Глава 3: Razorblade steps

На следующее утро Лиза проснулась рано (на самом деле, она была настолько нервной, что не могла нормально спать всю ночь и вынуждена была снова поставить стул под дверь, опасаясь Джексона), и, так как не могла больше заснуть, она поднялась в ресторан на ранний завтрак. Ресторан был еще наполовину пустым, и она наслаждалась моментом тишины и покоя. Её немного пугала перспектива встречи с ним, и в голове прокручивались все возможные сценарии того, что он мог бы с ней сделать: задушить, ударить, убить. «Надо держаться подальше от безлюдных мест», — решила она. Ресторан уже начал заполняться, когда появился Джексон. Лиза съёжилась в своём кресле и спряталась за меню, когда он направился к своему обычному столику и уселся на стул. Здесь он не мог ей угрожать, это было точно. Здесь она была в безопасности. Было бы лучше покончить с этим сейчас, не давая ему возможности для мести. В голову Лизы пришла случайная мысль, и прежде чем она успела её обдумать, она уже шла к нему. Он поднял глаза, встревоженный и удивленный, а затем сразу же недовольный и раздраженный, когда она бросила свою сумочку на стол и облокотилась на него. —Привет. Джексон раздражённо застонал, бросив быстрый взгляд на другие столики.  —Чего ты снова хочешь? Я думал, что ты захочешь держаться от меня как можно дальше... И на самом деле, тебе бы следовало. Она пожала плечами:  —Мне скучно. А ты — единственный, кого я здесь знаю.  Он саркастически рассмеялся, абсолютно лишённый чувства юмора. —Вижу, ты становишься ближе со своей… возлюбленной. Вы хорошо смотритесь вместе. —Лиза…— предупредил он, глаза опасно блеснули, и Лиза задумалась, было ли хорошей идеей упоминать о своём вчерашнем поступке. Но, как будто вдруг вспомнив что-то, он нервно оглянулся, чтобы проверить вход. Конечно, он не хотел, чтобы его застали за разговором с другой женщиной. Когда он снова повернулся к ней, на его лице появилась лёгкая улыбка, что её удивило.  —Твоя маленькая записка меня позабавила. Я был удивлен, что ты не описала меня как врага номер один страны. —Я не хотела поднимать слишком много шума. —Очень предусмотрительно, — юмор исчез из его глаз, и его взгляд снова стал холодным и расчетливым. Она быстро отдёрнула руку, когда он протянул руку, чтобы схватить её за запястье.  —Но когда я сказал не делать глупостей, я имел в виду и отправку записок. —Да-да, я знаю, — отмахнулась она, взяла свою сумочку и, прежде чем он успел угрожать ей, повернулась, чтобы уйти.  —Приятного аппетита. Лиза тут же выбежала из ресторана и направилась к лифтам. Она запрыгнула в лифт и нажала кнопку на «7» палубу. С колотящимся сердцем она поспешила к комнате 721, слегка улыбаясь при виде ключ-карты, которую только что стянула с его стола и подменила своей. Да, она знала, что заплатит за это, но искушение было невыносимо. Возможно, проверка его комнаты даст ей подсказку о том, чем он занимается. Медленно, дрожа и подавляя тихий всхлип, она вошла в комнату. Она была почти идентична её люксу, только менее неопрятной. Её кожу покалывало при мысли о том, чтобы рыться в личных вещах Джексона, его одежде и всех сомнительных предметах, которые он, возможно, носил с собой. Она не знала, с чего начать и что искать. Джексон всё-таки был профессионалом, он не оставил бы следов с большой красной буквой X, указывающей на то, что это подсказка. В ресторане она действовала импульсивно, без какого-либо плана. Затем она заметила открытый ноутбук на кровати и кинулась к нему. Он всё ещё был включен, экранная заставка не заблокировала его, и она, взволнованная, присела рядом с ним. На рабочем столе были только обычные значки, никаких файлов. Она открыла интернет-браузер, но к её разочарованию история была очищена. Затем она попыталась открыть недавно использованные документы, открывая их один за другим, но все они требовали пароль. Даже названия не были информативными, просто наборы цифр и букв, которые не имели для неё никакого смысла. Лиза чуть не вскрикнула, когда услышала внезапный шум у