7. Лучший ликвидатор проклятий в деле

Погода в среду выдалась хмурой. Небо низко нависало над Лондоном, словно раздумывая, разразиться ли проливным дождём или подождать, пока рассеется густой туман. Драко сидел в кабинете, делая вычисления для ликвидации проклятия. На душе у него тоже было пасмурно. С самого утра он ждал, что заявится Грейнджер, пылая возмущением, что он соврал, и никаких любовных чар на злосчастном альбоме нет. Но она не пришла и даже не прислала записки. Признаться, он всё-таки хотел её реакции — хоть какой-то! Исключительно для того, чтобы понимать, как себя вести при следующей встрече. Прислушавшись к себе, он отметил, что магическая тяга ослабевала и почти исчезла. Скорее всего, уже сегодня вечером чары окончательно развеются. А вот его чувства к Грейнджер никак не желали ослабевать. Мысли о ней прочно заняли своё место в голове, дополнившись воспоминаниями о внезапном поцелуе. Её молчание вызывало досаду. Лучше бы она явилась сюда с претензиями, чтобы можно было пуститься в словесные баталии. Она бы кричала, а он хладнокровно слушал её, и ни единая эмоция не проскочила бы на его лице. А потом, когда Грейнджер бы выдохлась, Драко лениво поднялся бы со своего роскошного кресла, обошёл стол, протиснувшись между его краем и шкафом, приподнял бы её подбородок пальцем и посмотрел в беспокойные карие глаза. Она бы затаила дыхание, а Драко, насладившись произведённым впечатлением, впился бы в её губы жарким поцелуем. Грейнджер так любила сидеть на столах, но, кажется, она понятия не имела, как это делать правильно. Драко мог бы научить её использовать данный предмет мебели, пусть и не по назначению, зато с несомненным удобством. Широкая и массивная столешница располагала, чтобы разместить на ней строптивую ведьму… Малфой очнулся, осознав, что сидит, уставившись в одну точку, и фантазирует о Грейнджер на столе. А ведь у него оставалось всё меньше времени на то, чтобы сделать необходимые расчёты и отправиться ликвидировать проклятие в загородном особняке. Права на ошибку у него не было: магия, охватившая дом, была опасна. Поэтому пришлось отложить сладкие мысли с волнительными переживаниями на другой раз и заняться работой. К пяти часам формула ликвидации была готова. Драко отложил перо и довольно оглядел результат своих трудов. Да, это оказалось непросто, но он вновь справился с заданием, которое под силу только матёрому ликвидатору. Таким образом, Драко Малфой в очередной раз докажет, что он — единственный из всего отдела, кто достоин занять место Макдугалла. И не только лишь потому, что у него была подходящая мебель для интерьера кабинета главного ликвидатора Министерства. Перепроверив формулу ещё раз, Драко поднялся, ощущая приятное волнение. Перед сложной работой всегда приливал адреналин, но это плохо сказывалось на внимательности и быстроте реакции. В таких случаях необходимо умеренно использовать окклюменцию, что он и сделал. Малфой наколдовал зеркало и осмотрел себя: как всегда, идеальная причёска, острый воротничок рубашки и строгая чёрная мантия. Кожаные ремешки портупеи охватывали его торс, придавая мужественности образу. Значок с логотипом Министерства блеснул золотом, когда Драко смахнул с него невидимые пылинки. Да, жаль, что Грейнджер сегодня его не увидит. Подхватив небольшой кожаный дипломат, Драко отправился ликвидировать проклятие. Меньше чем через четверть часа он уже стоял перед воротами старинного особняка. Погода окончательно определилась с планами на сегодня: хлынул дождь. В довершении всего зловеще громыхнул гром, и в остроконечную крышу башни особняка ударила молния. Драко оглядывал своего «пациента» придирчивым взглядом колдомедика. Серые стены давно пустующего дома выглядели на редкость устрашающе. Пустые глазницы разбитых окон, серый камень, поросший плесенью и мхом, — классическое проклятое поместье, как в книжке со сказками о злых волшебниках. — Гоменум Ревелио! — Драко бросил заклинание в ближайшее окно. Чары вернулись, и это означало, что дом пуст. Разряды молнии, то и дело атаковавшие башню, не пугали. Всем известно, что проклятые дома так и притягивают к себе разряды молний (вы прочтёте данный факт в любом учебнике начинающего ликвидатора). Гораздо больше Драко волновал дождь с позиции собственного комфорта — мокнуть, вырисовывая руны и творя магию, было не слишком приятно. Малфой поставил на землю дипломат и открыл его. В руку подскочили очки, которые он тут же водрузил на нос. Через их специальные затемнённые линзы можно было обнаружить волны