2. Встреча выпускников

— Малфой! А мы тебя не ждали! — улыбка Тео озарила бар. Драко с деланным равнодушием кивнул, подсаживаясь за стол к друзьям. — Ты уже ликвидировал все проклятия на сегодня? — с подозрением прищурился Нотт. — Все, — холодно отрезал Драко, не желая разговаривать о работе. — Мне кажется, осталось одно, — глубокомысленно проговорил Тео, переглядываясь с Гойлом. — Проклятие трезвости нужно срочно ликвидировать. Перед Драко появился кубок с огневиски. Он с наслаждением пригубил его, вливая в себя обжигающий напиток и настраиваясь на хорошее времяпрепровождение. И вечер действительно был многообещающим. Небольшой экран на стене транслировал квиддичный матч, Тео с Грегори обсуждали политические новости, а бокал наполнялся алкоголем сам по себе. Миловидная ведьмочка, сидящая за соседним столиком с подружками, томно улыбнулась и завела за ухо прядку волос. Драко уже подумывал, не ухмыльнуться ли ей в ответ, как дверь ресторана распахнулась. Все головы одновременно повернулись к гостям, и по залу прокатился восторженный шепоток. С неудовольствием Драко тоже оглянулся, чтобы посмотреть, кому адресовано такое пристальное внимание. На пороге стояла всем знакомая компания: Избранный, одетый не по форме, что сразу делало его моложе лет на пять, рыжий с сестрой, Лонгботтом под руку с какой-то ведьмой и, конечно же, Гермиона Грейнджер. — Я не понял, у нас тут встреча бывших однокурсников? — вполголоса проговорил Гойл. Драко отвернулся. Странно было видеть эту компанию здесь. Поттер никогда не приходил сюда, а Уизли совершенно точно предпочитал более демократичные заведения. — Я же говорил, что тут нет мест! — тон рыжего был недовольным. — Почему ты нас сюда притащила? — Я… сама не знаю, — негромко оправдывалась Грейнджер. — Мне почему-то вспомнился этот ресторан… — Прошу прощения, леди и джентльмены! — прозвучал извиняющийся голос эльфа-официанта. — Все столики заняты… Может… — Всё в порядке, — перебил его Поттер. — Мы, пожалуй, отправимся в другое место. — А мне здесь нравится… — протянула какая-то девушка. Драко не видел, но наверняка это была рыжая подружка бравого аврора, заинтересованная матчем на волшебном экране. Малфой глотнул огневиски, приготовившись выкинуть эту компанию из головы, как только за ними закроется входная дверь. Но внезапно произошло странное. — Подождите! — Драко поражённо смотрел, как Теодор поднялся и замахал рукой. — Может, присоединитесь к нам?.. У Гойла отвисла челюсть, и он обменялся непонимающим взглядом с Драко. Тем временем Нотт, улыбаясь так радушно, словно перед ним была любимая тётушка, обещавшая переписать на него всё наследство, уже оказался рядом с новоприбывшими гостями. — Проходите, проходите, — ворковал Тео. — Мы подвинемся, и любезный эльф поможет нам удлинить стол… Я тебя умоляю, Уизли, тут отличная кухня. Да, Джиневра, здесь транслируют квиддичные матчи по пятницам. О, Поттер, не беспокойся, мои друзья будут вам только рады. Драко с каменным лицом следил, как их стол расширяется. Если раньше здесь вполне свободно сидели трое, то теперь пришлось потесниться, чтобы уместилось ещё шесть человек. Рядом на диванчик опустился Лонгботтом и сразу же протянул ладонь для рукопожатия, демонстрируя дружелюбный настрой. Его девушку Драко смутно помнил, кажется, она училась на Пуффендуе, но это не точно. — Гермиона! Так и будешь там стоять? — рыжая подружка Поттера удобно устроилась между Грегори и своим парнем. Малфой внезапно понял, что единственное свободное место за столом оказалось по левую руку от него. Он приподнял бровь и скептически воззрился на Грейнджер. Она опустилась рядом, и Драко сделал вид, что тут же забыл об этом, вернувшись к своему бокалу. — Что привело вас в это уютное заведение? — широко улыбнулся Теодор, взмахом руки заставляя бутылку огневиски наполнить кубки вновь прибывших. — Мы с Джинни решили пожениться и хотели отметить это событие с друзьями, — немного смущённо ответил Поттер, но Нотт панибратски хлопнул его по плечу. — Отличное решение! Нет, я, конечно, ценю свою свободу, но подобные заявления всегда вдохновляют. Гойл скептически хмыкнул. Драко испытал приступ испанского стыда. Впрочем, подобное было вполне в духе Теодора. Стараниями Нотта и второй бутылки огневиски разговор в компании всё же завязался. А когда появились блюда, даже Рональд Уизли наконец-то расслабился и довольно оглядел содержимое тарелки перед ним. Гойл вступил в политический спор с Лонгботтомом, авроров развлекал Тео. Джиневра, не отрываясь, следила за матчем на экране, и только лишь двое из присутствующих скучали на этой спонтанной встрече. Драко сидел, зажатый между Невиллом и Гермионой, и размышлял о том, как причудливо