двери. Её сердце чуть не выпрыгнуло из груди, и ей пришлось успокоить дыхание, чтобы не потерять сознание. Раздался тихий щелчок, и её сердце чуть не остановилось, потому что она подумала, что система замков его впустила, затем ручка двери повернулась, но дверь не сдвинулась с места. Кто-то, скорее всего, Джексон, пытался войти, но не смог. Она услышала его бормотание, а скорее ругань, а затем звук шагов, удаляющихся прочь. Ей нужно было выбираться, пока он не нашёл ключ, который работает. Взглянув на ноутбук в последний раз, Лиза попыталась открыть последний файл и ахнула, когда он не потребовал пароля. Это была картинка, и минуту она тупо смотрела на неё, потому что это было совсем не то, к чему она была готова. Это была картина, и она смутно показалась ей знакомой. Она попыталась вспомнить свои уроки по истории искусства из школы, возможно, она узнала бы, в каком веке и школе она была написана (Средние века, это точно), но поняла, что у неё нет на это времени. Она закрыла файл, бросилась к двери и сглотнула ком, застрявший в горле от страха, прежде чем слегка приоткрыть дверь. Вокруг никого не было, она быстро вышла и побежала к лестнице. Джексон, скорее всего, воспользуется лифтами. Так как она не могла попасть в свою комнату без ключа, единственным вариантом было вернуться на верхнюю палубу и сделать вид, что она была там с тех пор, как вышла из ресторана. Почему-то она была уверена, что Джексон придёт искать её. И впервые с тех пор, как она вступила в эту маленькую детективную игру, страх вернулся. Она пробыла там как минимум полчаса, прислонившись к перилам и размышляя о картине, а его нигде не было видно. Она начала сомневаться в своей логике; возможно, он не понял, почему его карта перестала работать, ведь её имя не должно было быть первым возможным ответом на такую проблему. Она вскрикнула, когда острая боль пронзила её руку, и прежде чем она успела моргнуть, её резко прижали к стене за огромным спасательным кругом, наполовину скрытым от других пассажиров, прогуливающихся по палубе. —Ты псих?— вырвалось у неё, когда она увидела холодное, как камень, лицо Джексона. Было очевидно, что он едва сдерживает ярость, бушующую в его глазах. Её желудок сжался от страха при виде его взгляда; он выглядел почти так же, как тогда, в доме её отца. Он схватил её за плечи, игнорируя её протесты.  —Когда ты в последний раз входила в свою комнату? Лиза моргнула, на мгновение сбитая с толку вопросом, и она была рада, что удивление и замешательство на её лице были искренними. Она не ожидала такого вопроса.  —Когда… что… о чём ты вообще говоришь? —Знаешь, Лиза, со мной только что произошло кое-что очень забавное, — он наклонился к её уху, шипя с ядом.  —Когда я пытался попасть в свою комнату, ключ меня не впустил. —Ой, — снова моргнула она, пытаясь изобразить, будто её мозг работает над решением проблемы.  —Тебе стоит обратиться на ресепшн. И не забудь заполнить карточку с отзывами. Теперь он моргнул, глядя на неё, и Лиза с трудом сдержала смех от внутренней шутки. Джексон сжал губы и быстро пришел в себя. —Знаешь, что мне сказали на ресепшене? Что я пытался войти в комнату с твоим ключом... Как тебе такое, Лиза? Как так получилось, что у меня твой ключ, а у тебя, вероятно, мой?— он смотрел на неё с устрашающим взглядом, и Лиза поняла, что ситуация больше не кажется ей смешной. Она пыталась придумать ответ, который не потребовал бы от неё лжи, потому что, честно говоря, она была ужасна в этом. Но Джексон, наконец потеряв терпение, встряхнул её.  —Ты вошла в мою комнату, так? Лиза сумела посмотреть на него с изрядной долей отвращения и фыркнула:  —Твоя комната — последнее место, куда бы я захотела попасть! И это было правдой, но всё же не являлось ответом на его вопрос. К её удивлению, Джексон оставил это без комментариев, его взгляд ясно давал понять, что он прекрасно знает правду. Его рука скользнула по её руке и обвилась вокруг спины. Она вздрогнула, когда его пальцы исчезли в её карманах на бёдрах, вытаскивая ключ-карту. Он положил её в карман и протянул ей её собственную. Она осторожно взяла её и убрала подальше. Не в силах встретиться с ним взглядом, она опустила глаза. Лиза моргнула, сфокусировала взгляд на воротнике его рубашки и снова моргнула, и прежде чем она успела осознать, её указательный палец непроизвольно потянулся и коснулся маленького свежего шрама у основания его горла. Контакт был мягким и лёгким, словно она поглаживала его, чувствуя неровную ткань кожи, но Джексон, совершенно ошеломлённый, резко отстранился от неё. —Наслаждаешься своим творением?— прорычал он, всё ещё сбитый с толку её поступком. —Да. Ответ сорвался с её губ без одобрения, и в спешке исправить это, прежде чем он бы взорвался, она задала самый нелепый вопрос, который пришёл ей в голову:  —Было больно? Даже она сама вздрогнула от того, насколько глупо это прозвучало, но прозвучало это так мягко, что на мгновение Джексон выглядел скорее озадаченным, чем разозлённым. —Нет, это был чертов оргазм. Она сглотнула, чувствуя, как её лицо заливает румянец, и принялась рассматривать складку на его поло, предпочитая это, чем смотреть на него. Повисла долгая тишина, Лиза чувствовала его неумолимый взгляд, пытающийся проникнуть в её мысли. Он снова придвинулся ближе, нарушая её личное пространство и вынуждая её поднять глаза. Неохотно Лиза подняла голову, и когда он убедился, что привлёк её внимание, прошептал: —Если продолжишь в том же духе, Лиз,— его руки снова оказались на её руках, медленно скользя вверх и вниз, лаская, поглаживая кожу, как это сделал бы любовник, но на его лице было такое суровое выражение, что она едва могла удержать взгляд на нём.  —Ты случайно упадёшь в океан. Не вынуждай меня быть жестоким. Он сказал это так, словно не хотел причинять ей боль, но она знала лучше: он никогда не колебался, если дело касалось её «воспитания». Она не ответила сразу, главным образом потому, что догадывалась, что на эту угрозу можно дать только один ответ. Он поднял руку к её щеке, пальцы скользнули по скулам, коснулись линии подбородка, так близко, так близко к её шее, к её трахее. Она сглотнула и кивнула. —Ладно,— едва слышно произнесла она. Глаза Джексона впились в её и он долго смотрел на нее, затем он кивнул и ушёл, не сказав больше ни слова. Лиза провела этот день и следующий, занимаясь теми делами, которые она забросила с тех пор, как столкнулась с Джексоном. Она не хотела снова его бесить, поэтому решила дать ему немного остыть. Однако, как бы она ни пыталась наслаждаться спа или книгами, всё, о чём она могла думать, — это что же Джексон задумал с той женщиной. Единственной зацепкой была картина, но даже она казалась весьма сомнительной. Возможно, это было просто совпадение и не имело никакого отношения к делу, возможно, это его любимая картина (тут она слегка рассмеялась, потому что Джексон никогда не казался ей тем, кто хранит классические картины на своём ноутбуке просто ради художественного наслаждения, особенно не картину с религиозным содержанием). Это бесило её до предела. На следующий день, когда Лиза переключала каналы на телевизоре (всё те же снежные помехи и полустатичные новости на FOX), она наконец вспомнила. Картина на ноутбуке Джексона была "Рождество со святыми Франциском и Лаврентием", утерянный и найденный Караваджо, который должен был быть представлен на выставке в Риме меньше чем через неделю. И тут всё встало на свои места. Хотя Лиза планировала ехать в Барселону, конечным пунктом назначения корабля был Рим. Акцент, который она уловила, разговаривая с женщиной, был явно латинским, и теперь она была уверена, что это был итальянский. И Караваджо был в Риме. Джексон сказал, что он здесь не для того, чтобы устроить чью-то смерть, но даже в самых диких мечтах Лиза не могла предположить, что он охотится за картиной. Шокированная тем, что нечто столь уникальное будет украдено или, что ещё хуже, уничтожено через несколько дней, и никто даже не подозревает об этом, она погрузилась в разработку новых идей, как этому помешать. Она не могла никому