проклятия. Выглядели эти очки как обычный магловский солнцезащитный аксессуар, а Драко выглядел в них очень стильно. Далее из чемоданчика были извлечены кожаные перчатки — защита от случайного прикосновения к чему-либо проклятому. И последнее приготовление — заряженный защитной магией амулет в виде птицы феникса, который Драко повесил на шею. Экипировавшись таким образом, он закрыл дипломат и отлевитировал его в сторону. Он встал на дорожке перед особняком и сосредоточился. Чёрные тучи над крышей словно бы сгустились. Драко начал отсчёт про себя. Пять. Прямо над домом раздался раскат грома, пронёсся по небу и замер где-то вдалеке. Четыре. Порыв ветра со скрипом распахнул дверь, с мрачным гостеприимством призывая войти. Три. Дождь усилился, сделавшись почти отвесной стеной. Два. Рука стиснула древко волшебной палочки, приготовившись приступать к ликвидации. Драко чувствовал, как магия постепенно закипает в нём. Один. В следующую секунду одновременно произошло несколько вещей. Резкий удар молнии в башню пробил в ней трещину, а из тёмных окон хлынули летучие мыши. И в довершение всего из глубины особняка раздался истошный женский крик. — Что за!.. Очередной раскат грома заглушил конец фразы. Из окон продолжали лететь сплошной стеной мыши, а крик повторился. И Драко с ужасом узнал голос Грейнджер. Как она здесь оказалась, он выяснит потом. Малфой рванул в дом, ударом магии снеся дверь с петель. Внутри ситуация была ещё хуже: стаи хаотично мечущихся летучих мышей, шорох тысяч крыльев и писк, от которого дрожали барабанные перепонки. Проклятие обходило Драко стороной, потому что на нём был защитный амулет. Гермиона кричала где-то наверху, и Малфоя обдало жаром: на нём есть хоть какая-то защита, а на Грейнджер наверняка даже оберега завалявшегося нет. Долго она не протянет, проклятие убьёт её, если срочно не предпринять меры. Он ринулся по трухлявой винтовой лестнице вверх, едва не провалившись в дыру в одной из ступеней. На бегу он сжал значок Министерства и проорал: — Ликвидатор Драко Малфой, на объекте возник форс-мажор, нужна помощь. — Кх-р-р… Хр-р… Место дислокации? — с трудом разобрал он среди треска. — Хэмпстед! — рявкнул Драко, прервал связь и вскочил на верхнюю ступеньку. Как раз вовремя, потому что ветхая лестница внезапно обвалилась. Путь назад отрезан, но не время об этом думать. Его взору открылась устрашающая картина: обшарпанные стены, огромный полуразрушенный камин, истёртый грязный паркет и обломки мебели. Привалившись к стене и закрывая лицо руками от вьющихся вокруг летучих мышей, стояла Грейнджер и тщетно пыталась наколдовать защиту. Проклятие не давало ей этого сделать, так и норовя облепить лицо летучими тварями. — Не двигайся! — крикнул Драко, направляясь к ней. Она ахнула, повернувшись на голос. — Малфой? — откликнулась она, и паника в её голосе была осязаемой. Драко знал, что видит этих мышей только благодаря специальным очкам. Для Грейнджер же они были невидимы, что вселяло ещё больший ужас. Преодолевая сопротивление летучих тварей, Малфой приблизился к ней. Как раз вовремя: проклятие начало душить Грейнджер, и она судорожно хватала ртом воздух. В следующий момент он сгрёб её в объятия и прижал к себе. Мыши неохотно отпрянули — защитный кулон отпугивал их. Не выпуская Гермиону, Драко торопливо накинул на её шею шнурок — теперь действие амулета распространялось на них обоих. Он чувствовал, как Грейнджер трясло. — Держись, — он подхватил её одной рукой и приготовился аппарировать. Но, крутанувшись на месте, нащупал в пространстве барьер. — Дракл!.. Проклятый особняк не давал им уйти. А защита кулона постепенно ослабевала, и вот уже перепончатые крылья то и дело прохаживались по рукам, задевая их тела. — Драко, что… — Тихо! — приказным тоном вырвалось у него. Он прижимал Грейнджер к себе и продумывал риски. Он чувствовал, как её сердце колотится, словно бешеное. Или это было его сердце? Неважно. У них есть несколько минут, прежде чем защитная магия исчезнет под напором проклятия. Помощь ещё в пути, а ждать её — да проще снять этот амулет и отдаться на милость Мерлина. Выйти из особняка не удастся: дом поймал их в ловушку и не позволит так просто его покинуть. А можно попробовать ликвидировать проклятие, находясь прямо в его эпицентре. Да, это сложно, но осуществимо. И Драко принял решение. — Гермиона? — позвал он. — Сейчас я буду разрушать чары. Продержишься минут пять? — Я могу помочь? — она подняла голову, и он увидел решительный блеск в её глазах. В другой раз Драко это бы