судьба распоряжается его планами. Он собирался провести вечер пятницы в компании друзей, а теперь за их столом разместились целая толпа бывших гриффиндорцев и одна пуффендуйка. Нравилось ли это Драко Малфою? Он ещё не определился. Это была странная встреча, потому как раньше наткнуться на Гермиону Грейнджер два раза за день было практически невозможно. Их пути пересекались крайне редко, и в основном Драко видел её издалека, будь то собрание отделов или обед в министерском кафе. Теперь он ощущал, как она вертится на месте, пытаясь поддержать разговор с Теодором и одновременно отвлечь рыжую подругу от квиддича. Ладно. Опустим эти неудобства. После третьего бокала огневиски Драко стало легче. От Грейнджер исходил приятный запах пергамента, смешанный с лёгким цветочным ароматом. Лонгботтом поздравил с успешной ликвидацией особо сложного проклятия в Гринвиче, а Рональд Уизли был так мил, что не принимал участия в разговоре. Тем временем на волшебных мониторах ловец поймал снитч, и трибуны взорвались аплодисментами. На лице подруги Поттера появилось разочарование: очевидно, выиграла не та команда, за которую она болела. Захмелевшему аврору это было глубоко безразлично, потому как мониторы после окончания игры погасли, а в зале зажглись цветные огоньки. Медленная музыка заполнила пространство, и парочки потянулись к танцполу, чтобы, обнявшись, переминаться с ноги на ногу. Желая поднять настроение своей невесте, Поттер подхватил её за руку и повёл танцевать. Нотта тоже как ветром сдуло — его кудрявая макушка обнаружилась рядом с той самой миловидной блондинкой, что улыбалась в начале вечера Драко. Вероломство друга зашкаливало, и сам Драко мысленно поставил напоминание «отомстить Теодору Нотту, дата: двадцать восьмое мая две тысячи шестого года» в конце длинного списка подобных заметок в голове. Он повернулся было к Лонгботтому, чтобы продолжить разговор о слишком мягкой внешней политике Бруствера, но тот тоже был захвачен в плен своей пуффендуйкой и покорно направлялся к танцующей толпе. Итак, за столом осталось четверо: безразличный к происходящему Грегори Гойл, неспешно потягивающий огневиски с таким видом, словно в этом зале он был один; сытый Рон Уизли, доедающий десерт сестры; слегка надменный Драко Малфой и Гермиона Грейнджер, подозрительно оглядывающая всех вышеупомянутых. Рыжий вытер рот салфеткой и сделал движение в сторону Гермионы, уже собираясь что-то сказать, как вдруг Драко ощутил сильный удар по ноге под столом. Он развернулся к Грейнджер, собираясь очень сдержанно, как и положено джентльмену, поинтересоваться, какого, собственно… — Что ты хотел, Драко? — она улыбнулась ему в лицо, но красноречивый взгляд «подыграй-мне-иначе-пожалеешь» застал его врасплох. Грейнджер напряжённо уставилась на Малфоя, явно чего-то ожидая. Но что именно она от него хотела, Драко никак не мог понять. Пауза между ними затянулась, с каждой секундой грозя перетечь во что-то нелепое. Оценив вид застывшего рыжего, Драко посмотрел в глаза Грейнджер и применил немного невербальной легилименции, раз уж такое дело. Этого было достаточно, потому что её поверхностная мысль: «Пригласи меня уже танцевать, Малфой!!!» вихрем ворвалась в его сознание и чуть не оглушила. Он даже вздрогнул от её резкого приказного тона и моргнул. — Пойдёшь танцевать? — выдавил он осторожно. Как знать, совпадают ли мысли Грейнджер и её желания? Драко не был в этом уверен. — Да! — выпалила она и с готовностью встала. Уизли разинул рот, правильно поняв всё происходящее. Драко машинально поднялся вслед за ней, ощущая себя будто под чарами Империуса. Окинув её взглядом сверху вниз, Малфой постарался взять своё сознание под единоличный контроль. Он подхватил Грейнджер за руку, почувствовав, как её пальцы легонько дрогнули. Высокомерно оглядев оставшихся за столом, Драко потянул её к танцполу. Рыжий медленно перевёл взор на уже принявшего самый невозмутимый вид Гойла. Тот поиграл бровями в ответ и пригубил огневиски. Оказавшись среди танцующих пар, Драко развернулся к Гермионе и сделал шаг, привлекая её к себе. Уверенно и, вероятно, слишком уж дерзко для того, кому насильно внушили мысль пригласить леди на танец. Он старался не обращать внимания на застывших напротив Поттера с подружкой. Они очень невоспитанно разинули рты, и Драко едва удержался, чтобы не показать неприличный жест. Но он был слишком джентльмен для этого, безусловно. — И что это было, Грейнджер? — прошипел он, возвращая внимание партнёрше. — Ты пригласил меня танцевать, — бесстрастно ответила та, целомудренно положив ладони на его плечи. — Исправь, если я неправильно распознал твои сигналы: ты заставила меня пригласить тебя, чтобы твой рыжий не сделал