сообщить, не рискуя своей жизнью и жизнями своих близких, и хотя она не знала, какую роль играет женщина во всей этой схеме, было очевидно, что её нужно спасти от Джексона. Она могла бы снова попытаться предупредить её о том, насколько опасен Джексон, но не была уверена, что это сработает. Возможно, его обман был слишком силён, чтобы женщина могла ему противостоять, а Джексон стал ещё более настороженным после инцидента с ключ-картой. Когда он не был рядом с женщиной, Лиза была уверена, что он следит за ней. Она сталкивалась с ним в различных местах, даже в коридоре, ведущем к бассейнам, и она ужасалась при мысли, что он мог зайти в спа, когда она там была. Она возобновила слежку, и вечер преподнёс ей удачный поворот событий, когда она стала свидетелем того, как итальянка случайно пролила свой напиток на платье в коктейль-баре. Лиза услышала, как та извинилась и оставила Джексона, чтобы переодеться. Лиза поднялась, чтобы побежать за ней, но внезапное колебание остановило её. Вместо этого она удивила саму себя, заняв место рядом с Джексоном. Он посмотрел на неё и застонал.  —Ты меня преследуешь, Лиза? —Я слышала поговорку от одного венгерского гостя в 'Люксе': «висельника повесили». Думаю, это вполне описывает твою ситуацию,— она улыбнулась, наслаждаясь тем, как его бровь дёрнулась. Когда бармен наклонился к ней, она заказала с милой, но провокационной улыбкой, которая была адресована Джексону.  —Bay Breeze, пожалуйста. Джексон уставился на неё и закатил глаза, с лёгкой улыбкой на губах.  —Какая месть! Ты уверена? Я бы подумал, что ты предпочитаешь Sea Breeze. —Всегда такой уверенный. И всегда ошибаешься. Когда она получила свой напиток, она подняла бокал, чтобы чокнуться. Ей пришлось с трудом подавить ком в горле, потому что ощущение дежавю пугало и огорчало её одновременно. Они прошли очень долгий путь с момента милого разговора в Tex Mex, и теперь она осознала, стыдно признаться или нет, насколько она скучала по тому моменту. —Приятные воспоминания?— усмехнулся он, но сарказм, если он и был задуман, отсутствовал в его голосе.  —Начнём всё сначала? Знакомство, рукопожатие, привет-привет-приятно-познакомиться? —Как будто все что было можно забыть.—Лиза отвела взгляд и сделала ещё глоток коктейля, желая, чтобы вместе с ним могла проглотить и свою обиду. —Если хочешь, можем попробовать,— его улыбка была насмешливой и одновременно бросала ей вызов, с намёком на тепло, и внезапно Лиза не могла решить, он издевается или на самом деле серьёзен. Поэтому она решила сменить тему. —Как у тебя с ней дела? Джексон, вздохнув, решил не продолжать, и отпил из своего стакана с виски.  —Скоро всё закончится. И слава богу. —Значит, она тебе не нравится? —Она умная, но всё же довольно скучная. —А кто для тебя не скучен, Джексон?— она хмыкнула, с лёгкой горечью. Джексон внимательно смотрел на неё. Слабый верхний свет бара отбрасывал тени на его лицо, глаза были скрыты, когда морской бриз развевал его волосы на лбу, и всё же Лиза чувствовала, насколько его взгляд был интенсивным. Он улыбнулся, снова с вызовом на губах и с неохотным весельем.  —Ты? Ты не была скучной. С той борьбой, которую ты устроила. Она моргнула, и если бы могла, то спряталась бы в собственный бокал, когда эти слова сорвались с её губ:  —Знаешь, что самое худшее? Ты был самым интересным мужчиной, которого я встретила за последние пять лет. Она не осмеливалась смотреть на него в короткой тишине, что последовала. -Значит, ты не можешь меня забыть?— наконец спросил он, улыбка была явной в его голосе. Она заставила себя сказать это, напомнив себе о полузадуманном плане, который ей предстояло выполнить. —Боюсь, что так. —Ты понимаешь, Лиза, что это звучит двусмысленно, верно?— он наклонился ближе, пытаясь заставить её посмотреть на него. Она смотрела на него краем глаза и вздрогнула от его близости, а также от своих собственных слов.  —Да, это двусмысленно. Они не двигались, обмениваясь долгими, испытующими взглядами, пытаясь прочитать намерения друг друга, и когда секунды безжалостно тянулись, Лиза сократила расстояние между ними. Она отключила свой разум, потому что тот оказался перегружен фактом, что она целует человека, который пытался её убить, и заставила своё тело не отстраняться от прикосновения его губ. Это был короткий поцелуй — скорее лёгкое касание губ — но самый долгий, который она могла извлечь из себя. Она слегка отступила и рискнула взглянуть на него. Она никогда прежде не видела его таким ошеломлённым, губы замерли в полураскрытом изумлении, только его глаза двигались, пытаясь прочитать её мысли, пытаясь вернуть себе контроль. —Прости, — промурлыкала Лиза, все еще оставаясь близко к нему. —Наверное, это от Bay Breeze.—И она приняла румянец, который, как она знала, появился на её лице. Он все еще смотрел на нее, размышляя, оценивая, пытаясь угадать, можно ли сфальсифицировать румянец, а затем прошептал: —Да, бывает. И прости, это, наверное, от виски. Его поцелуй был совсем не таким, как у нее. Он не был робким, целомудренным или застенчивым; он схватил ее за бедра и приблизился еще ближе, наклонив свое кресло, и страстно поцеловал ее с силой мужчины, который берет то, что ему предлагают. В этот раз ее мозг отключился сам по себе. Ощущения и внутренняя борьба были ошеломляющими и истощающими. Сказать, что Лиза получала удовольствие, было бы преувеличением. Она на самом деле не обращала внимания на эту часть. Она была поглощена анализом деталей, собирая мелкие кусочки, как будто хотела сохранить их для будущего анализа, чтобы сравнить с чем-то еще: его щетина царапала чувствительную кожу на ее подбородке, его запах был мускусным и сладко-кислым, и она была уверена, что никогда не сможет его смыть, его губы были со вкусом алкоголя и чем-то, что часть ее мозга, которая все еще работала, обозначила как «Джексон». Сказать, что Джексон наслаждался происходящим, было бы мягко сказано. Или, по крайней мере, это был вывод, который она сделала, когда до её ушей донёсся громкий хлопок, но на него это, казалось, никак не повлияло. —Ублюдок!-Этот крик наконец заставил его оторваться от Лизы как раз вовремя, чтобы увидеть, как его цель поспешно покидает палубу. —Ой! — Лиза театрально ахнула, наконец приходя в себя. Она была совершенно удивлена, что её план сработал, это было больше похоже на игру, на рискованный шаг, основанный лишь на слабом предположении, что он мог интересоваться ею больше, чем в рамках дела с Кифом, и всё это потому, что он уклонился от ответа, когда она спросила его об этом. Внутренне она не могла бы и на секунду подумать, что он действительно поцелует её в ответ. Она готовилась к его насмешке, унизительному ответу, ко всему, но только не к этой подавляющей... страсти. Джексон, всё ещё замерший в полунаклоне, как будто хотел броситься вслед за итальянкой, а правая рука всё ещё сжимала бедро Лизы, теперь медленно переключил внимание обратно на неё, и его взгляд постепенно прояснялся. —Это... ты это спланировала?— пробормотал он, а когда на её лице появилась смущённая, но дерзкая улыбка, его лицо исказилось гневом и чем-то, что очень походило на обиду. —Месть?— она хлопнула ресницами, невинно усмехнувшись. "Теперь мы квиты," — с удовлетворением подумала она, но тут же стерла довольное выражение, когда он схватил её за плечи. Он не был тем, кто позволил бы ей задеть его эго и просто уйти с этим. Если ничего другого, то сила, с которой он сжал её руку, ясно дало ей это понять. —Какая же это месть, Лиза? Похоже, мне это понравилось даже больше, чем тебе!— прошипел он. Она подняла подбородок, и как-то само собой у неё соскользнуло с губ:  —Не будь в этом так уверен. Вот это было двусмысленно. Она резко встала, отряхнув его руки, и взглянула на него. Она чувствовала себя смелой, адреналин всё ещё бурлил в её жилах, и она протянула руку и похлопала его по щеке: —Что ж, классно перепихнулись. И прежде чем он успел схватить её и задушить прямо на месте, она убежала в свою комнату. Задание было выполнено, но она никогда не предполагала, что это оставит её с таким ураганом эмоций.