американская эскортница

Сидя в машине на парковке у входа в ресторан, Алисии потребовалось около семи минут, чтобы осмелиться на этот шаг. Человек, которого она не видела пять лет, вероятно, находился в десяти шагах от неё, а она, поджав хвост, пыталась настроиться на встречу с ним. Как бы не убеждал её Андрес — она знала, всё, что сейчас произойдёт — не имеет никакого отношения к ней. Она не была невестой богатого парня, она не была даже чьей-то девушкой. Шикарная машина, на которой они приехали, была невесть чья, но точно кого-то из семьи Маркина. Кеды Версаче, что были на ней, подарены этим же липовым женихом, тренч куплен на распродаже. Джинсы и утягивающий и без того хрупкую фигурку боди с длинным рукавом, были заказаны на Амазоне после рождественской премии. Она работала бариста и разгребала дерьмо за своим боссом-наркоманом, дабы его не уволило начальство повыше. За это она всегда получала больше, чем остальные сотрудники. По мнению де Фонойоса, главным козырем рыжей была учёба в престижном университете и собственный внутренний стержень. Её жизнь в Америке была неплоха, она даже любила её, но ничего из того, что могло вызвать зависть у бывшего-ублюдка не было её. Глубоко вздохнув, она кивнула парню и вышла из машины, тут же падая в его объятия. Спектакль начался ещё до входа в ресторан. Эрман Фернандес был старше Алисии на год. В детском доме он оказался не случайно — мать вела безобразный образ жизни, и, в конце концов, отправилась в тюрьму за продажу наркотиков. Отца у парня не было — вряд ли мать даже знала того в лицо. В пятнадцать, как и полагается в пубертатном периоде, Эрман внезапно почувствовал себя самым сексуальным парнем на планете. Спустя полгода ему надоело втихушку смотреть порно и мастурбировать, представляя одноклассниц или девочек из детского дома. Осознавая то, что ни одна одноклассница никогда бы не согласилась отдаться ему, а девчонкам из детского дома ничего не стоило устроить драку, он выбрал для себя самую тихую и не конфликтную жертву. Алисия была младше, это особенно заводило его, однако он не думал, что ему понадобится ещё несколько месяцев на «раскрутку». Особый шарм ей придавало то, что её соседки уезжали на выходные к родственникам и Алисия оставалась в комнате одна, что дало бы нужное уединение. Она не доверяла ему, но хотела преуспеть хоть в чём-то, поэтому согласившись на оральные ласки, не думала, чем это обернётся. Грубость от нетерпения близости зачастую была на пределе, это научило Алисию одной вещи. Секс — это не обмен энергией или акт любви, секс — это всплеск похоти и свобода инстинктов. Любопытство взяло верх и уже через пять месяцев она сама пригласила красавчика к себе в комнату, спланировав их свидание так, чтобы об этом никто не догадался. Первый секс обернулся для неё кошмаром, что выдвинуло вторую теорию. Секс — это боль. Однако, ей нравилось видеть довольное лицо партнёра, когда тот заканчивал в её ротик или на грудь. На неделе Эрман зажимал её в школьных туалетах, желая залезть в трусики или ощутить её руку на своём члене. На выходных — открывал для неё и себя новые позы, заботясь исключительно о своём удовлетворении. Алисия не кончала. Ни от попыток мастурбации, ни от близости с ним. Однажды он скинул ей порно, желая повторить из него одну позу и оно действительно завело девочку. Впервые она ощутила оргазм, направив струю воды себе между ног. С тех пор это было частым ритуалом. Эрман был не так глуп, как казался — по ночам он затыкал ей рот ладонью или же краем подушки, чтобы она не издавала ни звука. Между всем этим, он не замечал, что его девочка росла и менялась, а вместе с ней и её тело. На Алисию стали заглядываться другие парни, приглашая на прогулки или даря небольшие подарки, на которые хватало денег. Это подкупало Сьерру — она никогда не видела подобных жестов от Эрмана. На её вопросы о формате их отношений, он переводил тему, не желая «навешивать ярлыки». Поняв, что может потерять её и хороший секс, Эрман начал действовать. А точнее — говорить. О совместном будущем, об их детях и большой-большой любви. Контраргументом было — «мы первые друг у друга, мы навсегда». Алисия не была влюблена в него, она была влюблена в идею побега. Парень был старше, и, нащупав больное место девушки, понял, куда давить. С