умилило, но сейчас он довольно резко произнёс: — Постарайся не грохнуться в обморок. И, дав понять, что это его последнее слово, он несколько грубо прижал её к себе. Затем, медленно выдохнув, Драко проиграл в голове свои расчёты и необходимые заклинания. Три. Два. Один. Взмах палочкой и яркий луч прорезал густую тьму комнаты. Крылатые твари брызнули во все стороны. Шум крыльев и писк повысились на несколько тонов, и Драко показалось, что он сейчас оглохнет. Древко снова выписало руну в воздухе, а Малфой чётко начал произносить контрзаклятие. Он переступал, очерчивая вокруг них с Грейнджер светящийся ореол. Гомон усилился. Где-то раздались грохот и треск, и Гермиона вздрогнула. Видимо, лестница на первый этаж окончательно разрушилась. Запнувшись на долю секунды, Драко продолжил произносить слова заклинания и выписывать руны. Медленно, дюйм за дюймом, круг разрастался, отгоняя летучих мышей. Воздуха не хватало, но Малфой продолжал свои действия, не останавливаясь ни на минуту. Сколько это продолжалось, было трудно сказать. Скорее всего, не больше десяти минут, хотя Драко показалось, что это длилось несколько часов. Чувствуя, что силы на исходе, он опустил палочку и перевёл дыхание. Он обезвредил эту комнату, и теперь у них есть возможность дождаться помощи. Грейнджер подняла голову. — Всё? — хрипло спросила она. Драко усмехнулся. Снял очки и отправил их в карман мантии. — Конечно, нет. Чтобы обезвредить это проклятие, понадобится не меньше часа. Дождусь помощи, отправлю тебя в безопасное место и продолжу. — Спасибо, что спас. — Брось, любой бы сделал на моём месте то же самое, — хмыкнул Драко. Она молча смотрела него. Драко осознал, что всё ещё прижимает Грейнджер к себе. Нужды больше в этом не было, но отпустить её вдруг оказалось сложно. Он только сейчас понял, как испугался. Чёрт, она реально могла погибнуть от проклятия, если бы… — Ты соврал, — тихо сказала она, и Драко сразу понял, о чём речь. Он сглотнул, глядя в её широко открытые глаза. — Да. Грейнджер слабо улыбнулась. А затем обхватила его лицо ладонями, приподнялась на носочки и мягко поцеловала. И Драко наконец выдохнул, возвращая ей поцелуй. Он целовал её, ощущая счастье, осторожно разливающееся по венам. Её сердцебиение словно синхронизировалось с его, а воздуха не хватало, когда их языки переплетались в сладостном танце. Их не беспокоил шум вокруг, пока не раздалось покашливание и громогласный насмешливый голос не произнёс: — Ну, это уж слишком, Малфой! Вызвал подмогу, когда вполне справляешься сам? Драко нехотя оторвался от Гермионы, но развернуться ему не дал кулон, по-прежнему надетый на обоих. Под смешки стажёров, прибывших вместе с Макдугаллом, он снял с Грейнджер шнурок и повернулся. — Ну и что тут произошло? — добродушно смотрел на него главный ликвидатор. — Как здесь оказалась молодая леди? Добрый вечер, мисс Грейнджер! Гермиона не слишком смутилась. — Добрый вечер! Произошло недоразумение. Неподалёку живут мои родители, и я собиралась аппарировать в безлюдную точку, но, очевидно, промахнулась. — Это мог быть фатальный промах! — сказал Макдугалл, явно не слишком поверив в эту наскоро придуманную ложь. — Вы уж поосторожнее! Впрочем, — он нахмурил кустистые брови, — мы это ещё обсудим с мистером Малфоем. А пока вам лучше покинуть это место до того, как проклятие снова наберёт силу. Малфой, проводи леди. Мы тут со стажёрами справимся сами. Драко возражать не стал. По взгляду Макдугалла он понял, что завтра его ждёт серьёзный разговор. Они с Грейнджер уже сделали шаг в сторону восстановленной лестницы, как начальник проговорил: — Отгул тебе до понедельника. Отдохнёшь. — Но в понедельник у меня день рождения! — невольно запротестовал Драко, который собирался как раз уйти в отпуск. — Самый лучший день рождения — на любимой работе, — подмигнул стажёрам Макдугалл. С тяжёлым вздохом Драко кивнул и нагнал Грейнджер. Вместе они аппарировали прочь от проклятого особняка в безлюдную подворотню неподалёку от набережной Темзы, где столкнулись пару дней назад. — Как ты думаешь, почему меня снова перенесло к тебе? — пытливо поинтересовалась Грейнджер, когда они, не сговариваясь, неторопливо пошли вдоль каменной ограды. Драко улыбнулся уголком рта. — Очевидно, что ты очень этого желала. Гермиона покраснела и негромко рассмеялась. — Надеюсь, больше таких случайных встреч у нас не произойдёт. Они остановились, и Драко взял её ладонь, притягивая к себе. — Случайных — нет, — проговорил он ей на ухо нарочито низким голосом. — Только запланированные…