этого? — Он не мой. Но всё остальное верно. Драко хмыкнул. В свете мерцающих разноцветных огоньков они переступали в такт медленной музыке. Кажется, это была Селестина Уорлок с песней «Котёл, полный крепкой, горячей любви». Сопливый мотивчик — как раз для того, чтобы обнявшись переминаться с ноги на ногу. Или целоваться, как это делали Поттер и рыжая Уизли, которые наконец-то оставили их с Грейнджер в покое и занялись друг другом. — Я притворюсь, что не задет, что для этой низменной цели ты использовала меня. — Не драматизируй, — закатила глаза Гермиона. — Почему именно я? — он намеренно стиснул её талию руками немного сильнее. Чтобы она почувствовала это. — А кто ещё? — с неподдельным удивлением в голосе спросила Грейнджер, и Драко склонился, чтобы прошептать ей на ухо: — Грегори возмужал, не находишь? Работа в семейном бизнесе придала ему лоск. — Да он никогда в жизни не понял бы намёка, — рассмеялась Гермиона, и сцепила руки за его шеей. Машинально и естественно, как и всё, что делала Грейнджер. Только это прикосновение отправило волну пьянящего влечения по всему телу. Не то чтобы для Драко было в новинку, когда к нему прижимаются девушки во время танцев — и не только, — но аромат, исходивший от Гермионы, волнующая атмосфера и два кубка огневиски — хорошо, три! — будоражили сладостным чувством новизны. Танец закончился. Гости вернулись на свои места, и Малфой очнулся от наваждения. За столиком приходилось игнорировать наглый вопрошающий взгляд Теодора. Гойл невозмутимо ликвидировал огневиски. Иногда казалось, что Грегори тайком подмешивал в алкоголь зелье трезвости, иначе как объяснить его стойкость к хмелю? Подлетевший поднос с закусками не смог отвлечь мрачного Рональда, который буравил взглядом Драко и Гермиону. Грейнджер не замечала этого, продолжая оживлённо болтать с друзьями. — Счастья жениху и невесте! — провозгласил тост Теодор, и Поттер благосклонно принял поздравления, обменявшись взглядами с Джинни. А потом и вовсе пригласил на свадьбу Нотта, Малфоя и Гойла. Последний ограничился приподнятой бровью в качестве благодарности. Теодор тут же начал выпытывать у Джиневры, много ли среди гостей будет незамужних и свободных ведьм? Разрешено ли ему приударить за кем-нибудь? О, конечно же, он будет вести себя обходительно! И пока все обсуждали предстоящую свадьбу, свободных ведьм и прочие скучные темы, Драко Малфой решил заняться давно забытой забавой: бесить Рональда Уизли. Сегодня он был намерен попробовать новый способ. Изощрённее и коварнее, чем раньше. Драко положил руку на спинку диванчика за спиной Грейнджер и наклонился к её уху, что-то прошептав. Она повернулась и заинтересованно на него посмотрела. Ответила, качнув головой, и улыбнулась. Драко ухмыльнулся уголком рта, издевательски глянул на рыжего и тихо заговорил, ловко имитируя видимость интимного разговора. Со стороны казалось, что эти двое заняты флиртом. Впрочем, это не имело никакого отношения к действительности. Итак, диалог на самом деле звучал следующим образом: — Знаешь, — проникновенно проговорил Драко на ухо Гермионе с видом истинного фавна, — сегодня я немного поработал с тем стихотворением из кипсека. — Правда? — Грейнджер внимательно взглянула на него, словно опасаясь, что он шутит, но Драко был серьёзен. — Это же прекрасно! Убедившись, что Рональд неодобрительно смотрит на них, Драко снова зашептал: — Думаю, мне поможет разгадать чары небезызвестный труд Гербольда Проклятого. — Хм-м… — недоверчиво протянула Грейнджер, — насколько мне известно, Гербольд имел сомнительные успехи в ликвидации проклятий. — Зато я, — вкрадчиво проговорил Драко, немного склонив голову, — самый лучший в своём деле. Она рассмеялась и сделала маленький глоток вина. — Как я могла сомневаться, — она окинула Драко чуть насмешливым взглядом. — Наверное, тебе приходится непросто. Трудная это работа — быть лучшим. — Я несу своё нелёгкое бремя с присущим мне изяществом, — он пригубил огневиски, приподняв одну бровь. Грейнджер расхохоталась с неподдельной искренностью. Видите? Никакого флирта в этом разговоре не было. Сугубо деловая беседа. Именно так считал Малфой, проболтав с Грейнджер весь вечер к молчаливому неудовольствию Рональда Уизли и снисходительному одобрению остальных присутствующих за столом. И когда Драко совсем по-джентльменски проводил её до камина, а потом отправился домой, он подумал, что этот вечер был неплох. И Грейнджер, когда вокруг неё нет казённых стен Министерства, тоже вполне себе… Что из этого было навеяно бодро текущим алкоголем в крови, а что — истинными чувствами, разбираться не хотелось. Драко просто уснул без сновидений, всё ещё ощущая гул в ушах от музыки и приятный цветочный аромат.