже напрягал), сколько с её поведением, особенно наедине с собой, когда девушка уходила в себя... Она всегда была одна. Никто из учениц с ней даже не здоровался, только Гризельда чинным кивком с довольным видом, что казалось удивительным, и другие преподаватели. Никаких знакомых или подруг у новенькой не наблюдалось (и, как догадывался Палладиум, и не появится), а на перерывах её можно было всегда встретить в полном одиночестве вдали от компаний. Но не это так тревожило сердобольного эльфа. А... Её лицо. С него, всего такого бледного и лишённого красок, словно спадала маска равнодушия и оголяла истинное настроение хозяйки. Тревога, чрезмерная задумчивость о чём-то серьёзном, обкусанные губы – всё это сильно беспокоило преподавателя природной магии, а в душе с каждым днём всё больше возрастало напряжение. Девушке нужна была помощь. Нет, даже не так. Ему нужно было помочь ей. Об этом вопила вся его суть, чьим желаниям противиться стало бы верхом глупости. И была ещё одна рациональная причина, из-за которой его переживания всё нарастали. На днях он гулял по лесу в надежде найти лекарственные травы... И в тёмной фигуре, мелькнувшей в кусты, благодаря потерянной резинке узнал свою новую студентку. Потому что заметил в её волосах точно такую же.

***

Неделя прошла просто отвратительно. Нелогичная система заклятий, от которых требовалось чёрт пойми что – то просто представить предмет или действие, то скороговоркой проговорить такое заклинание, которое даже логопеды не сразу выговорят. Студентки, которые непонятно зачем вообще прибыли в Алфею – сравнительное большинство, чьи навыки были относительно прокачены, гоняло балду и трещало о моде, забив на учёбу. Расписание, которое приходилось вытягивать клещами из «живого», как и куст Жорик, стенда на входе. И это ещё я молчу о полной не компетенции большинства преподавателей – даром, что душки, с одной кучкой мелких фей совладать не могут: постоянная болтовня и смешки на уроках выбешивали уже на инстинктивном уровне и вызвали ярое желание разорвать их источники. Вот наши педагоги своенравным феечкам быстро бы своё место показали... А эти? Красавчики поголовно, да и всё: только улыбнуться виновато могут, да руками развести. Одна надежда на Гризельду – та со своим жёстким нравом всех этих глупых девиц в стойку смирно заставляла вставать одним лишь присутствием. Типичный завуч. Их что, на одном заводе штампуют?.. В общих чертах, мои опасения подтвердились: школа оказалась сущим адом для человека, по-настоящему желающего погрузиться в мир управления энергией, как ещё называют магию в некоторых местах. К слову, даже на Земле есть практика использования внутренних сил – взять тех же буддистов, к которым я по определённым причинам не могла пойти... Только одна загвоздка: феи свои природные силы использовали заковыристо и непонятно. А те же последователи Будды – легко и просто по меркам этих глуповатых, но так любящих усложнять себе жизнь крылатых..! Но это уже совсем другая история, граничащая с философией и религией, что сильно выбивалось из картины мира сказочных существ и полного отсутствия верований в таком масштабе. Кажется, мельком я слышала, как одна фея говорила, что её родители являются дриадами и поэтому регулярно приносят дары природе... С другими, вероятно, так же. Тем не менее... К концу рабочей недели я с временами дёргающимся глазом отчётливо поняла, что все незамысловатые ухищрения, уговаривания себя и заеденные семечками сомнения предприняты были зря. Абсолютно всё оказалось бесполезным, а испытать столько разочарования и бессильной ярости – ужасно неприятно. Почему ярости? Да потому что помимо прочего вход в библиотеку был запечатан убойными заклятиями!! Надежда найти искомое за пять дней и после идти с миром угасла, как светлячок в банке, у которого закончился кислород. То бишь навсегда и вполне ожидаемо. Пришлось решиться на крайние меры и навестить пресловутый храм знаний, когда его «охранник» будет готов принять гостей. Потому сразу после занятий ранним вечером пятницы (не дай Бог библиотекарь уйдёт пораньше!) по одному из многочисленных коридоров гулким эхом отбивались от стен шаги. Вернее, непременно отбивались бы, если бы не ковёр, присутствующий даже в этом тихом безлюдном месте, и выработанная за годы скрытной жизни бесшумность. Ну и обувь, подошва которой могла посоперничать с подушечками лапок котов. Ох, как же я люблю котов... Любопытно, как они выглядят в этом мире. Расплывшись на миг в «слегка» чересчур широкой улыбке, наконец-то достигла своей первоначальной цели, ведущей к главной. Высокие двери, больше напоминающие дворцовые ворота, были сделаны из плотного дерева с металлическими извилистыми ветвями-узорами, располагающимися плющом по всей поверхности. В чувствительный нос ударил запах лакированного дуба и железа. Пальцы обхватили ручку, игнорируя обжигающий холод, а после приходя к выводу. Нет, не железа. Меди.

