Часть 4

Хоть какой-то плюс в отеле он сумел найти после получаса отдыха на постели. Кровать у него оказалась просто пиздатой! Мягкая и огромная. С такой и вставать-то лишний раз не хочется. После адского асфальта, с которым Адам имел сомнительное удовольствие встречаться лицом, его ложе и вовсе казалось кусочком прежней райской жизни. Той самой, которая теперь по вине местных обитателей невероятно от него далека. Адам был готов разрыдаться, как сучка, стоило ему только представить, сколько еще хуйни предстоит вынести в аду. И ведь даже эти страдания нихуя не гарантируют, что он в рай сможет вернуться. Это как раз самое паршивое. Он, конечно, первый человек и наипиздатейший чувак, который породил целое человечество, но стоило задуматься о способе возвращения в рай, и он превращался в маленькое тупое создание с дерьмом вместо глаз. Короче, становился грешным подобием себя прежнего. Ведь в башке не появлялось ни одной стоящей идеи. Тишь, пустота и завывания ветра — вот всё, что творилось в его мыслях. Как вообще грешник может попасть на небеса? Такого никогда не было и не будет никогда. Это только в голове наивных идиоток вроде дочки Люцифера грешники строем под бодрую музыку исправляются и взмывают в небеса. В реальности же даже если он каким-то чудом окажется у райских врат, его копьем отхуярят, потому что не узнают. А если и узнают, то выпнут обратно в ад, чтобы скрыть факт возможности обращения ангелов в демонов. Адам же не дурак. Столько лет в раю проведя, он знал, как там дела делаются. Вон Люцифер тоже во всех красках познал, насколько быстро там избавляются от ненужных жителей. Адам неспешно перевернулся на бок и подпер голову рукой. Другой же он водил по бархатной поверхности покрывала. Сюда бы приятную компанию в виде парочки из его истребительниц, и жизнь сразу бы засияла яркими красками. Но чего нет, того нет, да и, увидев своего босса в таком плачевном состоянии, они бы вряд ли захотели с ним развлекаться, как в старые добрые времена. Кстати об этом. Адам застыл, даже окаменел от пронзившей его мысли. Тело у него знатно уменьшилось в габаритах, ведь так? А по закону пропорций все части тела уменьшаются равномерно, и это может означать только одно… Сбросив машающий плащ ко всем чертям, Адам уставился на самое сокровенное. И в голос застонал. Нет, член был примерно таких же размеров, как и раньше, но это только если сравнивать с его нынешними конечностями. Уменьшившимися конечностями. То есть он теперь не просто мелкая непонятная хуйня с крыльями. Он теперь мелкая непонятная хуйня с таким же мелким хуем! А вот это реально ухудшало ситуацию в разы. — Сюжет говно. Автор пидорас. Хуй-то за что?! Его стенания, приглушенные одеялом, в которое бывший ангел зарылся, настолько заняли мысли Адама, что вежливого стука в дверь он не услышал. Стук повторился уже в разы громче, вот только первый человек находился в стадии отрицания величайшего горя и вновь пропустил его мимо ушей. Как и скрежет ключа в замочной скважине и скрип открывающейся двери. — Ты долго не открывал, и я подумала, что с тобой могло что-то случиться, поэтому воспользовалась дубликатом ключа… Стенания Адама как ножом отрезало. Просто все звуки, исходившие от бывшего ангела, оборвались, и он, будто в замедленной съемке, поднял голову от покрывала. В дверном проеме маячил знакомый силуэт с золотистыми волосами, хотя дочку Люцифера он узнал сразу по голосу. Все еще не отойдя от морального потрясения, бывший ангел поднялся с кровати и уставился на потревожившую его покой гостью. Чарли странно застыла на долгие десять секунд, прежде чем вылететь обратно за дверь с возгласом: — Я совсем забыла принести тебе одежду! Ну да, Адам успел позабыть, в каком виде обретался на кровати. В самом что ни на есть оригинальном костюме Адама, состоящем из целого нихуя. Имеет право носить, все-таки он его запатентовал. Хотя, наверное, такой наивной простушке, как Чарли, подобный видок окончательно сломал детскую психику. Впрочем, его вообще не должно ебать состояние психики адской принцесски. Его психика в свое время тоже знатно пострадала от вида ее презентации отеля в виде слайд-шоу из рисунков, на которые кого-то стошнило радугой. Но всем было поебать на его травму, а потому он имеет полное право отвечать взаимностью. Дочка Люцифера вернулась слишком быстро, так что он толком повозмущаться про себя не успел. Даже такой малости, как длинная матерная мысленная тирада, ему в аду не светит! Лишнее доказательство, что задерживаться тут противопоказано для сохранения остатков его нервных клеток. — Я не знала, что тебе может понравиться, — с этими словами девушка втолкнула в дверь пугающую размерами вешалку на скрипящих колесиках. Адам им искренне сочувствовал. Даже гребаные колесики вызывали в нем больше эмпатии, чем жители ада и в