этого момента он рисовал для неё воздушные замки, детально прописывая план её побега из детского дома, как только он найдёт работу и комнату для них. Обсуждение ключевых моментов всегда перерастало в ласки или секс. Ей не было плохо среди таких же брошенных детей, как она, единственное, чего она хотела — продолжать чувствовать себя нужной хоть кому-то. Она догадывалась, что его держит лишь доступный секс, но не хотела забивать себе голову этими лишними мыслями, когда на кону была её свободная жизнь без всяких преград. Сьерра свято верила в то, что он привязан к ней и обязательно заберёт её вместе с собой. В последний день перед отъездом из детского дома он был особенно ненасытен. Кончая, он возбуждался вновь, мокрая и уставшая Алисия несколько часов ублажала своего героя, в надежде, что через две недели, он вызволит её. На свободе она могла бы не думать больше об Эрмане и отправится на поиски настоящей себя, и, если повезёт, любви. Он так и не появился. Оставив тошнотворную записку с фразой «ты навсегда останешься самой горячей сиротой, что я пробовал», Эрман покинул детский дом и больше никогда не возвращался туда. Ни через неделю, ни через две, ни через месяц. Ни через год, когда ей пришёл положительный ответ от Калифорнийского университета. Тогда она расценила это не как возможность получить достойное образование и построить на нём карьеру, а как способ, наконец, сбежать из своей комнаты номер одиннадцать, в которой в течение трёх лет насиловали её душу. И вот, она была здесь. В объятиях сына Хесуса Маркина, богатейшего человека Испании, она зашла в ресторан, теперь уже уверенная, что сыграет роль, достойную Оскара. Андрес специально не отпускал её руку и сел рядом, а не напротив. Небольшой столик в углу с диваном был идеальным местом — ресторан как на ладони. Однако, читая меню и поглядывая на персонал, Алисия не замечала виновника представления. Услышав до боли знакомый, раскатистый смех кого-то, кто вышел из кухни в зал, она зловеще улыбнулась самой себе и положила голову на плечо своего друга. — Он? — прошептал Андрес и услышал в ответ тихое «угу». — Покажи ему! — добавил он напоследок и развернулся к барной стойке, ловя взгляд парня. Андрес видел — тот замешкался и попытался спихнуть обслуживание на своего коллегу, увидев парочку. Эрман внимательно рассматривал Алисию и морщился, стараясь разубедить самого себе, что это она. Сьерра чувствовала на себе этот взгляд, но предпочла сделать вид, что не замечает ничего и никого, кроме блюд в меню и своего «жениха». Оскалившись, парень бросил ручник на барную стойку и поплёлся к восьмому столику, где широко улыбался де Фонойоса. — Добрый день, я Эрман, буду вашим официантом. — Андрес сразу услышал этот недовольный тон. — Эрман…? — улыбнулась Алисия, поднимая взгляд. Тот таращился на неё и не смел пошевелиться. — Как неожиданно! — Здравствуй, Али. — пробормотал он, поджимая губы. Это была самая неловкая встреча в его жизни. — Любовь моя, вы знакомы? — повернулся к ней Андрес и почувствовал, как дрогнула её рука. — Мы из одного детского дома. — улыбнулась она парню и кивнула ему на меню. — Прошу прощения, но Ваша машина припаркована в зоне выгрузки продуктов. — миловидная менеджер подошла к их столику. — Не могли бы Вы, пожалуйста, переставить её? Глаза Эрмана забегали, тут же он увидел брелок от Порше на столе. Нахмурившись, Андрес перевёл взгляд на Алисию, но та лишь сжала его руку, лежащую на столе. — Я закажу. Оглядываясь на девушку, де Фонойоса вышел из ресторана. — Я думал, ты в Америке… — после неловкого молчания подал голос Фернандес. — Приехала на выходные. — натянуто улыбнулась рыжая, определив свою стратегию. Внезапно, она почувствовала себя комфортно в этой роли, будто действительно жила так. Разъезжала на тонированном Кайене и могла себе позволить прилететь на выходные с другого конца света. — Не думала, что ты следишь за мной. — Ну… — усмехнулся парень. — Это же я создал тебе Инстаграм, в котором ты светишь своей жизнью. — Точно. — нервный смешок сорвался с её губ. — Ну, как ты? — Работаю. — односложно ответил Эрман. Неловкость охватила его с головы до пят. — Молодец! — покачала головой Алисия, понимая, что диалог заходит в тупик. — Тогда, полагаю, могу попросить тебя о вителло тонато, ризотто… — Твой парень? — бесцеремонно перебил её Эрман. — Жених. — без тени сомнения ответила ему девушка. — Даже так… — Я чувствую пассивную агрессию, Эрман. — улыбнулась Сьерра. — Я рада видеть, что ты не сторчался, подобно своей матери, а трудишься на непростой работе, но не стоит разговаривать со мной так, будто ты всё еще что-то решаешь в моей жизни. — Извини. — покорно проглотил он её замечание и комментарий о матери. — Неожиданно видеть тебя здесь. Прошло столько лет….