***

Таинство хранилища знаний со скрипом приоткрылось, впуская в свои двери худую фигуру в чёрном. Ворот водолазки натянулся, скрывая тонкую шею, отрешённый взгляд прошёлся по пространству, словно бы выбирая, за что бы зацепиться. Линзы очков женщины средний лет, сидящей у стойки, сверкнули интересом. Некто, определённо один из новеньких, нарушил покой библиотеки в столь поздний час, уже этим вызывая вопросы. Вечером последнего рабочего дня, когда обычно молодые девушки собираются в компании и бегут на танцпол. А уж внешний облик... Что ж. Барбатея повидала не мало учениц, но среди фей такие наряды в моде не были. Скорее, у ведьм, только те ещё любили яркие макияжи и вызывающие вырезы, коих у пришедшей не было и в помине. Только отчуждённый взгляд и наглухо закрытая одежда. «Какой интересный экземпляр», – удивилась женщина, поправляя оправу. Слухи до её обители долетали долго, так что о новой странной ученице та ничего не знала, рассматривая её, словно новую книгу. Увы, другие преподаватели редко навещали именно её. Не то что студентки, некоторые из которых даже не знали, где библиотека находится. – Добрый вечер. Чем могу помочь? Взгляд полуприкрытых тёмных глаз, напомнивших женщине горький шоколад, метнулся к ней. – Добрый. Вы могли бы помочь мне, дав доступ к каталогу. Не хочу вас отвлекать, – девушка, чей голос звучал, словно захлопывающаяся тяжёлая книга, в ожидании ответа склонила голову набок, напомнив движением сову. Усталый вид и немного ссутуленные плечи вкупе с бледным лицом и тенями под глазами вызывали сомнения и лёгкую тревогу. Барбатея не была сделана из железа, как Гризельда, к примеру, и, несмотря на свою осторожность и некую социопатию, некоторой эмпатией обладала. Да и внимательностью, особенно при свете ламп. Так что сейчас она могла с уверенностью заявить, что юной фее перед ней стоит пойти спать, а не засиживаться за книгами, пускай обычно она это и приветствовала. Не во вред здоровью, разумеется! Особенно когда то, судя по фигуре, уже подкошено. – Уже поздно, а завтра выходные, – мягко начала фея, ступая-подлетая поближе. Чем больше она вглядывалась в силуэт посетительницы, тем сильнее щемило что-то в груди. Какая-то нежность. Так похожа на неё саму... – Ты ещё успеешь сделать домашнее задание, библиотека открывается в субботу в девять. Нет нужды торопиться, – попыталась переубедить она, но собеседница стояла на своём, странно пошатываясь. – Простите, но мне не по школьным урокам, – мотнула она головой, поморщившись будто от боли. Барбатее всё сильнее хотелось выпроводить незнакомку за дверь и, желательно, убедиться в том, что она ляжет в постель. «И почему никто не позаботился о ней?» – не понимала фея, кружа рядом с закусанной губой. Чем больше она вглядывалась в чёрный силуэт, тем измученней он казался. «Неужели её навыками пользуются другие?» – промелькнула неприятная мысль, вызывающая сочувствие, понимание и искреннее желание помочь, которые, что стало ясно по приподнявшейся брови, отразилось у Барбатеи на лице. Старшая снова по-доброму, уже даже по-отечески, улыбнулась. Что ж. Запретить получить знания она не могла. А вот помочь... – В каталоге искать слишком долго. Давай я помогу тебе найти то, что ты ищешь, – попыталась смягчить атмосферу женщина, вновь посылая тёплую улыбку. Какое-то время висела тишина; лицо девушки, видимо, привычно беспристрастное, выразило капельку сомнений. Следующая фраза заставила душу библиотекаря заледенеть. – Мне нужна информация о том, как можно убить Высших существ. – Н-но... Для чего тебе это? – сглотнула ком в горле Барбатея; ни о каком взаимопонимании и тёплой обстановке не шло и речи. Словно в один миг из лёгких выкачали весь воздух; тема, которую ненароком затронули, была запретной, дикой, необузданной и ужасающей своими последствиями. О ней мало кто знал, а спросить незнающий не мог, даже пошутить. На гостью теперь смотрели уже совсем иным взглядом. И вдруг та улыбнулась, нет, оскалилась, да так, что по спине прошёл ощутимый мороз, заставивший крылья едва слышно затрепетать. В зале стало будто в разы темнее. – О, всего лишь для личного проекта, – невинно оскалилась она, и Барбатея поняла, что первое впечатление может быть обманчиво.