особенности ада. Психологи бы сказали, что это диагноз. Адам сказал бы, что ему похуй. Смерив взглядом ряды вешалок, покачивающихся на видавшей лучшие времена конструкции, первый человек заключил: — Не знала, что понравится, и поэтому обчистила ближайший секонд-хенд. А хозяина-то хоть прикончила? Если нет, то очень жаль… Все это выпалил Адам, прежде чем прикусил свой болтливый язык. Блядь, ведь не хотел выдавать себя и ляпать лишнего! Ну с чего бы ему так ненавидеть грешников, если он буквально только пару часов как в ад свалился? К счастью, адская принцесса слишком привыкла к таким проявлениям эмоций от окружающих и на излишнюю кровожадность нового постояльца внимания не обратила. Но Адам зарекся прежде чем открывать рот теперь думать. В конце концов, даже самая наивная идиотка может проглядеть шестьсот шестьдесят пять проёбов, но опомниться на шестьсот шестьдесят шестом. Дабы не смущать даму своим видом, а заодно и самому его не лицезреть лишний раз, любой взгляд ниже пояса грозил перерасти в пятиминутный спич, из которых цензурными будут только предлоги, и то не факт, он вернул себе на плечи плащ. И принялся подслеповато щурясь перебирать шмотки. Пиджаки и костюмы-тройки были сразу посланы на хуй, потому ассоциировались исключительно с Люцифером. А иметь с ним хоть что-то общее Адам не желал. И так на одной жилплощади теперь будут обретаться. Если он еще и будет выглядеть как фанат в косплее владыки ада, то предпочтет сдохнуть, чем так позориться. Длинные камзолы и пальто постигла та же участь, но уже по причине сходства с придурошным радио-оленем. Зато куда более благосклонно, хоть и без восторгов, были приняты потёртые джинсы с металлическими заклёпками на карманах и большого размера свободная чёрная футболка с жизнеутверждающей фразой, отпечатанной белыми буквами с резкими углами: «Всё нахуй». Ну идеально подходит его внутреннему состоянию. — Класс, буду в этом выглядеть соответствующе нынешнему положению. — Какому? — Бомжа, — хмуро выдал Адам, не ожидая услышать от аской принцессы смешок. Но услышал и напрягся, как облитый водой кот. Осталось только зашипеть. Внутри, на задворках подыхающей гордости, шевелилось праведное возмущение. Да как эта ошибка мироздания смеет насмехаться над ним?! Над первым человеком! — ТЫ точно понравишься ребятам в отеле. И, строго говоря, теперь ты не бомж, ведь отныне отель твой дом. А мы твоя новая семья! Пиздец какая радость. Он сейчас от счастья непередаваемого прямо здесь упадет и умрет в мучительных судорогах от передозировки сахарного сиропа и смертельной дозы оптимизма! Лицо Адама буквально кричало, как ему тошно представлять их своей семьей и как ему плевать на то, понравится он каким-то ушлепкам в отеле или нет. Он был подобен открытой книге и, наверно, как никогда близко находился к разоблачению, не в силах совладать с мыслями, отражающимися на его лице. Но то ли демоница реально была слепой, то ли мастерски делала вид, но ничего по этому поводу не говорила. Ни комментария, ни даже малюсенького замечания. Одна сплошная сплошная доброжелательность. И как только у нее самой от своего поведения задница не слипается? Бесит. Он не выдержит здесь даже недели. Это было так же ясно, как-то, что солнце встает на востоке. Адам просто не обладал такими крепкими нервами, чтобы терпеть эту хрень днями напролет. Да его только появление в этой халупе уже заебало! Что вообще можно сказать о жизни здесь? Да он либо кинется на кого-нибудь, вконец озверев, либо реально начнет думать или, хуже, планировать самовыпил. Определенно нужно валить. Если бы не злоебучее зрение, хуй бы он позволил себя затащить в эту дыру. Пока в голове творился бедлам, руки натягивали новую одежду. Результат вышел сносным. С прежним обликом не сравнить, но его нынешнее существование вообще с прошлой жизнью лучше не сравнивать. А то можно окончательно впасть в депрессию. Короткий рукав футболки позволял его новым крыльям свободно свисать вдоль рук, но вот полетать представлялось трудной задачкой. Надо бы продумать какие-нибудь вырезы на спине или подобрать что-то вроде майки… Какая же запара. С его прошлыми крылышками столько возни не было. Но да ладно, и так пока сойдет. Но что дальше? С выразительным взглядом Адам повернулся к дочурке Люцифера. Та встрепенулась и, цапнув его за руку, потащила наружу, ни на секунду не отпуская его руки. Она уже реально как собака-поводырь с ним носится. Золотистый, блять, ретривер. Путь обратно до холла на этот раз не вызвал никаких затруднений и был куда быстрее. Он даже не успел морально подготовиться к тому, что будет происходить далее. И вот он уже сидит на мягком диванчике в окружении, наверное, самых ненавистных для себя существ во всем мироздании, и единственное, что приходит ему на ум, это: — Здрасьте, очень неприятно познакомиться.