А ты всё так же прекрасна, даже больше. — Да, я помню твою краткую рецензию на наши отношения. — увидев его жалкий вид, Алисия в очередной раз улыбнулась. — Милая? — подошедший Андрес удивился, что официант всё ещё стоит над ней. — Вителло тонато, два ризотто с чёрным трюфелем, фоккача и бокал Савиньон Блан. Что думаешь, любимый? — Потрясающе. Для меня — Чинотто. Перелейте в стакан, пожалуйста. — Непременно. — натянуто улыбнулся Эрман и оставил парочку. Просунув свою руку между диваном и талией Алисии, Андрес снова придвинул её ближе к себе и заглянул в глаза. Та хитро закусила губу и поборола в себе неожиданное желание чмокнуть его в щёку. — Ну? Что моя невеста рассказала этому ублюдку? — широко улыбнулся он.Он спросил о тебе. — Надо было видеть его лицо, когда я сказала, что ты мой жених. — тихо рассмеялась рыжая, но тут же выпучила глаза. — Чёрт, кольца нет… — Твоё кольцо слишком дорогое, не стоит рисковать и надевать его в забегаловки. — Дурак! — прошептала она и уткнулась носом в его плечо. — Что такое «чинотто»? — Лимонад. — ситуация, в которой они находились, невероятно забавляла Андреса. Он не переставал хихикать. Веселясь в своём пузыре, Алисия и Андрес не слышали о чём болтали официанты, собравшиеся вокруг Эрмана. — Ты трахал невестку Хесуса Маркина? — воскликнула одна девчонка. — Не только же тебя мне трахать. Что за Маркина? — огрызнулся тот, наливая лимонад из бутылки в стакан. — Ты идиот? В прошлом году Форбс признали его самым богатым человеком в Испании. Ну, наверняка после короля… — подключился бармен. — Молодец, Али. — от злости парень бросил в раковину ледышку, которая с треском раскололась. — Нашла себе богатенький член в своей Америке. Теперь ест чёрные трюфели, а не рыбные палочки с фасолью. — Она секси… — протянул Энрике, ещё один официант, не сводя глаз с рыжей. — Представляю, что она вытворяет с ним по ночам. — Chico, я не ебал её, разве что в задницу. Ничего особенного. — ухмыльнулся Эрман. — Она фригидная, никогда не кончала. — Я тоже с тобой не кончаю. — фыркнула Элиза. — Может, дело не в ней? С грохотом брюнет поставил напитки на стол и сообщил время ожидания блюд. Всем своим видом он показывал пренебрежение и неприязнь. Ему стало плевать, что они не оставили бы ему чаевые, которые были так нужны. Он не собирался показывать Алисии своё настоящее лицо неудачника-наркомана. Если ему повезёт, то он отымеет эту шлюшку в подсобке, как в старые добрые времена. — Эрман? — окликнула его Сьерра. — Здесь капли. — несколько капель лимонада, действительно, не выдержали грохота стакана. Достав из фартука влажные салфетки, он прикусил язык, который так и норовил ответить что-нибудь гадкое. — Всё в порядке? — Непростой день. — Понимаю, chico. — усмехнулся Андрес. — У Али всё время рабочие созвоны, хотя мы прилетели навестить родителей. — Её? — не удержался брюнет. Руки де Фонойоса невольно сжались в кулаки, он бы не позволил ублюдку шутить на эту тему. Проглотив эту колкость, Алисия увидела побелевшие костяшки Андреса и тут же приложила руку к его щеке. — Родной, я не замечала раньше у тебя эту маленькую родинку на носу. — она принялась рассматривать его лицо, на котором не было ни единой родинки. — Прости, Эрман, ты что-то сказал? Собрав салфетки, тот молча удалился на кухню. — Урод. — Спокойно, это в его природе. — Алисия демонстративно продолжала гладить его щёку своей ладонью. — Там реально появилась родинка? — насторожился «жених». — Нет, всего лишь капля спермы, пока ты дрочил на своё отражение. — Дурочка. — она усмехнулась и перешла на волосы, задевая ногтями кожу головы. — Али, прекрати, а то я сейчас правда пойду дрочить на себя в туалет. — Мне нельзя быть ласковой со своим женихом? — прошептала она, всё же убирая руку. Вопрос остался без ответа. Вновь подошедший Эрман поставил блюда перед