Глава 12 — Сладкая сделка

      Солнце поднималось над равнинами, отражаясь в листьях сахарных деревьев, что блестели, как леденцы. Я стоял у своего прилавка, чувствуя, как утренняя роса впитывается в лианы на моих руках, а металл корпуса чуть нагревается под лучами. Мой прилавок, что раньше был грудой досок, теперь выглядел почти прилично: я соорудил небольшой навес из обломков досок и рваной ткани, найденной у леса, чтобы укрыться от солнца, а из кусков ткани сделал занавеску от ветра.       Полки из обломков металла стали аккуратнее: на одной лежали инструменты: острый осколок металла вместо отвёртки, проволока вместо гвоздей, кусок металла с привязанной ручкой и дополнительно приклеенной смолой, как молоток, а на другой красовались отремонтированные вещи: шесты для стройки, пара копий, ведро с ровным дном. Вывеска «Мастер чинит всё» висела над прилавком, а рядом стоял ящик с мелкими трофеями — гайками, болтами, кусками проводов, что я находил неподалёку.       Конфетные люди уже привыкли ко мне. Банановые стражи приносили сломанные копья, Мятный лакей — маленький конфетный человек с красной шапочкой — тащил шесты для стройки, а Карамелька — пухлая, коричневая конфетная женщина с густой глазурью вместо волос — однажды приволокла погнутое ведро. Я чинил всё, что они приносили, и их писклявые «спасибо» становились частью моего дня. Сначала я работал бесплатно, чтобы завоевать их доверие, но теперь, когда лианы требовали воды, а металл — подпитки, я решил перейти к торговле.       Однажды утром ко мне подошёл Мятный, держа в руках сломанный деревянный шест.       — Мастер, починишь? — пискнул он, протягивая мне треснувший шест. — Без этого я не сможет работать сегодня.       Я взял шест, промазал стык смолой, обмотал его верёвкой и закрепил проволокой.       — Готово, — сказал я, возвращая его. — Но мне нужна вода. И немного сахара, если есть.       Он заморгал, но кивнул:       — Принесу, мастер!       Вскоре он вернулся с кувшином воды и горстью сахара на листке. Я взял кувшин, поставив его под прилавок, засыпал сахар в воду и опустил туда пальцы. Влага мгновенно впиталась в растительные части, оставив металлические детали мокрыми, а сладкая вода начала утолять жажду, которую я ощущал всё утро.       Данное открытие о своём теле я сделал уже следующим утром после дня моего прибытия. Ночью я не спал, а скорее был в каком-то трансе, вокруг меня мелькали смутные образы банановой стражи, а время проносилось с удивительной скоростью. Ночь пролетела буквально за несколько секунд, и уже ближе к утру я заметил, как моя жажда стала куда-то уходить. Словно очнувшись от наваждения, время вернуло свой ход.       Первым, что бросилось в глаза, был столик прилавка предо мной, он весь был мокрый от влаги. А ведь точно, ещё тогда, когда я шел сюда, трава была мокрой, видимо, этого стоило ожидать от данной местности. Но удивило меня не это, а мои руки, точнее, их растительная часть, они были абсолютно сухими, в то время как металл, проступающий в некоторых местах, был в каплях росы.       Догадка сразу озарила меня. Положив руку на прилавок, я подождал с десяток секунд и поднял её обратно. Сухое пятно в форме ладони с четырьмя пальцами отпечаталось на столе. Я прислушался к своим ощущениям, но не заметил чёткой разницы жажды до и после прикосновения — видимо, этого мало. Повторив эксперимент ещё пару десятков раз, я высушил стол прилавка и почувствовал, как жажда немного отступила. С того дня конфетные люди стали приносить не только сломанные вещи, но и плату в виде подслащённой воды.        Банановый страж отдал мне кусок металла за починенное копьё, Карамелька принесла банку патоки за выправленное ведро. Я брал немного — кувшин воды, горсть сахара, который я чувствовал, когда пил, иногда что-то полезное вроде проволоки — для гвоздей и прочих мелочей. Карамелька, следившая за запасами, одобрила это.       — Ты хорошо работаешь, мастер, — сказала она, протягивая мне очередной кувшин. — Принцесса будет довольна.       — Надеюсь, — ответил я, пряча воду. Оставаясь снаружи замка, но становясь частью их мира.       На пятый день я услышал гул — низкий, как далёкий мотор. Конфетные люди забегали, мечась по замку без определённых действий. Повертев голову, я стал всматриваться и искать причину данного происшествия — и довольно быстро нашел её: Принцесса Жвачка вернулась.       Она шагала через лагерь, высокая, розовая, с короной на голове, в плаще, под которым виднелся кожаный не то доспех, не то костюм, и сумкой через плечо. Её голос разрезал окружающий шум:       — Мятный, отчёт о происшествиях! Карамелька, доложи о запасах!       Конфетные люди окружили её, наперебой рассказывая об всём, что только можно: как прошёл у них день, сколько раз они не убились, как им было весело строить замок и о неком «мастере», что чинит всё подряд. Мятный пищал про шесты, Карамелька хвалила выправленное ведро, а ПБ слушала, кивая и переведя взгляд на меня. После того, как конфеты закончили шуметь и все вместе двинулись к воротам, она направилась ко мне.       — Так ты тот мастер, о котором мне рассказали, — сказала она, её голос был ровным, но с лёгкой ноткой любопытства. — Вижу, ты времени не терял.       — Стараюсь быть полезным, Ваше Высочество, — ответил я, выпрямляясь. — Чинить, строить и многое другое — всё, что нужно, к вашим услугам.       ПБ взяла одно из копий, лежавших в корзине, и повертела его в руках.       — Качественная работа. Банановые стражи хвалят твои копья, а лакей — шесты для стройки, — она посмотрела на меня. — Где ты научился такому?       Я пожал плечами, насколько это вообще возможно, стараясь говорить спокойно:       — Всегда был хорош в таком. Бродил по миру. Подхватил пару трюков, — сказал я рваными предложениями, разговоры всё ещё давались мне плохо.       Она прищурилась, но не отводила взгляда.       — Интересно. И что привело тебя к моему замку?       — Слышал, что строится что-то великое, — сказал я. — Подумал, что тут пригодятся мои навыки.       ПБ хмыкнула, положив копьё обратно.       — Великое, да. Но строительство требует больших навыков, чем починка всяких безделушек. Да и ты появился вовремя — слишком вовремя, не думаешь?       Я кивнул, чувствуя, как её слова проверяют меня.       — Просто оказался в нужном месте. Хочу помочь, — всё также ответил я.       Она помолчала, разглядывая меня, затем улыбнулась — тонко, но с намёком на одобрение.       — Хорошо. У меня есть задание для тебя. Главные ворота застревают при открытии — их конструкция несовершенна. Можешь их улучшить?       Я взглянул на ворота замка. Это был шанс.       — Посмотрю, что можно сделать, — сказал я. — Нужны материалы и немного времени.       — Материалы получишь, — ответила она. — Если справишься, поговорим о твоём месте здесь. Но помни: я слежу за всеми, кто входит в моё королевство.       Она развернулась и ушла к замку, а я остался у прилавка, ощущая, как сердце — или его подобие — бьётся быстрее. Это был мой билет к доверию и пропуску в замок.