гостями. — Должен предупредить, что с непривычки, такой гриб, как трюфель, может вызвать негативную реакцию у организма. — Мне это не грозит. — отправив в рот ризотто, она улыбнулась и вопросительно посмотрела на Андреса. — Мм, почти так же вкусно, как и на выходных в Италии! — воскликнул он. — Приятного аппетита. — процедил он и поспешил удалиться, лишь бы не видеть приторную парочку. Через полчаса Алисия откинулась на спинку дивана, прикрывая глаза. Она не понимала — то ли еда была действительно вкусной, то ли она голодной. Повертев головой, она отказалась от фоккачи, которую Андрес протягивал к её рту. Бокал вина заставил её расслабиться — она не говорила ничего унизительного, наоборот, вела себя вежливо и даже дружелюбно, пока бывший парень разливал свой яд вокруг их столика. Это заставило почувствовать некое превосходство. Сьерра убедилась — он ни капли не изменился, возможно, стал ещё хуже, чем был. Его слащавая вежливость слишком плохо скрывала открытую неприязнь и зависть девушке. Он откровенно пялился на неё, даже когда принимал заказ у других столиков. Буквально раздевал и съедал её своим взглядом, воочию наблюдая, что она больше никогда не будет его маленькой и глупой Алисией. Сильная и успешная сеньорита Сьерра, которую он видел перед собой, была в сто раз больше него, даже если оставалась такой же хрупкой девушкой. Сделав ещё глоток, она довольно улыбнулась и потянулась к руке Андреса, уже не подмечая, что входит в её театральную игру, а что нет. Тот тут же сжал худенькие пальцы и перебросил руку на её спину, прижимая к груди. — Не устала быть актрисой? — тихо сказал он, чувствуя некую интимность момента. — Даже нравится. — сморщила носик Али, делая последний глоток вина. Лица были слишком близко друг к другу, «невеста» даже закрыла глаза и пару раз потрепала его нос своим. Положив руку на его торс, она глубоко вздохнула и улыбнулась. Сидя лицом к большому окну, она не могла видеть, что происходит за её спиной. Взгляд Эрмана прожигал затылок рыжей, он словно заворожённый не мог спустить глаз с парочки. На долю секунду Андрес поймал его взгляд и решил, наконец, подвести спектакль к кульминации. Алисия всё ещё сидела с закрытыми глазами, поэтому момента лучше было не найти. Единственное, на что надеялся парень — это на то, что она не залепит ему пощёчину, тем самым потопив этот корабль театральщины. Закрыв свои глаза, он вдохнул аромат её парфюма и поцеловал. Это длилось всего пару секунд, никто из них двоих даже не понял, что произошло. Она быстро отпрянула и выпучила глаза, пока Андрес смотрел на её губы. Тяжело взглотнув, он выдавил из себя: — Он пялится на нас. Прости. Всё ещё находясь близко к парню и чувствуя его дыхание, Алисия смотрела в карие глаза, что уже были пропитаны виной за этот нелепый поступок. — Целуешься — целуйся нормально, а не как школьник. — прошептала Сьерра и без предупреждения вновь прижалась к нему губами. Тут же он притянул её ближе к себе, раскрывая рот и захватывая её губы в уже не таком невинном поцелуе. Он не собирался устраивать шоу и целоваться в засос прилюдно, но её рука, оказавшаяся на его щеке, вторила обратное. Почувствовав её язык, он растворился в этих ощущениях, позабыв о месте, времени и других людях. Поцелуй не был долгим, Алисия всё-таки осознавала, что делает, но он успел захватить её и заставил почувствовать желание остановить время. Поэтому, когда она оторвалась от друга, тот снова потянулся к ней и чмокнул. Она улыбнулась и чмокнула в ответ, словно это было самой обычной вещью на свете — целовать Андреса. Не отрывая руки от его щеки, она оставила на ней последний, мокрый и нежный поцелуй. Вернув голову на его плечо, она почувствовала, как он уткнулся носом в её волосы и выдохнул. Он бы и дальше наслаждался этим странным тёплым чувством, растекающимся по его телу с головы до пят, если бы не услышал звонок на свой телефон. — Это отец. Пожалуйста, закрой счёт. — выложив перед девушкой портмоне, Андрес вышел из-за стола. — Да, пап. — Можно счёт, пожалуйста? — вскинула она рукой, привлекая внимание Эрмана, который после их поцелуя принялся нарезать лайм за барной стойкой. Тот со всей силы вонзил нож в разделочную доску и подошёл к ней с терминалом. — Вам всё понравилось? — грубо сказанная фраза заставила Алисию поднять на него глаза и усмехнуться. — Да, спасибо. — вынув ту же карту, с которой не так давно она ходила на шоппинг, Сьерра ввела код и сложила губы в трубочку, ожидая успешную транзакцию. — Ты включил в счёт чаевые? — Скажи мне кое-что, Али… — проигнорировал он её вопрос. — Хорошая жизнь в Америке, богатенький женишок, который паркует свою тачку там, где захочет. Карта для оплаты трюфелей и дорогих шмоток, что на тебе… Что ты считаешь? — он, наконец, решил идти в наступление, надеясь задавить её агрессией, что все полтора часа стояла в горле. Эта сучка не могла так просто заявиться на его работу и демонстрировать своё счастье, пока он утопал в нищете, спуская последнее на дозу. — Его деньги или свои оргазмы? — Хорошо, что с тобой мне не приходилось считать ни то, ни другое. — отрезала Сьерра, сминая чек. — Ты буквально облегчил мне жизнь, не доставив ни одного, даже тусклого оргазма и не подарив и жалкого цветка. — Я был подростком в детском доме. Упрекаешь меня в нищете, в которой сама же и выросла? — По-крайней мере, я хотела из неё выбраться и сделала это. — Сделала? — рассмеялся Фернандес. — Что ты сделала? Дала сыну богатого мужика? Посмотри на себя, Алисия. Ты была хороша, когда была малолеткой. Всегда податлива, всегда терпелива, всегда сексуальна. А сейчас? — он знал — сейчас она ещё сексуальнее, даже в самой обычной одежде. — А сейчас ты просто удобная дырка, которую он трахает, потому что только на это ты и годишься. Думаешь, отучилась в Америке и стала особенной? Думаешь, что одна на миллион для него? Кто ты и кто он, Алисия? Его отец в курсе, что сынок пригрел на шее жалкую сиротку, вышедшую из детдома без евро в кармане? — увидев возвращающегося в ресторан Андреса, он бросил последнюю фразу и удалился. — Расскажи на досуге женишку, как стонала моё имя в школьном туалете. А личному дневнику, как отучилась в штатах и стала эскортницей. Подойдя к столику, парень смог наблюдать вовсе не лучезарную картину — Сьерра была на грани истерики. — Тише, лисёнок, тише… — он незамедлительно сел рядом и положил руку на её трясущееся колено. Увидев, что у его «невесты» вот-вот польются слёзы, он всё понял: причина их появления стояла позади него у стойки администратора и наблюдала за парочкой, ожидая, что девушка разрыдается. Единственным желанием Андреса было раздавить этого напыщенного ублюдка. Кулаки сжались, он был готов атаковать. Вероятно, это был бы первый в истории де Фонойоса случай, когда он ударил бы ради девушки. Ни одна из его намалёванных кукол и мизинца Алисии не стоила, чтобы он стал марать из-за них свои руки. Но рыжая была его лучшим другом — единственным человеком не из числа его семьи, за кого бы он ударил не задумываясь. Обхватив его кулак своей ладошкой, она прошептала. — Пожалуйста, не надо. Он того не стоит. — Али, ты же знаешь, что ради тебя я выбью ему все зубы. — другой рукой он принялся нежно поглаживать её по спине, слезы начали отступать. — Что он сказал? — Ничего из того, чего бы я сама не знала. — Думает, ты не достойна, такого, как я? — попал в цель Андрес, на что рыжая согласно кивнула. — Он чертовски заблуждается. Ты настолько невероятная, что это я не достоин тебя. Поцеловав её в макушку, он помог надеть тренч и обнял за плечи. Крепко прижимаясь к нему, Алисия хотела поскорее покинуть это место и больше никогда не встречать подобных подонков из прошлой жизни. Всегда улыбчивые официанты пожелали им хорошего дня у самых дверей, но Андресу этого было недостаточно. Возможно, по настоянию своей подруги, он не мог выбить из Эрмана всю его дурь, но никто не смог бы заткнуть «жениху» рот. Неожиданно повернувшись, он окинул взглядом присутствующих и обратился к девушке. На бейдже было написано «Элиза». — Моя невеста рассказывала мне, что у него. — он указал пальцем на Фернандес. — Невероятно маленький член. Это правда? — Алисия дёрнула его за руку, сигнализируя о том, что хочет просто уйти, однако, Андрес не счёл свой вопрос риторическим и в ожидании смотрел на официантку. — Угу… — пробормотала она, чувствуя неловкость и даже небольшой страх перед сыном влиятельного человека. — Я так и думал. Чтобы работать в сфере обслуживания, нужны яйца. — улыбнулся он уроду. — Советую поискать их. Как и новую работу. — отрезал он, открывая дверь для Сьерры.